бесконечная дискотека
244 subscribers
133 photos
6 videos
1 file
263 links
грустные танцы в эмиграции и ностальгия по питерским рейвам и фестивалям

у диджейского пульта: @bella_rebel
Download Telegram
Новый Клуб

Мне кажется, через пару месяцев начнутся разговоры а-ля "а ты был в старом Клубе?" для измерения трушности, а также "новый Клуб не то, вот в старом-то было..." - как это обычно говорят про все заново открывшиеся заведения в новых местах или же после перерыва.
Forwarded from Белоснежка и семь граммов
А я опять про наркополитику, про 228, и про ее отмену - тут узнала, что ребята печатают клёвые футболки с надписями #отмените 228 и собирают на их печать пожертвования. Футболки собираются раздать активистам и публичным людям, пострадавшим от этой статьи или выступавшим за ее отмену. Если перевести на печать от 500 рублей - вам тоже подарят такую футболку.

Вы знаете, я довольно много пишу о том, что главная проблема наркопотребителей в России - это именно существование этой статьи в том виде, в каком мы с ней сталкиваемся. Это ужасные бесконечно длинные сроки обычным потребителям, это вымогательство взяток у таких потребителей, это подбросы веществ полицейскими в случаях, когда тебя просто надо посадить.

Я очень рада, что эту проблему наконец-то заметили и широко обсуждают, особенно начиная с этого лета и дела Голунова - и любая инициатива, повышающая видимость мнения в поддержку отмены этой статьи заслуживает поддержки и внимания. И эти футболки - как раз такая инициатива.

Вот тут указан номер карты, на которую можно пожертвовать:
https://t.me/natenosite/90
Насчёт получения футболок писать: @alicesoft
Forwarded from Galaxy of uppers
«— Ты что, накурился на ночь? — делаясь серьезным, спросил Олег, пристально разглядывая друга.

— Нет, говорю же тебе, спал. Мне это все во сне открылось, и я все понял. Тут нет ошибки. Важно понимать, что происходит. Ты вот, например, живешь, и я живу. Мы вместе с тобой, Денисом и Лешей живем, и у нас есть клуб. Так?

— Ну, так, — вяло согласился зевающий во весь рот Олег.

— А почему клуб, почему не ремонт обуви или гараж? Ты никогда не задумывался, почему нам с тобой совершенно неинтересны какая-нибудь торговля или работа у станка, почему мы не месим навоз на селе, а рисуем картины и слушаем музыку?

Олег нахмурил брови и странно посмотрел на Андрея.

— Я тебе отвечу. Все давно решено за тебя и за меня, мы лишь выполняем предназначение. В этом мире все сбалансировано. Зло, добро, радость, ужас... Так вот, мы, к нашему счастью, принадлежим к той части человечества, которая отвечает за создание положительных эмоций. Это малочисленная, но самая влиятельная группа, занимающаяся формированием визуальных и смысловых построений, которые через каналы общего сознания проникают в человек а и уравновешивают его животную тягу творить зло и первобытный страх перед другими людьми. Понимаешь?

— А остальные что, кошмарят мир?

— Нет. У всех на земле свое задание. Просто тех, кто занимается злом, больше всего, и их работа — это часто меняющая внешнюю форму эволюция мирового зла, но их зло даже буквенно короче, чем наше добро.

— Ну, а мы, значит, Армия добра, — заулыбался Олег. - И мать Тереза наш бригадир?

— Нет, мы не Армия добра. В понятие добра входит много чего — литература, архитектура, музыка, театр, медицина, наука, наконец любовь и религия.

— Ну и где же мы?

— Мы? Мы состоим в новом, буквально вчера сформированном отделе древнейшего Союза Добра, и этот современный отдел занимается управляемым выделением в мозг человека гормона счастья. Мы напрямую, минуя сознание и естественный ход событий, по желанию человека ввергаем его в среду, благодаря которой он быстрее всего подбирается к своим самым нежным точкам и начинает получать эйфорию счастья в управляемой нами ситуации. Ты же сам тысячу раз замечал, что на наших вечеринках достигнуть счастья могут практически все. Даже самые толстокожие дегенераты. Вопрос только в том, под какую музыку выстроить угол атаки на их мозговой панцирь, какое на площадке освещение и какие психостимуляторы они уже успели выпить или сожрать.

— Так что получается? — заражаясь воодушевлением друга, стал рассуждать Олег. — Получается, что мы производим счастье? Так, что ли?

— Мы производим ситуацию, при которой человек быстрее всего начинает ощущать себя счастливым. И тут все: дизайн, эстетика, мода, магия имен, свет, спецэффекты и главное — музыка Мы продаем населению впечатления от этих ощущений. Оптом на рейвах и в розницу в клубе. Это, конечно, нижайший уровень в понятиях вселенского добра, но сейчас такие темные времена, и народ стал такой жестокий, что нам разрешено напрямую применять к людям эти постановочные методики. Мне даже кажется, что мы уводим часть молодежи с пути, ведущего в полную тьму. Мы занимаемся производством фиксированного обстоятельствами фрагмента счастья и помещаем его в эмоциональную пустоту человека. Настоящее, полное счастье в искусственных условиях получить очень сложно. Это длительный духовный процесс, и большинство наших клиентов, попросту говоря, к этому не готово. Но минутного счастья хочется всем. Мы создаем эту ситуацию, и они его получают. У нас нескончаемая клиентура. Мы — «Корпорация счастья».

— «Корпорация счастья», — с тягучей медлительностью повторил Олег, вникая в услышанное. — Это как игра?

— Нет, Олег! Игра — это уже продукт, следствие. «Корпорация счастья» — это сами правила этой игры. Счастье дается тому, кто его ищет. Иными словами, «Корпорация счастья» — это все те, кто способствует его возникновению в жизни людей.

— Так это мы и есть! — восторженно догадался Олег.

— А я тебе что толкую. Когда вернемся, расскажем все Денису и Маше. Это мощная мифологема, и мы должны извлечь из нее все возможности».

А. Хаас «Корпорация счастья».
«Вечеринка — это сердце клаббинга. Все социальные взаимодействия в клубах укладываются в рамки типичных представлений о том, что составляет хорошую вечеринку: теплая дружеская атмосфера, ослабление социальных ограничений, немного дурмана, чтобы смазать колесо веселья, смех, улыбки, флирт, разговор и «включенность». Такова социальная основа вечеринки, требующая определенной степени взаимного участия. Каждый должен играть по правилам, а иначе вечеринка не состоится. Данная модель сложилась задолго до появления клаббинга, а в ХХ веке укрепилась включением в нее наркотиков. Ревущие двадцатые кричали о кокаине; пятидесятые открыли спид; шестидесятые — марихуану и LSD; семидесятые вернулись к спиду; восьмидесятые вспомнили о кокаине; до середины девяно-стых самым популярным наркотиком был экстази, после которого началось возвращение к кокаину и выпивке. Сегодня можно набить целую аптечку препаратами, которые (по отдельности или в различных сочетаниях) могут вплетаться в вечеринку для ее обострения, ускорения и раскрашивания психоделическими цветами. И все же именно социальная модель вечеринки стала в западном мире той основой, на которой строилось потребление наркотиков, а также совместное переживание предлагаемого ими опыта. Если к такой химической интенсификации добавить остальные элементы клаббинга, то получится сфера человеческой жизни, сильно отличающаяся от остальных. Это гиперреальность, но не в том смысле, который вкладывает в это понятие Эко, называющий так некий симулякр, пустую форму, а в смысле особой среды, воспринимаемой в качестве подчеркнуто интуитивной социальной и чувственной реальности, которая выделяется на фоне других социальных взаимодействий».

Ф.Джексон «Клубная культура»

Канал Белоснежки забанен, новая ссылка здесь