emptiness
внутри меня либо полная тишина, либо катастрофа. середины не существует.
бывают дни, когда внутри абсолютно пусто. не грустно, не больно, не радостно — ничего. будто все эмоции выключили одним щелчком, и ты просто существуешь на автомате: отвечаешь людям, листаешь ленту, делаешь вид, что всё нормально. и в такие моменты даже собственные мысли звучат слишком далеко, словно это уже не ты.
а потом резко наступает другая крайность. слишком много мыслей. слишком много шума в голове. каждое слово цепляет, каждая мелочь раздражает или ломает изнутри сильнее, чем должна. ты начинаешь накручивать себя, вспоминать всё подряд, злиться, уставать от самого себя и от людей вокруг. и самое странное никто этого почти не замечает.
я никогда не умел жить спокойно. либо полное эмоциональное онемение, либо внутренний хаос, который невозможно заткнуть даже музыкой и бессонными ночами. середины будто не существует.
а потом резко наступает другая крайность. слишком много мыслей. слишком много шума в голове. каждое слово цепляет, каждая мелочь раздражает или ломает изнутри сильнее, чем должна. ты начинаешь накручивать себя, вспоминать всё подряд, злиться, уставать от самого себя и от людей вокруг. и самое странное никто этого почти не замечает.
я никогда не умел жить спокойно. либо полное эмоциональное онемение, либо внутренний хаос, который невозможно заткнуть даже музыкой и бессонными ночами. середины будто не существует.
emptiness
любая пустота обязательно чем-нибудь заполняется.
пустые комнаты покрываются пылью.
паузы в диалоге — неловкостью.
одиночество — людьми, которые даже не подходят тебе, лишь бы не чувствовать тишину.
человек вообще не умеет долго жить с пустотой.
после ухода одного человека мы начинаем цепляться за другого. после потери смысла — уходим в бесконечные сериалы, музыку по ночам, вредные привычки, работу, сон, чужое внимание. кто-то заполняет себя шумными компаниями, кто-то — бессонницей и мыслями.
даже заброшенные дома со временем заполняются: пылью, трещинами, растениями, эхом прошлого.
ничто не остаётся пустым навсегда.
поэтому нужно быть осторожнее с тем, чем ты пытаешься закрыть дыры внутри себя.
потому что временные вещи тоже умеют пускать корни
паузы в диалоге — неловкостью.
одиночество — людьми, которые даже не подходят тебе, лишь бы не чувствовать тишину.
человек вообще не умеет долго жить с пустотой.
после ухода одного человека мы начинаем цепляться за другого. после потери смысла — уходим в бесконечные сериалы, музыку по ночам, вредные привычки, работу, сон, чужое внимание. кто-то заполняет себя шумными компаниями, кто-то — бессонницей и мыслями.
даже заброшенные дома со временем заполняются: пылью, трещинами, растениями, эхом прошлого.
ничто не остаётся пустым навсегда.
поэтому нужно быть осторожнее с тем, чем ты пытаешься закрыть дыры внутри себя.
потому что временные вещи тоже умеют пускать корни
иногда люди так зацикливаются на одном человеке, будто кроме этих отношений в мире больше ничего не существует. одни и те же ссоры, ожидания, нехватка внимания, попытки понять то, что уже давно перестало иметь смысл.
а потом вспоминаешь, что где-то за пределами этой маленькой драмы существует открытый космос, океаны глубиной в километры, древние цивилизации, буддизм, психология, эра динозавров, звёзды, о которых мы даже не знаем. мир буквально переполнен вещами, которые невозможно изучить до конца.
и честно, иногда познавать мир намного интереснее, чем пытаться спасти отношения, в которых тебя всё равно не слышат.
а потом вспоминаешь, что где-то за пределами этой маленькой драмы существует открытый космос, океаны глубиной в километры, древние цивилизации, буддизм, психология, эра динозавров, звёзды, о которых мы даже не знаем. мир буквально переполнен вещами, которые невозможно изучить до конца.
и честно, иногда познавать мир намного интереснее, чем пытаться спасти отношения, в которых тебя всё равно не слышат.
иногда кажется, что мы живём в одном мире. но на самом деле каждый человек существует в своей версии реальности.
для кого-то дождь — уют,
для кого-то — самая тяжёлая погода. один запомнит тебя добрым,
другой — холодным,
хотя ты был одним и тем же человеком.
мы смотрим на мир через свои травмы, опыт, страхи, привязанности и воспоминания. поэтому невозможно быть «одинаковым» для всех. даже любовь у каждого выглядит по-разному: кто-то любит через заботу, кто-то через контроль, а кто-то просто боится потерять. иногда люди спорят не потому, что кто-то врёт. они просто живут в разных реальностях. и, наверное, именно это делает людей такими сложными и такими интересными одновременно.
для кого-то дождь — уют,
для кого-то — самая тяжёлая погода. один запомнит тебя добрым,
другой — холодным,
хотя ты был одним и тем же человеком.
мы смотрим на мир через свои травмы, опыт, страхи, привязанности и воспоминания. поэтому невозможно быть «одинаковым» для всех. даже любовь у каждого выглядит по-разному: кто-то любит через заботу, кто-то через контроль, а кто-то просто боится потерять. иногда люди спорят не потому, что кто-то врёт. они просто живут в разных реальностях. и, наверное, именно это делает людей такими сложными и такими интересными одновременно.
как ни странно, без постоянных переписок и вечных проверок телефона мне стало легче.
тоска — это когда ты смотришь на знакомые места, и они вдруг становятся чужими, как будто их кто-то слегка переписал без твоего ведома.
если исчезну на пару дней, значит просто восстанавливаю желание существовать среди людей.
люди — это огни в окнах поезда, который ты никогда не догоняешь.
они появляются, светят, исчезают, а ты всё ещё смотришь в темноту между станциями.
они появляются, светят, исчезают, а ты всё ещё смотришь в темноту между станциями.
неужели мою молодость заберут вечные поиски себя, проблемы и недопонимания с людьми, поиски денег на базовые вещи.