5 психических расстройств, с которыми врачи сталкиваются чаще всего

1. Депрессивное расстройство

Депрессия — это не плохое настроение, которое проходит за выходные, а системное заболевание, затрагивающее мышление, поведение и работу организма. По данным ВОЗ, от депрессии страдает около 280 миллионов человек в мире, и это одна из ведущих причин снижения трудоспособности и качества жизни.

Проблема в том, что пациент с депрессией редко сразу приходит к психиатру. Чаще он обращается к терапевту с жалобами на постоянную усталость, нарушения сна, боли неясного происхождения, снижение либидо, потерю аппетита или, наоборот, переедание. Телесные проявления депрессии — так называемые соматические симптомы — настолько разнообразны, что человек может годами лечить отдельные жалобы, не подозревая, что за ними стоит психическое расстройство.

2. Тревожные расстройства

Тревожные расстройства — одна из самых распространенных групп психических нарушений в мире. Сюда входят генерализованное тревожное расстройство, паническое расстройство, социальное тревожное расстройство и специфические фобии. По данным крупных эпидемиологических исследований, в течение жизни с тревожным расстройством сталкивается до 30% людей.

Такие пациенты особенно часто обращаются к кардиологам, неврологам и врачам общей практики. Паническая атака может выглядеть как серьезное нарушение работы сердца: появляются учащенное сердцебиение, боль или дискомфорт в груди, ощущение нехватки воздуха, головокружение, страх смерти.

Человек вызывает скорую помощь, проходит обследования, получает заключение о том, что опасной органической патологии не обнаружено, но при этом остается один на один со своим страхом. Без правильного объяснения и помощи пациент может долго ходить по разным специалистам, пытаясь найти причину симптомов.

3. Расстройства адаптации

Этот диагноз часто недооценивают, хотя именно с ним врачи регулярно сталкиваются после того, как в жизни пациента происходит серьезный стресс. Развод, увольнение, переезд, финансовые проблемы, смерть близкого человека, тяжелый конфликт — все это может стать пусковым механизмом.

Симптомы бывают самыми разными: бессонница, постоянная усталость, головные боли, скачки артериального давления, проблемы с пищеварением, снижение аппетита или учащенное сердцебиение. На первый взгляд все это похоже на обычные терапевтические или неврологические проблемы.

При обследовании серьезной органической патологии обычно не обнаруживается, но симптомы продолжают беспокоить пациента и заметно ухудшают качество жизни. Если врач не свяжет их с недавно перенесенным стрессом, человек может долго лечить отдельные проявления, не получая необходимой психологической или психиатрической помощи.

В МКБ-11 расстройство адаптации описывается как нарушение, возникающее после значимого стрессового события и связанное с трудностями приспособления к новым жизненным обстоятельствам. При отсутствии своевременной помощи оно может стать фактором риска для развития более выраженных тревожных или депрессивных расстройств.

4. Соматоформные расстройства

Пожалуй, это одна из самых сложных категорий для врачей непсихиатрического профиля. При соматоформных расстройствах человек действительно испытывает физические симптомы: боль, слабость, нарушения работы различных органов, ощущение нехватки воздуха, проблемы с пищеварением. Эти жалобы абсолютно реальны и причиняют серьезные страдания, однако многочисленные обследования не выявляют заболевания, которое могло бы полностью их объяснить.

Данные пациенты становятся постоянными посетителями гастроэнтерологов, неврологов, кардиологов, ревматологов и других специалистов. Они проходят десятки обследований, получают различные функциональные диагнозы, но облегчение либо не наступает, либо оказывается временным.

Важно понимать, что речь не идет о симуляции или «выдуманной болезни». Симптомы существуют на самом деле, однако их происхождение связано с нарушением взаимодействия психических и телесных процессов.

5. Расстройства личности

В отличие от предыдущих диагнозов, расстройства личности — это не заболевание, которое возникает внезапно, а устойчивые особенности мышления, эмоционального реагирования и поведения, формирующиеся на протяжении многих лет. Нередко окружающие воспринимают их просто как «сложный характер», хотя в ряде случаев речь идет о психическом расстройстве.

С такими пациентами сталкиваются не только психиатры. Они регулярно обращаются к терапевтам, неврологам, гастроэнтерологам и врачам других специальностей, однако причиной трудностей становится не столько заболевание, сколько особенности взаимодействия с медицинской системой.

Например, пациент с пограничным расстройством личности может неоднократно обращаться за экстренной помощью из-за сильных эмоциональных кризисов, резко менять отношение к врачу — от полного доверия до разочарования — и испытывать трудности с соблюдением длительного плана лечения.

Пациент с выраженными нарциссическими чертами личности может болезненно воспринимать замечания, ожидать особого отношения или настаивать на дополнительных обследованиях, если не согласен с мнением врача.

Пациент с обсессивно-компульсивными личностными чертами нередко стремится максимально контролировать процесс лечения: подробно изучает результаты анализов, неоднократно уточняет назначения и испытывает сильную потребность в определенности, даже там, где медицина не может дать абсолютных гарантий.

Эти пациенты нередко чаще других обращаются за медицинской помощью, проходят повторные консультации и обследования. Если врач понимает, что за особенностями поведения может стоять расстройство личности, выстроить эффективную коммуникацию и повысить приверженность лечению становится значительно проще.

Что это значит

Все эти расстройства объединяет одно: они мастерски маскируются под соматические заболевания. Пациент может годами ходить по кругу — от терапевта к кардиологу, от невролога к гастроэнтерологу, проходить бесконечные обследования и ни разу не оказаться у психиатра или психотерапевта.

Именно поэтому так важно, чтобы врачи первичного звена умели замечать признаки психических расстройств или хотя бы задавали правильные вопросы. Иногда именно это позволяет вовремя направить человека к нужному специалисту и избавить его от многолетних безуспешных поисков причины своих симптомов.

Кто чаще всего приходит в психологию

Есть стереотип, что в психологи идут люди, которые хотят разобраться с собственными проблемами. Что каждый второй студент психфака — это человек с травмой, который надеется, что образование заменит ему терапию. В этом стереотипе есть доля правды, но на самом деле портрет человека, который приходит в профессию психолога сегодня, выглядит куда интереснее и сложнее.

Бывшие пациенты

Самый осознанный тип приходящих в профессию. Это люди, которые сначала прошли свой путь в терапии, поняли, как это работает, почувствовали эффект на себе и захотели дать этот опыт другим. Из них нередко вырастают сильные специалисты, потому что они сами знают, что значит быть по другую сторону терапевтического процесса.

Выгоревшие специалисты из других сфер

Юристы, финансисты, маркетологи, HR, педагоги, врачи. Люди, которые построили успешную карьеру, но в какой-то момент обнаружили, что профессиональный успех перестал приносить удовлетворение. И тогда они начинают искать деятельность, в которой есть смысл, а не только деньги. Психология в этом смысле — одна из немногих профессий, где результат и польза очевидны.

Люди в кризисе среднего возраста

Развод, потеря, профессиональное выгорание, переезд. События, которые заставили пересмотреть свою жизнь. Часть этих людей идет в психологию не просто за новой профессией, а за способом переработать собственный опыт и сделать его полезным.

Психологи для своего окружения

Люди, которые всю жизнь были теми, кому звонят поплакаться в три часа ночи. У них высокий уровень эмпатии и способность быть рядом с другим человеком. Но профессия требует большего: знаний, методов, этики и понимания границ. Обучение позволяет превратить природную склонность помогать в профессиональный навык.

Что объединяет всех этих людей

Объединяет их одно: они не идут в профессию за легкими деньгами. Они идут за смыслом. За возможностью делать работу, которая не просто приносит доход, а меняет реальность — чью-то конкретную, живую, человеческую. И это, пожалуй, главная причина, почему профессия психолога стала одной из самых востребованных в последние годы.

Если вы нашли себя в описании — рекомендуем ознакомиться с программой профессиональной переподготовки «Психолог-консультант». Формат обучения и стоимость вы можете узнать по ссылке.

Есть такое негласное правило: если ты хочешь сменить профессию, делать это надо до 30. А лучше до 25. А если тебе 35, 40 или 45, то вроде как поздно, поезд ушел, сиди уже там, где сел.

На самом деле это, конечно, ерунда. Средний возраст студентов программ переквалификации — 30-35+. И это не случайность.

В 20 лет ты еще не знаешь себя, не понимаешь, чего хочешь, и чаще всего идешь туда, куда сказали родители или куда хватило баллов на ЕГЭ. В 35 ты уже имеешь опыт — профессиональный и просто жизненный.

Психология — одна из немногих профессий, где возраст и жизненный опыт являются не минусом, а преимуществом. Здесь не нужно быть быстрее, моложе, энергичнее. Здесь нужно быть устойчивее, внимательнее, способнее выдерживать неопределенность и чужую боль. И это приходит только с опытом.

Кроме того, потребность в психологической помощи растет огромными темпами, учитывая происходящие в мире события. Специалистов катастрофически не хватает, и хорошие психологи нужны всегда — никто не спрашивает, во сколько лет вы получили диплом.

Так что если вам кажется, что вы опоздали, — вам кажется. Вы не опоздали. Вы просто накопили материал, который теперь можно превратить в профессию)

Завтра в 14:00 по Москве я проведу бесплатную лекцию «Профессия: психолог. Как понять, подходит ли она вам?».

Обсудим:

— что представляет собой профессия психолога;
— чем занимается психолог на консультациях;
— какие личностные качества помогают в работе, а какие, наоборот, могут мешать;
— почему часть специалистов сталкивается с разочарованием уже в первые годы практики.

Приходите, даже если пока только думаете. Регистрация — по ссылке.

Когда пациенту нужны таблетки, а когда психотерапия?

Один из самых частых вопросов, который возникает не только у пациентов, но и у врачей соматического профиля.

Если человек жалуется на тревогу, нарушения сна или сниженное настроение — что рекомендовать в первую очередь?

Современные клинические рекомендации говорят о том, что выбор тактики зависит не столько от диагноза, сколько от тяжести симптомов, их длительности, влияния на качество жизни и предпочтений самого пациента.

🧠 Когда психотерапия может быть методом первого выбора?

Согласно рекомендациям NICE и Американской психиатрической ассоциации (APA), при легких и некоторых умеренно выраженных психических расстройствах психотерапия, в частности когнитивно-поведенческая терапия (КПТ), может использоваться как самостоятельный метод лечения.

Особенно если пациент:
• сохраняет привычную социальную и профессиональную активность;
• мотивирован работать с психологом;
• готов регулярно посещать сессии;
• не имеет признаков тяжелого течения заболевания.

В этих случаях психотерапия помогает не только уменьшить симптомы, но и сформировать устойчивые навыки их преодоления.

💊 Когда необходима консультация психиатра и медикаментозная терапия?

Есть ситуации, когда только психотерапии недостаточно.
Например, если симптомы выражены настолько, что человек:
• не может выполнять привычную работу;
• практически перестал выходить из дома;
• испытывает значительные нарушения сна или аппетита;
• не справляется с повседневной деятельностью;
• имеет высокий риск причинения вреда себе или окружающим.

В таких случаях пациенту необходима консультация психиатра для определения дальнейшей тактики лечения. При наличии показаний врач может назначить медикаментозную терапию.

🤝 А что эффективнее всего?

Для многих пациентов наилучшие результаты достигаются при сочетании обоих подходов.

Фармакотерапия помогает уменьшить выраженность симптомов и стабилизировать состояние.

Психотерапия — разобраться с психологическими механизмами, поддерживающими заболевание, сформировать новые стратегии поведения и снизить риск повторных эпизодов.

Именно поэтому современные международные рекомендации все чаще говорят о междисциплинарном подходе, где врач, психиатр и психолог работают как одна команда.

🩺 Что важно помнить врачу соматического профиля?

Задача врача — не решить, нужны пациенту таблетки или психотерапия.

Задача врача — вовремя заметить признаки психического неблагополучия, обсудить их с пациентом и направить его к профильному специалисту.

А дальнейшую тактику лечения: психотерапия, медикаментозная терапия или их сочетание, определяет психиатр с учетом клинической картины и действующих клинических рекомендаций.

Разбор исследования: КПТ + антидепрессанты при тревожных расстройствах — действительно ли вместе лучше?

В клинической практике психотерапию и фармакотерапию часто рассматривают как два взаимодополняющих подхода.

Но возникает закономерный вопрос: если пациент получает антидепрессант, дает ли добавление когнитивно-поведенческой терапии дополнительный эффект?

И здесь ответ зависит от конкретного тревожного расстройства и клинической ситуации.

Что показывает доказательная база?

Когнитивно-поведенческая терапия (КПТ) и антидепрессанты — оба метода имеют доказанную эффективность при ряде тревожных расстройств.

При этом данные о преимуществе именно комбинации над монотерапией неоднородны.

Например, в рекомендациях NICE по генерализованному тревожному расстройству при выраженных симптомах или значимом нарушении функционирования пациенту предлагают на выбор высокоинтенсивную психологическую терапию, в частности КПТ, или медикаментозное лечение. При этом выбор должен учитывать предпочтения самого пациента: убедительных данных о том, что один из этих методов в целом превосходит другой, нет.

А вот при частичном ответе на фармакотерапию NICE рекомендует рассмотреть добавление высокоинтенсивной психологической терапии.

Для социального тревожного расстройства подход также зависит от ответа на первоначальное лечение: при недостаточном эффекте КПТ может рассматриваться добавление фармакотерапии.

Почему тогда вообще комбинируют эти методы?

Потому что они воздействуют на разные компоненты проблемы.

💊 Фармакотерапия может уменьшать выраженность симптомов и облегчать состояние пациента.

🧠 КПТ работает с механизмами, которые поддерживают тревогу: избеганием, тревожными интерпретациями, устойчивыми убеждениями и поведенческими паттернами.

Поэтому у пациента, который получил только частичный ответ на один метод, добавление другого может быть клинически оправданным.

И здесь важен еще один момент: комбинированное лечение не означает автоматически "лучшее лечение для всех".

Выбор терапии зависит от диагноза, выраженности симптомов, предшествующего ответа на лечение, сопутствующих состояний, рисков и предпочтений пациента.

Что это значит для врача?

Врачу соматического профиля не нужно самостоятельно выбирать между КПТ и антидепрессантами.

Гораздо важнее понимать, когда симптоматика выходит за рамки обычной реакции на стресс, когда стоит рекомендовать консультацию психиатра, а когда пациенту может быть полезна психотерапия.

А дальше уже команда специалистов определяет оптимальную тактику лечения.

Бесплатная онлайн-лекция
«5 типичных ошибок начинающих психологов»

22 августа в 14:00 (МСК)

Начало практики часто связано не только с профессиональным интересом, но и с большим количеством сомнений: достаточно ли я знаю, правильно ли понимаю клиента, могу ли я ему помочь?

На этом этапе легко совершить ошибки, которые могут незаметно закрепиться и негативно повлиять на дальнейшую работу.

На лекции разберем 5 типичных ошибок начинающих психологов:

— желание помочь быстро и сразу увидеть результат;
— синдром спасателя и стремление взять на себя ответственность за изменения клиента;
— сложности с диагностикой и оценкой состояния;
— игнорирование собственного эмоционального состояния и первые признаки выгорания;
— размытые профессиональные границы: с клиентом и с самим собой.

Поговорим о том, почему эти ошибки возникают, чем они могут быть опасны для терапевтического процесса и как выстраивать профессиональную позицию с самого начала практики.

Лекция будет полезна студентам, начинающим специалистам и тем, кто только планирует начать работать психологом.

Лектор — Сычова Татьяна Викторовна, врач-психиатр, психотерапевт, сооснователь центра психотерапии и психиатрии «ЭмоциУМ».

🔸ЗАПИСАТЬСЯ НА ЛЕКЦИЮ🔸

Хотите стать психологом, но не готовы потратить несколько лет на высшее образование, не понимая, ваше это или нет?

Приглашаем на онлайн-обучение по программе профессиональной переподготовки «Психолог-консультант».

Программа подойдет тем, кто приходит в профессию с нуля, а также практикующим специалистам, которые хотят систематизировать знания и повысить квалификацию.

Что вас ждет:

— диплом установленного образца о профессиональной переподготовке, который дает право вести профессиональную деятельность в сфере психологического консультирования;
— 620 академических часов обучения;
— супервизию и практику с 6-го месяца обучения;
— возможность трудоустройства в центр «ЭмоциУМ» после успешного окончания программы.

🕊 Для поступления достаточно среднего профессионального или высшего образования любой направленности.

Подробная программа и стоимость обучения — по ссылке.

Когда каждый — врач, или почему пациенты не выполняют назначения в эпоху ИИ

На прием приходит женщина, 43 года. Жалобы: слабость, раздражительность, набор веса. Она уверена, что проблема в щитовидной железе — так ей подсказали знакомые и статьи в интернете.

Врач проводит диагностику, оценивает анамнез и не находит признаков заболевания щитовидной железы. В качестве возможных причин симптомов он рассматривает другие варианты, в том числе изменения, связанные с перименопаузой, и метаболические факторы. Объясняет свою логику и дает рекомендации.

Пациентка кивает, но выходит из кабинета с осадком. Дома она открывает нейросеть, вводит свои симптомы и получает ответ, который больше похож на то, что она и так думала. Потом звонит сестре, и та вспоминает: «У нашей мамы тоже щитовидка была, а врач ей не верил, и все запустили». Через неделю пациентка сдает анализы, но не те, что врач назначил, а те, что нашла сама. На повторный прием не записывается, зато оставляет отзыв: «Врач не услышал, назначил не то, я сама разобралась».

Знакомая ситуация? Этот случай — не исключение. Это реальность, в которой мы работаем: пациент приходит на прием уже с готовой картиной своего заболевания. Он читал статьи, смотрел ролики, спрашивал у нейросети. И если его внутренняя версия не совпала с вашей, а вы этого не заметили или не проговорили, он уйдет с назначениями, которые не будет выполнять. И не потому, что пациент безответственный. Просто он не принял вашу точку зрения.

Что с этим делать?

1. Легитимизировать сомнения. Сказать прямо: «Понимаю, что вы могли читать разное про свое состояние. Если есть что-то, что вас смущает, давайте проговорим сейчас, потому что иначе вы уйдете, а сомнения останутся». Это не займет много времени, но снимает напряжение и открывает пространство для диалога.

2. Спросить о точке зрения самого пациента. «Что вы сами думаете о причинах своего состояния?», «Что вас больше всего пугает?», «Что уже успели прочитать?». Ответы часто сильно отличаются от того, что предполагает врач, и именно это расхождение становится причиной невыполнения назначений.

3. Объяснить не только что делать, но и почему. Когда пациент понимает логику назначения, у него появляется внутреннее согласие с лечением, а не просто формальное подчинение. Это особенно важно в эпоху, когда у него есть альтернативная версия от нейросети, которая всегда звучит убедительно.

4. Зафиксировать договор. Не просто «принимайте по одной таблетке», а «договорились, что вы пробуете в течение месяца, и если что-то пойдет не так, вы не бросаете сами, а приходите или пишете мне через администратора». Это возвращает пациенту ответственность и не оставляет его один на один с сомнениями и интернетом.

Пациент все равно будет гуглить. Он будет спрашивать нейросеть, обсуждать назначения с семьей и читать форумы. Это реальность, в которой мы работаем. Единственное, что можно этому противопоставить, — это качественный контакт, в котором пациент чувствует себя не объектом воздействия, а участником процесса. Потому что в эпоху ИИ выигрывает не тот врач, который умнее нейросети, а тот, кто сумел договориться с пациентом по-человечески.

150 000 ₽ или 170 000 ₽ — разница в 20 000 ₽.

Именно столько можно сэкономить, если зафиксировать стоимость программы «Психолог-консультант» до окончания раннего старта продаж.

До 22 августа включительно можно присоединиться к обучению на специальных условиях:

— стоимость обучения — 150 000 ₽ вместо 170 000 ₽;
— рассрочка — 12 500 ₽ в месяц вместо 14 166 ₽;
— старт курса — 12 сентября.

А за время обучения вы не только получите теоретическую базу, но и сможете постепенно перейти к практике: программа включает 620 академических часов, супервизию и практику с 6-го месяца обучения.

После успешного окончания обучения также есть возможность трудоустройства в центре «ЭмоциУМ».

Поэтому, если вы уже давно думаете об обучении, изучаете профессию психолога или хотите систематизировать свои знания, сейчас можно присоединиться на более выгодных условиях и начать обучение уже 12 сентября.

До окончания раннего старта продаж осталось совсем немного времени.

Переходите на сайт, чтобы подробнее познакомиться с программой, узнать о формате обучения и оставить заявку на участие 🧡

Как проходит обучение на психолога?

Психолог — это профессия, которую невозможно освоить только по учебникам.

Поэтому в программе «Психолог-консультант» теория постепенно переходит в практику — и уже с 6-го месяца обучения вы начинаете работать с реальными клиентами.

Рассказываем, как устроено обучение.

🧠 Каждую неделю — по 2 прямых эфира-лекции в неделю:
среда в 17:00 МСК и суббота в первой половине дня.

Продолжительность каждого занятия — около 2 часов.

На занятиях разбираем теорию, практические инструменты, клинические случаи и вопросы, которые возникают в работе психолога.

Не получается подключиться к прямому эфиру? Все лекции сохраняются в записи — можно посмотреть их в удобное время.

💬 Поддержка на протяжении всего обучения

У вас будет общий чат в Telegram, где можно задавать вопросы, обсуждать материалы и получать информацию по обучению.
Плюс — домашние задания, которые помогают не просто слушать лекции, а закреплять полученные знания на практике.

🧡 С 6 месяца — реальные клиенты

Первые месяцы вы осваиваете теоретическую базу, изучаете методы психологического консультирования и постепенно готовитесь к самостоятельной работе.

А с 6-го месяца начинается практика с реальными клиентами на базе центра психотерапии и психиатрии «ЭмоциУМ».

Как это происходит?

1. Получаете клиента
Мы находим вам клиентов для практики. Приемы можно проводить онлайн или очно в Тюмени.

2. Проводите консультацию
Вы самостоятельно проводите прием с клиентом. Консультация записывается — с соблюдением необходимых условий конфиденциальности.

3. Получаете обратную связь от преподавателей
Преподаватели прослушивают запись и дают профессиональную обратную связь: что получилось, на что стоит обратить внимание и что можно улучшить в работе.

4. Практика проходит с супервизией
То есть вы не остаетесь один на один с первыми клиентами — можете разбирать сложные ситуации и получать поддержку специалиста.

Наша задача — постепенно провести студента весь путь: от первых знаний → к первым консультациям → к самостоятельной работе с клиентами.

И начать практиковаться еще во время обучения, а не ждать окончания курса, чтобы впервые попробовать себя в профессии.

Планируете стать психологом или хотите систематизировать уже существующие знания? Оставляйте заявку на сайте и зафиксируйте лучшую цену до окончания раннего старта продаж — 23 августа.

ЗАПИСЬ ЛЕКЦИИ
«5 типичных ошибок начинающих психологов»

Начало практики часто связано не только с профессиональным интересом, но и с большим количеством сомнений: достаточно ли я знаю, правильно ли понимаю клиента, могу ли я ему помочь?

На этом этапе легко совершить ошибки, которые могут незаметно закрепиться и негативно повлиять на дальнейшую работу.

Разобрали 5 типичных ошибок начинающих психологов:

— желание помочь быстро и сразу увидеть результат;
— синдром спасателя и стремление взять на себя ответственность за изменения клиента;
— сложности с диагностикой и оценкой состояния;
— игнорирование собственного эмоционального состояния и первые признаки выгорания;
— размытые профессиональные границы: с клиентом и с самим собой.

Обсудили, почему эти ошибки возникают, чем они могут быть опасны для терапевтического процесса и как выстраивать профессиональную позицию с самого начала практики.

ПОСМОТРЕТЬ ЗАПИСЬ

Почему пациенты саботируют лечение

Каждый практикующий врач сталкивался с этим. Вы назначаете терапию, объясняете схему, расписываете дозировки, предупреждаете о последствиях. Пациент кивает, задает вопросы, уходит с рецептом. А через месяц возвращается с ухудшением, и выясняется, что таблетки он не пил, обследование не прошел, рекомендации соблюдал через раз, а то и вовсе лечился народными средствами по совету соседки.

Возникает соблазн объяснить это просто: пациент безответственный, недисциплинированный, не ценит свое здоровье. Но если присмотреться, за саботажем стоит не лень или глупость, а сложная внутренняя динамика, которую можно понять, а во многих случаях — изменить.

Что стоит за саботажем

Первое и самое частое — страх. Лечение, даже самое щадящее, требует изменений. А изменения угрожают тому образу жизни и той версии себя, к которой пациент привык. Гипертоник боится, что таблетки сделают его «старым и больным». Женщина боится, что гормональная терапия изменит ее внешность. Все это не проговаривается, а проявляется в поведении: забыл, не успел, не смог.

Второе — вторичные выгоды болезни. Это звучит цинично, но болезнь часто дает человеку то, чего он не может получить другим способом. Заботу, внимание, право не решать сложные задачи, освобождение от ответственности. Если лечение угрожает этим выгодам, пациент будет бессознательно сопротивляться, даже если искренне желает выздороветь на сознательном уровне.

Третье — убеждения о лечении. У пациента может быть глубинное недоверие к медицине, сформированное предыдущим негативным опытом или семейными установками. «Врачам лишь бы денег содрать», «одно лечишь — другое калечишь, «само пройдет». Эти убеждения не всегда звучат вслух, но именно они управляют поведением.

Четвертое — ощущение потери контроля. Саботаж часто становится способом вернуть себе власть над собственной жизнью. Если пациент чувствует, что лечение навязывается, его не слушают или есть ощущение, что ему не оставили выбора, он начинает сопротивляться единственным доступным способом — не выполнять назначения. Это попытка сохранить субъектность.

Что с этим делать на приеме

1. Спрашивать, а не только назначать. «Как вы сами относитесь к этому лечению?», «Что вас в нем пугает?», «Бывает ли, что вы забываете или сознательно пропускаете приемы?» Пациент, который получил разрешение говорить честно, часто сам раскрывает причины саботажа.

2. Не стыдить. Стыд заставляет пациента закрыться и начать врать. «Конечно, доктор, я все выполняю» — и вы снова упираетесь в стену. Чем спокойнее вы принимаете признание о невыполнении, тем больше шансов, что пациент будет честен с вами в следующий раз.

3. Вовлекать пациента в принятие решений. Человек выполняет то, в чем чувствует собственное участие. «Вот есть несколько вариантов. Какой вам кажется более реалистичным? Что вы сможете выполнять, учитывая ваш образ жизни?» Это не значит, что вы передаете ответственность пациенту. Это — построение партнерских отношений.

4. Проверять понимание и реалистичность назначений. Иногда пациент не саботирует, а просто не понял схему или не может ее встроить в свою жизнь (или, что немаловажно, лечение не соответствует бюджету). Назначение, которое требует менять уклад жизни радикально, обречено на провал. Лучше маленькие шаги, которые пациент сможет выполнять, чем идеальная схема, которую он бросит через неделю.

Что на самом деле делает психолог каждый день?

Обычно это представляют так: приходит клиент, рассказывает о проблеме, психолог слушает, задает вопросы, что-то объясняет, дает советы или техники, а потом заканчивает прием — и «с вас 5 тысяч».

Звучит просто. Но психолог — это не просто человек, который умеет слушать. Во время одной сессии специалист одновременно собирает информацию, анализирует происходящее, формулирует гипотезы, выбирает тактику работы, отслеживает динамику и постоянно оценивает границы собственной компетенции.

До сессии

Хороший психолог не входит в кабинет с чистого листа.
Перед встречей он восстанавливает контекст: с чем клиент пришел, о чем говорили на прошлой сессии, какие темы оказались значимыми, какие изменения произошли за это время.

Это важно не только для памяти. Психолог отслеживает динамику состояния и самого запроса: что клиент считал проблемой в начале работы, что изменилось сейчас, какие стратегии помогают, а какие продолжают поддерживать трудности.

Отдельная работа — саморегуляция специалиста.
Психологу необходимо замечать собственные реакции на клиента: раздражение, тревогу, желание дать совет, спасти, спорить или, наоборот, дистанцироваться.

Эти реакции могут становиться важным материалом для понимания происходящего в отношениях с клиентом, но только если специалист умеет отличать собственные переживания от переживаний клиента.

Во время сессии

Психолог слушает не только содержание рассказа. Он обращает внимание на то, как клиент описывает себя, других людей и происходящие события.

Какие мысли возникают автоматически? Какие эмоции появляются? Что человек делает в ответ на них? Какие ситуации повторяются? Как он объясняет происходящее?

Постепенно из отдельных фрагментов складывается общая картина. Например, клиент говорит:

«Я постоянно боюсь, что меня бросят, поэтому сам первым заканчиваю отношения».

Для психолога это не просто факт. Возникают вопросы: что запускает этот страх? Какие убеждения стоят за ним? Как клиент обычно справляется с тревогой? Почему именно такое поведение кажется ему безопасным? Повторяется ли этот сценарий в других отношениях?

Так специалист формирует рабочие психологические гипотезы — и проверяет их в процессе дальнейшей работы.

Психологические защиты

Важная часть профессионального анализа — понимание того, как человек психологически адаптируется к сложным переживаниям.

Например, клиент может обесценивать то, что для него на самом деле важно, рационализировать болезненный опыт, отрицать значимость происходящего или переносить собственные чувства на других людей.

Психологическая защита сама по себе не является плохой.
На определенном этапе она может выполнять важную функцию — помогать человеку справляться с переживаниями, которые сейчас для него слишком сложны. Поэтому задача специалиста не в том, чтобы разоблачить защиту.

Важно понять: от чего она защищает, какую функцию выполняет и насколько эффективна в жизни человека сейчас.
А дальше психолог выбирает, как работать.

В зависимости от запроса и профессионального подхода специалист может работать с автоматическими мыслями и убеждениями, эмоциями, поведением, избеганием, отношениями, жизненными сценариями и другими факторами, которые поддерживают проблему.

Используются различные методы и техники: например, когнитивная реструктуризация, поведенческие эксперименты, экспозиционные техники, работа с навыками эмоциональной регуляции и другие инструменты — в зависимости от выбранного подхода и конкретной ситуации клиента.

При этом техника не существует сама по себе. Задача психолога — понимать зачем именно он ее использует, на какую гипотезу она опирается и какой результат ожидает получить.
И психолог постоянно проверяет себя.

Специалист оценивает динамику: меняется ли симптоматика, поведение, отношения, способы реагирования, достижение поставленных целей.

Если изменений нет — это повод не просто попробовать еще одну технику, а вернуться к рабочей гипотезе и подумать:
правильно ли мы поняли проблему? подходит ли выбранный метод? что поддерживает трудности? не упускаем ли мы что-то важное?

И, конечно, психолог должен понимать границы своей компетенции.

Иногда в процессе работы становится очевидно, что клиенту необходима консультация психиатра, врача другой специальности или другого специалиста. Умение вовремя направить клиента дальше — такая же часть профессиональной работы, как умение провести консультацию.

После сессии

Работа не заканчивается, когда клиент выходит из кабинета.
Психолог фиксирует важные моменты встречи, анализирует динамику, возвращается к своим гипотезам. Сложные случаи можно и нужно обсуждать на супервизии — с более опытным специалистом, который помогает увидеть профессиональные ошибки и слепые зоны.

А дальше снова обучение: литература, исследования, повышение квалификации, разбор практики. Потому что психология — это профессия, в которой невозможно один раз выучить алгоритм и применять его ко всем клиентам.

Поэтому работа психолога — это далеко не просто разговор по душам. Это анализ, наблюдение, формулирование и проверка гипотез, понимание механизмов психологической адаптации и защит, выбор методов и техник, оценка динамики, соблюдение профессиональных границ и постоянная рефлексия собственной работы.

И именно поэтому профессии психолога нельзя научиться только по книгам или нескольким популярным курсам.

🧠 Если вам интересно разобраться в психологии глубже и получить профессию системно, 12 сентября стартует обучение по программе профессиональной переподготовки «Психолог-консультант».

Сейчас осталось 3 места.

На программе вы не только изучаете теорию, но и постепенно переходите к практике: с 6-го месяца начинаются консультации с реальными клиентами на базе «ЭмоциУМ», а работа проходит с обратной связью и супервизией.

Подробности программы и стоимость — по ссылке.

Онлайн-лекция
«Силовые и другие игры в кабинете психолога»

10 сентября в 18:00 (МСК)

В терапии отношения между клиентом и психологом никогда не бывают нейтральными. В кабинете могут возникать борьба за контроль, стремление влиять на другого, проверять границы, добиваться особого отношения или, наоборот, передавать психологу ответственность за свои решения.

Иногда борьба за контроль проявляется открыто — в требованиях, сопротивлении, обесценивании или попытках нарушить договоренности. Но часто она проявляется незаметно: через чувство вины, манипуляции, зависимость, идеализацию и обесценивание.

На лекции поговорим о силовых и других формах взаимодействия в терапии: как распознать игру, понять ее функцию и не втянуться в нее самому.

Отдельно обсудим, как работать с агрессией, сопротивлением, манипуляцией и контролем, сохраняя рабочий альянс и терапевтические границы.

Лекция будет полезна студентам, начинающим специалистам и тем, кто только планирует начать работать психологом.

Лектор — Сычова Татьяна Викторовна, врач-психиатр, психотерапевт, сооснователь центра психотерапии и психиатрии «ЭмоциУМ».

🔸ЗАПИСАТЬСЯ НА ЛЕКЦИЮ🔸

Как распознать пациента с ипохондрией?

Каждый врач хотя бы раз сталкивался с пациентом, у которого жалобы не соответствуют результатам обследований. Симптомы есть, а объективной патологии нет. Пациент проходит круг за кругом: анализы, консультации, инструментальные методы, повторные обследования — и все без значимых находок. При этом его тревога не снижается, а часто, наоборот, растет.

В клинической практике такое состояние может соответствовать ипохондрическому расстройству. Оно характеризуется устойчивой озабоченностью наличием или возможностью наличия у себя серьезного соматического заболевания.

Основные признаки, на которые стоит обратить внимание

— Пациент озабочен болезнью не менее 6 месяцев, при этом характер страхов может меняться: сначала боится онкологии, потом сердечной патологии, затем нейродегенеративного процесса.

— Медицинские обследования и отрицательные результаты не снижают тревогу. Пациент может испытывать кратковременное облегчение после визита к врачу, но через несколько дней тревога возвращается в прежнем объеме.

— Наблюдается повышенная сосредоточенность на телесных ощущениях. Любой дискомфорт интерпретируется как подтверждение болезни: легкая тахикардия как предвестник инфаркта или дискомфорт в животе как скрытая онкология.

— Поведение пациента включает повторяющиеся проверки: измерение давления, пульса, осмотр родинок, пальпация лимфоузлов, многократные консультации у разных специалистов, поиск информации о болезнях.

— Выражена потребность в убеждении со стороны врачей: пациент многократно переспрашивает, точно ли с ним все в порядке, требует дополнительных исследований, просит проверить еще раз.

Что делать на приеме

1. Не обесценивать. Фраза «у вас ничего нет, вы здоровы» для ипохондрического пациента звучит как отказ, а не как диагноз. Страдание реально, и если врач его не признает, пациент уйдет к другому специалисту.

2. Признать симптом и разделить его с интерпретацией. Можно сказать: «Боль в груди, которую вы описываете, я понимаю. Обследование показывает, что сердце с ней не связано. Но это не значит, что мне не важно, что вы чувствуете». Это снижает напряжение и удерживает контакт.

3. Ограничить дальнейшие исследования. Не направлять десятый раз на МРТ, если клиническая картина не менялась. Вместо этого — объяснить, почему повторные обследования вредны и что с ними делать дальше.

4. Корректно мотивировать на работу с психотерапевтом. Не «у вас все в голове», а «телесные симптомы, которые вы испытываете, могут поддерживаться тревогой, и с этим можно работать со специалистом».

Короткая памятка для приема

Если пациент: обращается повторно с одними и теми же жалобами; не успокаивается после отрицательных результатов; ищет тяжелые диагнозы у себя; проводит многократные самопроверки; тревожится о здоровье не менее 6 месяцев — это повод заподозрить ипохондрию и вместо нового направления на обследование рассмотреть возможность направить его к специалисту по психическому здоровью.

Чем раньше это произойдет, тем меньше ненужных процедур перенесет пациент и тем быстрее он получит помощь, которая реально снижает его страдание.

Как вести себя с агрессивными пациентами

Агрессия пациента — это то, к чему невозможно подготовиться раз и навсегда. Она может быть внезапной, несправедливой, пугающей. И при этом остается частью работы врача, который по определению имеет дело с людьми, находящимися в уязвимом состоянии: больными, испуганными, фрустрированными, уставшими.

Вопрос не в том, чтобы никогда не сталкиваться с агрессией, а в том, как вести себя так, чтобы не эскалировать конфликт, защитить себя и по возможности вернуть коммуникацию в рабочее русло.

Что важно понимать о природе агрессии

Агрессия на приеме редко бывает личной, хотя выглядит именно так. Чаще всего это реакция на страх, беспомощность, боль, долгое ожидание, неоправданные ожидания или предыдущий негативный опыт общения с медицинской системой. Бывает и так, что агрессия — это проявление психического расстройства. В этом случае она не поддается обычной логике, и ваша задача — не переубеждать, а снизить накал и обезопасить себя и пациента.

Это не оправдывает грубость и не отменяет необходимости защищать свои границы. Но понимание природы агрессии позволяет реагировать не на форму, а на суть.

Стратегии поведения

1. Сохранять ровный, спокойный тон. Агрессия провоцирует ответную агрессию, поэтому главная задача врача — не включиться в этот цикл. Голос должен быть чуть ниже и чуть медленнее, чем обычно, но без менторской интонации. Если вы начнете повышать голос или оправдываться, конфликт усилится.

2. Дать пациенту высказаться. Часто человеку нужно, чтобы его услышали, прежде чем он сможет воспринять ваши аргументы. Перебивать и защищаться в ответ — значит лишить его этого шанса. Можно использовать короткие вербальные маркеры: «Я слышу вас», «Понимаю, что вы злитесь».

3. Назвать эмоцию. Фраза «Я вижу, что вы раздражены, и это понятно, вы ждали дольше, чем рассчитывали» часто работает лучше, чем аргументы. Названная эмоция снижает накал, потому что пациент чувствует, что его состояние замечено.

4. Обозначать границы, но без ответной агрессии. Если пациент переходит к оскорблениям, угрозам или физической угрозе, важно остановить это спокойно и твердо: «Я не смогу вам помочь, если вы продолжите разговаривать со мной в таком тоне». Границы важны, потому что агрессивный пациент, как ни парадоксально, ищет опору. Если врач демонстрирует, что способен удержать ситуацию, пациенту становится легче.

5. Перевести разговор в конструктивное русло: «Я понимаю ваше возмущение. Давайте подумаем, что можно сделать в этой ситуации». Это возвращает пациенту ощущение контроля и включает его во взрослую позицию.

6. Оценивать физическую безопасность. Следить за дистанцией, не поворачиваться спиной, знать, где выход, иметь возможность позвать коллег или охрану. Если есть ощущение реальной угрозы, не нужно геройствовать. Безопасность врача — не меньший приоритет, чем помощь пациенту.

Что не работает

Не работает игнорирование. Делать вид, что ничего не происходит, нельзя — это может быть воспринято как пренебрежение и усилить ярость. Не работает ответная жесткость в духе «вы успокойтесь, а потом приходите». Это унижает и разрывает остатки контакта. Не работает попытка переспорить: агрессия не подчиняется логике, пока эмоция не разряжена.

После инцидента

Важно не оставаться с пережитым в одиночестве. Разобрать ситуацию с коллегами, кем-то, кто может поддержать и помочь понять, что произошло. Агрессия пациентов — это часть профессионального опыта, но она не должна превращаться в норму, которую все молча проглатывают. Замалчивание таких эпизодов ведет к выгоранию, страху перед приемами и цинизму, который разрушает и врача, и медицинскую помощь в целом.

До старта обучения уже меньше недели

12 сентября в «ЭмоциУМ» начинается обучение на программе профессиональной переподготовки «Практикующий психолог».

За 6 месяцев вы пройдете путь от фундаментальных знаний по психологии, нейробиологии, психодиагностике и психиатрии до первых консультаций и супервизии.

Программа подойдет тем, кто хочет сменить профессию, усилить текущие профессиональные навыки или систематизировать уже имеющиеся знания.

Если давно присматривались к психологии как к новой профессии, вы еще можно успеть в этот набор.

👉 Смотрите программу и оставляйте заявку на сайте