Сант — единственный сын, 18 лет.
Макото — отец, 39 лет.
Асука — мать, 38 лет.

— Мей, хватит, — произнёс Сант, сидя с краю кровати. Возле порога в его комнату стоял призрак его умершего друга; если быть точнее, Сант видел его как живого человека. Мей склонил голову, поставив руку на бедро.
— А ты другу не рад?
Тамура молчал: он не хотел видеть его после смерти.
— Опять в молчанку играем? Хорошо, я тебя понял.
Друг прошёл в комнату, остановился прямо возле кровати и стал расхаживать взад-вперёд.
— А раньше мы с тобой общались днями напролёт. Ты сбегал из дома, чтобы увидеться со мной, хотя ты и так это делаешь сейчас. Мне не нравится, что ты не хочешь говорить со мной... Помнишь, как твоя ма...
— Заткнись.
Упоминание матери всегда отражалось на парне, про какую бы мать ни говорили. С самого рождения Санта она была алкоголичкой. Муж уговаривал её бросить пить ради ребёнка и его воспитания, но Асука отказывалась.
— Ты много говоришь.
Лимайт продолжал причинять боль и светиться белым светом, из-за чего Тамура не мог спокойно сидеть, опустив голову.
— Дружище, я каждый раз прихожу к тебе, а ты меня так встречаешь?! Я твой единственный друг, погиб по ТВОЕЙ вине, и ты же меня хочешь прогнать! Ты серьёзно?
— Мей, услышь меня! Ты погиб по своей неосторожности, я не виноват, мы оба были в неосознанном возрасте! — перешёл на более серьёзный и грубый тон парень, сидящий на кровати.
— Ты меня туда потащил, Сант!
— Я предлагал пойти к магазину, а ты потащил нас на железнодорожные пути.
Немного сбавив тон, он посмотрел на Мея.
— Оставь меня в покое.
— Слушай меня сюда, Сант. Во всём виноват ты и только ты, мне плевать. Я любил тебя и ценил, ты был моим другом! Я приходил к тебе и расспрашивал, как твои дела, а ты игнорировал!
Мей делал так постоянно, но на следующий день забывал о своих появлениях и вновь спрашивал, как жизнь у его друга детства.
— Мей, ты...
— Сант, ну сколько можно! — раздался крик с кухни. Мать, видимо, очнулась от алкоголя и сразу стала придираться к сыну. — Что тебе нужно, что ты зовёшь меня уже сотый, мать его, раз!
Сант вздохнул и в последний раз посмотрел на Мея.
— Я не звал тебя, мам.
Поднявшись с кровати, Тамура направился на кухню.
— Чёрт тебя подери... Не настолько же я глухая. Ах... Хрен с тобой, помоги лучше убрать это всё...
Голос прямо-таки подходил под описание алкаша, который распивал спиртные напитки прямо под подъездом.
У Санта не было выбора: он всегда был обязан помогать.