Главная проблема отечественной психиатрии: это миф о том, что

шизофрения лечится нейролептиками, и стигма дефицитарного синдрома, известного как «негативная симптоматика шизофрении».

На Западе тоже была попытка внести дефицитарный синдром в учебники и классификаторы. Но благодаря объединению усилий пациентов и ученых-экзистенциалистов в 1980-х годах, психиатрия начала руководствоваться данными исследований, а не гипотез. Исследования доказали, что большинство случаев дефицитарного синдрома – следствие приема нейролептиков и ограничений в психиатрических больницах. После этого, в США были приняты немедикаментозные методы лечения шизофрении без госпитализации, а для пожилых FDA ввела ограничения на все группы нейролептиков. В Европе принят стандарт Open Dialogue, показывающий полное исчезновение психотических симптомов у 82% прошедших двухлетний курс психотерапии OD в Финляндии и у 70% проекте ODDESSI в Великобритании.

В результате экзистенциальной революции, ООН ввела запрет недобровольной психиатрической госпитализации. В течение нескольких десятилетий на западе произошло массовое закрытие психиатрических больниц. В 1998 году Италия стала первой страной, где не осталось ни одного психиатрического стационара.

Но психиатрия РФ не отказывается от античеловечного института психбольниц, отрицает доказательные стандарты лечения, и практикует недобровольную госпитализацию без факта преступления, что нарушает декларацию ООН.

Для удержания этих позиций отечественные психиатры проводят стигматизацию шизофрении с помощью наукообразных мифов:
Миф нейродегенерации (гибели нейронов) — мета-анализ МРТ показал отсутствие изменений: объем мозга сохранен, маркеров нейродегенерации нет, нейроластичность в норме.
Миф нейровоспаления — нейролептики действительно дают незначительное повышение провоспалительных маркеров, но PET-исследования микроглии не находят нейровоспаления при шизофрении.
Миф устойчивого дефекта — снижение когнитивных и эмоционально-волевых процессов это следствие подавления психики нейролептиками, а не результат течения шизофрении. Исследования не выявили прогрессирующего снижения интеллекта при шизофрении.
Миф распада личности — исторически сложившийся термин не стоит воспринимать буквально. Личность не распадается, так как данный процесс крайней дезинтеграции психических функций полностью обратим, это просто декомпенсация.

В России назрела потребность в реформе психиатрии, чтобы привести ее в соответствие с международными стандартами. В первую очередь нужно обучить врачей уважать права пациентов: право отказаться от госпитализации и свободно выбирать немедикаментозные методы лечения любых психических расстройств, включая шизофрению.

Мифы о шизофрении разобрал, на канале новый рекорд подписок — 1200❤️.
Значит, переходим к расстройствам личности, на примере ПРЛ как одного из самых тяжелых, (по этой причине в МКБ-11 данный паттерн нарушения характера выделен в отдельный диагноз, поскольку является пограничным состоянием между «большой» и «малой» психиатрией).

Согласно исследованиям, ПРЛ формируется в позднем детском возрасте как результат ненадежной привязанности к значимым взрослым и представляет собой ригидный комплекс трех защитных механизмов психики: проекции, расщепления и отыгрывания.

Стандарт лечения ПРЛ — это психотерапия без использования препаратов. Минимальный срок — один год, средний — два года, краткосрочная психотерапия до года не имеет смысла. КПТ малоэффективна, но методы, работающие с причиной, а не с симптомом (психоаналитические, гуманистические), демонстрируют фактически абсолютную эффективность и внесены во все клинические рекомендации ПРЛ.

Несмотря на то, что советские психиатры распространяют стигму об «неизлечимости расстройств личности» через критерий «стабильности» Ганушкина (из 19 века), доказанная эффективность лечения ПРЛ высока: выздоравливает 86% за 2 года (в современной психиатрии, основанной на работе с причиной, не существует неизлечимых диагнозов).

Важно учитывать, что при ПРЛ часто возникают сопутствующие проблемы.
В 70% при ПРЛ развиваются психотические эпизоды бреда и галлюцинаций как острой реакции на стресс, но их медикаментозное лечение абсолютно противопоказано — необходимо дождаться самостоятельного исчезновения положительной симптоматики в течение суток.
Депрессия развивается в 80%, а биполярное расстройство в 30% случаев ПРЛ. Лечение этих состояний также проводится преимущественно с помощью психотерапии и социальной поддержки, с минимальным использованием медикаментов. Уместно по показаниям применять курсы короткие ламотриджина 50-200 мг и пропранолола 10-40 мг, в исключительных случаях — краткосрочный прием кветиапина 25 мг (не 100 или 600, как любят назначать в РФ при ПРЛ+БАР).

❗️Антидепрессанты не рекомендуются, так как они могут перевести обычную депрессию в биполярную форму и усилить импульсивность ПРЛ из-за снижения эмоционального контроля. Другие препараты при ПРЛ имеют высокий риск наркозависимости, поэтому такие препараты, как лирика и бензодиазепины, абсолютно противопоказаны даже при суицидальном риске, поскольку они незначительно снижают его только в моменте, но ухудшают долгосрочный прогноз, по сути, данные препараты — это смертный приговор при ПРЛ.

‼️Суицидальные мысли это норма при ПРЛ, госпитализации такое состояние не подлежит, поскольку увеличивает суицидальный риск. После факта суицидальных попыток возможна краткосрочная госпитализация с согласия пациента. Обычно это занимает около трех дней, и в этот период проводится длительная ежедневная кризисная психотерапия, сессии длительностью 2–4 часа. Длительная госпитализация не рекомендуется, так как она может привести к восприятию формального диагноза не как временной проблемы, а как неотъемлемой особенности личности. Это, в свою очередь, делает психотерапию малоэффективной, что усиливает чувство неизлечимости, стыда и суицидальные тенденции.

Миф: «психиатр — лечит, психолог —педагог и гуманитарий»

Люди ничего не путают, на западе психолог и психиатр стали одной профессией – психотерапевт. Неважно, базовое образование медицинское или нет — лечат оба.
РФ развивает гуманизм и отказ от биомедицинского лечения: с 2022 года психолог проводит основное лечение — психотерапию, а также патодиагностику.

Образовательная программа психиатров в РФ соответствует лишь должности младшего психофармаколога, поэтому самостоятельно проводить патодиагностику и основное психотерапевтическое лечение —психиатр не имеет права.
Это компетенции клинического психолога, его квалификация и должностные обязанности намного ближе к американской профессии «психиатр».

Психолог лечит и диагностирует психику.
Психиатр лишь обеспечивает фармподдержку для более эффективной психотерапии, работает с документацией: оформляет больничный, формальный диагноз, инвалидность — это закон.
Не все психиатры РФ остаются биомед-недоучками, некоторые успешно обучаются психологии и психотерапии ❤️🤝.

Халатность, магическое мышление, эффект Даннинга-Крюгера и незнание должностных обязанностей психиатра: 4 года ставил диагнозы с анамнеза, без стандартной проверки экспериментально-патопсихологической диагностикой (ЭПИ).

Данный «специалист», называемый в профсообществе «придурком», ни дня не отработал по профессии, не вел пациентов, а сразу пошел зарабатывать.
Естественно, что при цене приема 15т.₽ нет шанса, что такой психиатр когда-нибудь увидит тяжелую шизофрению. Но с депрессией точно столкнется, а в психиатрии не изобрели магический шар и не придумали как без ЭПИ объективно проверить депрессивные жалобы на достоверность. Следовательно, работа идет по принципу: «жалоба на депрессию — вот вам антидепрессант». Это недалекая и халатная самоуверенность.

Диагнозы без ЭПИ выставляются только как предварительные и уточняются клиническими методиками. Например, в международной практике, согласно клиническим стандартам диагностики, для диагноза «депрессия» обязательно использовать методики ЭПИ: HADS либо HDRS.

Психиатрический диагноз по международным стандартам.

Качество диагностики зависит от квалификации специалиста и соблюдений стандарта диагностики.
Я провожу экспертизы заключений психиатров и в большинстве случаев выявляю, что диагнозы, поставленные в РФ, не соответствуют объективным клиническим критериям. Мои наблюдения подтверждает официальная статистика Минздрава, где распространенность психических расстройств не соответствует мировой. В РФ депрессий в три раза меньше, тревожных расстройств в четыре, а недостаточная диагностика форм биполярного расстройства приводит к статистическому занижению данных в 20 раз в сравнении с США. В результате большинство людей с ментальными проблемами не получают необходимую помощь в соответствии с диагнозом, или вовсе приобретают популярный в РФ диагноз «шизофрения» с необратимыми социальными последствиями и неверным травмирующим лечением нейролептиками.

Это происходит, потому что в России психические расстройства часто диагностируют на основе жалоб пациента, без обязательных дополнительных исследований. Такой подход не соответствует принципам доказательной медицины, ведь фактически в таком случае диагноз ставит себе сам пациент.

Психиатрический диагноз не выставляется сугубо на основании жалоб пациента или критериев DSM-5 и МКБ. Для правильного выставления диагноза клиницист обязан использовать диагностический стандарт, называемый гайдлайном. Для каждого заболевания существует свой гайдлайн, в котором прописан порядок клинических ЭПИ-тестов, необходимых для постановки данного диагноза и дифференциального исключения похожих состояний.

Международный золотой стандарт диагностики: классификатор + объективная комплексная оценка личности с проверкой данных.

В исключительных диагностических случаях, проводится двойная диагностическая проверка по сложным и проективным клиническим тестам: чернильный тест Роршаха
и MMPI стандарт судебной психиатрии.

В общих случаях, в США для подбора индивидуального лечения применяется клинический стандарт — CF (Case Formulation), а в РФ — ЭПИ (Экспериментально-психологическое исследование). Несмотря на разницу в концепции, принципиальных отличий между ними нет: оба стандарта представляют собой структурированный, индивидуализированный анализ личности и психики пациента, объединяющий биологические, психологические и социальные факторы для понимания причин и механизмов расстройства.

Были попытки создать классификаторы, не нуждающиеся в ЭПИ-проверке: RDoC (Research Domain Criteria) и HiTOP (Hierarchical Taxonomy of Psychopathology), но они скатились в биологизаторство, редукционизм и невалидные выборки. На данный момент данные классификаторы запрещены к применению в клинической практике во всех странах мира.

Критерии классификатора DSM/ICD + методы CF/ЭПИ — это лучшее, что у нас есть, это ключевой инструмент в биопсихосоциальной модели, помогающий разработать персонализированный план лечения.

Однако психиатров в России не обучают данным методам патодиагностики. К психиатру, не имеющему дополнительного клинического образования, для диагностики обращаться бессмысленно: он просто собирает анамнез и, исходя из жалоб, выставляет предварительный диагноз, который будет неполный или ошибочный. Всё потому, что образовательная программа психиатров в России сокращена на 70% по сравнению с международными стандартами. В частности, отсутствуют специализированные модули, посвященные психотерапевтическому лечению и клинической патодиагностике. Модуль по психофармакологии является основой обучения, но и он изрядно устарел.
Минздрав предполагает, что психиатры должны получить недостающую часть знаний через обучение на рабочем месте.

На этом канале было опубликовано множество разборов, где наглядно видно, что система наставничества и самообразования психиатров в РФ не работает.
Но я не только освещаю данную проблему, но и провожу обучение врачей-психиатров и психотерапевтов в формате двухчасовой индивидуальной супервизии, где разбираю их ошибки диагностики и назначений, даю необходимую информацию для их исправления.🤝

Психиатр Заносов знаменит своей заурядной некомпетентностью, и эта особенность позволяет на его примере изучать заурядные ошибки, типичные для большинства психиатров.
Например: «индивид не несет ответственности за психическое заболевание, включая алкогольную зависимость, такое поведение определяется генами алкоголиков, и винить за это нельзя».

Стыд и вина играют ключевую роль в социальной адаптации и лечении зависимостей через возвращение нормального чувства вины и стабильной работы цикла «стресс-стыд-вина-извинение-прощение».
Генетика, которая якобы оправдывает поведение, на самом деле маркетинговый прием по обесцениванию усилий и снятию ответственности за действия.
Через такие удобные оправдания формируется «роль психически больного». Данный ярлык способствует принятию диагноза как неотъемлемой части личности, что полностью препятствует выздоровлению.

Подход «вы не виноваты» — стигматизирующий маркетинг, противоречащий принципам докмеда и биопсихосоциальной модели. С научной точки зрения,«заболеть психиатрией» невозможно лишь из-за плохих генов и среды, без участия выбора индивидом психических реакций и действий.

Научный гуманизм постулирует, что человек является хозяином своей жизни и несет всю ответственность за свои решения и последствия выбора и поведения. Ментальные проблемы — это выбор, хоть во многом и неосознанный. Психотерапия помогает осознанно отменить последствия предыдущих решений. Благодаря этому, все психиатрические диагнозы являются излечимыми проблемами, но это возможно лишь после принятия ответственности за свое здоровье.

Любые психические расстройства — это нарушения поведения. Без чувства вины невозможно осознать и исправить поведение. Задача лечения — не снять вину, оправдывая поведение человека внешними фактами, задача лечения — трансформировать вину в ответственность через принятие опыта неадаптированного поведения и совершение направленных действий по адаптации.

Недавно обнаружил в у себя подписчиках интересного исследователя и магистра психологии — Петра Звонова, а вчера мы провели увлекательную беседу на его стриме.🔥

На кураже знакомства, поговорили на многие темы: о питерской и московской школе, различиях между манией и гипоманией, проблемах психофармакологии в РФ, а также о том, почему по МКБ-11 наличие депрессии исключает диагноз шизофрении…
Кроме того, мы затронули неоднозначную историческую фигуру Сталина и его негативное влияние на развитие психологической науки. Последнее было особенно интересно, так как я слышал обвинения в том, что Петр «сталинист и биоредукционист». Но оказалось, что всё наоборот. Его современные знания гармонично сочетаются с качественной академической базой, благодаря чему любые профессиональные темы он понимает с полуслова.🤝

Я не могу рекомендовать кого-то в качестве специалиста, если не знаю его лично, если не обучал или не учился у него сам. Однако очень рекомендую канал Звонова — кладезь научной психиатрии и психотерапии.👍

Вчера в психиатрическом чате обсуждали идею, что человек использует мозг всего на 1%. Звучит фантастически, но это научный консенсус, но стоит уточнить, что речь не о задействовании нейронов, а о доле сознательных процессов, в рамках классической топографической модели психики Зигмунда Фрейда. Фрейд любил подчеркивать абсолютное доминирование бессознательных процессов фразой «Ich bin nicht Herr im eigenen Haus».
Дэвид Иглман и нобелевский лауреат Дэниел Канеман в своих книгах развили идею, что сознательная деятельность человека задействует лишь около одного процента нейроресурсов мозга, а остальные процессы происходят в бессознательных центрах.

Идея о возможности использования ресурсов мозга для сознательной деятельности на 50–100% популярна в среде научно-фантастической литературы про сверхспособности. Ученые считают, что такой дисбаланс не даст преимуществ, поскольку сознание работает медленно, а его основная функция — контролировать бессознательное через «право вето», обеспечивая свободу воли. Для этого не нужно много нейроресурсов, их избыточность только снизит энергоэффективность работы мозга.

Современные нейроисследования подтвердили их гипотезы, в статье Беатрис де Гелдер объясняется, что многие процессы, которые мы считаем сознательными, на самом деле бессознательны. Нейроучёный Виктор Ламме на с помощью нейрокоррелятов сознания объясняет, почему большинство операций по обработке визуальной информации, такие как распознание лиц, происходят вне нашего сознания.

Нейронаука экспериментально установила эффект «conscious bottleneck»: в секунду в мозг от органов чувств поступают десятки миллионов бит информации, а сознание способно оперировать лишь 30-50 бит/с, удерживая в буфере рабочей памяти в норме 4 бита, при СДВГ лишь 2 бита из-за врожденных нейроотличий либо приобретенной разрушающей многозадачности.

К сожалению, в России принципы работы психики преподаются на низком уровне в медицинских вузах. Однако радует, что единая программа обучения психологов РФ соответствует современным международным стандартам и включает клинический психоанализ и нейронаучную базу.

Чтобы исправить данную ситуацию, я провожу супервизии для врачей в формате разбора клинических кейсов и мини-лекций. За два часа интенсивного обучения: развеиваю мифы которые вы получили в медуниверситете, помогаю психиатрам и психотерапевтам выявить пробелы в знаниях, даю все необходимые учебники для исправления вашей ситуации, обучаю правильно читать научные исследования.

Мои сообщения, вырванные из контекста, вчера без моего согласия появились в канале известного LGВТQ-деятеля Романа Беккера.
Искаженная информация потенциально может ввести в заблуждение и нанести вред. Чтобы этого не произошло, я решил прояснить свою профессиональную позицию, а заодно провести ликбез по сексологии.

1️⃣ Люди из LGВТQ-сообщества порой непреднамеренно искажают информацию и распространяют заблуждения, думая, что личного опыта достаточно, чтобы компетентно говорить о сексологии. Но ни личный, ни профессиональный опыт одного человека не позволяет быть объективным в этой теме. Сексология — это обширная и сложная научная дисциплина. Даже самому лучшему специалисту не хватит жизни, чтобы самостоятельно разобраться во всех её нюансах, и единственно верная позиция — придерживаться научного консенсуса и стандартов.

Я являюсь сторонником доказательного подхода и никогда не нарушал профессиональную этику. В своей практике сексолога я строго соблюдаю актуальный консенсус-стандарт помощи трансгендерным и гендерно-разнообразным людям SOC-8, принятый в 2022 году и признанный профессиональными ассоциациями по всему миру (но не в России).
Признаю, что я обучался сексологии, в том числе на советской базе, у профессора Бориса Егоровича Алексеева. Некоторые его знания были сильно устаревшими, но многие кейсы обогатили мое клиническое мышление. Несмотря на это, я не считаю себя его учеником, но согласен, что Алексеев — уважаемый в академической среде доктор медицинских наук.

2️⃣ Согласно актуальному стандарту, геи, лесбиянки, транссексуалы, пансексуалы, бисексуалы, асексуалы, аромантики, агендеры — это не психические расстройства, мы это не лечим, но обязательно лечим их гендерные расстройства.
В DSM-5 есть диагноз 302.85, он называется гендерная дисфория (Gender Dysphoria). В МКБ-11 это диагноз — гендерная неконгруэнтность (НА60, Gender Incongruence).
Гендерные расстройства представляют собой дистресс из-за несоответствия гендерной идентичности и пола, который ведет к массовым суицидам, частым эпизодам депрессии, тревожным расстройствам, синдромам дереализации/деперсонализации и другим ментальным проблемам.

Лечение состоит в восстановлении конгруэнтности, которая начинается с выявления факторов, усиливающих неконгруэнтность и, как следствие, гендерную дисфорию. Например, полигамия может становиться не выбором, а разрушительной стратегией избегания, создающей дополнительный эмоциональный груз и триггеры, усугубляющие и без того тяжелое состояние.
Психотерапия позволяет определиться со своей гендерной идентичностью и сексуальной ориентацией, а затем привести свое физическое и социальное функционирование в гармонию со своей индивидуальностью.

‼️Раньше у себя в тгк не афишировал, но раз сейчас появился повод: имею необходимые компетенции для официального оказания качественной помощи и клинической диагностики в сексологической практике, подробнее спрашивайте в ЛС.

Вчера в канале психотерапевта и популяризатора научной сексологии Аполинарии Кожевниковой вышел интересный пост на тему секса как не базовой потребности.

Секс как швейцарский нож, универсальный регулятор, заменяющий 237 пунктов по эмоциональной регуляции. Универсальное хорошим быть не может, и люди достаточно быстро осваивают более качественные способы регуляции эмоций, и, естественно, секса становится меньше.

Это нормально, так как люди не животные, у людей нет инстинктов, включая инстинкт размножения. Поэтому логично, что абсолютное большинство людей в середине жизненного цикла делают выбор в пользу иных способов эмоциональной регуляции, которые более эффективны.
На данный момент порядка полутора миллиардов человек вообще не занимаются сексом, потому, что естественным образом теряют к нему интерес.

‼️Если в браке нет секса или он редкий и нерегулярный, но всех это устраивает, то это не проблема, сексолог не нужен. Сексолог может понадобиться, если пара считает такое естественное решение ненормальным.

Этика — основа психотерапевтического процесса. Важно соблюдать этику не только в процессе психотерапии, но и в жизни, например, в социальных сетях. Любой этический кодекс напрямую запрещает хейт в сторону коллег и их методов, если они являются научно обоснованными. Я работаю по этическому кодексу АРА.
APA — не про политкорректность, а про научную добросовестность. Можно и нужно разоблачать мракобесие и этические нарушения. Но если подход научно обоснован (психоанализ, гештальт, гуманизм), то такой хейт превращается в хейт научного подхода в целом.
Несмотря на эту простую логику, тысячи дел по таким нарушениям рассматриваются АРА каждый год.
Жаркие научные споры — это двигатель прогресса, но вести их нужно исключительно в профессиональной позиции — с уважением, опорой на факты и в специальных условиях.

Для закрепления этической базы, разберем один вчерашний пример того, как НЕ стоит критиковать
1️⃣ Нарушение Принципа C: Честность (Integrity) и Стандарта 1.01. Презрительный тон и уничижительные формулировки: «Допотопные труды Юнга», «нерелевантно», «энергетическая метафора устарела». Этичный критик атакует идеи, а не источник. Уничижительные эпитеты («допотопные») не добавляют научной ценности, но демонстрируют неуважение и предвзятость. Они предназначены для дискредитации оппонента, а не для конструктивного диалога. Это нарушает дух научной честности и добросовестности.
2️⃣ Нарушение Принципа B: Верность и Ответственность (Fidelity and Responsibility) и Стандарта 5.01. Создание «соломенного чучелка» и искажение критикуемой теории. Автор утверждает: «Его нельзя редуцировать до “проявления общей энергии”». В классическом юнгианском анализе либидо — это не просто «общая энергия», как в аккумуляторе. Это сложное метафорическое понятие, включающее психическую энергию, жизненную силу, мотивацию и интерес, которые могут сублимироваться и трансформироваться. Упрощая и редуцируя теорию оппонента до примитивной трактовки, автор борется с ее слабой, выдуманной версией, а не с реальной. Это недобросовестно и вводит в заблуждение.
3️⃣ Нарушение Стандарта 8.10. Избирательное цитирование: Утверждение о том, что либидо и сексуальное желание при депрессии «падают не синхронно» работает в две стороны. Можно обьяснить нейробиологически через разные нейронные цепи, а можно через психоаналитическую модель. Именно факт несинхронности и доказывает универсальность энергии либидо, через теорию катексиса Юнга (теория направления либидо, где задача аналитика — понять, куда и через какой архетип ушла энергия). Обе модели приняты в профсообществе, они не противоречат, а дополняют друг друга.

За нарушение первого пункта автоматом дают выговор (Reprimand), за второй — штраф, а за комбо из трех нарушений АРА обычно выносит решение о временном приостановлении лицензии (Suspension). Полное лишение лицензии неизбежно при повтором нарушении. Если это был хейт методов практикующего специалиста, а не исторической личности, то дело параллельно передается в суд. В США нет общей публичной судебной статистики, и множество правил NDA (о не разглашении), но уверен, компенсации там с пятью нолями.

Надеюсь, что в РФ появится закон об регулировании психотерапевтов и психологов, а этику специалиста будут преподавать в ВУЗе.

Что делать специалисту, если он стал свидетелем этического нарушения от коллеги, чья деятельность как-либо ассоциирована с ним?
Действия в такой ситуации четко прописаны во всех этических кодексах и направлены на защиту клиентов, профессии и самого психолога, обнаружившего нарушение.

Руководствуясь принципом В: (Fidelity and Responsibility) верность и ответственность: Психологи несут ответственность перед обществом и коллегами. Они обязаны бороться с неэтичным поведением, которое может навредить репутации профессии и доверию к ней, и делать это должны строго в соответствии с пунктами этического кодекса:
Пункт 1.04 Неформальное урегулирование (Informal Resolution): Если психолог становится свидетелем нарушения этики коллегой, и это нарушение не влечет за собой прямой вред клиенту, первым шагом должна быть попытка неформально в личной беседе решить вопрос с этим коллегой.
Пункт 1.05: Сообщение об этических нарушениях (Reporting Ethical Violations): Если неформальное решение не сработало, психолог, проконсультировавшись с супервизором, может обсудить это с другими коллегами, вовлеченными в ситуацию. Если коллега вновь не проявляет критического мышления к своим неэтичным высказываниям, то специалист, выявивший нарушение, обязан подать официальную жалобу лицензионному совету.
На этом его профессиональный долг выполнен, а репутация чиста.

Что делать, если психолог-нарушитель проживает в РФ, где психологическая деятельность не лицензируется? Необходимо обратиться в профильные ассоциации, если психолог является их членом. Если нет, то рассматривать нарушения может только основная профессиональная организация страны. В России такой организацией является Российское психологическое общество (РПО), при ней есть этический комитет.
Писать обращение на ethics@psyrus.ru
Желательно максимально подробно и не анонимно (я даже номер диплома РФ указал для дополнительной профессиональной верификации).

Помните, что цель этих действий — не месть, а поддержание стандартов профессии, защита клиентов и помощь коллеге в осознании и исправлении своей ошибки.❤️

Вчера мы обсуждали случай сталкинга и доксинга психотерапевта.
Также, в прошлом месяце, на стриме, мы обсуждали аналогичный случай доксинга и попытки конкурентов очернить репутацию Петра Звонова.
Случившееся с моими знакомыми напоминает о важности соблюдения правил психической безопасности в интернете. Эти события побудили меня написать данный пост.

Сегодня мы живем в эпоху, когда делиться моментами жизни онлайн стало обычным делом. Но есть профессии, где такая открытость может быть не просто неуместной, а по-настоящему опасной. Психотерапия — одна из таких профессий. Речь идет не о паранойе, а об обязательном комплексе мер, которые защищают как специалиста, так и его клиентов. Один из ключевых аспектов — информационная гигиена в сети. Фото себя можно публиковать, но только не те, что сделаны в районе вашего проживания. Уместно опубликовать красивые фото уже после поездки на отдых, но скромно — без лишнего пафоса и успешного успеха.

Специалист также должен заботиться о сохранности личных данных. Ваши документы — не повод для хвастовства, а инструмент, который нужно хранить в максимальной безопасности. Публикация фото диплома или паспортных данных в открытом доступе — серьезная ошибка цифровой гигиены. Это неуместно и опасно, так как может привести к краже личных данных, сталкингу и действиям мошенников от вашего имени.
ФИО, дата и место рождения — основа для мошеннических действий. Номер диплома и дата выдачи могут использоваться для создания поддельных документов или создания вашего цифрового двойника, с действиями от вашего имени.

Вопросы профессиональной этики и репутации. За нарушение принципа психиатрической информационной безопасности через публикацию диплома право на деятельность пока не аннулируют, поскольку это не несет значительной угрозы для клиента, в отличие от публикации отзывов. Но в международном профессиональном сообществе демонстрация диплома считается дурным тоном и признаком неуместной рекламы. Это похоже на ситуацию, когда бухгалтер публикует фото своего калькулятора, чтобы доказать, что умеет считать. Профессионализм доказывается исключительно качеством работы и действующей лицензией.
Согласно этике АРА, считается допустимым размещать дипломы на стене рабочего кабинета. Также уместно публиковать фото с торжественной церемонии вручения, но так, чтобы номер диплома, ваше ФИО и подписи были закрыты или размыты.

Как действовать, если клиент просит отправить цифровую копию ваших документов? Нет закона, запрещающего просить такие данные, но и нет этических норм, по которым специалист обязан предоставить эту информацию кому-либо, кроме представителей власти. При работе онлайн разумно воздержаться от взаимодействия с такими клиентами. На практике, реальные клиенты настроенные на работу, НИКОГДА не проводят оценку специалиста на основании проверки документов.
Качественные клиенты ориентируются на социальное доказательство, если у вас правильно работает система некоммерческого профессионального позиционирования WOM (или в народе «сарафана»).
Как безопасно, эффективно и этично организовать WOM-систему (без рекламы, публикации отзывов, и регулярного ведения социальных сетей) — я индивидуально объясняю на супервизии.

Кроме правил психиатрической безопасности, специалисту, в соответствии с этическим кодексом, необходимо соблюдать принцип 5.01 – Избегание ложных или вводящих в заблуждение заявлений о своей квалификации (Avoidance of False or Deceptive Statements) и принцип 2.01 – Границы компетентности (Boundaries of Competence). Это обязательное условие для полноценного информированного согласия и заключения контракта с клиентом.

В свете этих принципов вопрос об образовании специалиста является релевантным и требует от него абсолютно честного ответа с указанием базового образования, упоминанием используемых методов психотерапии, озвучиванием области дополнительных знаний и границ профессиональной компетенции.

Поясню на личном примере, как соблюдать этику и психиатрическую безопасность в сети, с помощью очень красивой, даже хвалебной... Но абсолютно честной самопрезентации в форме эссе с необходимыми сведениями о моих компетенциях и профессиональном пути:

Мое профессиональное становление началось в специальности «Лечебное дело». Ситуация сложилась так, что в течение последних 5 лет я напряжённо практиковал в сфере медицины катастроф. Это позволило мне обрести глубокое клиническое мышление для диагностики и лечения самых различных заболеваний, но интенсивная работа в условиях пандемии и участие в гуманитарных миссиях по лечению и эвакуации мирного населения, оказавшегося в опасных и психотравмирующих условиях, способствовали пересмотру моих профессиональных интересов и последующей смене специальности.

Поскольку в дополнение к медицинскому образованию я имею степень по психологии и квалификацию клинического психолога, это позволило мне глубже понять проблемы человеческой жизнедеятельности и расширить профессиональные компетенции. В рамках профессионального развития я также прошел обучение психотерапии в когнитивно-поведенческом и гуманистическом подходах, что позволило мне овладеть современными научно обоснованными методами немедикаментозного лечения психических расстройств.
Благодаря качественной и вовлеченной психотерапевтической деятельности, вскоре я смог полностью перейти из государственной медицины в частную практику без использования какой-либо рекламы и регулярного ведения соцсетей.
В данный момент я повышаю свою квалификацию в университетах США и Европы, обладаю современными знаниями в области психофармакологии и сексологии, что позволяет мне оказывать комплексную поддержку клиентам и своевременно перенаправлять их узкопрофильным коллегам в случае необходимости.

Я тщательно забочусь о своём главном рабочем ресурсе — своем психическом здоровье, личностной и профессиональной адекватности, обращаясь к личной и групповой психотерапии, супервизии и интервизии. Я внимательно выбираю круг профессионального общения и немедля прекращаю его, если кто-то из коллег проявляет непрофессионализм и неэтичность.

В свободное время я занимаюсь научной и просветительской работой, предоставляю качественную научную информацию. Мои утверждения подкреплены соответствующими публикациями, и легко проверяемы.
Моя цель — рассказать русскоязычным коллегам о современных методах психотерапии и побудить их получать актуальные профессиональные знания.
Я провожу обучение в формате супервизии, делясь своим подходом и клиническим мышлением. В процессе данной деятельности я нахожу отечественных специалистов, которые стремятся работать по строгим международным стандартам и этическим нормам, формирую свой личный «белый список» для рекомендаций.

Все вышеперечисленное, позволяет с моей стороны гарантировать качественную профессиональную работу в строгом соответствии с высокими профстандартами, чтобы создать безопасное и поддерживающее пространство для нашей работы. Данные обязательные гарантии дополнительно подтверждаются моей безупречной профессиональной репутацией, многолетней практикой без негативных клиентских отзывов и отсутствием каких-либо этических нарушений в профессиональном сообществе.
Актуальные цены и подробные условия моей работы

Также специалист обязан сообщить номер лицензии, в случае если его деятельность подлежит данной процедуре.

Психиатры-маркетологи массово прогрели аудиторию для «лечения» несуществующих в МКБ болезней при помощи курса антидепрессантов.

ПМС — неспецифический синдром, это не какая-то болезнь и не психиатрический диагноз. ПМДР в МКБ нет — если при ПМС тяжёлая депрессия, то диагностировать и лечить нужно её.

В 1960-х нормальные процессы женского тела и социального стресса были превращены в психиатрическую проблему. В этот синдром-помойку свалили гинекологию, тревожность, депрессию, выгорание, алекситимию. В РФ по сей день, психиатры массово лезут не в свою область, распространяя эту стигму ради своей прибыли.

По современным клиническим протоколам лечение синдрома ПМС начинается с диагностики причины. Первая линия лечения — психотерапия, направленная на распознавание и выражение эмоции, а не просто выплескивание их раз в месяц, когда «можно».
Антидепрессанты назначает гениколог однократно или ультракоротким интермиттирующим курсом в качестве быстрого обезболивающего, если ненаркотические анальгетики не справляются.

Экзистенциализм, антипсихиатрия и биопсихосоциальная модель — три столпа научного гуманизма. Иногда эти термины считают синонимами, поскольку у их истоков стояли одни и те же ученые, борющиеся с медицинским редукционистским мракобесием и выступающие за внимание к проблемам личности человека, а не к формальному диагнозу.

5 врачей, идеи которых обязан знать каждый доказательный психотерапевт:

1️⃣ Карл Ясперс, несмотря на ошибочное допущение, что некоторые проблемы психики могут быть исключительно биологически обусловлены, стал первым фундаментальным психиатром, который соединил экзистенциализм и процесс лечения психики. Он разработал систему диагностики и феноменологического мышления врача: психотерапевт обязан развить у себя «статическое понимание», умение осознавать логику бредовых идей и понимать смысл галлюцинаторных переживаний, это — главное условие для полного излечения пациента.
2️⃣ Рональд Лэйнг — разработчик теории психоза как естественного варианта течения экзистенциального кризиса, а не как биологически обусловленную патологию. Он был одним из первых психиатров, которые высказали идею, что лечение в психбольницах не только не имеет эффективности, но и вредно, поскольку формирует роль пациента через принятие формального диагноза как реальной части личности. Благодаря его деятельности и деятельности других психиатров (Франко Базалья, Грэхем Купер) добровольное лечение вне стационара стало золотым стандартом психиатрии во всем мире (кроме РФ, где все еще существует стандарт лечения в психбольнице).
3️⃣ Томас Сасс, психиатр, разработавший социальный подход к ментальным проблемам: психических болезней, в медицинском смысле — нет, есть неэффективная борьба индивида за автономию в социуме, которая проявляется в стойких нарушениях социальной адаптации. Только социальная адаптация гарантирует полное выздоровление. Благодаря идеям Сасса был создан стандарт лечения шизофрении “Open Dialogue”, гарантирующий быстрое полное выздоровление в 82% случаев, с минимальным использованием медикаментов за счет социальных и психотерапевтических методик.
4️⃣ Джордж Энгель, психиатр, без жесткой конфронтации отправивший на свалку истории биомедицинскую психиатрию и любителей стигмы. К идеям Сасса он добавил больше структуры и создал новый золотой стандарт психиатрии — биопсихосоциальную модель. Энгель доказал, что для проблем психики всегда необходимо 3 компонента, и не существует исключительно биологических психических заболеваний. Психическое расстройство даже при самых плохих генах невозможно, пока пациент сам не выберет дезадаптивные паттерны поведения. Проблемы психики — это всегда выбор индивида, а потому в психиатрии нет и не может быть неизлечимых диагнозов.
5️⃣ Питер Бреггин, актуальный критик биологической психиатрии и защитник прав пациентов, психиатр продолжающий развивать вышеупомянутые идеи. Он активно борется с редукционизмом в медицине, разоблачая мифы о связи мозга и психических расстройств, поскольку, согласно исследованиям, ни один психиатрический препарат не лечит причину заболеваний, а лишь временно снимает симптомы, неизбежно нанося вред. «Лекарства — это не протез, а костыль». Полный отказ от психофармакологии в пользу психотерапии является доказанным безальтернативным выбором. Бреггин считает, что психиатры — бесполезная и деструктивная профессия. Психиатры-фармакофилы должны уступить полномочия психотерапевтам-фармакофобам. Необходим отказ от психиатрических диагнозов и полная дестигматизация психических расстройств. Проблемы психики — это экзистенциальные проблемы, требующие понимания и поддержки, а не медицинского вмешательства.

Благодаря научно-просветительской работе упомянутых психиатров я перешёл из устаревшей государственной медицины в современную доказательную гуманистическую психотерапию.
Рекомендую коллегам последовать моему примеру: забыть всё, чему учили в меде, и получить высшее психологическое образование. Доверяйте объективным научным данным, развивайте эмпатию и клиническое мышление — это ключевые навыки для современного результативного лечения ментальных проблем без медикаментов.

Учебный кейс из международного стандарта психиатрической помощи «Open Dialogue».

Когда у 20-летней студентки появились суицидальные мысли, бред и галлюцинации, её отец, русский иммигрант, попытался поместить её в психиатрическую больницу. Однако ему объяснили, что стационарное лечение устарело и не используется, поскольку повышает суицидальный риск и снижает общую эффективность лечения. Вместо этого, в тот же день за его дочерью закрепили личную выездную психиатрическую бригаду: психолога-психотерапевта, медсестру с высшей профессиональной степенью и социального работника. Они будут лечить её на дому.

Отец клиентки, оставаясь скептиком, предложил альтернативу — отправить её в психиатрический стационар РФ. Но специалисты ответили, что максимально раннее вмешательство и помощь в привычной домашней обстановке значительно увеличивают шансы на быстрое и полное выздоровление. Эффективность лечения подобных расстройств в России крайне низкая, потому РФ мировой лидер по суицидам и шизофрении, в то время как тут, полное выздоровление при шизофрении достигается в 82% случаев.
Также указали на ненаучные стандарты РФ и низкую квалификацию российских психиатров, отметив, что РФ не является членом всемирной психиатрической ассоциации (ВПА) по причине применения ненаучных калечащих методов. Психиатры РФ не признаются мировым сообществом, поскольку их образование не является высшим не соответствуя болонским критериям. Обращение к таким «специалистам» наверняка принесет больше вреда, чем пользы. Данные аргументы помогли родственникам клиентки избавиться от своего скепсиса и полностью принять позицию науки.

Несмотря на симптомы, соответствующие критериям параноидной шизофрении, никакой диагноз не был поставлен. Специалисты объяснили, что в современной психиатрии диагноз шизофрения носит лишь формальный бюрократический характер, с точки зрения науки, такой болезни вообще не существует. Диагноз не нужен для лечения, поскольку лечить нужно личность, а диагноз нужен лишь для пособия в случае инвалидности.
Отцу доступно объяснили, что согласно исследованиям, по сути у каждого человека есть «шизофрения» как программа подсознания, включающаяся для защиты психики при чрезмерном стрессе. Современная психиатрия рассматривает психоз не как результат биологического сбоя, а лишь как многофакторный экзистенциальный кризис личности, который они совместно преодолеют.

Психиатрия в стандарте EBM+OD пересмотрела подход к диагнозам и фармакотерапии, современный акцент сместился с «лечения таблетками» на работу с проявлениями: помощь в осознании, контроле и поиске индивидуальных функций, которые выполняют галлюцинации и бред.
После объяснения принципов современной психиатрии и получения информированного согласия от клиента и родственников, началась терапия.

Основной целью стало обучение девушки и её семьи навыкам управления стрессом. Выяснилось, что студентка рассталась с парнем и провалила экзамен, после чего появились голоса, осуждающие её, и суицидальные мысли.
Специалисты объяснили, что суицидальные мысли нормальны в период стресса, и бороться с ними не нужно, это только усилит их. Задача — просто наблюдать и не развивать их, не бояться и не осуждать себя за эти мысли. Команда смогла перевести обсуждение галлюцинаций в психологический план саморефлексии: боль, одиночество, стыд. Они объяснили, что галлюцинации — это лишь метафора бессознательного, а не проблема, которую нужно пугаться и скорее бороться с помощью таблеток.

В результате немедикаментозной терапии клиентка научилась не бояться «голосов». Через две недели они стали тише, а через три месяца она вернулась к учёбе в университете.

Этот случай демонстрирует философию «научной гуманистической психиатрии». Её цель — не инвалидизация пациента через диагноз и ограничения, а быстрое возвращение к полноценной жизни. В современной психиатрии не существует болезней, есть только временные ментальные проблемы, и все они решаются главным образом психотерапией. Реальная эффективность лечения психики зависит от готовности пациента и его окружения к изменениям, а также от социальной поддержки государства.

Вчера обсудил проблему детского суицида в контексте детской гендерной дисфории, имеющей весомый вклад в катастрофу детского суицида РФ. И это не только про смену детского пола, которую в РФ необоснованно запрещают. Это, в первую очередь, про требование постсоветского общества соблюдать неадекватные гендерные роли. Это касается каждого ребенка (цис и транс), в РФ фактически нет детей, что не сталкивались с проявлением гендерной дисфории из-за разрушительного постсоветского воспитания «мужчины не плачут; это не женское дело».
Последствия гендерной дисфории — это насилие (психологическое, физическое, сексуальное), алекситимия, депрессия, конфликты с родителями, буллинг, употребление ПАВ, и рекордный уровень суицида среди подростков.

На Западе в основе помощи трансгендерным детям лежит принцип «non nocere». Никто сразу не назначает гормональную терапию или операцию. Это всегда длительная аффермативная работа с психологом, цель которой — помочь ребенку разобраться в себе. Гендерная идентичность это глубокое внутреннее чувство, его нельзя игнорировать, нельзя ставить под сомнение, психиатрически диагностировать и лечить — иначе это приведет к трагедии.

Ст. 45.1 Федерального закона № 386-ФЗ от 24.07.2023 запрещает лечение гендерной дисфории гормональной терапией или операциями. Запрет на основное лечение является формой пыток из-за колоссального уровня психических страданий, приводящих к суициду у трансгендерных людей.

Российская система медицинской помощи при гендерной дисфории приравнивается к конверсионной терапии, так как:
➖ Патологизирует идентичность, требуя постановки психиатрического диагноза, и отрицает право человека на самоидентификацию.
➖Прямо нарушает право человека на телесную автономию через процедуру принудительной стерилизации для смены документов. (Последняя редакция законов сделала смену документов невозможной даже в таком случае, что фактически лишило гражданства трансгендерных людей).
➖ При детской гендерной дисфории массово недобровольно госпитализируют, выставляют несуществующий диагноз «детской шизофрении» назначают нейролептики.
➖ Психиатры ставят под сомнение чувства идентичности, оспаривают, токсично конфронтируют и даже буквально говорят: «Докажи, что ты гей/трансгендер».

‼️Россия не сможет присоединиться к Всемирной психиатрической ассоциации (WPA), пока не откажется от устаревших методов лечения, включая конверсионную терапию. Также необходимо перейти к современным подходам, основанным на научных данных, отказаться от биомедицинской модели с «эндогенными и органическими процессами». Кроме того, нужно прекратить практику принудительной госпитализации и ликвидировать психбольницы по западному образцу. Практика других стран показывает, что данные реформы проходят достаточно быстро, если специалисты на местах проявляют посильную инициативу и занимаются психопросвещением.

Если вы или ваш ребенок столкнулись с гендерными вопросами:
❌ НЕ обращайтесь к психиатру в РФ. Система российского медобразования не дает врачам современных знаний по этой теме.
Официальная позиция международных правозащитных организаций (Amnesty, HRW), мирового профессионального сообщества (WPATH, APA) и экспертов ООН, состоит в том, что российская психиатрическая система это преступная организация, нарушающая права человека и причиняющая серьезный вред, поскольку ее методы соответствуют определению конверсионной терапии и являются формой пыток, а не лечения.

✅ Ищите психолога, строго работающего по единому международному стандарту SOC-8. Обратите внимание на узкоспециализированные фразы в профиле: «WPATH, affirmative psychotherapy, gender‑affirming care, транc‑инклюзивная практика». Будьте бдительны, общая пометка «ЛГБTK-френдли» в анкете — часто просто маркетинг. Постоянно оценивайте действия специалиста на соответствие стандарту. Если вы чувствуете давление, обесценивание ваших чувств или навязывание «нормальности» — немедленно прекращайте работу. Такой специалист проводит вам конверсионную терапию и совершает над вами психологическое насилие разрушающее вашу личность.