Антон, прикинь, ты просыпаешься такой недалеко от собственной днюхи, а там «Екатерина» трек дропнула? Приятное, должно быть, чувство!
Группа «Екатерина» существовала бойко и живо так году в 2015-16. Вдвоем с Антоном на угаре мы записывали ироничный говнопанк, затем в компании с Митрошиным, Паранойдом и Шлиммером дали ряд остервенелых лайвов — кто был, тот знает — Было! Энергии внутри было так много, что градусник не выдержал и лопнул. И «Екатерины» резко не стало. С тех пор осталось несколько невыпущенных треков, некоторые мы играли на лайвах, в том числе — и песню «Батрачу». Записать это хотя бы в каком-то качестве мы не успели, но, кажется, это по-прежнему забавный документ той беззаботной эпохи, который может быть обнародован тут.
Когда мы две недели назад играли акустику, многие просили сыграть «Девид Пиво Кроненберг». Чуваки, сейчас стрёмно играть «Девид Пиво Кроненберг». Потому что и время че-то другое — жуткое, странное, липкий гадкий сироп стал причиной гибели мухи. И мы другие, нет настроения играть тот стафф. Ещё не работа и не семья, но уже и не с калом меф.
Наш новый материал прозвучит сегодня уместнее, и, да, его время пришло. Но мы ещё немного вас покоптим и потомим в ожидании, слегка и чутка.
А пока — сюрприз для Тохи: прикинь, ман, я взял и дропнул какой-то трекан. Мб кто-то ещё тут словит ностальжи.
Пользуясь случаем, передаю привет Митрошину, Шлиммеру и Паранойду: с вами было весело провести дветысячишестнадцатый.
Группа «Екатерина» существовала бойко и живо так году в 2015-16. Вдвоем с Антоном на угаре мы записывали ироничный говнопанк, затем в компании с Митрошиным, Паранойдом и Шлиммером дали ряд остервенелых лайвов — кто был, тот знает — Было! Энергии внутри было так много, что градусник не выдержал и лопнул. И «Екатерины» резко не стало. С тех пор осталось несколько невыпущенных треков, некоторые мы играли на лайвах, в том числе — и песню «Батрачу». Записать это хотя бы в каком-то качестве мы не успели, но, кажется, это по-прежнему забавный документ той беззаботной эпохи, который может быть обнародован тут.
Когда мы две недели назад играли акустику, многие просили сыграть «Девид Пиво Кроненберг». Чуваки, сейчас стрёмно играть «Девид Пиво Кроненберг». Потому что и время че-то другое — жуткое, странное, липкий гадкий сироп стал причиной гибели мухи. И мы другие, нет настроения играть тот стафф. Ещё не работа и не семья, но уже и не с калом меф.
Наш новый материал прозвучит сегодня уместнее, и, да, его время пришло. Но мы ещё немного вас покоптим и потомим в ожидании, слегка и чутка.
А пока — сюрприз для Тохи: прикинь, ман, я взял и дропнул какой-то трекан. Мб кто-то ещё тут словит ностальжи.
Пользуясь случаем, передаю привет Митрошину, Шлиммеру и Паранойду: с вами было весело провести дветысячишестнадцатый.
БАТРАЧУ (2016)
На него батрачу
На неё потрачу
Может быть и напортачу
Может статься мне к врачу
Но юлою понедельник
Я с лихвой заверчу
Вторник проведу не с другом
С жутким ворохом дедов
Чтобы полюбил я среды
Должен быть в четверг тейкофф
На него батрачу
На неё потрачу
Может быть ниче не значу
Но стрелою прилечу
Кофе прихвачу на сдачу
Есть? Спасибо не хочу
Сам давно уж без копейки
И о мясе слышал лишь
Но зато всё что захочет
Сможет получить малыш
Слушать
На него батрачу
На неё потрачу
Может быть и напортачу
Может статься мне к врачу
Но юлою понедельник
Я с лихвой заверчу
Вторник проведу не с другом
С жутким ворохом дедов
Чтобы полюбил я среды
Должен быть в четверг тейкофф
На него батрачу
На неё потрачу
Может быть ниче не значу
Но стрелою прилечу
Кофе прихвачу на сдачу
Есть? Спасибо не хочу
Сам давно уж без копейки
И о мясе слышал лишь
Но зато всё что захочет
Сможет получить малыш
Слушать
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Екатерина «Видел сон: Сторона А / Сторона Б» выйдет в эту пятницу
Видел сон (2022)
1. Видел сон (версия ЕКИ)
2. Видел сон (версия Жени Базарова)
Слушать и смотреть:
https://taplink.cc/eto_eka
1. Видел сон (версия ЕКИ)
2. Видел сон (версия Жени Базарова)
Слушать и смотреть:
https://taplink.cc/eto_eka
Не люблю делиться публично и вообще избегаю публичности. Только история фантомных болей Екатерины и Жени Базарова не будет окончена, пока не станет обнародована. Поэтому каждую первую пятницу месяца, каждого оставшегося месяца в этом году, я буду делиться её частями, пока не расскажу её всю.
Начну с этой, с седьмого числа
Начну с этой, с седьмого числа
Не было ни одной причины для того, чтобы называться так. В девяностые друг моих родителей открыл ларёк и назвал его по имени своей жены — «Татьяна». Примерно такие ассоциации были у меня, когда я думал об имени Екатерина.
А потом родилась строчка «Екатерина придёт за тобой.» Вернее было бы сказать, что это Екатерина выбрала нас, а не мы её. Кажется, ни я, ни кто-либо ещё не управлял процессом ни в первой Еке, ни во второй: Екатерина управляла нами и делала это согласно своей внутренней логике, как и было описано в той песне, где она была силой хаоса и радости, витальности и тревоги. Мы следовали за ней.
Концерты происходили спонтанно и исключали наличие левых людей. Записи делали сами себя и становились готовы только тогда, когда Она решала, что они готовы. И я теперь лучше понимаю тех, кто говорил, что это не они делали картину, это картина делала их.
Я был и пока что остаюсь главным её заложником, она мне казалась проклятьем. Равно как и с любимой девушкой, любимой мамой, любимой страной. Вот так странно это всё зарифмовалось.
А потом родилась строчка «Екатерина придёт за тобой.» Вернее было бы сказать, что это Екатерина выбрала нас, а не мы её. Кажется, ни я, ни кто-либо ещё не управлял процессом ни в первой Еке, ни во второй: Екатерина управляла нами и делала это согласно своей внутренней логике, как и было описано в той песне, где она была силой хаоса и радости, витальности и тревоги. Мы следовали за ней.
Концерты происходили спонтанно и исключали наличие левых людей. Записи делали сами себя и становились готовы только тогда, когда Она решала, что они готовы. И я теперь лучше понимаю тех, кто говорил, что это не они делали картину, это картина делала их.
Я был и пока что остаюсь главным её заложником, она мне казалась проклятьем. Равно как и с любимой девушкой, любимой мамой, любимой страной. Вот так странно это всё зарифмовалось.
1/2
Я не знаю, как избавиться от магического мышления. Да и нужно ли?
На лето мы схоронились в просторном доме в Подпарижье. В нём вырос друг моего друга. Хозяин — фотограф примерно нашего возраста — при первой встрече сказал нам, что «refugees are always welcome» (это он не по отношению к нам, это к слову пришлось) и сказал, что все мы, так или иначе, станем беженцами (не знаю, почему он так думает, но согласен). Здесь останавливались путешественники, делающие свои кругосветки, а, когда началась пандемия, собирались французские музыканты и джемили в гостинной. Место, в общем, намоленное.
Я не знаю, как избавиться от магического мышления. Да и нужно ли?
На лето мы схоронились в просторном доме в Подпарижье. В нём вырос друг моего друга. Хозяин — фотограф примерно нашего возраста — при первой встрече сказал нам, что «refugees are always welcome» (это он не по отношению к нам, это к слову пришлось) и сказал, что все мы, так или иначе, станем беженцами (не знаю, почему он так думает, но согласен). Здесь останавливались путешественники, делающие свои кругосветки, а, когда началась пандемия, собирались французские музыканты и джемили в гостинной. Место, в общем, намоленное.
2/2
Во дворе дома в саду стоит усохшее дерево эвкалипта. На его ветки садятся попугаи. Его много лет назад посадила мама хозяина этого дома. Несколько лет назад она умерла, умерло и дерево.
В глубине сада есть гостевой домик, а рядом — крытая площадка, террасса. Когда мы впервые оказались здесь, их ещё можно было увидеть, но до них невозможно было пройти: весь двор заняла колючая лоза, и уже в ней потерялись несколько живых деревьев. Ощущалось так, будто это колючки посадили, а благородные деревья лавра выросли между ними сами собой сорняками.
— Это место никогда раньше не было таким заросшим.
Хозяин позволил нам делать с садом всё, что мы захотим. Мы стали вычищать запустение, срезать под корень жирные колючие лианы и потом вытягивать их из хитросплетений веток, как будто очищая суть от заброшенности. Воздуха и пространства прибавлялось. Мне казалось, что мы орудуем не в саду, а в подсознании молодого человека, как когда в телепередачах из замарашки делают принца, вычищая сор из его шкафов.
Я случайно наступал на улиток и срезал живые — да, злые по отношению ко мне, но всё-таки живые растения. Было своё очарование в запустевшем, тёмном, нависающем и мрачном саду. Можно было заглянуть в заброшенный годами прудик, и он казался бездонным колодцем со смолой, иссиня чёрным от перегнивших листьев: нырни туда, ты вынырнешь в лимбе. Прогнивший заборчик, забытый детский мячик — всё, что было дорого когда-то, результаты чьих-то трудов — всё шло в утиль вместе со срезанными шипами. Улиток жалко. И взамен появлялся воздух. Прикосновение человека и забота были актом культуры.
Меня спросила подруга на днях, как для меня работает принятие. А это даже не про время лечит — оно просто неумолимо идёт, и ничего с этим не поделать. То, что дорого, как и то, что ранит — всё становится прошлым, и приходят новые люди, наступает новый опыт. Одни ассоциации с местом меняются на другие, окажись я там в новых обстоятельствах с другими людьми. А мир — многообразен до бесконечности, в нём есть всё, что может быть нужно. Остаётся лишь помогать природе, и позволять новым событиям происходить, очищаясь от привязанности к старому.
Всегда испытываю сложности с кодой, это накладывает на меня давление, а давление я не переношу.
Мы не тронем это дерево. Может — нацепим на него скворечник, его только предстоит починить.
На холодильнике висит фото женщины, похожей на него. Она стоит у той же плиты, что я вижу перед собой. На снимке она призрачна, эфемерна.
Во дворе дома в саду стоит усохшее дерево эвкалипта. На его ветки садятся попугаи. Его много лет назад посадила мама хозяина этого дома. Несколько лет назад она умерла, умерло и дерево.
В глубине сада есть гостевой домик, а рядом — крытая площадка, террасса. Когда мы впервые оказались здесь, их ещё можно было увидеть, но до них невозможно было пройти: весь двор заняла колючая лоза, и уже в ней потерялись несколько живых деревьев. Ощущалось так, будто это колючки посадили, а благородные деревья лавра выросли между ними сами собой сорняками.
— Это место никогда раньше не было таким заросшим.
Хозяин позволил нам делать с садом всё, что мы захотим. Мы стали вычищать запустение, срезать под корень жирные колючие лианы и потом вытягивать их из хитросплетений веток, как будто очищая суть от заброшенности. Воздуха и пространства прибавлялось. Мне казалось, что мы орудуем не в саду, а в подсознании молодого человека, как когда в телепередачах из замарашки делают принца, вычищая сор из его шкафов.
Я случайно наступал на улиток и срезал живые — да, злые по отношению ко мне, но всё-таки живые растения. Было своё очарование в запустевшем, тёмном, нависающем и мрачном саду. Можно было заглянуть в заброшенный годами прудик, и он казался бездонным колодцем со смолой, иссиня чёрным от перегнивших листьев: нырни туда, ты вынырнешь в лимбе. Прогнивший заборчик, забытый детский мячик — всё, что было дорого когда-то, результаты чьих-то трудов — всё шло в утиль вместе со срезанными шипами. Улиток жалко. И взамен появлялся воздух. Прикосновение человека и забота были актом культуры.
Меня спросила подруга на днях, как для меня работает принятие. А это даже не про время лечит — оно просто неумолимо идёт, и ничего с этим не поделать. То, что дорого, как и то, что ранит — всё становится прошлым, и приходят новые люди, наступает новый опыт. Одни ассоциации с местом меняются на другие, окажись я там в новых обстоятельствах с другими людьми. А мир — многообразен до бесконечности, в нём есть всё, что может быть нужно. Остаётся лишь помогать природе, и позволять новым событиям происходить, очищаясь от привязанности к старому.
Всегда испытываю сложности с кодой, это накладывает на меня давление, а давление я не переношу.
Мы не тронем это дерево. Может — нацепим на него скворечник, его только предстоит починить.
На холодильнике висит фото женщины, похожей на него. Она стоит у той же плиты, что я вижу перед собой. На снимке она призрачна, эфемерна.
Сингл группы Екатерина «Мухомор» вышел везде-везде!
Как вы видите, комментарии и реакции отключены. Если захотите поделиться мыслями или впечатлениями, лучше делать это лично через почту bazarov.nowhere@gmail.com. Как-то это более по-человечески, что ли.
Буду рад любым вашим реакциям там, пишите письма, делитесь, как у вас там дела
Как вы видите, комментарии и реакции отключены. Если захотите поделиться мыслями или впечатлениями, лучше делать это лично через почту bazarov.nowhere@gmail.com. Как-то это более по-человечески, что ли.
Буду рад любым вашим реакциям там, пишите письма, делитесь, как у вас там дела
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Ребята, в эту пятницу выйдет сингл «Ледокаин», тогда и напишу какие-то слова. А пока держите живую версию
Камеры — Рита и Виталя, и между ними есть что-то общее
Камеры — Рита и Виталя, и между ними есть что-то общее
Екатерина — Ледокаин
Ссылка на прослушивание
Если вам нравится то, что мы делаем — лучшим способом поддержать нас будет поделиться этим творчеством с тем, кто о нас ещё не знает. Мы будем такому очень рады
Ссылка на прослушивание
Если вам нравится то, что мы делаем — лучшим способом поддержать нас будет поделиться этим творчеством с тем, кто о нас ещё не знает. Мы будем такому очень рады
1/2
Вышел сингл «Ледокаин», и я долго не мог выбрать, какую историю описать здесь по этому поводу. Расскажу последнюю, что пришла на ум.
Однажды летним, но прохладным ещё утром я сидел у гаражей на станции метро Кожуховская на пару с акустической гитарой. Я ждал Митю — кажется, мы собирались записывать что-то на реп.точке, которая находилась здесь же. Сидел, бренчал. Подошли двое, кажется, грузин и попросили сыграть чего-нибудь. Я сыграл то, что мне больше всего отзывалось на тот момент: старую американскую блюзовую песню «Oh, death», которую накануне переложил на русский язык. Песня, выходит, о смерти, и исполнял я её с некоторым пренебрежением к теме, ну, просто потому, что по-другому не слишком умею — не обладаю ни соответствующим голосом, ни навыком. Слушали они, слушали и:
Вышел сингл «Ледокаин», и я долго не мог выбрать, какую историю описать здесь по этому поводу. Расскажу последнюю, что пришла на ум.
Однажды летним, но прохладным ещё утром я сидел у гаражей на станции метро Кожуховская на пару с акустической гитарой. Я ждал Митю — кажется, мы собирались записывать что-то на реп.точке, которая находилась здесь же. Сидел, бренчал. Подошли двое, кажется, грузин и попросили сыграть чего-нибудь. Я сыграл то, что мне больше всего отзывалось на тот момент: старую американскую блюзовую песню «Oh, death», которую накануне переложил на русский язык. Песня, выходит, о смерти, и исполнял я её с некоторым пренебрежением к теме, ну, просто потому, что по-другому не слишком умею — не обладаю ни соответствующим голосом, ни навыком. Слушали они, слушали и:
2/2
— Вот! Правильно, – сказал вдруг один. — О таких вещах нужно обязательно с юмором петь.
Не знаю, правильно ли это думать так, задевает ли кого, только излишняя серьёзность всякое делает фарсом. Как мы выяснили ранее, всё ужасное ещё и донельзя глупо; и, наоборот — любая комедия сквозит меланхолией. Шутка — это когда видишь отклонение от нормы, но одновременно радуешься мысли, что это безопасно, так можно, и тебе за это ничего не будет. Может быть, тем хороши шутки буддистских монахов, некоторые из которых могут медитировать на разлагающееся у реки тело. Эти аскеты обрели для себя пустоту, и им с ней уже ничего не грозит. (Тут хочется предостеречь читателя и предупредить — познание пустоты в их случае сопряжено с филигранным пониманием предмета, и не ведёт ни к цинизму, ни книгилизму, а — напротив — преумножает радость, любовь и благодать.)
«Ледокаин» должен был выйти две недели назад, но что-то не складывалось: то сведение задерживалось, потом обложка. Я думал, что жду сведения и обложку, и уже после того, как всё произошло, я узнал, что жду, пока скончается белка. Обычная, мне до этого незнакомая белочка с лапками и хвостиком. Она дала концы примерно две недели назад, когда я попросил участников одного закрытого чатика скинуть мне в личку сделанные ими фото тел животных. Среди иссушенного пса, драматично раскиданных птиц, нижней половины крысы и мёртвого котёнка я увидел её. Так белка оказалась на кавер-арте, где, переиначивая сюжет детской сказки, она так и не допрыгнула до ветки сосны художника Ивана Шишкина. Хотела, может, да не смогла. Но то, что она оказалась на обложке сингла группы «Екатерина», мне кажется выделяет её судьбу из множества других, таких же белок.
Спасибо ей. Я очень рад, что песня вышла.
— Вот! Правильно, – сказал вдруг один. — О таких вещах нужно обязательно с юмором петь.
Не знаю, правильно ли это думать так, задевает ли кого, только излишняя серьёзность всякое делает фарсом. Как мы выяснили ранее, всё ужасное ещё и донельзя глупо; и, наоборот — любая комедия сквозит меланхолией. Шутка — это когда видишь отклонение от нормы, но одновременно радуешься мысли, что это безопасно, так можно, и тебе за это ничего не будет. Может быть, тем хороши шутки буддистских монахов, некоторые из которых могут медитировать на разлагающееся у реки тело. Эти аскеты обрели для себя пустоту, и им с ней уже ничего не грозит. (Тут хочется предостеречь читателя и предупредить — познание пустоты в их случае сопряжено с филигранным пониманием предмета, и не ведёт ни к цинизму, ни книгилизму, а — напротив — преумножает радость, любовь и благодать.)
«Ледокаин» должен был выйти две недели назад, но что-то не складывалось: то сведение задерживалось, потом обложка. Я думал, что жду сведения и обложку, и уже после того, как всё произошло, я узнал, что жду, пока скончается белка. Обычная, мне до этого незнакомая белочка с лапками и хвостиком. Она дала концы примерно две недели назад, когда я попросил участников одного закрытого чатика скинуть мне в личку сделанные ими фото тел животных. Среди иссушенного пса, драматично раскиданных птиц, нижней половины крысы и мёртвого котёнка я увидел её. Так белка оказалась на кавер-арте, где, переиначивая сюжет детской сказки, она так и не допрыгнула до ветки сосны художника Ивана Шишкина. Хотела, может, да не смогла. Но то, что она оказалась на обложке сингла группы «Екатерина», мне кажется выделяет её судьбу из множества других, таких же белок.
Спасибо ей. Я очень рад, что песня вышла.