***

люк — четырёхглазая ада
двоится — истлела?

снова выбор

Вместе с Анной Гройсс и Верой Зарницкой поздравляем с 70-летием замечательного писателя Евгения Лукина.

Очень старое стихотворение, которое стало некой основой цикла. Последняя редакция.

***

мерзлота вечности город
замкнула зима
странный фонарь дробит клювом
света тень обезвоженного фонтана
деревья скрипят
ещё не став половицами

страх
остаться одному
когда ты и так
почувствовать нелепость ёлочной шишки
хрустнувшей под
смех
но губы мои
серьёзны я
мне неприятен рядом
снимаю невидимые очки
я исчезает
в неон
там вне – оно
безумие
просит искать
выход
ключ
мой ключ – вода
разгадал её присутствие в белых птицах пурги

одинокий трамвай
возвращает в старость молодости
ложусь на землю
падающий снег забивает глотку
природа знает что ей делать

Луна не моргает во имя пуговиц

У Серёжи был удачный день. Двор принадлежал Серёже.
Сначала он проследил, чтобы дворники убирали снег в правильные сугробы, затем под его чутким руководством старательные узбеки грамотно скинули железные балки с шахты лифта. После Серёжа сыграл с детишками в собачку. Дети очень любили Серёжу и всегда с нетерпением ждали, когда он, в очередной раз вернётся из сумасшедшего дома. У Серёжи был удачный день. Серёжа не был один.

***

залпом смакуя вино
иноком в мире ином
я ухожу всё равно
я ухожу в сером в ночь

двери собой заперев
сдвинул крестом даму треф
зная вокруг всё одно
всё равно
ад или дно

но мой безглазый близнец
всякого ближнего жнец
в зеркале вспомнил твой грим
в каплях дождя балерин

ты позабыла мой мозг
в кадре — сломанный мост
прыгнул с меня в небеса
духом представ вне отца

Дочки Владислава Владимировича исследуют безумие вместе с папой и едят шоколад)))

***

1.
молчание — время
застыло бесконечным
звонком мой человек
голос
помнит меня туманом
безысходности покидают комнату-шкафчик
начинается беседа неповоротливым
ключом

2.
я плюс семь девятьсот одиннадцать
плюс семь ничего не значащих цифр
смертельно устал
давно сел
за решёткой звёздочка
#*
а этот ненормальный зачем-то голосит
в мои мёртвые мембраны.

по улице шли трое

слепых – разные
первый: поводырь – разговаривал
в телефон улыбался уверенно
вёл остальных
второй: защищён с обеих сторон
третий: старик – плёлся ребёнком
потерявшим маму пытался не
отставать

P.S.
объединяло их
одно они видели другие

***

1.

никто не знает всё
знаю
невидимая королева
правит сны
раздают приказы
королева творит подданных
новый закон
в движении послушный
оживает

2.

трон королевы опутан ветвями
иглами хвойных пальцев
над троном царственная
прикрыта листьями
соседних вселенных
закольцованы вечностью в мир
возвращаются корни
королевы врастают в трон
иглами хвойных пальцев…

***

на улице
слушая разных
людей свою музыку

***
 
слияние с тобой вечно
твоя любовь преследует меня кольцом неизбежности
не помню времён когда пил твоё тело
выжимая последние соки
но всю жизнь ты мне это в упрёк
может я зря рвал твою плоть
мама?
 

молитвенное

назначить место для дождя
просить у воды имя твоё
бежать в лес в иглах купаться
мокрым обличием человека
попытка спастись
от ненужных мыслей очередная сигарета
дыханье твоё
рядом
угольная птица ворон
молчит словом излишним
только перо её выпавшее в чернила реки
плывёт тусклой лодкой
навстречу новому
дню
в котором дождя не будет

рецепт

сглаз течёт кровь с глаз
чужое чёрное чьё
трогательность к стекловидным
льёт прозрачное тело их
видно высокого давления
на мои чистые страшно
в зеркало только радужка

с глаз течёт кровь — сглаз обрести
к человеку пустому глазами