В предыдущем посте я писал о том, почему будущее не за учёными и не за предпринимателями, а за инноваторами. И вот, пожалуйста, яркое подтверждение моих слов.

Российский стартап Aiphoria, основанный бывшими топами из Яндекса и Сбера, привлёк $34 млн по оценке в $150 млн. Ребята делают «виртуальных сотрудников» на базе ИИ — помощников для бизнеса, способных закрывать задачи от продаж до подбора персонала. Уже 50 млн пользователей каждый месяц взаимодействуют с такими агентами. Вдумайтесь в масштаб!

Гордость? Безусловно! Русская инженерная мысль снова доказывает, что способна задавать тренды, а не только догонять. Но вот вопрос, который снова не даёт мне покоя: почему очередной наш стартап взлетел не у нас, а в США? Можно ли вообще было достичь такого успеха в России?

Похоже, что сегодня условия для таких проектов всё ещё лучше за океаном. И это именно та фундаментальная пропасть, которую нам предстоит преодолеть. Иначе поговорка про «инновации в России, технологии в Китае, а бизнес в США» продолжит блуждать среди наших умов и проектов.

Уверен, мы скоро сломаем эту схему. И такие примеры, как Aiphoria — это не только повод для гордости, но и сигнал к действию. Это ориентир, к которому нам нужно стремиться, создавая здесь, в России, ту среду, в которой наши идеи смогут расцветать, не покидая страны.

А пока — искренне поздравляю ребят и горжусь тем, что наши снова на первых полосах мировых медиа. Буду следить и рассказывать вам дальше.

Пишите, если вы или ваши знакомые делают что-то прорывное. Буду рад подсветить крутые проекты и крутых людей!

#ОхотаЗаИнновациями

Всегда говори «НЕТ» «ДА»

Вчера вечером разговаривал с коллегой. Пожаловался, что последние месяцы чувствую себя белкой в колесе: встреч, задач и ответственности больше, чем часов в сутках. В ответ получил урок по личностному росту в духе «Всегда говори НЕТ». Даже книгу порекомендовали.

Идея, конечно, не нова. Она плотно засела в книгах по саморазвитию, западных блогах и головах многих авторов. Нам объясняют: нужно жестко защищать границы, ставить свои интересы на первое место, быть «здоровым эгоистом» и не бояться отказывать. Смысл прост: «Люби себя, говори нет, береги силы». Звучит логично. Но...

Так ли это близко нашей ментальности? Насколько органично нашему культурному коду?

Ведь всю жизнь нас учили другому. У нас принято помогать. Говорили, что взаимовыручка и готовность откликнуться — это наша сила. Вспомните: «Один в поле не воин». Уважай старших, помогай младшим, подставляй плечо другу.

В русской культуре нет понятия гостя, которому можно отказать. В нашей истории всегда ценились те, кто готов протянуть руку. Мы сильны именно тогда, когда вместе.

Конечно, сказать «нет» проще. Сказать «да» — это взять ответственность. Выделить время, потратить силы, переживать, если не получится помочь.

Но по своему опыту: каждый раз, когда я говорю «да», чувствую внутреннюю силу. Понимаю, что сделал правильно. Да, иногда рискую комфортом и личным временем. Но именно это формирует мою жизнь и меня как человека.

В своих проектах я почти никогда не говорю сотрудникам «нет». Они знают: если просят помощи — ситуация важная. Отказ станет ударом.

Говоря «да», я вижу, как они растут, раскрываются. Начинают ценить и уважать друг друга больше. Именно такой подход делает нас сильнее и позволяет добиваться результатов.

Кто-то не согласится — и это нормально. Конечно, иногда нужно уметь отказывать. Особенно если просьбы неискренни или навязчивы.

Но давайте честно: к сожалению, сейчас концепция «всегда говори НЕТ» нередко используется просто для оправдания эгоизма и равнодушия.

Я считаю, нам пора перестать слепо гнаться за западными трендами. Пора ценить то, что нам передали предки — умение откликнуться и поддержать. Потому что именно через это рождается настоящее человеческое общество.

И в следующий раз, когда кто-то попросит вашей помощи или вы прочитаете модную книгу про границы, задумайтесь:

Возможно, ваше «ДА» — это чей-то единственный шанс.

Что думаете об этом?

#НепопулярноеМнение

Обожаю такие моменты! Чем хороша эпоха соцсетей — каждое мнение теперь сохраняется. И через время это становится лучшим доказательством того, насколько ошибались «диванные эксперты».

Если бы мы слушали всех, кто говорит нам «так нельзя» или «это не сработает», в мире бы просто ничего не появилось. Отличный пример — комментарий после запуска ChatGPT в 2022 году о том, что это худший из возможных концептов ИИ-продукта. Интересно, как себя сейчас чувствует автор?

Постоянно сталкиваюсь с людьми, которые сами ничего не создали сопоставимого, но с удовольствием критикуют чужие идеи. Совет простой — если верите в то, что делаете, просто игнорируйте шум и продолжайте идти к цели.

Критики всегда много. Но успех приходит к тем, кто умеет не обращать на неё внимания.

#Подсмотрено

Без комментариев 😶

Псевдонаучные журналы теперь официально попадут в списки, которые будут котироваться наравне с ведущими международными изданиями.

…научными публикациями, которыми можно отчитываться, будут считаться статьи с названиями «О перспективах телепатических контактов человека с дельфином»; «Информация об ауре человека как объект правового регулирования Федерального закона «О персональных данных»; «Геокиборг – новая фаза развития ноосферы»…

https://t.me/khokhlovAR/1042

#Подсмотрено

Когда разговор с ИИ может оказаться в суде

Недавно наткнулся на новость, которая заставила меня задуматься. OpenAI обязали хранить абсолютно все диалоги пользователей с ChatGPT — даже те, которые были удалены. Причина — судебный иск The New York Times. Теперь любая беседа с ботом может стать доказательством в суде.

Даже Сэм Альтман признал, что это весьма неоднозначная ситуация. Получается, разговор с ИИ не защищён ни адвокатской, ни врачебной тайной. Говоря проще, любая фраза, которую вы доверительно сказали боту, может оказаться у суда или силовых структур.

Это кажется мелочью, но многие, особенно молодёжь, делятся с чат-ботами тем, что не рассказывают даже близким людям. Когда ИИ становится личным терапевтом и доверенным лицом, это уже совершенно новый уровень приватности. Но парадокс в том, что юридически такие беседы ничем не защищены.

Меня это беспокоит ещё и потому, что я являюсь членом Общественного совета при Роскомнадзоре. А у нас этот вопрос даже не обсуждается, хотя в России активно развиваются собственные ИИ-модели — например, ЯндексGPT или Сберовский Гигачат. И нам уже пора задуматься над этическими и юридическими рамками таких взаимодействий.

Если Конституция гарантирует право на тайну личной переписки, не должен ли тот же стандарт применяться к диалогам с ИИ? По сути, человек общается с ботом так же, как и с живым собеседником. Почему тогда эти разговоры менее защищены?

Сэм Альтман предложил ввести особую привилегию для общения с ИИ — по аналогии с врачебной тайной. На мой взгляд, это предложение абсолютно справедливое. Но кто будет устанавливать эти правила? Корпорациям выгодно собирать и использовать данные, а общество и государство пока не успевают реагировать на изменения.

Ситуация с GDPR или 152-ФЗ пока мало помогает. Да, штрафы за утечки личных данных уже есть. Но разговоры с ИИ пока не имеют своей особой юридической защиты. А это значит, что удалённое вами сообщение может оказаться в суде даже через годы.

История с утечкой данных чат-бота DeepSeek наглядно показала, что такие ситуации уже происходят. И тогда возникает простой вопрос — готовы ли мы к тому, что любое наше слово ИИ однажды может всплыть публично?

Мы находимся на стыке новых технологий и старых привычек. Приватность общения перестаёт быть просто частным делом и становится вопросом закона и этики. И это уже не будущее, а наша реальность сегодня.

Что вы думаете по этому поводу? Должны ли диалоги с чат-ботами иметь защиту на уровне личной переписки? И где должна проходить эта грань?

#Резонанс

UPDATE

Пока писал предыдущий пост, появилось сразу две новости, которые отлично иллюстрируют проблему.

Сначала стало известно, что публичные чаты с GPT начали индексироваться в Google. Оказалось, что достаточно было хоть раз скопировать ссылку на переписку, и ваша личная беседа становилась доступной в поиске, со всеми деталями и приватными данными.

Почти сразу после этого выяснилось, что это вовсе не ошибка, а «эксперимент» OpenAI. Компания молча ввела функцию, предполагая, что пользователи сами поставят нужную галочку, разрешая индексирование своих чатов. Результат оказался ожидаемым — скандал и обвинения в нарушении приватности. OpenAI пришлось быстро свернуть «эксперимент» и удалить из выдачи уже проиндексированные диалоги.

Вся эта история — наглядное подтверждение, насколько размытой становится граница приватности в наше время. Сначала её тихо сдвигают, а затем начинают подчищать последствия, уже не спрашивая мнения самих пользователей.

Вопрос остаётся открытым и крайне острым. Насколько мы вообще контролируем свою приватность сегодня?

Цифровой железный занавес или свободная сеть?

Читаю мировые новостные ленты последние месяцы и ловлю себя на мысли, что мы постепенно скатываемся в сюрреализм. Местами кажется, что сценарий Джорджа Оруэла «1984» начинает проступать в реальности. В России уже приняты поправки, которые усиливают ответственность за доступ к запрещённым материалам через VPN, а использование VPN в ряде случаев будет считаться отягчающим обстоятельством. Формально это не запрет интернета, но фактически это делает любую попытку обойти блокировки рискованной практикой.

На этом фоне появляется MAX. Новый мессенджер, который должен стать единым окном для общения, документов и платежей, идёт в предустановку на новые смартфоны. И сразу выясняется самое важное. ФСБ публично признаёт, что функционал безопасной связи там пока не обеспечен. Значит вопрос не в удобстве, а в доверии и архитектуре. Когда в одном месте концентрируются переписка и финансовая история, удобство превращается в уязвимость — и не только перед злоумышленниками, но и перед самим владельцем системы.

Параллельно обсуждается «белый список» сервисов на случай ограничений доступа. Идея понятная. Поддерживать такси, доставку, платежи и критически важные онлайн сервисы даже при сбоях или киберинцидентах. Это шаг к отказоустойчивости инфраструктуры. Но это также шаг к новой нормальности, где часть сети объявлена жизненно необходимой, а всё остальное может быть отключено решением регулятора. Тут нужны чёткие критерии включения и процедуры общественного контроля.

Важно понимать, что «слипание» суверенных экосистем идёт не только у нас. Запад тоже закручивает гайки. С первого августа в ЕС ужесточили требования к софту на устройствах, производители блокируют загрузчики, исчезает возможность ставить кастомные прошивки. Samsung уже начал блокировки, за ним последуют Xiaomi, Google и другие. Формально это про безопасность и целостность софта. По факту это минус свобода для продвинутых пользователей и минус конкуренция альтернативных прошивок.

Мир трескается не только по линии «государство — пользователь». Интернет, рождённый глобальной сетью без границ, дробится на изолированные сегменты. Китай давно живёт внутри WeChat и локальных сервисов. Европа выстраивает жёсткие регламенты и ответственность платформ. США движутся в сторону активной контентной и киберполитики. Мы строим суверенный Рунет и проверяем, где пролегает граница между защитой и изоляцией. Разговор о «splinternet» больше не метафора. Это политическая и технологическая данность, в которой придётся жить.

Подчеркну свою позицию. Курс на защиту инфраструктуры и суверенизацию я считаю стратегически верным. Альтернатива — зависимость от внешних платформ, где любой «рубильник» могут дёрнуть за тысячи километров.

Но защита без баланса рождает отложенные издержки. Чем выше трение с пользователем, тем сильнее сопротивление и тем быстрее появятся обходные схемы. Поэтому решающим будет не сам факт появления новых правил, а качество их реализации и зрелость технологических решений.

Где пройти тонкую грань. Мне ближе подход, в котором государство обеспечивает надёжность и отказоустойчивость, бизнес отвечает за удобство и скорость, а пользователь сохраняет контроль над своим цифровым следом. Это сложная конструкция. Она требует дисциплины и доверия, а ещё она требует признать, что сильная кибербезопасность и уважаемая приватность — не взаимоисключающие вещи.

Мы живём в период, когда правила пишутся на ходу. Моё чувство простое. Нагнетать не стоит. Но и закрывать глаза на последствия тоже нельзя. Давайте договоримся о целях, проверим инструменты на прочность и оставим себе пространство для манёвра. Иначе однажды проснёмся в сети, где всё работает, только уже не для нас.

#Резонанс

UPDATE

Стало известно, что ФСБ согласовал условия доступа MAX к инфраструктуре «Госуслуг». Устно подтверждено, что будет разработан защищённый протокол, а передача данных возможна только с разрешения пользователя.

Вот такой подход мне больше нравится!

За новостями о договорённостях по встрече Путина и Трампа, на мой взгляд, осталась в тени новость, которая по своей значимости не уступает политике. Российские учёные и врачи готовы к применению персонализированной мРНК-вакцины против рака.

Вы только вдумайтесь и перечитайте эту строку. Создана вакцина против рака.

Я ловлю себя на мысли, что не верю глазам. Я ожидал увидеть подобное лет через десять, а то и двадцать. И главное — это происходит в России. Для меня это самая важная новость последних десятилетий.

Почему она вызывает такой отклик? Потому что я на личном опыте знаю, что рак делает с человеком. Я видел, как он забирает силы, разъедает изнутри, меняет сознание. Сколько жизней сломано, сколько надежд уничтожено. Честно, от этой новости наворачиваются слёзы, потому что однажды это больше не будет приговором, который ты мог услышать от врача.

По словам Александра Гинцбурга, директора Центра им. Гамалеи, «примерно через два месяца первая партия онкологических больных с меланомой начнёт получать этот препарат» — речь идёт об экспериментальном применении, с перспективой расширить показания. Подключены ведущие онкологические центры, технология разрабатывается под каждого пациента индивидуально, учитывая профиль опухоли. Это пока не массовое лечение, а адресный удар по болезни.

Да, впереди испытания, масштабирование и проверка эффективности. Но уже сегодня это прорыв. И он не только медицинский, но и человеческий. Это шаг в сторону мира, где слово «рак» перестанет быть синонимом безнадёжности.

Я преклоняюсь перед нашими великими российскими учеными и говорю им браво 👏

#Прорыв

Ну что, в принципе всё было ожидаемо. Уже в понедельник, когда начались проблемы со звонками в популярных зарубежных мессенджерах, было понятно, что мы идём к блокировке.

Сегодня Роскомнадзор это подтвердил, и теперь очевидно, что коммуникационная инфраструктура входит в период перестройки. Государство закрепляет курс на собственные платформы.

В этой парадигме MAX выглядит предсказуемым шагом. В силу объективных причин я скачал приложение. И если говорить откровенно про пользовательский опыт, то с точки зрения интерфейса и ощущения продукта все аккуратно, навигация простая, хороший симбиоз лучших практик VK и Telegram, пользоваться удобно. Как я понимаю, Артемий Лебедев и здесь постарался.

Я искренне поддерживаю его развитие, но считаю, что доверие к продукту нельзя вырастить предустановкой на каждый новый смартфон. Оно появляется, когда есть прозрачные правила работы с данными, минимальный и обоснованный сбор информации, чёткое соблюдение 152-ФЗ без лазеек, понятные регламенты межведомственного доступа и настройки приватности, которые может освоить любой пользователь. MAX пока же собирает заметно больше данных, чем ему нужно для базовой работы, и это то, что важно исправить. Тогда и вопросов к национальному мессенджеру не будет.

Принятые ограничения объясняют борьбой с мошенниками. Это верный приоритет, но риски есть по обе стороны. По заявлениям МТС уже фиксируются похожие попытки и в новом мессенджере. Злоумышленники быстро адаптируются и пробуют новые каналы. Своим опытом в кибербезопасности могу подтвердить простую вещь. Тот, кто нападает, почти всегда на шаг впереди тех, кто защищается. Это аксиома. Поэтому инфраструктура должна быть готова к таким сценариям заранее.

Отдельно хочу отметить про обязательность его применения. Обеими руками я за то, чтобы все госструктуры, министерства и ведомства использовали MAX в своей служебной деятельности. Тут аргументация даже не требуется. А вот что касается обычных пользователей, то я сторонник добровольного выбора. Ведь насильно мил не будешь, как говорится.

Монополия в коммуникациях не работает. Нам нужна среда, где несколько отечественных решений конкурируют за пользователя качеством, скоростью и приватностью. Это снизит риски для страны и подтянет планку для каждого продукта. Я хочу видеть, как рядом с MAX появятся сильные российские мессенджеры, которые смогут конкурировать и внутри страны, и на экспорт, чтобы нас выбирали за удобство, стабильность и приватность, а не только по причине геополитики.

Больше всего конечно я ждал реакции Павла Дурова. Пока её нет, но есть официальное заявление пресс-службы Telegram.

По их словам, модераторы с помощью ИИ удаляют миллионы вредоносных сообщений в день, а пользователи сами могут выбрать, от кого принимать звонки или отключить их совсем.

А что касается WhatsApp*, то на их позицию и мнение мне, честно говоря, всё равно. Этот сервис для меня никогда не был инструментом для серьёзной работы или важных задач. Максимум, что там уместно, — переслать открытку с днём рождения или мем от знакомых. Для критической или деловой коммуникации он и раньше выглядел как временный костыль, а сегодня и подавно не вызывает доверия.

*принадлежит запрещённой и экстремистской организации Meta.

Друзья, пару дней назад вышло поручение Президента России по платформе INVENTORUS. Это высокая оценка нашей работы и одновременно новая планка ответственности. Проекту всего два с небольшим года, у нас короткая история и длинный список задач впереди. Понимаю, что теперь к нам будут справедливо предъявлять больше требований. Это нормально. Так и должно быть.

Благодарю Владимира Владимировича и Агентство стратегических инициатив за поддержку и доверие. Для меня это не просто слова о поддержке отечественных инноваций — это реальная помощь в том, чтобы они росли и закрепляли технологическое лидерство России.

Наша часть работы проста по формулировке и сложна по исполнению. Сделать продукт, который помогает бизнесу, университетам, лабораториям и инженерным командам ускорять исследования и превращать их в прикладные решения.

Я же смотрю на задачу шире, чем просто импортозамещение. Суверенность — необходимое условие, но наша цель — конкурировать на глобальном уровне. Хочу, чтобы INVENTORUS стал не только внутренним стандартом работы с научными данными и ИИ, но и экспортируемым продуктом, который выбирают за эффективность и качество. Мы способны на это, если держать фокус на пользе для пользователя и скорости внедрения.

Команда понимает масштаб ответственности. В ближайшие месяцы покажем новые пилоты, закрытия по функционалу, улучшения в онбординге и поддержке. Обновим дорожную карту и откроем часть внутренних процессов для внешней экспертизы.

Спасибо за доверие. Для меня это знак, что мы идем правильным курсом. Большой путь только начинается, и мы к нему готовы.

Последние недели мне всё чаще приходится задаваться вопросом: стоит ли вступать в диалог с теми, кто много и громко говорит, но не несёт никакой ответственности за свои слова. Или проще проигнорировать и продолжать посвященно делать своё дело?

Я заметил, что как только появляются реальные достижения (в чем бы то ни было), включаются механизмы обесценивания. Это наблюдается уже не в первый раз, но сейчас — особенно наглядно. После того как платформа INVENTORUS получила одобрение Президента России, и было дано поручение о её включении в национальную подписку, вдруг активизировались группы людей, которые раньше не проявляли интереса к тому, что мы делаем.

Звучат заявления, что наш проект «не с нуля», и что он — «системный», за госденьги. Я читаю и радуюсь. Когда ты становишься видимым — тобой начинают интересоваться. Не важно с какими мотивами.

Для меня слово «системный» — это настоящий комплимент. Моя задача была и есть — работать на систему, тем более если под системой мы понимаем страну, людей, инфраструктуру, знания, суверенитет. Моя биография открыта, история проекта лежит на поверхности. Достаточно прочитать этот канал целиком, чтобы увидеть не мифы про поддержку, а длинную последовательность сложных шагов, бессонных ночей, работы команды, которую мы собирали по кусочкам. И была вера, что мы делаем что-то нужное и правильное. Вера, за которую никто не платил и успех которой никто не гарантировал (не было никаких бюджетных вливаний на старте).

Самое удивительное для меня — вся эта критика звучит не в адрес моего туристического проекта Погнали!. В туризме почти нет давления, потому что там меньше политики и меньше задетых интересов (возможно пока). Но как только ты заходишь в науку — начинается не поддающееся логике сопротивление. В науке… боятся изменений. Возможно это те, кто десятилетиями строил карьеру не на открытиях, а на бумагах, согласованиях, круговой поруке.

INVENTORUS пришёл не за чужими местами, а чтобы открыть дорогу тем, кого в этой системе прятали. Нашим инженерам, инноваторам, изобретателям, исследователям. Тем, кто работает, а не имитирует деятельность. И именно поэтому платформа получила поддержку такого высокого уровня. А количество пользователей, показатель которых с 15 мая уже достиг отметки 5 500, только подтверждает это.

Я не ищу одобрения. И не нуждаюсь в похвале. Меня не интересует мнение тех, кто цепляется за старую модель и боится конкуренции. Но я всегда готов к открытому и честному разговору с теми, кто говорит по делу, кто спорит аргументированно, кто готов нести ответственность за слова и приходить к совместному результату.

Каждый выбирает сам, на что тратить своё время. Я выбираю продукт. Людей. Дело. А те, кто остается в прошлом, будут продолжать защищать свою фикцию, но их история заканчивается.

Друзья, хочу немного продолжить разговор о том, что происходит вокруг INVENTORUS и почему тема национальной подписки для меня принципиальна.

Если упрощать, то национальная подписка — это своего рода единая государственная лицензия, которая открывает доступ к научным данным для всех университетов и научных институтов страны.

Раньше она работала через зарубежные платформы вроде Scopus или Web of Science, но после 2022 года этот канал был закрыт, и стало очевидно, насколько мы зависели от чужих решений.

Я говорил об этом в интервью РБК. Привычная работа наших исследователей превратилась в сборку пазла. Данные разрознены, ресурсы недоступны, времени уходит больше на поиск, чем на открытия. Это вскрыло системные вызовы. Первый — раздробленность инфраструктуры, когда патенты и публикации живут в разных средах и не связываются между собой. Второй — когнитивная нагрузка на людей, которые вынуждены тратить силы не на анализ и открытия, а на рутину перевода и адаптацию информации. Третий — необходимость суверенизации и локализации данных, где вопросы защиты персональной информации и информационной безопасности выходят на первый план.

INVENTORUS создан как ответ этим вызовам. Мы строим платформу, которая снимает барьеры и обеспечивает массовый доступ — не выборочно, не по решению оператора, а для всех: от студента до преподавателя. Это ключевая разница. Мы не ограничиваем доступ к знаниям, а делаем его универсальным и прозрачным. В едином окне человек видит публикации и патенты по теме, связи с предприятиями, рекомендации по смежным направлениям. Перевод и нормализация метаданных происходят автоматически. Поисковые сценарии заточены под прикладные задачи. Так появляется новая культура работы с научной информацией.

Сейчас на рынке есть похожие решения, которые включены в нацподписку, но они выглядят слишком громоздко и неудобно. И, что особенно важно, не обладают наличием собственной базы всех мировых научных данных и аналитическими сервисами для ее обработки. Они не учитывают привычки современного пользователя и не создают конкурентное преимущество для страны. По сути, лежат мертвым грузом. В таком виде они не способны конкурировать с западными платформами. Мы же создаём среду, где исследователи и инженеры получают бесшовный доступ к мировым знаниям, и самое главное — сразу видят связь с индустрией. Это меняет правила игры, потому что ускоряет внедрение исследований в реальные проекты и делает науку не только академическим занятием, но и драйвером экономики.

Для нас критически важен пользовательский опыт. Мы сознательно идём в сторону нативности, чтобы любой исследователь тратил меньше времени на навигацию и больше — на реальные задачи. Это формирует новую дисциплину: привычку работать с научной информацией не ради отчёта, а ради результата. И это в итоге позволяет взрастить новое поколение инноваторов.

Я понимаю, почему часть людей сопротивляется. Им привычнее оставаться в роли избранных, у которых есть монополия на доступ и право решать, кому можно, а кому нет. Они выстроили свою карьеру на западных метриках и не могут смириться с тем, что эпоха изменилась. Их слова про «правильную науку» давно обесценились, потому что за ними нет ни технологий, ни продуктов, ни будущего.

INVENTORUS уже опережает прежние подходы. В ближайшее время покажем крупное обновление, которое сделает платформу незаменимой для исследователей, инженеров и технологических предпринимателей. Будут новые сценарии поиска, навигации и совместной работы. Мы не спорим о прошлом. Мы формируем новую философию русской инженерной мысли.

Эпоха суверенных ИИ

Друзья, хочу с вами разобрать сегодня тему суверенных ИИ, так как, на мой взгляд, этот вопрос становится краеугольным камнем в развитии всего технологического уклада человечества в будущем. В особенности важно, какой курс выберет Россия. И на этот счёт хочу предложить своё видение. Но начну, пожалуй, с обзора происходящих событий в Китае, США и Европе. Это, в конечном счёте, позволит нам правильно ответить на этот вопрос.

Когда мы с вами говорим о суверенитете, мы чаще всего подразумеваем государственные границы, валюту, энергетику или интернет. Но сегодня к этому списку стремительно добавился искусственный интеллект. ИИ становится таким же маркером независимости, как национальная валюта или энергетика.

Здесь важно изучить опыт Китая, так как он движется в этом направлении с невероятной скоростью. На этой неделе Пекин представил план, согласно которому к 2027 году уровень внедрения ИИ в ключевых приложениях и устройствах нового поколения превысит 70%, к 2030 достигнет 90%, а к 2035 страна перейдёт к полноценной «интеллектуальной экономике». Особое внимание уделяется «умным устройствам» — от автомобилей и смартфонов до носимой электроники и промышленных роботов. И тут Китай показывает не только амбиции, но и способность перевыполнять собственные планы: доля электромобилей в стране должна была достичь 25% только к 2025 году, но эта цель была выполнена ещё в 2022-м, а сегодня рынок перевалил за отметку в 50%. Это важный индикатор. Ведь, в отличие от многих государств, Китай умеет не просто рисовать цели, но и добиваться их.

В основе китайской модели — государственный контроль и масштаб. Здесь всё встроено в единую стратегию: инвестиции в сотни миллиардов долларов, субсидии для робототехники, поддержка чиповой индустрии, внедрение ИИ в здравоохранение, образование и промышленность. Китай формирует свой замкнутый контур: от университетов, где ежегодно готовят десятки тысяч специалистов, до собственных чипов, дата-центров и платформ. В этом подходе нет ничего случайного — ставка сделана на максимальную автономию и экспорт стандартов, которые должны закрепить за страной глобальное влияние и авторитет.

А вот Америка действует совершенно диаметрально. И, говоря откровенно, мне этот подход ближе. Там искусственный интеллект превращается в арену свободного рынка. В отличие от Китая, где государство дирижирует развитием, США сознательно снимают барьеры. Администрация Дональда Трампа отменила ограничения старика Байдена, убрала федеральные правила, мешавшие стартапам, и сделала ставку на open source и предпринимательскую гибкость. Чувствуется сразу предпринимательская жилка Трампа.

Теперь «свобода слова» становится ключевым индикатором для моделей: от нейросетей требуют не идеологической корректности, а полной открытости к любым запросам. Земля под дата-центры раздаётся почти бесплатно, чтобы ускорить строительство инфраструктуры. И тут вспоминается лозунг большевиков: «Земля крестьянам, фабрики рабочим, власть народу!»

Но, копнув поглубже в суть этого решения, сразу становится очевидным, что Трамп, конечно, никакой не левый радикал, а вполне себе прожжённый капиталист, каких ещё поискать. В 2025 году на индустрию в Штатах обрушился судебный иск, в котором авторы и издательства обвинили OpenAI и другие компании в нарушении авторских прав при обучении моделей. Если бы суд пошёл по пути строгого регулирования, это стало бы ударом по всей отрасли: от стартапов до крупнейших корпораций. Катализатор был настолько серьёзным, что едва не остановил развитие ИИ в США. Реакция Трампа стала политическим ответом: вместо того чтобы ужесточать правила, администрация выбрала противоположное направление — отмену барьеров и поддержку максимальной скорости внедрения. Можно сказать, что судебный риск стал отправной точкой, из-за которой Белый дом фактически сделал ставку на либерализацию. И именно поэтому сегодня Америка лидирует не только в инвестициях, но и в темпах появления новых решений: наш любимый Илон Маск строит гигантский дата-центр для собственных нейросетей, а OpenAI запускает суперкомпьютер Stargate за $100 млрд.

Соревнование за AGI переходит в горячую фазу. И 47-й президент США это чувствует как никто другой.

Старушка Европа же пытается удержать свою традиционную роль арбитра. Хотя традиционного у них там мало чего осталось, особенно в ценностях. В Брюсселе принят AI Act, который устанавливает жёсткие правила безопасности, этики и прозрачности. Евросоюз предпочитает идти медленнее, но осторожнее. Однако в условиях глобальной гонки этот выбор выглядит очень двусмысленным: регулирование может защитить пользователей, но оно же тормозит инновации. Европейские стартапы жалуются, что под давлением правил им становится трудно конкурировать с американскими и китайскими компаниями. А больше и добавить тут нечего…

На мой взгляд, такой экспресс-анализ трёх сценариев наглядно демонстрирует тезис о суверенизации ИИ. Так каков путь выберет Россия?

Поделитесь в комментариях, пожалуйста. А я в следующем посте или в их серии представлю своё видение.

Сын пошёл в IT-академию. Судя по тому, как быстро растут дизлайки у меня в телеграме, модуль «накрутка ботов» он уже освоил. Да и учебный год по всей видимости начинать не хочет)

На Восточном экономическом форуме в этом году мне довелось оказаться по другую сторону сцены — в составе жюри конкурса стартапов «ТехноВосток 2030».

Я видел немало питчей и проектов в своей жизни, но здесь удивило другое: ребята из регионов смотрят не в столицу, а в мир. Они строят беспилотники, разрабатывают медицинские устройства, думают о новых решениях в энергетике. И главное — не говорят о технологиях как о «красивой обёртке», а сразу ищут практическую пользу.

Мне кажется, именно это сейчас самое ценное: когда идея не про то, «как бы привлечь внимание», а про то, «как реально изменить жизнь в городе или регионе».

ВЭБ.РФ создаёт правильный контур для таких команд. Игорь Иванович Шувалов лично участвовал в обсуждении финалистов — это хороший сигнал, что система не просто отбирает победителей, а поддерживает сам процесс поиска решений.

Классно было видеть, что ведущим конкурса стал Пашу, сооснователь Black Star. Он не только держал в динамике всё мероприятие, но и поделился с участниками своим предпринимательским опытом. Для молодых команд такой пример, на мой взгляд, не менее важен, чем экспертные советы.

Для меня участие в «ТехноВостоке» — это возможность увидеть, как на наших глазах формируется новая предпринимательская среда. Не громкими словами, а через конкретные шаги команд, которые хотят решать задачи здесь и сейчас.

Друзья, как вы заметили, я немного пропал из сети. Последние две недели превратились в непрерывную работу с перелётами и встречами. Поэтому возвращаюсь с кратким обзором и несколькими важными новостями.

Для меня первое сентября действительно стало точкой старта важных событий. Сначала Владивосток и Восточный экономический форум. Город люблю по-настоящему, а вот восьмичасовой перелёт — не люблю от слова совсем.

Во Владивостоке я поработал в жюри «ТехноВосток 2030», дал командам предметную обратную связь, где можем помочь ускориться. Это хороший индикатор того, что региональная экосистема взрослеет и смотрит шире локального запроса.

Параллельно шла работа по Погнали! в регионах. С Министром экономического развития Забайкальского края обсудили внедрение проекта и закрепили ответственных. С Алтайским краем подписали соглашение о партнёрстве в рамках развития туристической привлекательности региона.

Отдельным блоком прошли договорённости по международному направлению: с Центром дипломатии Азиатско-Тихоокеанского региона подписали рамочное соглашение. На секции при поддержке Ozon выступил перед молодёжью, где откровенно поделился своими ошибками и показал, как они могут стать основой для нового роста.

Неделю завершил Петербургом и Стрельной. В Резиденции Президента России прошло закрытое камерное обсуждение будущего ИТ-отрасли, где мы говорили без лишней риторики о том, что конкретно делать в ближайшие годы. Перед собственниками ведущих ИТ-компаний рассказал, как за два года мы создаём новый рынок SciTech и удерживаем к нему внимание. Дискуссии получились откровенными и предметными, стало яснее, к чему готовиться в ближайшие кварталы. Легко не будет, но именно консолидация усилий бизнеса и государства и ставка на экспорт нашего цифрового суверенитета в дружественные страны дают шанс на измеримый рост.

Все это формирует основу для дальнейшей большой работы и понятные точки приложения усилий. Уверен, что в ближайшее время смогу сообщить новости, которые напрямую влияют на индустрию и на мой бизнес.

Теперь я снова в привычном рабочем графике. У меня накопилось много интересных мыслей и наблюдений, которыми хочу с вами поделиться. На этом и сконцентрируюсь.

ИИ в России: прагматичная стратегия вместо гонки с гигантами

В недавнем посте мы разобрали подходы США, Китая и Европы к развитию ИИ. Теперь пришло время перейти к ситуации в России.

Сразу предупрежу: разговор будет не быстрый… Это серия заметок и размышлений, которыми я хочу с вами поделиться.

И начнем с вопроса: может ли Россия тягаться с американскими и китайскими лидерами в создании универсальных ИИ-моделей?

Мой ответ: вряд ли. Стоп! Не стоит меня сразу проклинать. Я скорее про то, что нашей стране нужен иной, более прагматичный путь. Ниже мой анализ причин и возможных стратегий.

Почему нам не догнать США и Китай в гонке LLM?

Начнём с объективных ограничений. Разработка больших языковых моделей (LLM) с нуля требует колоссальных ресурсов. У России таких мощностей сейчас нет — и дело не только в финансах.

Во-первых, проблема в аппаратных ограничениях. После 2022 года поставки передовых чипов (GPU) в Россию практически остановились. NVIDIA и TSMC прекратили прямые продажи, а «серый» импорт даёт лишь капли в море. По оценкам, Сберу удалось собрать около 9 тыс. GPU, тогда как одна только Microsoft в 2024 году закупила почти 500 тыс. GPU. Разница на порядок — отсюда и пропасть в возможностях обучения моделей.

Во-вторых, американские и китайские игроки располагают гигантскими дата-центрами, готовыми обучать модели с сотнями миллиардов параметров. России сложно конкурировать: даже крупнейшие наши экосистемы (Сбер, Яндекс) не имеют сопоставимой облачной инфраструктуры. Недаром в самом Сбере признают, что Россия отстаёт от США и Китая и вместо строительства «супер-ЦОДов» делает ставку на точечную работу с моделями.

В-третьих, для обучения ИИ нужны огромные корпуса данных. Глобальные модели питаются всем многообразием интернета, научных статей, кода. У России же и языковой барьер, и ограниченный доступ к международным данным. Наша доля в открытых датасетах мала. Ограниченность данных, особенно в узкоспециализированных нишах на русском, затрудняет обучение конкурентной LLM с нуля.

Ну и вишенкой на торте добавим к этому отток мозгов (десятки тысяч айтишников уехали после 2022 года), и картина стала ясна: строить «русский GPT-5» в лоб невозможно. Чипов нет, кластеров мало, лучшие кадры зачастую вне страны. Но это не повод ставить крест на отечественном ИИ — просто гонку за универсальными моделями стоит сменить на более узкий и выигрышный забег.