Вопрос уже не в том, работают студенты во время учёбы или нет. Они работают. Главный вопрос в другом: станет ли первая работа частью профессионального становления или останется хаотичной подработкой, которая забирает силы, но не развивает. Задача современного образования, состоит в том, чтобы превратить ранний трудовой опыт в управляемую, безопасную и осмысленную часть образовательной траектории.
Часто разговор о работе во время учёбы сводится к двум крайностям. Либо работа воспринимается как угроза: студент устанет, снизится успеваемость, выпадет из образовательного процесса. Либо, наоборот, как безусловное благо: чем раньше начал работать, тем быстрее стал взрослым и самостоятельным. Обе позиции слишком упрощают реальность.
По данным лонгитюдного исследования молодых россиян «Траектории в образовании и профессии», около 70% студентов начинали работать уже во время обучения в вузе [1]. Работа во время учёбы давно перестала быть исключением и стала частью нормальной образовательной траектории.
При этом сами траектории становятся всё менее линейными. Исследователи выделяют разные варианты сочетания образования и работы: короткое обучение с ранним выходом на рынок труда, длительное обучение, смешанные и транзитные паттерны. Иными словами, схема «школа — вуз — одна профессия на всю жизнь» всё хуже описывает путь современного молодого человека.
На это накладывается трансформация рынка труда. По оценкам World Economic Forum, к 2030 году изменится около 39% ключевых навыков работников, а структурная трансформация затронет 22% рабочих мест [2]. Растут проектные, гибкие и платформенные форматы занятости. В России охват платформенной занятостью, по данным исследований НИУ ВШЭ, вырос с 14,6% в 2022 году до 16% в 2024 году [3].
Поэтому вопрос уже не в том, работают студенты или нет. Они работают. Главный вопрос — в качестве этого опыта.
Работа во время обучения может стать сильным образовательным ресурсом. Она помогает студенту лучше понять профессию, увидеть реальные требования рынка, развить самостоятельность, научиться организовывать время, взаимодействовать с командой, принимать обратную связь, понимать ценность денег и собственных усилий.
Особенно если работа связана с выбранной образовательной траекторией, имеет умеренную нагрузку и оставляет время для учёбы и восстановления. Исследования показывают, что оптимальной стратегией является работа по специальности неполный день или неполную неделю [4].
Но есть и другая сторона. Если занятость хаотичная, график непредсказуемый, доход нестабилен, задачи не связаны с будущей профессией, а студент остаётся один на один с нагрузкой, такой опыт может не развивать, а истощать. Высокая интенсивность работы, особенно режим 20+ часов в неделю, связана с рисками снижения академической успешности, выгорания и конфликта ролей «учёба — работа» [5].
Поэтому фокус стоит сместить: обсуждать не сам факт работы, а то, как ранний трудовой опыт встроен в образовательную траекторию.
Что именно делает студент?
Какие навыки он развивает?
Связана ли работа с его будущей профессией?
Есть ли у него время на учёбу и восстановление?
Становится ли работа частью профессионального самоопределения?
Для СПО это особенно важный вопрос. Если профессиональное образование действительно готовит к индустрии, оно не может относиться к первой работе как к внешнему обстоятельству. Оно должно помогать студенту входить в профессиональную среду безопасно, осознанно и постепенно.
__________________________
Источники:
[1] Лонгитюдное исследование молодых россиян «Траектории в образовании и профессии», 2011–2023.
[2] World Economic Forum. The Future of Jobs Report 2025.
[3] НИУ ВШЭ. Платформенная занятость в России, 2024/2025.
[4] Андреева Н. Н. Работа во время учёбы в вузах Татарстана // Вопросы образования. 2014.
[5] Kroupová K., Havránek T., Iraová Z. Student Employment and Education // Economics of Education Review. 2024.
🔥4👍1
«4К-компетенции невозможно сформировать декларацией в образовательной программе. Критическое мышление, креативность, коммуникация и кооперация развиваются только тогда, когда сама образовательная среда требует от школьника или студента искать решения, аргументировать позицию, работать с неопределённостью, слышать других и осмыслять собственный опыт»
В разговоре о современном образовании всё чаще звучит тезис: предметных знаний уже недостаточно. Это не означает, что предметное содержание теряет значение. Напротив, без сильной предметной базы невозможно ни критическое мышление, ни аргументация, ни содержательная коммуникация. Но сегодня образовательная программа должна отвечать не только на вопрос, что школьник или студент знает, но и на вопрос, как он мыслит, действует, взаимодействует с другими и справляется с неопределённостью.
Эта логика закреплена и в международных образовательных рамках. В документах UNESCO, посвящённых образованию для устойчивого развития, результаты обучения описываются не только как когнитивные, но и как социально-эмоциональные и поведенческие [1]. Иными словами, образование должно формировать не только знание о мире, но и способность понимать сложные ситуации, соотносить разные позиции, принимать решения и действовать ответственно.
Сходную рамку предлагает Partnership for 21st Century Learning. В ней 4К-компетенции входят в блок learning and innovation skills: критическое мышление и решение проблем, креативность и инновационность, коммуникация и коллаборация [2]. Важно, что в этой модели они не существуют отдельно от предметного содержания. Они встроены в более широкую систему образовательных результатов наряду с цифровой грамотностью, жизненными и карьерными навыками.
Поэтому 4К-компетенции нельзя рассматривать как надстройку над учебным планом. Их невозможно сформировать отдельным факультативом или разовой проектной работой. Они должны быть зашиты в саму архитектуру обучения: в задачи, форматы взаимодействия, способы оценивания, обратную связь и организацию образовательной среды.
Ключевой вопрос здесь не только в содержании, но и в формате образовательного процесса. Если обучение остаётся полностью предсказуемым, шаблонным и линейным, оно плохо формирует навыки, которые нужны человеку в реальной профессиональной среде. В такой модели студент может успешно воспроизводить алгоритм, но не обязательно учится анализировать неоднозначную ситуацию, искать недостающую информацию, аргументировать выбор решения или слышать позицию другого участника команды.
Хорошо видно это на примере креативных индустрий. При разработке логотипа для компании не существует заранее известного правильного ответа. Нельзя просто открыть учебник и найти там единственно верное решение. Нужно понять запрос заказчика, исследовать рынок, увидеть конкурентную среду, разобраться в позиционировании компании, определить, какую задачу должен решать визуальный знак, и только после этого предложить несколько вариантов решения.
Именно поэтому новые образовательные подходы должны проектировать не только содержание программы, но и среду, в которой школьник или студент действует. Предметные компетенции остаются фундаментом, но поверх них необходимо выстраивать опыт применения знаний в сложных ситуациях. Выпускники, обладающие компетенциями будущего, должны уметь выбирать способ действия, проверять гипотезы, взаимодействовать с другими и понимать последствия своих решений.
__________________________
Источники:
[1] UNESCO. Education for Sustainable Development Goals: Learning Objectives. 2017.
[2] Partnership for 21st Century Learning. Framework for 21st Century Learning.
[3] Пинская М. А., Михайлова А. М., Рыльдзе О. А., Денисцева Л. О., Красинская К. А., Авдеенко Н. А. Навыки XXI века: как формировать и оценивать на уроке? // Образовательная политика. 2019. № 3.
❤3👍1🔥1
ОГЭ стал сложнее в 2025/26 году или изменилось отношение к экзамену?
В разговоре об ОГЭ важно сразу сделать оговорку: результаты экзамена зависят не только от сложности заданий. На них влияют критерии оценивания, качество школьной подготовки, состав участников и другие факторы.
В последние несколько лет есть тенденция к более напряжённому восприятию родителями образовательной развилки после девятого класса.
Это хорошо видно по репетиторству. Ещё несколько лет назад у многих семей было ощущение, что девятиклассник может довольно спокойно подготовиться к ОГЭ на «4» в рамках школьной программы. Сейчас всё больше родителей считают, что для уверенности ребёнку нужна внешняя поддержка.
По результатам опроса SuperJob, в 2021 году репетиторов нанимали для 34% девятиклассников, а в 2023 году с репетиторами занимался уже 51% учащихся 9-х классов [1]. В 2026 году расходы семей на репетиторов для девятиклассников в среднем составили 5100 рублей в неделю. За год сумма выросла на 13%, а за пять лет — на 70% [2].
Эти данные показывают, что сам экзамен и выбор после 9 класса всё чаще требуют от семьи дополнительных ресурсов: финансовых, временных и организационных.
По математике официально по данным ФИПИ нет достаточных оснований утверждать, что в 2025–2026 году структура или содержание контрольных измерительных материалов стали сложнее. Однако вторая часть ОГЭ по математике остаётся устойчиво зоной повышенной сложности. Она рассчитана не просто на базовую проверку, а на дифференциацию сильных учащихся и проверкой готовности к профильной траектории.
В методических материалах ФИПИ для предметных комиссий ОГЭ 2026 года прямо сказано: «...задания 22 и 25 высокого уровня сложности, они требуют свободного владения материалом и высокого уровня математической культуры. Эти задачи рассчитаны на обучающихся, изучавших математику на углубленном уровне. При их выполнении участник экзамена должен продемонстрировать владение широким набором математических приемов, проявить элементарные умения исследовательского характера, которые помогут успешно продолжать образование в 10–11 классах углубленного или профильного изучения математики, информатики и естественнонаучных дисциплин» [5].
Именно здесь возникает важное напряжение. Если часть экзамена требует высокого уровня математической культуры и рассчитана на учащихся с углублённой подготовкой, то массовая школьная программа не всегда даёт ребёнку достаточную уверенность без дополнительных занятий.
Региональные данные показывают, что проблема не только в ощущениях. В аналитических материалах Красноярского ЦОКО по ОГЭ 2025 по математике доля «2» выросла с 4,72% до 5,72%, а доля «4» снизилась с 65,82% до 62,03% [3]. То есть часть учеников сместилась из более уверенной зоны результата в зоны «3» и «2».
По русскому языку региональные данные ОГЭ показывают ещё более выраженный сдвиг в сторону средних и минимально достаточных результатов. В Красноярском крае с 2023 по 2025 год доля участников, получивших «3», выросла с 40,13% до 56,19%, доля «2» — с 3,10% до 5,44%, при этом доля «4» снизилась с 34,26% до 29,40%, а доля «5» сократилась более чем в два раза — с 22,51% до 8,97%
[4]. Данные показывают что зона уверенного результата заметно сужается.
Таким образом ОГЭ всё чаще становится не итоговой проверкой знаний, полученных в основной школе, а точкой распределения дальнейших образовательных траекторий подростка: 10–11 класс, СПО, смена образовательной среды. Рост репетиторства в 9 классе — это не только реакция на задания, это симптом того, что семьи всё чаще воспринимают переход после основной школы как серьёзное испытание, к которому ребёнку нужна дополнительная подготовка и навигация.
__
Источники:
[1] РБК / SuperJob, 2023.
[2] Банки.ру / SuperJob, 2026.
[3] Красноярский ЦОКО. Методический анализ результатов ОГЭ 2025 по математике.
[4] Красноярский ЦОКО. Методический анализ результатов ЕГЭ 2025 по русскому языку.
[5] ФИПИ. Методические рекомендации для предметных комиссий ОГЭ 2026 по математике.
В разговоре об ОГЭ важно сразу сделать оговорку: результаты экзамена зависят не только от сложности заданий. На них влияют критерии оценивания, качество школьной подготовки, состав участников и другие факторы.
В последние несколько лет есть тенденция к более напряжённому восприятию родителями образовательной развилки после девятого класса.
Это хорошо видно по репетиторству. Ещё несколько лет назад у многих семей было ощущение, что девятиклассник может довольно спокойно подготовиться к ОГЭ на «4» в рамках школьной программы. Сейчас всё больше родителей считают, что для уверенности ребёнку нужна внешняя поддержка.
По результатам опроса SuperJob, в 2021 году репетиторов нанимали для 34% девятиклассников, а в 2023 году с репетиторами занимался уже 51% учащихся 9-х классов [1]. В 2026 году расходы семей на репетиторов для девятиклассников в среднем составили 5100 рублей в неделю. За год сумма выросла на 13%, а за пять лет — на 70% [2].
Эти данные показывают, что сам экзамен и выбор после 9 класса всё чаще требуют от семьи дополнительных ресурсов: финансовых, временных и организационных.
По математике официально по данным ФИПИ нет достаточных оснований утверждать, что в 2025–2026 году структура или содержание контрольных измерительных материалов стали сложнее. Однако вторая часть ОГЭ по математике остаётся устойчиво зоной повышенной сложности. Она рассчитана не просто на базовую проверку, а на дифференциацию сильных учащихся и проверкой готовности к профильной траектории.
В методических материалах ФИПИ для предметных комиссий ОГЭ 2026 года прямо сказано: «...задания 22 и 25 высокого уровня сложности, они требуют свободного владения материалом и высокого уровня математической культуры. Эти задачи рассчитаны на обучающихся, изучавших математику на углубленном уровне. При их выполнении участник экзамена должен продемонстрировать владение широким набором математических приемов, проявить элементарные умения исследовательского характера, которые помогут успешно продолжать образование в 10–11 классах углубленного или профильного изучения математики, информатики и естественнонаучных дисциплин» [5].
Именно здесь возникает важное напряжение. Если часть экзамена требует высокого уровня математической культуры и рассчитана на учащихся с углублённой подготовкой, то массовая школьная программа не всегда даёт ребёнку достаточную уверенность без дополнительных занятий.
Региональные данные показывают, что проблема не только в ощущениях. В аналитических материалах Красноярского ЦОКО по ОГЭ 2025 по математике доля «2» выросла с 4,72% до 5,72%, а доля «4» снизилась с 65,82% до 62,03% [3]. То есть часть учеников сместилась из более уверенной зоны результата в зоны «3» и «2».
По русскому языку региональные данные ОГЭ показывают ещё более выраженный сдвиг в сторону средних и минимально достаточных результатов. В Красноярском крае с 2023 по 2025 год доля участников, получивших «3», выросла с 40,13% до 56,19%, доля «2» — с 3,10% до 5,44%, при этом доля «4» снизилась с 34,26% до 29,40%, а доля «5» сократилась более чем в два раза — с 22,51% до 8,97%
[4]. Данные показывают что зона уверенного результата заметно сужается.
Таким образом ОГЭ всё чаще становится не итоговой проверкой знаний, полученных в основной школе, а точкой распределения дальнейших образовательных траекторий подростка: 10–11 класс, СПО, смена образовательной среды. Рост репетиторства в 9 классе — это не только реакция на задания, это симптом того, что семьи всё чаще воспринимают переход после основной школы как серьёзное испытание, к которому ребёнку нужна дополнительная подготовка и навигация.
__
Источники:
[1] РБК / SuperJob, 2023.
[2] Банки.ру / SuperJob, 2026.
[3] Красноярский ЦОКО. Методический анализ результатов ОГЭ 2025 по математике.
[4] Красноярский ЦОКО. Методический анализ результатов ЕГЭ 2025 по русскому языку.
[5] ФИПИ. Методические рекомендации для предметных комиссий ОГЭ 2026 по математике.
❤3🔥1🤔1
Привет, я Светлана Ольшанская.
Я исследователь и практик в образовании, эксперт по частному СПО, практико-ориентированному обучению и подростковым образовательным траекториям.
Пишу о том, как подростки входят в профессию: через среду, профессиональные пробы, реальные задачи, проектную работу, первые роли и первую работу.
Этот канал — о выборе после 9 класса, современном СПО, профориентации, ОГЭ, IT, ИИ, геймдеве и креативных индустриях.
Мне важно говорить о колледже не как о «запасном варианте», а как об осознанной траектории, где подросток может раньше встретиться с профессией, попробовать себя в разных задачах и понять, что ему действительно подходит.
Моя профессиональная оптика — иммерсивное образование: подход, при котором студент не просто изучает профессию, а постепенно входит в профессиональную среду, работает над реальными проектами, собирает портфолио и учится через опыт.
Здесь будут тексты для родителей, коллег из образования, журналистов и всех, кому интересно, как меняется путь подростка к профессии.
Я исследователь и практик в образовании, эксперт по частному СПО, практико-ориентированному обучению и подростковым образовательным траекториям.
Пишу о том, как подростки входят в профессию: через среду, профессиональные пробы, реальные задачи, проектную работу, первые роли и первую работу.
Этот канал — о выборе после 9 класса, современном СПО, профориентации, ОГЭ, IT, ИИ, геймдеве и креативных индустриях.
Мне важно говорить о колледже не как о «запасном варианте», а как об осознанной траектории, где подросток может раньше встретиться с профессией, попробовать себя в разных задачах и понять, что ему действительно подходит.
Моя профессиональная оптика — иммерсивное образование: подход, при котором студент не просто изучает профессию, а постепенно входит в профессиональную среду, работает над реальными проектами, собирает портфолио и учится через опыт.
Здесь будут тексты для родителей, коллег из образования, журналистов и всех, кому интересно, как меняется путь подростка к профессии.
🔥7✍2
Можно ли в 2026 году поступить в вуз после колледжа без ЕГЭ?
Короткий ответ: да, но теперь не всегда. Нужно, чтобы специальность колледжа была признана профильной для конкретной программы бакалавриата или специалитета.
С 2026 года для выпускников СПО меняется важное правило поступления в вузы. Раньше диплом колледжа фактически давал более широкую возможность поступать по внутренним экзаменам вуза. Теперь эта возможность ограничена: сдавать внутренние вступительные испытания вместо ЕГЭ можно только тогда, когда профиль среднего профессионального образования соответствует профилю программы вуза [1]. Закон прямо закрепляет, что соответствие профиля СПО и программы высшего образования определяет сам вуз.
Чтобы выбрать такую траекторию поступления, теперь нужно проверять не только вуз и программу, но и то, признаёт ли конкретный университет конкретную специальность СПО профильной для выбранного направления высшего образования.
Например, МГУ уже опубликовал отдельный документ о соответствии направлений высшего образования специальностям и профилям СПО на 2026 год [2]. В нём видно, какие укрупнённые группы специальностей СПО открывают возможность поступать по внутренним экзаменам на конкретные программы МГУ.
Рассмотрим на примере: если студент окончил колледж по специальности из укрупнённой группы 09.00.00 “Информатика и вычислительная техника” — он может смотреть, какие программы МГУ признают этот профиль соответствующим. В документе МГУ эта группа указана для программ ВМК 01.03.02 “Прикладная математика и информатика” и 02.03.02 “Фундаментальная информатика и информационные технологии” [2].
Механика поступления следующая: выпускник профильного СПО сдаёт внутренние экзамены вуза, по которым можно получить до 100 баллов. После этого он участвует в общем конкурсном списке вместе с абитуриентами, которые поступают по результатам ЕГЭ. Если СПО непрофильное, выпускник колледжа может поступать по результатам ЕГЭ или олимпиадам, для некоторых из которых потребуется подтверждение ЕГЭ не ниже 75 баллов [3].
Главный вывод для семей и студентов колледжей:
_________
Источники:
[1] Федеральный закон от 21.04.2025 № 85-ФЗ
[2] МГУ: соответствие профилей СПО направлениям подготовки ВО на 2026 год
[3] Правила приёма, перечень вступительных испытаний и документы о соответствии профилей СПО опубликованы на сайте Центральной приёмной комиссии МГУ
Короткий ответ: да, но теперь не всегда. Нужно, чтобы специальность колледжа была признана профильной для конкретной программы бакалавриата или специалитета.
С 2026 года для выпускников СПО меняется важное правило поступления в вузы. Раньше диплом колледжа фактически давал более широкую возможность поступать по внутренним экзаменам вуза. Теперь эта возможность ограничена: сдавать внутренние вступительные испытания вместо ЕГЭ можно только тогда, когда профиль среднего профессионального образования соответствует профилю программы вуза [1]. Закон прямо закрепляет, что соответствие профиля СПО и программы высшего образования определяет сам вуз.
Чтобы выбрать такую траекторию поступления, теперь нужно проверять не только вуз и программу, но и то, признаёт ли конкретный университет конкретную специальность СПО профильной для выбранного направления высшего образования.
Например, МГУ уже опубликовал отдельный документ о соответствии направлений высшего образования специальностям и профилям СПО на 2026 год [2]. В нём видно, какие укрупнённые группы специальностей СПО открывают возможность поступать по внутренним экзаменам на конкретные программы МГУ.
Рассмотрим на примере: если студент окончил колледж по специальности из укрупнённой группы 09.00.00 “Информатика и вычислительная техника” — он может смотреть, какие программы МГУ признают этот профиль соответствующим. В документе МГУ эта группа указана для программ ВМК 01.03.02 “Прикладная математика и информатика” и 02.03.02 “Фундаментальная информатика и информационные технологии” [2].
Механика поступления следующая: выпускник профильного СПО сдаёт внутренние экзамены вуза, по которым можно получить до 100 баллов. После этого он участвует в общем конкурсном списке вместе с абитуриентами, которые поступают по результатам ЕГЭ. Если СПО непрофильное, выпускник колледжа может поступать по результатам ЕГЭ или олимпиадам, для некоторых из которых потребуется подтверждение ЕГЭ не ниже 75 баллов [3].
Главный вывод для семей и студентов колледжей:
После СПО поступать в вуз по внутренним экзаменам в 2026 году можно, но стратегию нужно строить гораздо точнее. Теперь важно заранее проверять не только вуз и программу, но и документ о соответствии профиля СПО выбранному направлению высшего образования.Для колледжей это тоже сигнал: траектория “СПО → вуз” становится более профильной. И чем яснее колледж помогает студенту понимать продолжение образовательного и карьерного маршрута, тем выше ценность такой программы для семьи.
_________
Источники:
[1] Федеральный закон от 21.04.2025 № 85-ФЗ
[2] МГУ: соответствие профилей СПО направлениям подготовки ВО на 2026 год
[3] Правила приёма, перечень вступительных испытаний и документы о соответствии профилей СПО опубликованы на сайте Центральной приёмной комиссии МГУ
👏3🔥2
Платное поступление в вуз больше не работает по старому принципу «не прошёл на бюджет — пойду на коммерцию»
В приёмной кампании 2026 года вузы впервые входят в новую реальность: теперь контрольные цифры приема определены не только для бюджетных, но, для некоторых направлений, и для платных мест. Постановление Правительства РФ от 19 ноября 2025 года № 1830 утвердило правила определения предельного количества платных мест на 2026/27 учебный год. Отдельным распоряжением был утверждён перечень направлений и специальностей, по которым эти ограничения применяются. В него вошли 28 программ бакалавриата и 12 программ специалитета [1].
Раньше объём платного набора в значительной степени определял сам вуз: сколько студентов готов принять на коммерцию, столько мест и открывал. Теперь по ряду направлений государство устанавливает верхнюю границу — больше этого числа вуз принять не сможет.
По данным «Коммерсанта», в 2026 году вузы недосчитались 47 тыс. платных мест. Сильнее всего сокращение затронуло самые массовые направления платного приёма: юриспруденцию — минус 13,9 тыс. мест, менеджмент — минус 7,4 тыс., экономику — минус 7,3 тыс. Также заметно сократились места на государственном и муниципальном управлении и рекламе и связях с общественностью [2].
Именно поэтому для семей, которые рассматривают платное поступление как «страховочный вариант», ситуация становится менее предсказуемой. На популярных направлениях коммерческих мест может стать меньше, конкурс на платное — выше.
Однако, есть вероятность что правила будут скорректированы по результатам приемной кампании 2026 года. 22 мая на круглом столе в Совете Федерации представитель Минобрнауки сообщил, что к 2028 году количество специальностей с ограниченным платным приёмом планируют сократить с 40 до 29. Из-под регулирования могут вывести, например, прикладную этику, пожарную безопасность, нефтегазовое и горное дело. То есть по части направлений вузы снова смогут свободнее определять объём платного приёма, а по самым массовым и чувствительным — вероятно, юриспруденции, экономике, менеджменту — регулирование может сохраниться.
Как строить образовательную стратегию родителям и абитуриентам?
Теперь недостаточно просто смотреть проходные баллы прошлых лет. Нужно заранее проверять три вещи:
1. входит ли выбранное направление в перечень регулируемых;
2. сколько платных мест вуз открыл именно в этом году;
3. как это число изменилось по сравнению с прошлой приёмной кампанией.
Главный вывод:
В приёмной кампании 2026 года вузы впервые входят в новую реальность: теперь контрольные цифры приема определены не только для бюджетных, но, для некоторых направлений, и для платных мест. Постановление Правительства РФ от 19 ноября 2025 года № 1830 утвердило правила определения предельного количества платных мест на 2026/27 учебный год. Отдельным распоряжением был утверждён перечень направлений и специальностей, по которым эти ограничения применяются. В него вошли 28 программ бакалавриата и 12 программ специалитета [1].
Раньше объём платного набора в значительной степени определял сам вуз: сколько студентов готов принять на коммерцию, столько мест и открывал. Теперь по ряду направлений государство устанавливает верхнюю границу — больше этого числа вуз принять не сможет.
По данным «Коммерсанта», в 2026 году вузы недосчитались 47 тыс. платных мест. Сильнее всего сокращение затронуло самые массовые направления платного приёма: юриспруденцию — минус 13,9 тыс. мест, менеджмент — минус 7,4 тыс., экономику — минус 7,3 тыс. Также заметно сократились места на государственном и муниципальном управлении и рекламе и связях с общественностью [2].
Именно поэтому для семей, которые рассматривают платное поступление как «страховочный вариант», ситуация становится менее предсказуемой. На популярных направлениях коммерческих мест может стать меньше, конкурс на платное — выше.
Однако, есть вероятность что правила будут скорректированы по результатам приемной кампании 2026 года. 22 мая на круглом столе в Совете Федерации представитель Минобрнауки сообщил, что к 2028 году количество специальностей с ограниченным платным приёмом планируют сократить с 40 до 29. Из-под регулирования могут вывести, например, прикладную этику, пожарную безопасность, нефтегазовое и горное дело. То есть по части направлений вузы снова смогут свободнее определять объём платного приёма, а по самым массовым и чувствительным — вероятно, юриспруденции, экономике, менеджменту — регулирование может сохраниться.
Как строить образовательную стратегию родителям и абитуриентам?
Теперь недостаточно просто смотреть проходные баллы прошлых лет. Нужно заранее проверять три вещи:
1. входит ли выбранное направление в перечень регулируемых;
2. сколько платных мест вуз открыл именно в этом году;
3. как это число изменилось по сравнению с прошлой приёмной кампанией.
Главный вывод:
платное поступление становится не «запасным выходом», а отдельной конкурсной траекторией. И её теперь тоже нужно планировать заранее — с мониторингом правил приёма, количества мест и изменений по конкретному вузу и конкретной программе.
🔥3🤔1
Сегодня я выступила на XI Межвузовской конференции молодых ученых «От детства к взрослости: вариации нормы и особенности развития» с докладом «Инициативный оплачиваемый труд старших подростков как расширенный образовательный опыт».
В преддверии лета хочется поговорить о трудоустройстве подростков. Именно летом многие ребята начинают искать первую работу и это уже заметный социальный тренд.
По данным hh.ru и SuperJob, в 2026 году подростков готовы нанимать больше работодателей, чем раньше, а среди самих школьников растет интерес к летней подработке. Параллельно меняется и регулирование: с 2023 года были снижены бюрократические барьеры для трудоустройства подростков с 14 лет, а с 2025 года появилась ограниченная возможность привлекать несовершеннолетних к работе в выходные и праздничные дни во время летних каникул — при соблюдении специальных условий.
Первая работа — это одна из самых понятных для подростка проб взрослости. Прийти вовремя. Договориться с работодателем. Выдержать задачу. Получить обратную связь. Распорядиться заработанным. Понять связь между усилием и результатом.
Но это происходит не автоматически.
Исследования подростковой занятости показывают: работа может быть ресурсом взросления, но при высокой нагрузке, небезопасной среде или отсутствии взрослого сопровождения она может быть связана с рисками для учебы, здоровья и благополучия.
Поэтому педагогически важный вопрос звучит не так: «Полезно или вредно подростку работать? А так: при каких условиях работа становится образовательным опытом.
Подростковая занятость может быть ресурсом взросления, если у нее есть несколько условий: умеренная нагрузка, безопасная среда, понятные задачи, взрослый рядом, обратная связь и возможность обсудить полученный опыт. Без этого работа легко превращается не в развитие, а в перегрузку, случайную занятость или раннее столкновение с деструктивными трудовыми практиками.
Поэтому родителям я бы предложила спрашивать подростка не только:
🔸 «Сколько тебе заплатят?»
А еще:
🔸 Чему ты там научишься?
🔸 Будет ли на твоей работе обучение и наставник?
🔸 Сколько часов в неделю это займет?
🔸 Не будет ли это мешать учебе и восстановлению?
🔸 Как ты хочешь распорядиться заработанными деньгами?
🔸 Что ты понял про себя после этой работы?
Первая работа подростка не должна конкурировать с образованием за время и ресурсы, но может становиться важной частью расширенного образовательного опыта — безопасной пробой взрослости, ответственности и профессионального самоопределения.
В преддверии лета хочется поговорить о трудоустройстве подростков. Именно летом многие ребята начинают искать первую работу и это уже заметный социальный тренд.
По данным hh.ru и SuperJob, в 2026 году подростков готовы нанимать больше работодателей, чем раньше, а среди самих школьников растет интерес к летней подработке. Параллельно меняется и регулирование: с 2023 года были снижены бюрократические барьеры для трудоустройства подростков с 14 лет, а с 2025 года появилась ограниченная возможность привлекать несовершеннолетних к работе в выходные и праздничные дни во время летних каникул — при соблюдении специальных условий.
Первая работа — это одна из самых понятных для подростка проб взрослости. Прийти вовремя. Договориться с работодателем. Выдержать задачу. Получить обратную связь. Распорядиться заработанным. Понять связь между усилием и результатом.
Но это происходит не автоматически.
Исследования подростковой занятости показывают: работа может быть ресурсом взросления, но при высокой нагрузке, небезопасной среде или отсутствии взрослого сопровождения она может быть связана с рисками для учебы, здоровья и благополучия.
Поэтому педагогически важный вопрос звучит не так: «Полезно или вредно подростку работать? А так: при каких условиях работа становится образовательным опытом.
Подростковая занятость может быть ресурсом взросления, если у нее есть несколько условий: умеренная нагрузка, безопасная среда, понятные задачи, взрослый рядом, обратная связь и возможность обсудить полученный опыт. Без этого работа легко превращается не в развитие, а в перегрузку, случайную занятость или раннее столкновение с деструктивными трудовыми практиками.
Поэтому родителям я бы предложила спрашивать подростка не только:
🔸 «Сколько тебе заплатят?»
А еще:
🔸 Чему ты там научишься?
🔸 Будет ли на твоей работе обучение и наставник?
🔸 Сколько часов в неделю это займет?
🔸 Не будет ли это мешать учебе и восстановлению?
🔸 Как ты хочешь распорядиться заработанными деньгами?
🔸 Что ты понял про себя после этой работы?
Первая работа подростка не должна конкурировать с образованием за время и ресурсы, но может становиться важной частью расширенного образовательного опыта — безопасной пробой взрослости, ответственности и профессионального самоопределения.
❤4😁1