Опубликованы интереснейшие Рекомендации НКС АС УО от 25.12.2023 по банкротству!

1. В пункте 3 Рекомендаций предусмотрены разъяснения об особенностях оспаривания внутригрупповых сделок и банкротстве групп компаний. Обращается внимание, что при оспаривании таких сделок необходимо оценивать особенности функционирования группы (бизнес-модель).

Так, в Рекомендациях указано, что «при наличии у должника – члена группы компаний внешних кредиторов суды, принимая во внимание состав кредиторов плательщика и получателя платежа, запутанность внутригрупповых отношений и, соответственно, невозможность достоверного установления итогового размера обязательства в результате сальдирования внутригрупповых расчетов, могут отказать в признании оспариваемой сделки недействительной исходя из презумпции наличия в такой ситуации договора о покрытии».

Более того, допускается материальная консолидация активов группы: «если установленные судом обстоятельства свидетельствуют о невозможности восприятия членов группы как самостоятельных, имущественно обособленных субъектов гражданского оборота, защита нарушенных прав внешних кредиторов, воспринимавших деятельность всей группы компаний в качестве единого хозяйствующего субъекта, может быть достигнута путем объединения дел о банкротстве участников группы в одно производство (ст. 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) и предъявления кредиторами требований к единой консолидированной имущественной массе группы компаний».

2. Предусмотрены достаточно сбалансированные разъяснения в части возможности оспаривания отказа от наследства: «При конкурсном оспаривании отказа от наследства, непринятия наследства необходимо учитывать доводы должника о причинах такого поведения. Поскольку законодательство не предусматривает возможности принуждения к принятию наследства, а причинами отказа в его принятии могут быть обстоятельства личного характера, обстановка в семье должника, отказ от наследства (непринятие наследства) признается недействительным только в случае, когда судом достоверно установлено, что единственной причиной такого поведения является намерение причинить вред имущественным правам кредиторов. Наличие уважительных причин отказа от наследства, не связанных с намерением причинить вред кредиторам, предполагается, пока не доказано иное».

3. Следует отметить также важнейшие разъяснения в части банкротства наследственной массы: «Поскольку положения действующего законодательства основаны на идее сепарации, то есть обособления имущества наследодателя (наследственной массы) от имущества наследников, после смерти гражданина в целях пропорционального удовлетворения требований его кредиторов за счет соответствующего имущества преимущественно перед любыми другими лицами дело о банкротстве подлежит возбуждению в отношении наследственной массы, а не наследников (п. 5 ст. 223.1 Закона о банкротстве), независимо от факта принятия наследства».

В Рекомендациях очень много еще других полезных разъяснений, о которых сделаю посты подробнее отдельно.

Коллеги из Soft Law Community выложили мое небольшое интервью с процесса съемок. Было интересно :). Вообще готовится что-то очень крутое.

Опубликовано определение Верховного Суда РФ по делу «Витас Банк», в котором разъяснено, что презумпция, предусмотренная в подп. 2 п. 2 ст. 61.11 ЗоБ, должна применяться в том числе при рассмотрении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности КДЛ вне рамок дела о банкротстве. Ранее указанная позиция была также высказана КС РФ в деле Покуля (обсуждалось там подробнее).

Минэкономразвития России опубликовало законопроект об очередности удовлетворения судебных расходов в обособленных спорах в деле о банкротстве во исполнение постановления по делу Галлямовой И.Е. и Червяковой Е.П.
Писал об этом на канале здесь.

1. В целом следует полностью поддержать общее правило о том, что такие расходы должны возмещаться как текущие платежи. Более подробно почему я писал здесь.

2. Очень отрадно, что в законопроекте не поддержана идея КС РФ о субординации требований КДЛ о взыскании судебных расходов только за то, что они КДЛ. Такая субординация допускается только в том случае, если они злоупотребляют своими процессуальными правами или нарушают процессуальные обязанности в соответствующем обособленном споре.

3. В законопроекте вслед за пунктом 18 постановления Пленума ВАС № 35 и КС РФ поддерживается субординация требований кредитора о взыскании судебных расходов в обособленном споре об установлении требований такого кредитора, если судебный акт принят в его пользу.

Я уже писал, что это достаточно сомнительное решение, которое как-будто было заимствовано в немецком праве. Вместе с тем не учитываются существенные особенности установления требований кредиторов в немецком праве. Более подробно почему писал здесь.

4. В законопроекте закрепляются подходы, уже нашедшие отражение в судебной практике, в соответствии с которыми судебные расходы, если конкурсная масса проиграла спор, могут быть взысканы с арбитражного управляющего, предъявившего заведомо необоснованное требование (см. п. 4 НКС АС УО от 25.12.2023), или с кредитора, заявлявшего возражения против требований другого кредитора (см. определение).

5. Дополнительно законопроект закрепляет правило о субординации всех судебных расходов, взысканных с конкурсной массы в деле о банкротстве гражданина, мотивируя это тем, что текущие платежи не списываются. На мой взгляд, это сомнительное решение, которое ранее никем прямо не формулировалось. Банкротство не бесплатная процедура, поэтому это нормально, что расходы, сформированные у контрагентов должника помимо их воли, должны оплачиваться.

Отличная новость! ГД принят законопроект ВС РФ по банкротству! Ссылка на базу ГД здесь.

Об универсальности позиции КС РФ о порядке реализации преимущественного права на торгах, закрепленной в постановлении КС РФ № 23-П.

Моя позиция по этому вопросу совпадает с тем, что однажды разъяснил Верховный Суд РФ: преимущественное право должно реализовываться путем предложения цены, которая сформировалась на торгах. Лучший способ определения цены – это свободные торги. И никакая оценка ее не заменит. Поэтому самый справедливый способ – это предложить эту цену сособственнику. По крайней мере такой логикой руководствовался ВС РФ.

Мне также симпатична старая позиция ВАС РФ, что лицо, имеющее преимущественное право, может реализовать свое преимущественное право путем непосредственного участия на торгах. Однако делать участие на торгах обязательным условием реализации преимущественного права вызывает у меня сомнения.

Из текущей редакции законопроекта, разработанной Минэкономразвития во исполнение постановления КС РФ, следует, что законодатель не воспримет вероятнее всего позицию КС РФ в качестве универсального решения проблемы реализации преимущественного права на торгах.

Поэтому я полагаю, что позицию КС РФ до внесения изменений в законодательство, необходимо толковать максимально ограничительно.

Так, в Верховный Суд РФ передано дело, в котором суды решили при реализации преимущественного права участника ООО в отношении реализуемой доли на торгах применить подход, который предусмотрел КС РФ в своем постановлении применительно к статье 250 ГК РФ, то есть предложить участнику выкупить долю до проведения торгов по оценочной стоимости.

АС УО указал, что «ранее существовало и широко применялось правовое регулирование (определение Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2020 No 306-ЭС19-22343), исходившее из необходимости обеспечения сособственнику реализации преимущественного права выкупа доли путем направления предложения о заключении договора по цене, предложенной победителем торгов, то есть после определения победителя торгов.
Постановление Конституционного Суда Российской Федерации No 23-П от 16.05.2023 изменило практику реализации преимущественного права покупки собственником доли в праве на имущество. Согласно новому подходу, это право может быть реализовано до начала торгов, а не по итогам их проведения, как ранее было закреплено в пункте 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации No 3 (2020)».

Я считаю, что подход КС РФ не самый оптимальный и не стоит его толковать расширительно. Верховный Суд РФ посчитал обонованными аргументы финансового управляющего, который не согласился с применением упомянутого постановления КС.

На рассмотрение СКЭС Верховного Суда РФ передано очередное дело о субординации.

Суть дела такова: аффилированное с должником лицо финансировало деятельность такого должника путем исполнения обязательств должника перед третьими лицами (ст. 313 ГК РФ) в условиях имущественного кризиса. В качестве встречного предоставления должник (цедент) уступил права требования аффилированному лицу (цессионарий), по которому такой цессионарий взыскал около 12 млн. руб.

КУ подал заявление об оспаривании сделок цессии.
Суды первой и апелляционной инстанций признали сделку недействительной по п. 2 ст. 61.2 ЗоБ как сделку, причиняющей вред кредиторам.

Однако суд округа не согласился с такой квалификацией и указал, что в данном случае имело лишь предпочтительное удовлетворение (ст. 61.3 ЗоБ).

Этот кейс в очередной раз ставит проблему соотношения п.2 ст. 61.2 и ст. 61.3 ЗоБ. Об этой проблеме я, конечно же, писал в своей диссертации (ссылка).

Одно из положений на защиту так и звучало: «Платежи по требованиям контролирующих лиц, совершенные в предбанкротный период, должны истребоваться в конкурсную массу путем их оспаривания по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве как сделки в ущерб кредиторам».

Поэтому я полностью согласен с позицией судов первой и апелляционной инстанций. Я знаю, что Верховный Суд РФ почему-то склоняется к тому, что в таком случае необходимо применять ст. 10, 168 ГК РФ, но я искренне не понимаю в чем здесь заключается выход за пределы специального основания для оспаривания (п.2 ст. 61.2 ЗоБ).

Коллеги, хочу сообщить, что в рамках конференции «Банкротство-2024: регулирование и судебная практика»
27 мая с 12:00 до 13:30 пройдет бесплатный вебинар от Право.ru «Как ускорять продажу имущества и бороться со злоупотреблениями?» Евгения Акимова и Юлия Тая.

Ссылка для регистрации: https://event.pravo.ru/event/99/

Опубликовано определение ВС РФ о квалификации деликтных требований в качестве текущих.

Ожидаемо Верховный Суд РФ разъяснил, что оснований не признавать деликтные требования в качестве текущих не имеется. Критерий полезности для конкурсной массы предоставления кредитора пока в строгом виде не применяется. См. мой пост ранее.

При этом вновь повторил простую мысль о том, что деликтом в соответствии с презумпцией подп. 4 п. 2 ст. 61.11 ЗоБ является не сама по себе непередача документации, а сокрытие фактов, совершенных до наступления объективного банкротства, следовательно, и деликт считается совершенным в этот период.

Цитата: «Согласно пункту 1 статьи 5 Закона о банкротстве, если иное им не установлено, денежные обязательства, возникшие после дня принятия заявления о признании должника банкротом, относятся к текущим платежам.

В отношении обязательств вследствие причинения вреда Закон о банкротстве не содержит каких-либо исключений, которые позволяли бы разграничивать эти обязательства на текущие и реестровые исходя не из момента их возникновения, а по каким-то иным критериям. Наоборот, в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» разъяснено, что для целей квалификации названных обязательств в качестве текущих правовое значение имеет момент причинения вреда, за который наступает ответственность в соответствии со статьей 1064 ГК РФ, независимо от того, когда будет исчислен размер вреда или вступит в законную силу судебное решение, подтверждающее факт причинения вреда и ответственность должника.

Суждения судов относительно того, что в режиме текущих подлежат удовлетворению исключительно требования по обязательствам, направленным на продолжение осуществления должником хозяйственной деятельности или на проведение процедур банкротства, противоречат положениям пункта 1 статьи 5 Закона о банкротстве и сохраняющим силу разъяснениям высшей судебной инстанции».

Коллеги из ПравоТех тестируют инструмент для анализа данных в банкротстве. Для тех, кому это актуально - можно принять участие в бета-тестировании.

На рассмотрение Верховного Суда РФ передано важнейшее дело о солидарности обязательств по поручительству и субсидиарной ответственности КДЛ.

Несколько упрощая фабулу, кейс состоит в следующем: поручитель по кредиту банка был одновременно привлечен к субсидиарной ответственности. Банк распорядился требованием по субсидиарной ответственности путем его уступки цессионарию. Однако суды несмотря на такую уступку требований по субсидиарной ответственности сочли правомерным включение требований банка в РТК поручителя-КДЛ.

Ранее позиция о солидарности требований по поручительству и субсидиарной отвественности такого КДЛ в банкротстве была сформулирована в деле Банка ВТБ.

Между тем суды не учли, что из правила п. 1 ст. 384 ГК следует, что в случае уступки одного солидарного требования, по общему правилу, считаются уступленными все иные солидарные требования. Мы, например, это обсуждали применительно к делу Силиных. Поэтому в случае уступки требования по СО, было фактически уступлено и требование по поручительству.

О последствиях оспаривания цепочки сделок в банкротстве

На рассмотрение СКЭС Верховного Суда РФ передано интересное дело о последствиях оспаривания цепочки сделок в банкротстве.

Мы знаем, что в некоторых случаях суд может признать цепочку последовательных сделок с имуществом должника притворной (п. 2 ст. 170 ГК РФ) и признать недействительной по банкротным основаниям прямую сделку между должником и конечным покупателем. К этой сделке применяются правила ст. 61.6 ЗоБ.

Однако в конкретном деле возник вопрос о том, какие последствия недействительности сделок применяются для сделки между непосредственными участниками цепочки, которые формально не вступали в правоотношения с должником. При этом конечный приобретатель переводил живые деньги промежуточному звену.

Суды нижестоящих инстанций (первая и суд округа) решили, что поскольку все участники спора были недобросовестными и сделки были совершены с целью сокрытия имущества от кредиторов, то и помогать применять последствия недействительности участникам цепочки не следует. Я, кстати, как-то писал статью про отказ в осуществлении реституции, если это противоречит основам правопорядка и нравственности (п.4 ст. 167 ГК), где показывал, что зарубежные суды иногда формулируют похожие выводы.

Вместе с тем дело передано на пересмотр, указывая на то, что все-таки в данном случае должны применяться правила реституции и конечный приобретатель, несмотря на недобросовестность, должен иметь возможность вернуть уплаченные деньги промежуточному звену.

Верховный Суд РФ опубликовал определение по делу об эффекте освобождения от долгов в деле о банкротстве одного из супругов на дело о банкротстве другого супруга. Я об этом писал ранее здесь.

Суд указал, что после завершения процедуры реализации имущества одного из супругов общие обязательства этого и второго супругов трансформируются в личные обязательства второго супруга.

Хочу выложить цитату из старой своей статьи, где обсуждается вопрос, вызвавший горячие споры на БК:

«В целом возникают сомнения в обоснованности процедуры банкротства в ситуации, когда все кредиторы должника являются связанными с должником (внутренними), в особенности если такой кредитор всего один. Строго говоря, в подобных условиях задачей процедуры становится лишь распределение имущества между такими кредиторами (если их несколько) пропорционально размеру их требований к должнику. Российский правопорядок не считает, что в таком случае процедура банкротства проводиться не должна, и, более того, прямо допускает самостоятельное инициирование внутренними кредиторами дела о банкротстве должника».

Опубликован сегодня и сегодня же вступил в силу закон о поправках в Закон о банкротстве, инициированный ВС РФ (№ 107-ФЗ). В добрый путь!

Как я и обещал, 5 июня (в следующую среду) в 18.15 МСК обсудим у меня на boosty опубликованные сегодня поправки в Закон о банкротстве. В обсуждении также примут участие замечательные Рустем Тимурович Мифтахутдинов и Айнур Ильшатович Шайдуллин. Чтобы участвовать в трансляции, в т.ч. задавать вопросы до и во время трансляции, нужно подписаться вот тут. До встречи!

Право субординированных кредиторов возбуждать дело о банкротстве

На заседании БК возник спор о том, может ли кредитор, требования которого субординированы, возбуждать дело о банкротстве должника (дело «Росичь»). Мне представляется очевидным, что да. Из этого исходил Обзор по субординации от 29.01.2020. Это подтверждал неоднократно Верховный Суд РФ.

Но одновременно сам же Верховный Суд РФ справедливо говорил, что инструменты банкротства не должны использоваться для разрешения корпоративных конфликтов и пересмотра корпоративных решений.

В этой связи Олег Романович предлагает на субординированного кредитора возложить бремя обоснования - зачем ему банкротство. Я с этим не согласен. Это наш давний спор с Олегом Романовичем о том, что первичнее во взаимотношениях аффилированного лица с должником - обязательственное требование либо корпоративная связь. Я считаю, что аффилированное лицо остается кредитором, имеющим процессуальные права в деле о банкротстве (ст. 34 ЗоБ), несмотря на пониженную очередность удовлетворения в банкротстве (п. 14 Обзора по субординации). Поэтому и возбуждать дело о банкротстве он вправе (иначе какой же он кредитор!), если не будет доказано, что он стремится использовать банкротство для разрешения корпоративного конфликта. И вообще это сомнительная идея - возложить бремя обоснования того, зачем нужно банкротство. Ответ: «мне не заплатили», разумеется, не будет приниматься.

И еще меня мучают сомнения в части того, почему кредиторы с требованием о выплате действительной стоимости доли (ДСД) не могут требовать возбуждения дела о банкротстве, если им не платят и оставшиеся участники злоупотребляют (про ст.2 ЗоБ я, разумеется, помню). Олег Романович полагаю скажет - это корпоративный конфликт. Однако есть часть коллег (например, А.А. Павлов), которые в целом полагают, что такие требования не следует субординировать (мол, после утраты контроля они как внешние кредиторы), но в этой части у меня сомнений нет (на требования о ДСД возлагаются корпоративные риски). В деле общества Фетикор как раз была сформулирована позиция, что такие требования удовлетворяются после обязательтственных требований аффилированных лиц, но до распределения ликвидационной квоты.

Мое внимание привлекло, например, определение от 10 апреля 2024 г. АС Спб и ЛО по делу № А56-109799/2023, где суд со ссылкой на дело общества Фетикор, возбудил дело о банкротстве на основании требования о выплате ДСД (разумеется, дело может быть пересмотрено в вышестоящих инстанциях).

Трансформация неденежных требований в денежные в наблюдении

Прочитал тут материал Пробанкротство и очень испугался того, что никого не смущает очевидная ошибка - будто бы неденежные требования трансформируются в денежные только в конкурсном производстве. Да, в пункте 34 Постановления Пленума № 35 неточная формулировка. Но говорить о том, что кредитор по неденежным обязательствам не может участвовать в наблюдении - это против всех возможных принципов банкротного права!