Дорогие девушки, поздравляю Вас со светлым праздником 8 марта! Желаю весеннего настроения и любви, которая не стирается временем!

Очень бодро вместе с А.А. Павловым, Р.Т. Мифтахутдиновым и иными коллегами обсудили в рамках проекта Беседы о банкротстве ЮФ СПбГУ дело общества Фетикор об очередности удовлетворения субординированных кредиторов и действительной стоимости доли. Ранее на канале писал об этом здесь.

Посмотреть можно здесь (ссылка).

Принцип неформального применения моратория в практике Верховного Суда РФ.

Верховный Суд РФ опубликовал определение, в котором ужесточил идею неформального применения моратория и усилил так называемый «зонтик» моратория.

Я напомню, что, в частности, в пункте 7 Пленума № 44 разъяснено, что мораторий не применяется, то есть подлежит начислению неустойка, если будет доказано, что подмораторный должник в действительности не пострадал от обстоятельств, послужиших основанием для введения моратория.

Я об этом ранее писал здесь.

Верховный Суд РФ в определении в развитие разъяснений Пленума указал, что «…лица, на которые распространяется мораторий, не обязаны доказывать свое тяжелое материальное положение для освобождения от ответственности за нарушение обязательств в период действия моратория».

В этой части в целом понятно, что бремя опровержения презумпции возлагается на истца.

Кроме того, дополнительно Суд указал, что «сами по себе доказательства, свидетельствующие о наличии у ответчика активов, факт его платежеспособности, а также деятельность должника, являющегося коммерческой организацией, направленная на систематическое получение прибыли, не могут служить основанием для отказа в применении моратория».

В этой части, конечно, больше вопросов. Если для опровержения презумпции недостаточно доказать, что должник платежеспособен и получает прибыль, то тогда неясно, как вообще можно опровергнуть такую презумпцию.

Очень грустные новости. Соболезнования всем родным и близким
https://youtu.be/FbBDMdkQuuQ?si=gs-Jxrcprr9fcNU1

Опубликовано отличное определение Верховного Суда РФ по делу «Росичь» о правах субординированного кредитора.

Я ранее писал, что для целей решения вопроса о прекращении производства по делу о банкротстве, по сути, необходимо погашать субординированные требования аффилированных кредиторов, поскольку контролирующее лицо имеет материальное право требования к должнику, а также в силу наличия у самого должника права инициировать дело о банкротстве, ограничение подобного права контролирующего лица было бы нелогичным.
Равным образом, было бы нелогичным прекращение производства в отсутствии иных независимых кредиторов (или их погашения), а равно в ситуации непогашения требований субординированных требований аффилированных кредиторов.

Верховный Суд РФ разъяснил: «Понижение очередности удовлетворения требования предоставившего компенсационное финансирование лица представляет собой механизм справедливого распределения рисков, подразумевающий сохранение на стороне кредитора материального права требования к должнику, не являющегося корпоративным, и, как следствие, всех прав, предоставляемых участвующему в деле о банкротстве лицу (статья 34 Закона о банкротстве), в том числе и права на самостоятельное инициирование процедуры банкротства должника (пункт 14 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020).
С учетом изложенного судебная коллегия полагает, что выводы нижестоящих судов о наличии оснований для прекращения производства по делу о банкротстве сделаны с существенным нарушением норм процессуального и материального права…»

Квалификация деликтных требований в качестве текущих.

В пункте 10 Пленума ВАС № 63 по текущим платежам разъясняется, что датой возникновения обязательства по возмещению вреда для целей квалификации его в качестве текущего платежа является дата причинения вреда кредитору, за который несет ответственность должник в соответствии со ст. 1064 ГК РФ.

До Верховного Суда РФ дошло дело, в котором установлено, что КДЛ, признанное банкротом, привлечено к субсидиарной ответственности.
При этом суды установили, что вред причинен после возбуждения дела о банкротстве в отношении КДЛ.
КУ подконтрольной КДЛ компании предъявил требование в деле о банкротстве КДЛ, указав, что требование является текущим. Возникли разногласия.

Суды усомнились в обоснованности текущего характера требований КУ по деликту, указав, что «нельзя исходить только из формального признака текущих обязательств как момент их возникновения, следует учитывать правовую природу данного обязательства и цели предоставления Законом о банкротстве текущим кредиторам преимуществ удовлетворения их требований перед реестровыми кредиторами».

Фактически суды попытались на основании пункта 13 Пленума ВАС № 63 исходить из критерия полезности для конкурсной массы предоставления кредитора и цели предоставления привилегии текущего характера требования. Иначе говоря, по этой мысли, текущий характер требования должны получать только такие кредиторы, чьи требования помогают поддерживать деятельность должника в процедуре (условно французский подход).

Сам по себе этот критерий полезности является привлекательным, но если строго следовать ему, то деликтные требования не должны признаваться текущими в принципе.

Дело передано на рассмотрение в СКЭС Верховного Суда РФ.

Конституционный Суд РФ опубликовал постановление по делу Галлямовой И.Е. и Червяковой Е.П. о толковании пункта 18 Пленума ВАС № 35 об очередности удовлетворения судебных расходов в деле о банкротстве

Я ранее писал об этом здесь и здесь.

КС разъяснил, что:

1) в обособленных спорах об установлении требований кредиторов субординация судебных расходов кредитора обоснована;

2) в обособленных спорах, в которых оппонент конкурсной массы участвует вынужденно, субординация судебных расходов является необоснованной, за исключением споров с КДЛ, в том числе об оспаривании сделок и привлечении к субсидиарной ответственности - их требования должны субординироваться (если только суд не установит какие-то особые обстоятельства, что уровень контроля небольшой и т.п.);

Определение по делу общества «Компания Диалог-ДВ» нам напоминает о двух важных идеях, о которых необходимо знать:

1. О принципе действия мягкой преюдиции. Фактические обстоятельства при совпадении сторон спора образуют преюдицию для другого спора (статья 69 АПК РФ). Однако поскольку преюдиция не распространяется на правовую оценку, которую дает суд, не исключено, что соответствующим фактам судом могут быть даны различные правовые квалификации при рассмотрении двух обособленных споров в деле о банкротстве. Понятия неплатежеспособности, добросовестности, разумности, злоупотребления, вины и проч. с точки зрения законодательства о банкротстве являются юридическими категориями, определение наличия которых относится к исключительной компетенции судов. Вместе с тем суд должен учитывать правовую квалификацию, данную судом ранее таким обстоятельствам, при рассмотрении другого дела. Суд не может произвольно давать различные правовые квалификации одним и тем же обстоятельствам при рассмотрении различных споров.

Если в одном деле установили, что приобретатель являлся недобросовестным, то при рассмотрении другого спора суд должен учитывать такую правовую квалификацию либо обосновать, почему он ее не принимает.

2. О порядке исчисления давности, если условием удовлетворения одного требования (главного) является удовлетворение другого.

Как считается давность по требованию о взыскании доходов от пользования имуществом и виндикации? Ответ - одновременно, «если потерпевший осведомлен о неправомерном удержании причитающейся ему денежной суммы или незаконном завладении его имуществом и о лице, осуществившем эти действия (потенциальном ответчике по иску о возврате денег или имущества)».

ВС РФ: «В таком случае ничто не мешает потерпевшему одновременно заявить оба требования (главное и дополнительное) для полного восстановления своих прав. Срок исковой давности по обоим требованиям начинает течь одновременно».

Равно как если для предъявления требования о виндикации требуется оспаривание первой сделки, это не значит, что давность начинает течь с момента, когда вступил в силу судебный акт об оспаривании сделки. Давность может потечь одновременно, а иски могут быть предъявлены одновременно.

Хочу процитировать замечательный абзац из свежего определения Верховного Суда РФ, подтверждающий, что
1) доктрина переквалификации требований КДЛ во вклад давно почила в бозе (многие до сих пор об этом не знают),
2) объясняющий почему требование о возврате ДСД или вклада удовлетворяется после субординированных требований КДЛ:


«Таким образом, в силу прямого указания закона акционер Абдуллин И.Г.
одновременно с внесением вклада в имущество акционерного общества (банка) принял на себя повышенный риск его утраты на случай банкротства. Следовательно, в преддверии банкротства возврат вклада Абдуллину И.Г. не мог быть осуществлен до расчетов с независимыми кредиторами. При этом в Обзоре от 29.01.2020 описаны иные ситуации – случаи, когда акционер (участник) прибегает не к корпоративному, а к заемному финансированию, сохраняя возможность в случае успеха бизнес-проекта участвовать в распределении прибыли, но вместо повышенного риска пытается нести риск ординарного кредитора по некорпоративным обязательственным требованиям.»

Передаю уважаемым собравшимся в прекрасном г. Калининград на заседание Банкротного Клуба привет и обращаю внимание на мою позицию по делу банка «Легион» против ООО"МОЛОС», которую я коротко изложил здесь.

Определение Верховного Суда РФ по этому делу в целом важное (хотя, как говорится у меня на канале, - ничего нового) и отлично отписано.

Вчера произошла ужасающая до глубины души трагедия. Искренние соболезнования всем пострадавшим и семьям погибших в Крокус Сити Холле!

Хочется как-то помочь пострадавшим. Обращаю внимание, что на официальном сайте Сбера размещена информация об открытии специального благотворительного счета для помощи пострадавшим.

Оставляю ссылку.
Дополнительная ссылка, если не работает первая.

В Верховный Суд РФ передано интересное дело об эффекте освобождения от долгов в деле о банкротстве одного из супругов на дело о банкротстве другого супруга.

В период брака супругом Валеевым был получен кредит. Впоследствии наступает просрочка по кредиту и банк взыскивает (просуживает) непогашенные требования с супруга Валеева. Одновременно банк уступает требование по кредиту.

После этого супругу Валееву (жену) признают банкротом. В ее деле о банкротстве заявляются три кредитора, однако активов не находят. Суд завершает процедуру реализации имущества супруги Валеевой с освобождением ее от долгов. При этом Банк (правопреемник) по кредитному договору не заявляет своих требований в этом деле.

Наконец, возбуждается дело о банкростве уже в отношении супруга Валеева (мужа), в котором банк (правопреемник) заявляет свои требования и просит признать долг общим обязательством супругов.

Супруги Валеевы полагают, что поскольку банк не включился в РТК супруги Валеевой, после завершения процедуры реализации имущества и освобождения ее от долгов, такой долг уже нельзя признать общим и обращать взыскание на общее имущество супругов.

Иными словами, позиция,как я ее понимаю, такая: если кредитор не включился в РТК супруги Валеевой и не признал долг общим в ее деле, как будто бы долги общего имущества были списаны в этом деле.

Таким образом, фактически поставлен такой вопрос: в случае последовательного банкротства супругов кредитор по общим обязательствам может включаться в РТК каждого супруга и обращать взыскание на общее имущество или должен включаться сразу при банкротстве первого супруга?

Я пока до конца не сформировал свою позицию.
Напишите, кстати, как вы думаете.

В связи с резким изменением моего карьерного трека вынужден сообщить, что на этом канале теперь я не смогу публиковать анализ доктрины Штроманна, субординации, материальной консолидации и т.д., а также ссылаться на немцев.

Друзья, конечно же это была первоапрельская шутка. Хотя в каждой шутке, как и в этой, есть доля чего-то. В общем, Штрохманнов обсуждать не перестанем. Подключайтесь, например, в ближайший четверг на традиционный ЧЧ в Клубе цивилистов.

О различении иска о взыскании кредиторских (деликтных) убытков и иска о взыскании корпоративных (договорных) убытков, причиненных обществу.

Долгое время в банкротстве существует путанница, которую немногие замечают. В деле о банкротстве с контролирующих лиц могут взыскиваться как 1) договорные убытки, причиненные обществу, так и 2) убытки за нарушение контролирующими лицами своих фидуциарных обязанностей перед кредиторами (абз. 2 пункта 1 статьи 30 ЗоБ). Кстати говоря, не верьте тем людям, которые говорят, что таких обязанностей нет - они прямо предусмотрены законом.

Их режим, строго говоря, необходимо различать. Например, в отличии от корпоративных убытков, такие деликтные убытки ограничены РТК и наличием кредиторов, которым причинен вред. Равно как ВС РФ разъяснил, что кредиторскими (деликтными) убытками можно распорядиться кредиторам в деле о банкротстве, а корпоративными (договорными) нет.

Верховный Суд РФ в свежем определении справедливо разъясняет, что «Само субъективное право требовать взыскания кредиторских убытков принадлежит не корпорации, а сообществу кредиторов (конкурсной массе)».

Верховный Суд РФ прямо указал, что кредиторские убытки взыскиваемые в деле о банкротстве, носят деликтный характер. Мы это обсуждали, например, на Портале петербургской цивилистики с А.А. Павловым и Д.В. Борейшо.

Бесплатный вебинар на актуальную сейчас тему

Банкротства иностранных компаний в РФ: тенденции 2024 года

На бесплатном вебинаре ПравоТех старший юрист Артур Черныхов и юрист Анна Новикова из юридической фирмы АЛРУД разберут реальные кейсы банкротства иностранных компаний в России и тенденции для будущих процессов.

В программе вебинара:
✔️ кейс Westwalk Projects Ltd и трактовка Верховного суда
✔️ виды процедур о банкротстве и их отличия
✔️ как суды устанавливают конечного собственника актива, формально принадлежащего юрлицу
✔️ прогноз по дальнейшим делам о банкротстве иностранных компаний

📆 Встречаемся онлайн 9 апреля в 11:00 по московскому времени

Сальдирование (зачёт) в практике Верховного Суда ФРГ

Это что же такое делается, пока мы активно развиваем практику сальдирования, особенно по подрядным отношениями, Верховный суд ФРГ полагает, что зачет между требованием о выплате вознаграждения за выполненные работы и о возмещении ущерба по договору недопустим.

Согласно обстоятельствам дела Заказчик и Подрядчик заключили договор строительного подряда. Впоследствии подрядчик подает заявление на открытие процедуры несостоятельности. После этого заказчик расторгает договор в связи с существенным основанием (wichtigem Grund). Затем открывается процедура банкротства, и управляющий требует от заказчика выплаты за выполненные работы. Однако заказчик намеревается провести зачет между задолженностью по выполненным работам и своими требованиям о возмещении ущерба.

Верховный Суд ФРГ указал: «Расторжение договора причиняет вред кредиторам, если, как в данном случае, оно приводит к возможности осуществления зачета, что лишает всех кредиторов получения удовлетворения по договору в полном объеме. Объективным признаком причинения вреда кредиторам является возможность удовлетворения путем зачета, исключающего приток выручки за выполненные работы в конкурсную массу, что ставит других кредиторов в невыгодное положение».

Еще раз о признаках обычной хозяйственной деятельности.

Ранее на канале я писал о том, что может ли просроченный платеж быть совершен в рамках обычной хозяйственной деятельности (если коротко - ответ да).

В Верховный Суд РФ передано интересное дело, в котором ставится вопрос о том, может ли однократная сделка в отношении конкретных контрагентов (при условии, что подобные сделки неоднократно совершались в отношении других контрагентов) быть признана сделкой, совершенной в рамках обычной хозяйственной деятельности.

Согласно обстоятельствам дела сотрудник компании обменял свою более скромную квартиру на квартиру более дорогую с работодателем в качестве трудового поощрения.

После признания работодателя банкротом КУ оспорил сделку мены квартир, указав на ее явную несоразмерность (п. 1 ст. 61.2 ЗоБ).

Суды нижестоящих инстанций указали, что поскольку договор мены не соответствует понятию длящегося обязательства, то он не может быть отнесен к сделке, совершенной в рамках обычной хозяйственной деятельности.

Мне кажется релевантным довод о том, что сделка может быть признана совершенной в рамках обычной хозяйственной деятельности, в том числе в случае, если она неоднократно совершалась не с одним лишь контрагентом, а каждый раз с разными (например, подобные сделки уже совершались с иными сотрудниками).

Посмотрел запись заседания Банкротного Клуба по делу банка «Легион» против ООО «МОЛОС». Хотел бы тезисно прокомментировать обсуждение.

1. Я, честно говоря, не понял, почему вообще поднимался вопрос обоснованности субординации в условиях, когда сам кредитор банкрот. Особенно учитывая, что кредит в деле о банкротстве банка в данном случае не оспаривался. В этом деле это абсолютно точно не имело какого-либо значения. Тем более что этот вопрос давно решен Верховным Судом РФ, все аргументы обсуждались подробно. Специальным исключением является лишь п.6 ст. 134 ЗоБ., который в этом деле не подлежал применению.

2. Ключевой интересный вопрос права, который обсуждался в этом деле такой - можно ли субординировать требования банка, если кредит был очень высокорискованным (явно нетипичным). Как говорят англичане predatory lending. Я об этом писал на своем канале, жаль что этот вопрос мало кого зацепил (О. Зайцев об этом сказал). Ни в коем случае нельзя соглашаться с тезисом, который прозвучал из зала, что совершение нетипичных операций (реструктуризация) свидетельствует о наличии бенефициарного интереса.

3. Важным для этого дела являлось то, что суды, установив нетипичность поведения банка при выдаче кредита, решили, что этого достаточно для субординации.

Однако это не так, более того, аффилированности недостаточно для субординации - необходимо установить общий контроль, под влиянием которого сложилось такое поведение (п. 4 Обзора от 29.01.2020). Наличие общего бенефициара не было доказано!
Кроме того, для субординации необходимо установить, что кредитор имел бенефициарный интерес, то есть возможность участвовать в извлечении неограниченной прибыли от такой деятельности, что также не было доказано.

Мои традиционные рисунки на парах ✍️