В рамках коллоквиума в ИЦЧП им. С.С. Алексеева о мнимой собственности обсуждаем правомерную каузу скрытой фидуциарный сделки о передачи имущества в мнимую (или точнее в притворную) собственность. Пока предложенные варианты: анонимность права на благотворительную организацию, приобретение имущества у лица, который не хочет продавать конкретному покупатель (соседи земельных участков в ссоре) и ещё несколько интересных вариантов. Что думаете по поводу предложенных, какие ещё примеры могут быть? Пишите ответы в комментариях.

На рассмотрение СКЭС ВС (заседание 8 декабря в 13.15, председательствующий Капкаев Д.В.) передан спор в рамках дела о банкротстве Аванд Капитал № А09-15885/2017 об очередности требований об уплате налога на прибыль, начисленного в результате реализации в ходе конкурсного производства как заложенного, так и не заложенного имущества.

Суды решили, что такой налог подлежит уплате после включенных в реестр требований, приведя следующие аргументы:

"в ситуации, когда не погашены требования кредиторов, образовавшиеся до введения процедуры банкротства, исчисление и уплата текущих налогов, связанных с продажей имущества должника, приводит лишь к наращиванию кредиторской задолженности и не отвечает целям конкурсного производства.
Природа текущих требований состоит в том, что они возникают при совершении расходов, необходимых для осуществления процедуры банкротства.
Взимание налога на прибыль с дохода, формально образуемого в связи с реализацией имущества должника, является не необходимой предпосылкой для проведения процедуры, а ее следствием, в силу чего возложение указанной обязанности не может приводить к возникновению требования, квалифицируемого как текущее".

Я полностью согласен с судами в том, что начисление текущих налогов (в т.ч. налога на прибыль) в ходе конкурсного производства грубо противоречит цели этой ликвидационной процедуры - распределить недостаточную имущественную массу между кредиторами. Никакой прибыли (дохода) и никаких налогов тут нет и не может быть.

А вот каковы доводы налогового органа:

"суды ошибочно придали положениям Закона о банкротстве приоритет по сравнению с нормами Налогового кодекса Российской Федерации, регламентирующими общий порядок налогообложения; нормы налогового законодательства и законодательства о банкротстве не устанавливают специальный порядок исчисления налога на прибыль при признании организации несостоятельной.
Уполномоченный орган полагает, что судами необоснованно введены дополнительные элементы налога на прибыль в виде цели получения дохода (получение его в рамках предпринимательской деятельности для собственных нужд, а не пополнения конкурсной массы для расчета с кредиторами); применены дополнительные основания для освобождения от обязанности уплаты налога на прибыль (признание налогоплательщика банкротом); без наличия законных к тому оснований понижена очередность удовлетворения текущей задолженности по налогу на прибыль.
Заявитель обращает внимание, что в случае реструктуризации долга без процедуры банкротства и реализации активов для расчетов с кредиторами вне рамок такой процедуры должник в любом случае
был бы обязан исчислить и уплатить налог на прибыль".

С нетерпением жду результата рассмотрения!

Отличное интервью Ильи Кокорина

Вчера на конференции Федресурса и Интерфакса задали забавный вопрос.

Дай бог памяти я правильно запомнил. Итак, наследодатель в сговоре с должником, являющимся основным наследником, оформляет завещание в пользу дружественного третьего лица. Впоследствии в отношении должника вводится процедура банкротства. Наследство получает наследник по завещанию. С точки зрения должника третье лицо оказалось нехорошей редиской, поэтому должник прямо признается, что был сговор с наследодателем в целях обмана кредиторов. Но, мол, признаюсь, каюсь, из-за третьего лица все пошло не по плану. Вопрос был, можно ли оспорить завещание в банкротстве. Я понимаю, что есть дискуссия относительно того, можно ли в принципе оспаривать непринятие наследства. И можно ли поэтому считать такую сделку за счет должника. Но допустим, что можно, тем более основная судебная практика склоняется пока к допустимости оспаривания отказа от наследства. Но можно ли оспорить завещание? 🙂

Оспаривание внутригруппового поручительства при банкротстве

Нечасто, прямо скажем, на уровне Верховного Суда РФ внутригрупповые поручительства признаются недействительными с учетом общей презумпции их выгодности.

И вот, наконец, ВС РФ признал обоснованным довод о том, что поручительство третьего лица, члена группа компаний, выданное в условиях уже возбужденного дела о банкротстве поручителя и спустя значительное время после возникновения основного долга, не являлось выгодным для поручителя, поэтому оно подлежит признанию недействительным.

Вопреки доводам суда кассационной инстанции о выгодности поручительства несмотря на возбуждение в отношении поручителя дела о банкротстве, ВС РФ указал, что «следует оценивать обеспечительную эффективность поручительства, а также учитывать получение поручителем как участником группы какой-либо имущественной выгоды от предоставленного обеспечения».

С учетом нахождения поручителя в условиях банкротства презумпция выгодности поручительства вряд ли может быть применена, поэтому следовало доказать получение поручителем как участником группы какой-либо дополнительной имущественной выгоды от предоставленного обеспечения.

Я напомню, что критерии опровержения выгодности поручительства впервые были сформулированы в деле Махова.

Запрос ВС РФ в КС РФ по налогу на прибыль в банкротстве

👋 Друзья, рекомендую вам наших партнеров - канал журнала "Цивилистика"!

Задача журнала – создание теории частного права, удобной для практического применения.

👍 Канал будет полезен: юристам, нотариусам, адвокатам, арбитражным управляющим, судьям, студентам-юристам, коллекторским агентствам, корпоративным юристам in-house юристам. А также предпринимателям и управленцам.

✔️ В канале регулярно публикуются статьи с аналитикой судебной практики и посты о самом актуальном из мира цивилистики.

Подписывайтесь на канал по ссылке:
https://t.me/privlaw_journal

Кредиторы должника как товарищи

В качестве небольшого комментария к делу «ВЛПК» Верховного Суда РФ написал заметку для журнала «Юридическая работа в кредитной организации». Напомню также, что иные публикации можно найти по ссылке.

Я полагаю, что имеются все основания для вывода о том, что кредиторы в рамках соответствующего гражданско-правового сообщества собрания кредиторов в известном смысле также являются товарищами, преследующими общую цель – наиболее полное удовлетворение своих требований и имеют на этом основании обязанности лояльности подобно участникам корпораций. Таким образом, у кредиторов в процедуре возникают обязательства из ведения общего дела.

Следует заметить, что применительно к кредиторам имеется одно отличие: кредиторы являются случайными товарищами в том смысле, что на стечение кредиторов в банкротстве, то есть на выбор товарищей, каждый из кредиторов никоим образом не влияет. Между тем, на наш взгляд, это обстоятельство само по себе не препятствует квалификации отношений кредиторов как товарищеских и наличию обязанности лояльности между кредиторами.

Образно говоря, если участники (акционеры) хозяйственного общества – это люди, собравшиеся в поход заранее, скоординировавшись между собой, то кредиторы – это попутчики, в известной мере случайно встретившиеся, но тем не менее двигающиеся в одном направлении, то есть к общей цели. Товарищество не обязательно предусматривает вклад в общее дело, да и, строго говоря, в конкурсной массе есть вклад каждого кредитора, иначе его бы субординировали.

Кредиторы должны действовать в интересах общего дела и иных кредиторов. Такое товарищество фактически возникает с момента формирования сообщества кредиторов путем включения их в реестр требований кредиторов.

Например, мне недавно на лекции задали вопрос, что делать если один из кредиторов блокирует принятие решения по вопросу обращения взыскания на единственное жилье и предоставление замещающего жилья. Я напомню, что Верховный Суд РФ указал, что такой вопрос должен выноситься на обсуждение собрания кредиторов. При этом не берем ситуацию, что такой кредитор является аффилированным, в таком случае он не должен иметь право голоса (п. 12 Обзора от 29.01.2020).

Ответ содержится в п. 14 Обзора по хозяйственным обществам, в котором указано, что воля недобросовестно уклоняющегося участника (кредитора) по принятию важного решения может быть замещена судом.

Сделка третьего лица за счет должника.

Только-только мы со студентами в ВШЭ разбирали такой простейший казус сделки третьего лица за счет должника: например, Б должник имеет право требования к А и долг перед В. А платит В по указанию Б. Можно ли такую сделку оспорить по 61.3 ЗоБ и чья недобросовестность имеет значение? Более того, я задал более сложную задачу студентам на эту тему в качестве письменного задания. Придется сейчас все это проверять. Могу прислать текст задачи, если кому интересно.

И вот, тем временем, Верховный Суд РФ передает на рассмотрение ровно такое дело. Чудеса да и только 🙂

Исключение акционера из ПАО

Относительно недавно я написал статью для замечательного сборника к юбилею Закона об АО (спасибо @societas_AK и @lawegorov), пытаясь продвигать неочевидную, как многим кажется, идею допустимости в особых случаях исключать акционера из ПАО (зачастую ПАО «на бумаге»). В числе примеров, когда это может быть актульно, я упоминал и так называемых «потерянных» акционеров, которые по разным причинам потеряли интерес в участии в делах общества, в том числе они не получают корреспонденций, дивиденов и проч. Если акционер юридическое лицо, то оно и вовсе может быть исключено из ЕГРЮЛ в административном порядке.

Верховный Суд РФ, на мой взгляд, только подтвердил небезосновательность этих рассуждений в деле «ЧИФ-Кузбасс». Надо отметить, что истцы ничего лучше чем признать акции «безхозяйными» не придумали.

Так, во-первых, Суд в деле указал, что акционер публичного общества равным образом имеет обязанности лояльности, установленные в пункте 4 статьи 65.2 ГК РФ.

Во-вторых, Суд говорит, что исключение акционера из ЕГРЮЛ фактически «свидетельствует о выходе участника (акционера) из корпорации как юридическом факте». На самом деле же это на мой взгляд свидетельствует о допустимости исключения его из ПАО. И более того, ВС РФ подтвердил некоторые мысли, которые я излагал в статье применительно к процедуре исключения.

Вот таким вот образом у нас фактически и появилась возможность исключать акционера из ПАО😊.

Субсидиарная ответственность за неподачу заявления о собственном банкротстве

Верховный Суд РФ в очередной раз подтвердил, что платежи по длящимся обязательствам не входят в объем субсидиарной ответственности за неподачу, если объективное банкротство наступило до заключения такого договора. Иначе говоря, если длящийся договор заключен до наступления объективного банкротства, то КДЛ не обманывает кредиторов путем нераскрытия информации о тяжелом финансовом положении при последующих платежах.

Я об этом писал ранее здесь. На мой взгляд это немного упрощенная позиция.

Опубликован Обзор ВС РФ по залогу в банкротстве

В целом ничего нового, некоторые позиции разберу позже.

В связи с выходом Обзора ВС РФ по залогу в банкротстве может быть интересным наше обсуждение этого вопроса на площадке Федресурса.

https://www.youtube.com/watch?v=6NdctzkbYxA&t=1397s

Принял сегодня экзамен по семестровому курсу Банкротства в магистратуре ВШЭ. В целом остался доволен . Надеюсь полгода работы потрачены не зря

Итоги 2022 г. в сфере банкротства.

Под Новый год принято подводить итоги. Поэтому я решил сформировать перечень наиболее значимых для развития банкротного права позиций. Для того, чтобы посмотреть, какой багаж из уходящего года мы можем взять с собой в будущее, а что скорее всего просто забудется.

1. Дело ВС РФ «Рослес».
Мы некоторое время назад много обсуждали с коллегами теории кредиторского оспаривания. Да и дореволюционная литература на этот счет является достаточной богатой. Обсуждение это родилось не на пустом месте. Одним из ключевых последствий выбора теории кредиторского оспаривания является, в частности, то, какова позиция конкурсной массы при оспаривании сделки, если конечный приобретатель имущества также находится в банкротстве. Обязательственная теория говорит, что конкурсная масса имеет лишь обязательственное притязание, а потому не может изъять вещь у приобретателя (Германия). В России благодаря этому делу (да и тексту Пленума № 63 на самом деле) на данный момент победила вещная концепция. Кроме того, если бы законодатель позволил рассматривать иски о виндикации всегда в деле о банкротстве, то было бы вообще хорошо (п. 16 Пленума ВАС № 63).

2. Дело «Концерн Риал» о субординации реституции.
Помню как на ПМЮФ (по-моему в 2020 г.) я услышал тезис, что если в отношении КДЛ возбуждается дело о банкротстве, то его требования субординировать нельзя, поскольку приходит независимый управляющий. Я, конечно же, был в корне не согласен и с этих пор активно пытался объяснить, что для этого нет никаких оснований. В п. 7 Обзора от 29.01.2020 очень правильно сказано, что утрата контроля не отменяет необходимость субординации требования, основания для которой сформировались на момент заключения договора. ВС РФ в 2022 г. поставил точку в этом вопросе и повторял этот тезис еще несколько раз. Но следует отметить, что законодатель в п. 6 ст. 134 ЗоБ в 2022 г. ввел специальное исключение из обсуждаемого правила для случаев банкротства банков.

3. Дело «СкладЛогистик».
Одним из, пожалуй, осознанно не решенных в Обзоре вопросов являлась возможность субординации текущих требований КДЛ. В комментарии к Обзору от 29.01.2020 мы отмечали, что исходя из ее базовой концепции они не могут субординироваться, но так называемая ложная субординация может применяться (п. 1 Обзора от 29.01.2020). Вместе с тем очень многие пытались тем не менее добиться такой субординации, а некоторые суды поддерживали такую позицию. ВС РФ поставил точку в этом вопросе, отметив, что текушие требования не подлежат субординации. Более того, в этом деле Суд заложил основы для развития судебной практики по вопросу материальной консолидации при банкротстве группы. Кстати говоря, крайне рекомендую блестящую диссертацию И.Горбашева на эту тему, защищенную в этом году.

4. Оспаривание бездействия по банкротным основаниям.
Мы уже привыкли к позиции ВС РФ, что в деле о банкротстве могут оспариваться любые юридические факты. Но тем не менее нам тяжело пока свыкнуться с мыслью, что в деле может оспариваться бездействие (незаявление о давности, непринятие наследства, незаявление о пороках качества товара и т.д.). ВС РФ в этом деле сделал шаг в этом направлении, хотя, прямо скажем, не с оптимальной мотивировкой.

5. Мнимое держание активов - дело Рассветова.
ВС РФ в этом деле заложил основы для развития доктрины «Штрохманна» в российском праве, которая, кстати говоря, уже активно применяется судами. Главное что здесь следует отметить, это то, что мнимое держание активов это не мнимая и не притворная сделка, а фидуция, которая может признаваться ничтожной в деле о банкротстве.

6. Дело о покупке Toyota Land Cruiser или количественные значения при оспаривании сделки по п.1 ст. 61.2 ЗоБ.
Долгое время в судебной практике была популярной позиция, что сделку с неравноценным встречным предоставлением можно оспорить, если она отклоняется от условно рыночной на определенное количественное значение, в частности, на 20 %, которое взято из ст. 40 НК РФ. ВС РФ прямо указал, что никакие формальные значения не могут является основанием для оспаривания сделки по п. 1 ст. 61.2 ЗоБ, поскольку состав является оценочным и в каждом случае необходимо разбираться по существу. Как показывает отчет Р.Борка по оспариванию сделок в европейских странах, в большинстве стран воспринят ровно такой же подход.

7. Tracing of assets в банкротной практике Верховного Суда РФ.
В этом деле ВС РФ обсуждает вопрос возможности tracing`а имущества, которая пользуется иммунитетом в банкротстве, то есть не включается в конкурсную массу. В данном случае это средства компенсационного фонда СРО, которые не были как следует обособлены на специальных счетах и фактически были украдены путем передачи в доверительное управление (уголовное дело имеется). Сделки были оспорены и в порядке реституции возвращена часть денег с агентов. Далее возник вопрос, включаются ли возвращенные деньги в конкурсную массу. ВС РФ указал, что нет. Это дает хорошую пищу для размышлений на будущее.

8. Дело «ВЛПК» о взыскании убытков с контролирующего кредитора.
В этом деле ВС РФ заложил основы для вывода о том, что кредиторы в рамках соответствующего гражданско-правового сообщества собрания кредиторов в известном смысле также являются товарищами, преследующими общую цель – наиболее полное удовлетворение своих требований и имеют на этом основании обязанности лояльности подобно участникам корпораций. Таким образом, у кредиторов в процедуре возникают обязательства из ведения общего дела.
Образно говоря, если участники (акционеры) хозяйственного общества – это люди, собравшиеся в поход заранее, скоординировавшись между собой, то кредиторы – это попутчики, в известной мере случайно встретившиеся, но тем не менее двигающиеся в одном направлении, то есть к общей цели. Товарищество не обязательно предусматривает вклад в общее дело, да и, строго говоря, в конкурсной массе есть вклад каждого кредитора, иначе его бы субординировали.
Такой вывод дает основания для возможности оспаривания решения собраний кредиторов, взыскания убытков с контролирующего кредитора, замещения его воли и т.д.

9. Обзор по залогу в банкротстве.
В целом, как я уже отмечал, в этом Обзоре ВС РФ нет ничего нового (для образованных девушек и юношей, разумеется 🙂). В частности, в свое время возник спор (в том числе у меня и О.Зайцева с Егоровым А.В., на эту тему была также публикация Р.С. Бевзенко) о том, может ли не владеющий залогодержатель движимого имущества, не опубличивший у нотариуса сведения о залоге, включаться в реестр требований кредиторов залогодателя как залоговый кредитор и противопоставить свой залог всем кредиторам. Егоров А.В. считает, что опубличивание в данном случае не должно играть никакой роли, поскольку это всего лишь учетная регистрация, придуманная для случаев приобретения заложенного имущества, то есть на банкротство оно не рассчитано, иначе регистрация превратиться в правоустаналивающую. Подробно он свою позицию излагает здесь. Но мы с О.Р. Зайцевым считаем иначе, непубличный залог не может быть противопоставлен не знающим кредиторам. ВС РФ поддержал именно такой подход. Ранее такая позиция была поддержана НКС АС УО.

По-моему вполне продуктивно.

Итоги 2021 г. см. здесь.

С наступающим всех Новым годом!