Шальная редакторица
65 subscribers
212 photos
30 links
Фото • Чтение • Заметки

Блог о книгах, повседневности и всяком любопытном.
📖 Юля

Книги #шальные_чтения@editorsnote
Фото #фотокарточки@editorsnote
Интересное #шальные_находки@editorsnote

Канал принимает сообщения
Download Telegram
Июль был насыщенным, но пора провожать 💚

#фотокарточки@editorsnote
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
6
Начну с шокирующих признаний. У меня очень плохо с восприятием в аудиоформате, предпочитаю текст. И я не знаток жанра — так сложилось.

Но это не помешало мне осилить все семь эпизодов «Истории российского фэнтези» от Кинопоиска.
Как жанр пришел в Россию и что из этого вышло? В числе собеседников Юрия Сапрыкина писатели, издатель, литературные критики, исследователи.

• Толкин (по версии советской литературной энциклопедии 70-х годов — Д. Толкайен), с которого все и началось, и приключения его произведений в наших краях.

• Лихое славянское фэнтези, городское фэнтези, обитатели школ магии.

• Не забыли, что Таня Гроттер есть у нас дома, и, конечно же, «Этерну» (наверное, я такое не осилю, придется смотреть картинки, ой, простите, на «молодых крашей»).

• Рассказали о современных произведениях (горшочек там по-прежнему варит, причем довольно любопытное), трендах и даже играх.

Как слушателю с мороза мне было интересно. Кража шального сердечка состоялась 🤍
Послушать можно много где.

#шальные_находки@editorsnote
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
2🔥1
Теперь, когда мне захочется загрустить и побеситься, я буду просто вспоминать этот текст 🐈‍⬛️

Марсель Пруст нашел издателя для «Поисков утраченного времени» несколько быстрее. После трех отказов он получил согласие. И вот 11 марта он заключает договор с издателем Бернаром Грассе — и сам добавляет 1750 франков, чтобы книга успела выйти в сентябре. Казалось бы, всё в порядке. Но вскоре начинается кошмарный сон Бернара Грассе. Когда он отправил сверстанный текст Прусту на последнее согласование, то через несколько дней получил обратно нечто, что больше напоминало поле боя, а не гранки. Пруст не оставил от них камня на камне, переписал чернилами весь уже готовый текст — один раз, второй, третий… Кроме того, он наклеил на полях дополнительные фрагменты из других гранок, а многое зачеркнул.
<…>
С каждой новой порцией правок издатель постепенно сходит с ума. Книга становится всё толще и толще, в нее постоянно закрадываются новые опечатки, одни персонажи появляются, а другие исчезают.


Флориан Иллиес, «1913. Что я на самом деле хотел сказать».

#шальные_чтения@editorsnote
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥3
Обложка и форзац. Из истории советской детской книги. Коллекция Нины и Вадима Гинзбург

Московские, ленинградские, региональные издательства, рисунки для обложек и форзацев разных лет, эстетика и политика, история и география, поле для свободы и художественных экспериментов. И, конечно же, радость узнавания: некоторые иллюстрации я помню с детства. Теперь мне будет что рассматривать долгими осенними вечерами *звуки восхищения*

#шальные_чтения@editorsnote
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
🔥3👍1👏1
Присказка «всё пиар, кроме некролога» сомнительная, но с «Байками книготорговца» Елены Нещерет это как-то сработало. Потому что интересно мне стало совсем не из-за хвалебных или нейтральных отзывов. Люди признавались, как их раскорежило (в своих блогах), гастролировали по комментам, упрекая автора в хамстве и грубости (в чужих блогах) ну «итогдалие».

«Хорошие сапоги, надо брать», — подумала я. Ожидалась встреча с продавцом-монстром, который как минимум ест котят на завтрак. Но ничего ужасного я не обнаружила. Только пока, видимо, революционную для некоторых мысль: консультанты в книжных тоже люди, со своей биографией, характером, личными границами. А еще они могут обобщить опыт и даже рассказать о нем в такой вот ироничной манере. А если приходить и самоутверждаться об продавца, то можно получить... ответ не по скрипту и стать персонажем едкой байки.

Букинистический — сетевой книжный — издательский магазин. Возможно, не все круги ада, но этого автору оказалось вполне достаточно для офигительных историй: вот почему мы там такие, держитесь подальше от торфяных болот.

Начало многих глав — какая-нибудь «бриллиантовая» реплика. Сразу задает стиль всей комнате. Но кроме саркастичной каталогизации диковатых случаев и странноватых посетителей (история про деда с Супругой — 💔), есть довольно любопытные наблюдения. Например, о двойной невидимости. Оказывается, продавец — безответное продолжение полки не только для залетных покупателей. Представителям книжной индустрии он тоже до поры до времени мало интересен и как бы из другого мира.

В книге вообще часто рушатся иллюзии и стереотипы. Вот люди думают, что путь книготорговца — сплошь романтика, великие тексты, ловля читательских душ, а там — дичь нескончаемая. И коробки таскать. Но и спрыгнуть с веселой карусели, раз уже нашел в этом что-то, тоже невозможно!

Когда читала, я веселилась, грустила, параллельно просвещалась.
Эта книжка и задумана как бесконечный разговор ночью на кухне, когда одна идея цепляется за другую, структуры особой нет, польза сомнительна, зато атмосферка — ух, хоть топор вешай.

И мой подход к ней был как к байкам: не любо — не слушай, а врать не мешай 🐈‍⬛️

#шальные_чтения@editorsnote
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
3👍2
Рабочую неделю начинаю нарядно
🔥3👍2
Шарфов вроде в коллекции не наблюдаю, но все равно — аккуратнее. Есть шелковые платки!

Сыпь гармоника, сыпь моя частая... 🐈‍⬛️
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
👍2
«Такого света в мире не было до появления N.», Оксана Васякина.
Это истории о разных женщинах. Рассказчица — участница событий, наблюдательница, исследовательница.

Встреча с другими — путешествие к себе: все, что случилось, сложным образом отражается, перерабатывается, переплетается с тем, что уже было когда-то наяву или во сне.
Поэтому для меня автофикшн — не печальный вой про мама не любила, папа не старался, а гораздо более ценное: тебе показывают, что вытаскивается на свет, переплавляется, чтобы стать текстом, высказыванием. Это как смотреть на сварку: говорят, что нельзя, но ты все равно не можешь оторваться.

В финальном рассказе «Мне осталось двадцать девять книг», кажется, найдена желаемая точка маршрута — там размышления о зрелости и взрослении, о несовпадении возраста, опыта и статуса. О том, как осознание завершенности, конечности может успокаивать, когда приходишь туда, где все время хотелось быть. После бесприютности и неустроенности появляется надежда на прибежище.
В полусне слушаешь, как падают яблоки. Взрослость — черный стрекочущий сад. Мне не терпелось там оказаться, не мучиться ожиданием, не быть в дреме ночного дома, вырваться в черный сад. Путь туда — невыносимое время взросления.

А еще это рассказ о «Меланхолии» в кавычках и без, когда врожденную «тяжесть» может победить только еще большая, превращая все в пепел.

P. S. Из композиций, упомянутых в книге, Оксана Васякина собрала плейлист. Как она сама написала, «это, конечно, очень странный набор, в нем кринж встречается с экстазом».

#шальные_чтения@editorsnote
👍4