Подводим итоги недели.

✏️Рынок е-гросери: рост в Q2'22 замедлился, но ничего критичного в этом нет. С другой стороны, крупные игроки массово ухудшают условия доставки — разбираемся, всем ли это помогает.

✏️Ozon запускает сервис объявлений: почему сейчас это и своевременное, и весьма рискованное решение?

✏️«Сбер» переименовал SberDevices в «СалютДевайсы»: что это может говорить о планах Слоника на «умный дом»? (спойлер: мы не верим, что дело просто в расширении бренда «Салют»)

✏️Apple расширяет рекламный бизнес: в прошлом году Яблоко нанесло существенный урон по всей индустрии интернет-рекламы, а сейчас готовится построить собственную рекламную империю. Что ответят антимонопольщики?

✏️Amazon пробует ленту в формате TikTok: отличный пример продуктового мышления outside the box. Но так ли все просто?

✏️В США стриминги впервые обогнали и эфирное, и кабельное телевидение по времени просмотра: поздравляем Netflix и прочих причастных.

Ориентировочное время чтения: 8 минут

#дайджест

🟣 Amazon примет участие в торгах за медицинскую компанию Signify Health

Это далеко не первый проект экосистемы в сфере медтеха — и явно не последний. В 2018 году компания приобрела PillPack — и на его базе выстроила собственную электронную аптеку Amazon Pharmacy с доставкой на дом во всех 50 штатах и прочные связи с крупнейшими менеджерами по льготному лекарственному обеспечению. В 2019 году Amazon запустил программу Amazon Care. Первоначально она предлагала услуги телемедицины только сотрудникам Amazon в районе Сиэтла, однако с 2021 года расползается по всем Штатам. Наконец, в июле маркетплейс объявил о том, что планирует за $3,9 млрд приобрести телемедицинский сервис One Medical с офисами в 19 мегаполисах. Не забываем и про слухи вокруг Amazon Project Gesundheit — таинственного проекта по разработке и выпуске универсальной вакцины против простуды. Мы в редакции были бы не против, если бы проект завершился успешно.

Но вот, что еще интересно. Чуть больше недели назад шажок в сторону медицины сделал еще один бигтех, с другой половины земного шара: ByteDance за $1,5 млрд выкупил сеть частных медицинских клиник в Китае. Компания тоже не первый год развивается в медтехе и имеет на балансе телемедицинский сервис Xiaohe Yiliao.

Почему это важно? На Востоке и на Западе развитие медтеха идет в разных направлениях. В Китае направление драйвится государством: с помощью стартапов и крупных проектов в этой нише Пекин пытается компенсировать нехватку квалифицированных врачей. Довольно логично, что в этих условиях наиболее активно раскручиваются сервисы вспомогательной диагностики — как на уровне телеконсультаций, так и на уровне нейросетей, подсказывающих диагнозы (см., например, Airdoc).

В США ситуация иная: там спрос на медтех-проекты создается «снизу», частным сектором. Основными заказчиками выступают частные клиники и страховщики, которым медицинские стартапы могут помочь снизить затраты на оценку здоровья клиентов.

Что происходит у нас? Россия ближе к китайскому сценарию. У нас та же ситуация с государственной медициной: она бесплатна (соответственно, может централизованно генерировать много данных, необходимых для обучения нейросеток) и при этом испытывает нехватку квалифицированных специалистов, особенно в регионах. В этой конъюнктуре наиболее активное развитие должны получать стартапы того же профиля, что и в Китае: ИИ и телемедицина. Собственно, тезис подтверждается и на практике. Крупнейшие российские бигтехи вкладываются в первую очередь в онлайн-консультации: у Сбера это Сберздоровье (+ Еаптека), у Яндекса — Яндекс.Здоровье. По ощущениям, правда, отрасль пока развивается менее активно, чем в Китае, но это дело поправимое.

#иностранная_повестка

Друзья, привет!

Нашему каналу уже несколько месяцев — и мы думаем, что настало время выбрать для него настоящее полноценное имя.

Просим вас проголосовать в опросе ниже за лучший вариант названия для канала. И пусть победит сильнейшее!

🟢 Ozon впервые вышел на операционную безубыточность

Новость про сделку Яндекс и ВК совсем вытеснила из чартов отчетность бедного Озона — и мы считаем своим долгом восстановить справедливость.

1. Скорректированная EBITDA Озона впервые выше 0!
Плюс может показаться не таким уж большим — всего 200 млн рублей, — но сравните его с предыдущим годом, когда показатель составлял -9,1 млрд рублей. Теперь прогресс очевиден, не правда ли?
Положительного значения удалось достичь в том числе благодаря оптимизации юнит-экономики и операционных расходов. В Q2’22 себестоимость продаж (cost of sales в отчетности) практически не выросла по сравнению Q2’21 в абсолютных показателях, зато составила всего 14,8% от общего товарооборота (GMV) сервиса против 28,3% в прошлом году.
Кроме того, сам GMV сервиса прилично вырос: на 92% г/г за квартал и составил 170,6 млрд рублей с учетом доставки и прочих услуг. Для сравнения GMV е-комма Яндекса без учета райдтеха и доставки в Q2'22 составил 58,6 млрд рублей (+67% г/г), GMV райдтеха и доставки (Яд указывает их совместно) — почти 179 млрд рублей (+29% г/г). Товарооборот главного конкурента Озона, Вайлдберриз, в Q2'22 составил 340,1 млрд руб. (+92% г/г) и достиг исторического максимума. Выходит, что дела у Озона действительно идут неплохо.

2. Выручка от сервисов впервые превысила выручку от прямых продаж
Сейчас весь бизнес маркетплейса делится на два крупных сегмента: собственно продажа товаров и сервисы. В первый сегмент включаются доходы от сбыта товаров собственной торговой марки и товаров, заранее приобретенных Озоном у сторонних поставщиков. В сервисный сегмент входят комиссии маркетлейса, оплата доставки, рекламных услуг, комиссий сервиса Ozon Travel и неких «других» услуг (предположительно, сюда может относиться тот же финтех). В Q2’22 выручка от сервисного сегмента выросла на 185% г/г и в абсолютных значениях составила 30,2 млрд рублей против 28,3 млрд рублей от прямых продаж (+7% г/г).
С одной стороны, это говорит о том, что Озон медленно, но верно, трансформируется из простого продавца в полноценную сервисную компанию с упором на B2B. С другой стороны, весь сектор услуг по-прежнему непосредственно завязан на маркетплейсе, т.е. эту трансформацию революцией в бизнесе Озона все равно не назовешь.

3. Другие интересные цифры
— общая выручка выросла на 58% по сравнению с предыдущим годом и составила 58,5 млрд рублей;
— количество заказов увеличилось на 121% г/г и составило 90,2 млн заказов;
— число активных покупателей выросло на 67% г/г и составило 30,7 млн человек;
— количество активных продавцов увеличилось в 3 раза г/г и превысило 150 000 продавцов;
— доля Marketplace в структуре GMV с учетом услуг достигла 76,1% по сравнению с 62,1% во втором квартале 2021 года, благодаря значительному росту базы продавцов;
— операционные расходы на технологии и контент выросли на 141% г/г, что подчеркивает стремление Озона быть мощным цифровым вендором услуг, а не просто маркетплейсом.

#отечественные_экосистемы

Друзья, привет!

Ещё несколько важных вопросов про ваш опыт взаимодействия с нашим каналом. Очень просим проголосовать в трёх опросах внизу — результаты повлияют на будущее проекта.

Спасибо заранее!

🟣 ByteDance запускает поисковое приложение Wukong в Китае

Китайский рынок поисковых систем — удивительный феномен. К концу нулевых он фактически делился между двумя компаниями: порядка 58% принадлежали Baidu, который остается крупнейшим поисковиком региона до сих пор, еще треть — локальному отделению Google. Причем законодателем трендов был именно западный сервис, видивший своей миссией расширить кругозор китайских пользователей и подтолкнуть китайский интернет к большей открытости. Поначалу казалось, что Гугл даже преуспевает в достижении этой цели: компании удалось относительно безболезненно ввести на поисковой странице уведомления о том, что некоторые результаты поиска были удалены — фактически, прямым текстом указать пользователю на то, что контент цензурируется. Следом за ними аналогичную функцию ввели и конкуренты, включая Baidu — и на тот момент это даже сошло бигтехам с рук. Пекин, только начинавший развитие технологического сектора, воспринимал Гугл как необходимое зло и был готов терпеть подобные выходки.

В 2009-2010 годах ситуация кардинально изменилась. Сначала по Китаю прокатилась волна изгнаний западных цифровых корпораций: после беспорядков в Синьцзяне, правительство одним махом заблокировало Facebook*, Twitter и YouTube. Еще через полгода сервисы Google подверглись масштабной кибератаке, исходившей из Китая. Тогда руководство Гугла приняло решение в одностороннем порядке отказаться от соблюдения полунегласного пакта о цензурировании контента, предполагая, что Китай по-прежнему нуждается в сервисе и пойдет на уступки. В этот раз Китай на уступки не пошел. В течение следующих четырех лет Гугл постепенно вышел из региона, вишенкой на торте стала блокировка Gmail, Google Maps и Google Scholar в середине 2014 года, за несколько месяцев до IPO Alibaba. В 2017-2018 годах Гугл еще раздумывал над возвращением, открыл в Пекине исследовательский центр и разрабатывал новый, цензурированный, поисковик Dragonfly, однако позже отказался от его запуска.

Сейчас рынок поисковиков Китая обособлен, фактически закрыт для влияния извне и драйвится собственными компаниями. Крупнейшим сервисом с практически монопольным влиянием остается Baidu, занимающий уже 70% рынка. Поисковик регулярно подвергается критике — в основном за заспамленность рекламой. Например, при запросе «двойное веко» в качестве первых трех результатов (в случае Гугла на них приходится почти 55% от всех кликов) Baidu выдает рекламу клиник пластической хирургии.

ByteDance, вероятно, видит в себе силы и потенциал на трансформацию рынка. На Западе компании уже удалось перевернуть с ног на голову общий подход к поиску информации — около 40% поисковых запросов, совершаемых молодежью, приходятся уже не на Гугл, а на ТикТок и Инстаграм. В прошлом году ByteDance нарастил инвестиции в функцию поиска в приложении Douyin (китайский аналог ТикТока Douyin). Теперь компания тихо и без лишних анонсов выводит на рынок полноценное поисковое приложение Wukong, чье ключевое предложение прямо говорит о намерении конкурировать с Baidu — сервис позиционируется как поисковик без рекламы. Что, впрочем, никак не мешает ему точно так же, как и конкуренту, отдавать приоритет собственным сервисам ByteDance и их контенту.

Еще один важный момент: ByteDance создает не просто браузер, а именно поисковое приложение. На китайском рынке мобильный трафик критически доминирует над десктопным: например, в 2020 году 99,7% пользователей из КНР выходили в Интернет через мобильные телефоны, в то время как только 32,8% и 28,2% из них выходили в Интернет через настольные компьютеры и ноутбуки. Поэтому поисковик от ByteDance — это не просто «еще один поисковик», но попытка создать первый популярный самостоятельный поисковый сервис (не интегрированный в супераппы), оптимизированный именно под мобильные устройства.

#иностранная_повестка

*ныне Meta, признан экстремистской организацией и запрещен в РФ

Самое важное за прошедшую неделю — в нашем дайджесте.

✏️ Яндекс, ВК и Сбер делят рынки: сделка гигантов наконец подтвердилась официально. Вспоминаем ее условия и объясняем, что означает смена домена для Яндекса.

✏️ Ozon впервые вышел на операционную безубыточность: разбираем отчетность маркетплейса и выуживаем наиболее ценные инсайты.

✏️ Amazon примет участие в торгах за медицинскую компанию Signify Health: рассказываем о разнице между американским и китайским подходом к медтеху и ищем место России в этой области.

✏️ ByteDance запускает поисковое приложение Wukong в Китае: изучаем особенности китайского рынка поисковых систем и объясняем, почему Wukong может стать ярким прорывом.

✏️ YouTube создает собственный видеочип: зачем бигтехи разрабатывают свои чипы и что это дало именно Ютубу?

✏️ Финасовое положение Nvidia оставляет желать лучшего: оцениваем состояние мировой экономики по отчетности Nvidia.

Ориентировочное время чтения: 14 минут

#дайджест

🟣 WhatsApp превращается в е-коммерс-платформу (но пока только в Индии)

Последнее время дела у Meta* идут не очень. Рекламный сегмент бизнеса дал сбой (спасибо Apple), метавселенная тоже как будто разваливается на глазах: уходит VP главного мета-проекта Horizon Worlds, новые VR-очки снискали больше конкурентов, чем ажиотажа, в спину по всем направлениям дышит ByteDance.

Но есть еще порох в пороховницах, и Цукерберг не теряет надежды на новый взрывной проект. Таковым может стать коллаборация WhatsApp с индийской экосистемой Jio Platforms, в которую Мета в 2020 году инвестировала $5.7 млрд и которая охватывает почти полный спектр пользовательских потребностей в цифровом мире, ставя своей задачей ускорить диджитализацию региона. К слову, это не первый «заход» Меты в Индию с тестом нового проекта, например, там же в свое время проверялись WhatsApp Payment.

Партнерство касается в первую очередь е-гросери платформы JioMart, однако в перспективе может стать «стратегическим» и распространиться на другие сервисы Jio, других ритейлеров и другие регионы. Продукт партнерства — превращение WhatsApp в комплексную е-коммерс платформу. Не выходя из мессенджера, пользователи смогут просматривать каталог продуктов JioMart, добавлять товары в корзину и производить оплату для завершения покупки. Получается этакий кастрированный клон китайского WeChat, только разделенный между двумя компаниями и лишенный 90% функционала. Но главное — начало положено.

Почему вообще бигтехи так вцепились в Индию? Помимо Меты, свое присутствие в стране активно наращивают Амазон, Гугл, БайтДанс и развлекательные сервисы (Нетфликс, Дисней+ и другие). Штука в том, что Индия — второй в мире интернет-рынок по количеству пользователей после Китая. И если последний активно конкурирует с США и демонстративно ограничивает проникновение американских компаний, отдавая предпочтение доморощенным гигантам, то Индия пока не привередничает. При этом уровень проникновения Интернета в стране составляет около 40-50%, т.е. к 650+ млн человек действующей интернет-аудитории в перспективе может добавиться еще столько же, если не больше. Цифровизация региона с помощью пандемии ковида приобрела ударные темпы — и сейчас бигтехи со всего мира активно пытаются занять свободные ниши на индийском рынке и не упустить его потенциал. В то же время доля мобильного трафика в регионе зашкаливает и составляет порядка 74%. Поэтому такие «мобильные» партнерства, как у WhatsApp с JioMart представляются весьма перспективными.

#иностранная_повестка

*признана экстремистской организацией и запрещена в РФ

🔴 Южная Корея инвестирует в метавселенную

Гос. регуляторы всего мира еще не до конца научились укрощать бигтехи, а впереди уже замаячил новый грозный противник — метавселенные. С ними совсем сложно и непонятно: некие виртуальные миры, постулирующие отказ от физических границ, воплощенный Интернет, скорее даже некая новая сущность, призванная соединить обычную и виртуальную реальности. Что это значит на практике? Хороший вопрос!

В начале февраля на него попытался ответить Роскомнадзор — и определил целый ворох проблем, к которым метавселенные могут привести. Среди прочего: новые возможности для манипуляций и дезинформации; риск неуважительного взаимодействия с интеллектуальной собственностью (в частности, с user generated content, UGC); отсутствие прямой и очевидной схемы несения ответственности за действия;  уязвимость персональных данных; нарушение принципов государственных границ и государственности в целом.

В июне аналогичный программный лифлет выпустил и Парламент ЕС. В нем, помимо рисков, подсвечиваются и предложения по их митигации — правда, пока что в общих словах и без какой-либо конкретики. Например, проблему недобросовестной конкуренции в метапространствах предлагается решать посредством:
а) изменения регулирования M&A;
б) создания антимонопольного инструмента, который обеспечивал бы соблюдение цифрового законодательства компаниями «на территории» метавселенных;
в) установления и регулирования стандартов и операционной совместимости.
Звучит красиво, но больно уж общо — показывает скорее общую заинтересованность Парламента в регулировании метавселенных, чем реальную готовность к действию.

В июле в игру вступил Дубай, избрав стратегию «не можешь победить — возглавь!». Эмират во всеуслышание объявил о намерении войти в десятку ведущих метавселенских экономик мира и анонсировал Dubai Metaverse Strategy. Ее ключевые положения включают в себя разработку глобальных стандартов метавселенной и развитие необходимой инфраструктуры, увеличение числа блокчейн-компаний в 5 раз за пять лет (сейчас их около тысячи, совокупно они приносят в экономику около 500 млн долларов) и создание до 40 дополнительных тысяч виртуальных рабочих мест (что увеличит ВВП Дубая еще на 4 млрд долларов).

Теперь свое слово сказала и Южная Корея: в развитие «экосистемы метавселенной мирового класса» планируется инвестировать более 9 трлн вон (~6,7 млрд долларов). Для сравнения, Meta* потратила на свой метаверс уже порядка 10 млрд долларов. Правительство ЮК также собирается запустить «открытую платформу Metaverse» для всех желающих и довести количество компаний, специализирующихся на разработках в метавселенной, до 150 в 2025 году.

Все это на самом деле показывает фундаментальную разницу между «западным» и «восточным» подходом, и проявляется она не только в отношении метавселенных. США, Евросоюз и даже РФ выстраивают свои отношения с бизнесом на легально-легитимной почве, сначала принимая законы, и лишь затем стараясь обеспечить их исполнение. Азиатские же регуляторы предпочитают быстрее перейти к действиям — и уже потом, когда будет время, оформить свою деятельность юридически, как бы закрепляя результат. Подобная схема в прошлом году позволила китайским властям отстоять свой авторитет перед местными бигтехами, фактически задушив их ограничениями и репрессиями и лишь спустя много месяцев приняв единый закон о защите персональных данных (PIPL), суммировавший большую часть нововведениях норм. США и ЕС тоже удалось щелкнуть корпорации по носу, но это заняло значительно больше времени и до сих пор не привело к результатам, удовлетворяющим гос. органы: Apple, Meta и прочие без устали ищут лазейки в законах и решениях судов.

Мы не пытаемся доказать, что «восточный» путь эффективнее — кто знает, чем он обернётся в долгосрочной перспективе. Но не исключаем, что когда Запад доберется до метавселенных, то увидит, как прямо на главной метаплощади танцуют азиатские тигры, Китай и ОАЭ.

#метавселенные
#гос_регулирование

*признана экстремистской организацией и запрещена в РФ

🟢 ivi вводит мобильный тариф подписки

Ещё год назад мы ванговали, что рано или поздно, так или иначе моносервисы проиграют экосистемным. Ivi держался до последнего — только этим летом яндексовский Кинопоиск смог нокаутировать конкурента и сбросить его с вершины Олимпа на унылое второе место.

В мае владельцы ivi возобновляли разговоры о продаже сервиса — в числе претендентов на покупку называли МТС (есть свой онлайн-кинотеатр KION, но до его создания уже проявлял интерес к ivi), Ростелеком (есть Wink), ВымпелКом (единственный оператор без своего кинотеатра) и ВК (сотрудничает с Wink). Однако переговоры то ли зашли в тупик, то ли затормозились на фоне потери сервисом первого места в общем зачёте среди онлайн-кинотеатров, то ли продолжаются, но уже в стелс-режиме. В любом случае, сейчас ivi пытается поправить пошатнувшееся положение на рынке и вернуть статус лидера своими руками.

С этой целью компания предприняла интересный шаг: анонсировала первую в России дешевую подписку на онлайн-кинотеатры только для мобильных устройств. Сама идея не нова и явно подсмотрена у Нетфликса, который замутил аналогичный тарифный план ещё в 2018 году. И как бы ладно, как говорил Стив Джобс, good artists copy; great artists steal. Да только есть во всем этом проекте одно большое но.

«Мобильный» тарифный план Нетфликса создавался под вполне конкретные и весьма специфические азиатские рынки, где доля мобильного трафика традиционно весьма высока и сейчас составляет в среднем почти 68%, а поколение Z (на которое и рассчитаны мобильные тарифы) все чаще использует смартфоны для потребления развлекательного контента. По итогу запуск оказался успешным: рост выручки в этом регионе составил 61% и опередил показатели других стран, включая основные для компании вроде Европы (40%), США и Канады (14%). Приоритетной страной до сих пор остается Индия с долей мобильного трафика в 74% — именно там Нетфликс из раза в раз тестирует все новые версии уцененных рекламных подписок. И при этом все равно никак не обгонит своего главного конкурента Disney+Hotstar.

Насколько многообещающей выглядит отчаянная попытка ivi вернуть зрителя? Да не очень. Да, по данным Similarweb, в РФ мобильный трафик тоже превалирует над десктопным, но со значительно меньшим разрывом. В то же время потребление видеоконтента онлайн кинотеатров — включая ivi — осуществляется преимущественно через большие экраны: 70% суммарного времени просмотра в сервисе приходится на Smart TV, мобильным достается только 17%.

По всей видимости, ivi рассчитывает на то, что за счет более дешевого тарифа сможет изменить общую модель потребления и значительно нарастить время просмотра со смартфона. И это, конечно, здорово, но главную проблему сервиса удешевление подписки и прирост времени просмотра с мобильных устройств не решит: ivi так и останется моносервисом, которому нечего предложить подписчикам, кроме фильмов и сериалов. Netflix эту ситуацию уже осознал и пытается экосистематизироваться через игры и е-коммерс. А ivi так и пытается выезжать на одних только видео.

#отечественные_экосистемы

Начинаем воскресенье с дайджеста экосистемных новостей!

✏️ Аудитория музыкального стриминга перераспределилась: иностранные компании ушли с рынка, что произошло с их аудиторией? Какие российские стриминги сняли сливки, какой процент пользователей перешел на пиратские сервисы и с чем это связано?

✏️ ivi вводит мобильный тариф подписки: почему то, что получилось у Нетфликса, у иви может не прокатить? Достаточно ли демпинговать на стоимости подписки, чтобы стать лидером рынка онлайн-кинотеатров?

✏️ WhatsApp превращается в е-коммерс-платформу (но пока только в Индии): Meta* строит свой WeChat, или нам только кажется? Почему именно в Индии?

✏️ Южная Корея инвестирует в метавселенную: чем восточный подход к метаверсу отличается от западного — и кто быстрее ворвется на рынок?

Ориентировочное время чтения: 11 минут

#дайджест

*признана экстремистской организацией и запрещена в РФ