Читали «Рассказ о семи повешенных» Леонида Андреева? Его финал разворачивается именно здесь. Если нет, то из названия, думаю, ясно, чем все заканчивается. Поселок Лисий Нос послужил в начале XX века местом, где рядом с убийцами и ворами «столыпинский галстук» примерили многие политические радикалы, в основном эсеры. С 1906 года людей казнили на территории пороховых складов, в хорошо охраняемом месте на берегу Финского залива. По ночам сюда из Кронштадтской крепости приходило пара суден с заключенными и разборной виселицей, «команды смертных приговоров» делали свое, а на утро возвращались на Котлин, забирая с собой мобильный эшафот. Такая конспирация соблюдалась, чтобы не привлекать внимание местных жителей, которые к тому же сдавали здесь дачи состоятельным петербуржцам.
После введения «Положения Совета министров о военно-полевых судах» работы у исполнителей закона стало так много, что они перестали справляться, а платили им прежнее жалование. В сентябре 1906 года после очередной смены копатели могил отказались рыть ямы – требовали больше денег. Их поддержал сборщик-разборщик виселицы и палач. Последний назывался в документах «арестантом №46». Он якобы когда-то пошел в вешатели, получил за это смягчение режима и камеру с коврами. Раздосадовался он тем, что в последнее время вместо 100 рублей за тело давали 25. Хоронить казненных в ту ночь пришлось шкиперу и машинисту. Позже забастовщикам все же пошли навстречу, подняли жалованье, сократили рабочие часы – видимо, чтобы не распространяли секретных сведений о месте и числе казней. И только 46-го отправили подальше – в тюрьму под Архангельском. А расходы на конвой вычли из зарплаты.
После введения «Положения Совета министров о военно-полевых судах» работы у исполнителей закона стало так много, что они перестали справляться, а платили им прежнее жалование. В сентябре 1906 года после очередной смены копатели могил отказались рыть ямы – требовали больше денег. Их поддержал сборщик-разборщик виселицы и палач. Последний назывался в документах «арестантом №46». Он якобы когда-то пошел в вешатели, получил за это смягчение режима и камеру с коврами. Раздосадовался он тем, что в последнее время вместо 100 рублей за тело давали 25. Хоронить казненных в ту ночь пришлось шкиперу и машинисту. Позже забастовщикам все же пошли навстречу, подняли жалованье, сократили рабочие часы – видимо, чтобы не распространяли секретных сведений о месте и числе казней. И только 46-го отправили подальше – в тюрьму под Архангельском. А расходы на конвой вычли из зарплаты.
❤4
Что касается повести, о которой писал выше, то прототипами ее героев стали участники «Летучего боевого отряда Северной области партии социалистов-революционеров». В 1908 они готовили покушение на министра юстиции Щегловитова, однако их сдал провокатор Евно Азеф (тот еще персонаж, очень советую ознакомиться с его биографией). Из девятерых задержанных казнили семерых.
Из воспоминаний начальника Петербургского охранного отделения Александра Герасимова: «Мне говорил прокурор, официально по своей должности присутствовавший на казни террористов: “Как эти люди умирали… Ни вздоха, ни сожаления, никаких просьб, никаких признаков слабости… С улыбкой на устах они шли на казнь. Это были настоящие герои…”».
Вот уже из Андреева: «Над морем всходило солнце. Складывали в ящик трупы. Потом повезли. С вытянутыми шеями, с безумно вытаращенными глазами, с опухшим синим языком, который, как неведомый ужасный цветок, высовывался среди губ, орошенных кровавой пеной, — плыли трупы назад, по той же дороге, по которой сами, живые, пришли сюда. И так же был мягок и пахуч весенний снег, и так же свеж и крепок весенний воздух. И чернела в снегу потерянная Сергеем мокрая, стоптанная калоша. Так люди приветствовали восходящее солнце».
В разные годы здесь также были повешены эсеры-максималисты Николай Любомудров, Иван Пукжлис и Николай Сидоров за вооруженное нападение на частный ломбард, участники все того же «Летучего отряда» Василий Сулятицкий и Лев Зильберберг за участие в убийстве петербургского градоначальника генерал-майора фон дер Лауница, Борис Никитенко, Борис Синявский и Владимир Наумов за готовящееся покушение на Николая II. Чуть подробнее об этих делах здесь. В общем, история места богата мрачными фактами.
А весной 1921 года к берегам вдоль залива, как сошел лед, начали причаливать трупы участников и подавителей Кронштадтского восстания. Сотню выловленных курсантов-красноармейцев, которых не удалось опознать, решили похоронить в братской могиле под старым дубом у каменного пирса. Ожидалось, что здесь установят памятник, но в 1924 году погост растворился — в результате наводнения все кости унесло обратно в воду.
Из воспоминаний начальника Петербургского охранного отделения Александра Герасимова: «Мне говорил прокурор, официально по своей должности присутствовавший на казни террористов: “Как эти люди умирали… Ни вздоха, ни сожаления, никаких просьб, никаких признаков слабости… С улыбкой на устах они шли на казнь. Это были настоящие герои…”».
Вот уже из Андреева: «Над морем всходило солнце. Складывали в ящик трупы. Потом повезли. С вытянутыми шеями, с безумно вытаращенными глазами, с опухшим синим языком, который, как неведомый ужасный цветок, высовывался среди губ, орошенных кровавой пеной, — плыли трупы назад, по той же дороге, по которой сами, живые, пришли сюда. И так же был мягок и пахуч весенний снег, и так же свеж и крепок весенний воздух. И чернела в снегу потерянная Сергеем мокрая, стоптанная калоша. Так люди приветствовали восходящее солнце».
В разные годы здесь также были повешены эсеры-максималисты Николай Любомудров, Иван Пукжлис и Николай Сидоров за вооруженное нападение на частный ломбард, участники все того же «Летучего отряда» Василий Сулятицкий и Лев Зильберберг за участие в убийстве петербургского градоначальника генерал-майора фон дер Лауница, Борис Никитенко, Борис Синявский и Владимир Наумов за готовящееся покушение на Николая II. Чуть подробнее об этих делах здесь. В общем, история места богата мрачными фактами.
А весной 1921 года к берегам вдоль залива, как сошел лед, начали причаливать трупы участников и подавителей Кронштадтского восстания. Сотню выловленных курсантов-красноармейцев, которых не удалось опознать, решили похоронить в братской могиле под старым дубом у каменного пирса. Ожидалось, что здесь установят памятник, но в 1924 году погост растворился — в результате наводнения все кости унесло обратно в воду.
Рядом с пирсом частично сохранилось здание из красного кирпича, вероятно, построенное в 1860-х годах. Служило оно в течение нескольких десятилетий пороховым складом. На надстроенном на рубеже веков втором этаже вероятно размещались лаборатории. После Второй мировой войны здесь организовали клады Балтийского флота, позже – филиал ЦНИИ военного кораблестроения МО ВМФ, 2000-е – 18-й арсенал ВМФ. Теперь КГИОП намерен включить его в перечень выявленных объектов культурного наследия.
Пока арсенал стоит заброшенным, стены и потолки обрастают стрит-артом. Я и узнал о нем благодаря художникам, которые летом 20-го года здесь открыли свою тайную выставку. Спустя полгода, на Рождество, я и сам устроил здесь праздник, собрав пару десятков морозостойких знакомых. Мы играли диджей сеты, стучали в железные бочки, бегали в горящих сапогах. Чтобы согреться топили огромный камин, в который легко можно засунуть пару человек — тут можно послушать наш нойз-кутеж. Еще неподалеку в каменном сарае живет отшельник. Он говорил, что сам когда-то работал в этом здании, а сейчас охраняет, пугал разлитой там ртутью. Впрочем дядька был не против того, чтобы мы потусили у камина, «лишь бы закладки не оставляли». Но я его ослушался и оставил подарок для сталкеров – замуровал в стене коробочку со свечей и иконкой, которые были частью декора на нашем торжестве. По состоянию на текущий август тайник вскрыт и опустошен.
А психоделические клипы ебанутого нечто fake_trailers смотрели? Съемки удаленного недавно с ютуба видео XBOX проходили в том числе в Лисьем Носу по моей наводке. Июньским воскресеньем в 2021 года компания одетых в тряпье и маски молодых людей в течение нескольких часов бесновалась на берегу залива и помещениях арсенала, эпатируя приехавших сюда шашлычников. И их тоже привлекли к съемкам. Леонид Котельников забирался в не по-бутафорски разожженный камин и выпрыгивал из пламени, а один из мужиков как бы дубасил его по спине. Сняли нормально, кажется, с третьего дубля. Запечатлены также катакомбы, склады и близлежащее болото, из которого главного героя тянули накинутой на шею удавкой. Короче, рекомендую к просмотру этой видеомозаики — в ней мелькают, например, Пахом, рэпер Хаски, чувак из «Жарка», почивший в феврале нойз-гуру Папа Срапа, панк-мем Пися Мерзкий и наверняка кто-то из ваших друзей.Я там тоже есть, но вы вряд ли узнаете меня под маской.
❤2