Бонусная Гренландия - ну очень полюбилась 🤍

Насущное академическое

Сегодня никак не могу собраться дописать тему, обозначенную на прошлой неделе.

Вопросов к себе больше обычного. Утром я защищала свое исследование и на узи, обнаружилось, что вместо 1 заявленной темы там зародились полноценные 4.
Радость плодородия сопровождается ледянящим фактом, что надо выбрать одно.

Вот мы после 3 предложений и поняли почему мне сложно писать на тему выбора, когда меньше 24 часов назад мне жизнь подкинула еще один жирнющий.

Сам факт исследования меня будоражит - я никогда ничего прежде не писала и в серьез не исследовала. Все мои академические действия были романтичны и вольнолюбивы. Хотя, конечно, пора снять прикрытие полотенцем академичности и признать, что в работе я также проявлялась хаотично, страстно, во многом полагаясь на импровизацию. Тут мой основной инструмент не работает. Импровизация, в моем случае, завязана на язык и его обвалакивающие способности. То, что на русском мне удается донести ненавязчиво и продуктивно - на английском стопорится в ключевой момент и сопровождается задумчивым ступором взгляда вправо-вверх.

Я бы, конечно, с таким багом перевода личности на английский бы смирилась, если бы не окружение. Импровизацию себе могут позволить только по-настоящему талантливые в ораторском мастерстве ребята. Все остальные пашут. Я не отстаю.

Вчера к презентации на 10 минут я написала 3 страницы А4 текста, с пометками что к какому слайду идет. Репетировала, переписывала, снова репетировала. Читала, к слову, с листа. Ранее для меня такой подход к делу был непозволительным: лучше от себя кое-как, чем дольше пары секунд смотреть в текст. Тут мое восприятие изменилось - ставки невозможно высоки: тонна информации, бесценное время критиков, месяцы работы. Последнее чем хочется рисковать - шансом получить точную обратную связь - для которой максимально важно правильно донести свою мысль, в суете не упустив необходимое связующее предложение.

Само исследование я структурировала с 1 профессором, 2 аспирантами и 2 консультантами по письму. Вынося за скобки будничные разговоры о теме исследования со студентами.

Как результат моих трудов в качестве комментария от критиков, помимо чрезмерной плодородности контента, было следующее: Ваше письмо производит впечатление написанного на латинском и переведенного на английский. Ауч. Хотя бы у меня не было ошибок в правописани, как у студента передо мной

Качественная критика - счастье и этот профессор действительно желает направить бедолаг-студентов. После всех презентаций я ему рассказала, что все сразу писала на английском, и проблема в том, что я так искренне думаю - на особенном фантазийном английском.
Он успокоил, что все тренируется, а на мой уточняющий вопрос он разобрал первое словосочетание в моем исследовании, объясняя почему так не пишут.

Обсудили, что нужно выверять слова и проверять на максимальном количестве человек, нужно захватывать, нужно тестировать, нужно...

Ребята, мне столько всего нужно...

Я счастлива, что это не для галочки, что это в глубину. Вот бы получилось найти время на много практики письма за магистратуру! Мне это по-настоящему интересно

Параллельно с маленькими открытиями и советами от умнейших - "перед тем как писать, надо почитать что-то стоящее. читаешь посредственность - будет посредственность" - я еле-еле успеваю все делать для учёбы.

Вот уже несколько дней бегу за поездом по перону, рука на поручне, но запрыгнуть не успеваю - вот и приходится бежать, благо перон длинный.

Уже 3 день подряд возвращаюсь домой под 2 ночи. В начале семестра это было позволительно только для моей рабочей смены раз в неделю, а теперь это система.

Сегодня на медитации была задача на вздохе спрашивать себя - О чем это?, а на выдохе - Не знаю.

Думаю обо всех грядущих дедлайнах и проектах, вздыхаю, задаю вопрос, а на выдохе говорю - не знаю.

Легко быть монахом в келье

20 декабря завершился мой первый семестр в Йеле. В ту же пятницу, не прерывая ритм наслаждения всем первым, я выехала в аэропорт в ЛаГуардия, чтобы в первый раз полететь в путешествие внутри США.

Месяцы после переезда в Нью-Хейвен - самые насыщенные в моей жизни. Учитывая то, что я все время взбиваю молоко и куда-то мчу - это сильное заявление.

Держалась я бодро! Хорошо спала, питалась до последнего месяца тоже нормально. Эмоциональные барьеры работали вплоть до последней недели сдач! Да и то обошлось без нервных срывов. Разве что нахватала неприятных ситуаций с окружающим миром в последние дни. Все сугубо из-за усталости - поток обоюдной любви не ослабевал.

Нестандартной мощи нагрузку я решила выбивать радикальным методом - тотальной депривацией от привычного и бренного.

Нет телефону, нет чтению, нет письму
Нет общению, нет мясу, нет кофейку

На 10 дней - полное погружение в практику випассана. С 21 декабря по 1 января. В ней и полной тишине встречу чужеродное рождество и любимый Новый Год.

К концу семестра я приползла почти без сил и еле усадила себя в самолет до Чикаго. По прилету зарядившись немного побежала смотреть город. Силы вновь покинули меня в часе от дома и после долгих самоуговоров я еле вернула себя назад в тепло хостела.

С моей потребностью в беге и том насколько я исчерпала свои ресурсы - искренне верю, что только радикальная смена деятельности и фокус на практике сможет меня восстановить перед весенним семестром. Иначе так и буду вжимать тормоза как только моя зарядка наберет 1-2%. Активная студенческая жизнь вернется уже 2 янваля, поэтому шанс урвать 10 дней между марафонами воспринимается как чудо и единственный шанс восстановиться.

Однажды поздней осенью 2020 года мы с Сергеем Колчиным возвращались в Москву после очередного авторского надзора.  В стремящихся декорациях проносящейся за окном Рублевки, мы обсуждали насколько круто было бы уехать на випасанну в период новогодней суеты. Он тогда успешно прошел свою вторую практику, а я уже 3 раза уверенным курсивом вписывала випассану в планы на грядущий год. Несмотря на освежающую идею исчезнуть в столь стрессовое время, я сделала для себя вывод, что всегда буду счастлива праздновать в кругу семьи, однако, как оказалось такая возможность будет предоставляться не всегда.

Начиная с 2017 в свое воображаемое расписание на год я всегда встраивала гуттаперчевые 10 дней випассаны. Планировала сделать её до диплома и после, до Китая и во время, в отдалённой деревушке в Тайланде и в заснеженном подмосковье, до Йеля...

Заметила я тревожный паттерн несбывающейся мечты в процессе тренировки безотлагательности. Тут же начала искать подходящие даты. Выбирая между неделью со днем благодарением или рождеством, остановилась на зимних каникулах.

Неоформленное облако пластилиновых 10 дней, наконец оформилось и встало в распорку между семестрами, защищая собой целые 240 часа, которые я могу провести только с собой.

Мой незаменимый учитель по виолончели и жизни - Александр смеётся: легко быть монахом в келье.
И правда, отчасти мой фокус в течение випасанны будет сформирован не силой моего духа, а обстоятельствами.
Однако, без такого строгого курирования, боюсь что на все 240 часов меня бы утянули рилсы. Поэтому невероятно благодарна возможности и надеюсь, что опыт для меня будет благоприятный.

Путешествие внутрь себя объявляется открытым 🤍

Лучшее, что случилось со мной за год

Утро. 7 этаж архитектурной школы. Я сижу на полу под растянутой между передвижными перегородками простыней. Смотрю безразлично в стену редко моргая. Уголки губ немного улыбаются.

За передвижной перегородкой проходит выставка курса, в котором я принимала участие в течение семестра. Мое прострационное сидение под простыней - часть представления. Туда меня посадил друг - Ахмед, самый жизнерадостный человек на потоке - всегда интересуется как у всех дела и подбадривает, если ему мало-мальски показалось, что сегодня человек меньше светится. Он приходил поддержать меня, когда узнал, что я плакала, не смотря на то, что вытекающая вода была радостной. А когда спустя игр 10 в бадминтон я начала его обыгрывать он радовался как за себя и продолжал меня учить трюкам и хитрым подачам.

Выставка была интерактивной - в качестве задания каждому студенту нужно было изготовить игру - кто-то переосмыслял дженгу, кто-то домик барби. Поэтому там, за перегородкой от устало-сидящей на полу меня, бурлила жизнь и не прекращая постукивали деревянные, металлические и пластиковые детали разных на скорую руку собранных игр. Работа Ахмеда отличалась - он вдохновился хэппенингами 50-60 годов. Happenings - театральные постановки без четко прописанного сценария: участвующим дается обрамляющая инструкция, а они в меру своей фантазии и раскрепощенности начинают из ниоткуда создавать спектакль. Идея созданного им пространства была рассчитана на 1-3 людей одновременно, но по мере использования все чаще там сидели по одному.

Ахмед отвел меня в пространство, объяснил что в нем можно делать и сказал, что оставит меня там на некоторое время в одиночестве. Из всех инструкций я как задачу взяла себе только одну: "на любой из стен ты можешь написать самое лучшее, что случилось с тобой за этот семестр". Оставшись одна я почувствовала насколько опустошена - к тому моменту я уже сдала все важные предметы, и последнюю работу защитила буквально 15 минут назад до приглашения под простыню. Мое несколько-секундное глубокое осознание пустой усталости прервалось режиссером. "Марья, ты потеряла" - говорит он присаживаясь на колено и передавая мне студенческий ID. Я не удивляюсь, беру карточку и делюсь с ним, что за минуту до моего выступления я потеряла телефон и побежала его искать, из-за чего пропустила свою очередь, а за три дня до - паспорт, который на тот момент я еще не нашла. Было четкое ощущение, что до конца семестра я доползла, попутно теряя все что можно лишь бы только донести самое ценное - способность выкладываться на максимум в учёбе.

На курсе было еще 3 студента с отличным заданием - курсовая работа на 15 страниц. Выбор "игра" или "письмо" давался всем, однако, на моё удивление, отчаянно мало людей в архитектурной магистратуре хотят писать. Формат "игр" же преподаватель придумал, чтобы не расстраиваться читая сырые работы, написанные в последние ночи перед сдачей. Для меня выбора не стояло - я слишком давно знала, что мне нужно писать. Я знала это в 2018 году, когда планировала, что хочу чтобы моя магистратура была полностью теоретической. Я знала это в 2019 году, когда после возвращения Китая задавала вопрос ментору как мне приблизится к тому, чтобы быть пишущим архитектором. Она мне тогда сказала - начать писать, но для меня это было непостижимо, казалось, что нужно для начала много работать. И я работала. Все больше игнорируя потребность в выражении смыслов и чувств через буквы, слова и предложения.

Там под простыней люди писали разное, из запомнившегося, например, фраза: "здесь людям нравится, что я громкая". Я же, оставшись одна, взвесив все произошедшее за время в Йеле и вообще за год, не долго думая красным маркером поделилась со стеной следующим:

"Я начала много писать. Лишала себя этого годами, но не теперь».

И это правда лучшее, что случилось со мной за 2024 год.

Я знаю тебя с детства

Сегодня проходя мимо католической церкви я услышала бой часов. От полудня прошло 15 минут, поэтому мелодия проиграла ровно на четверть. По привычке я допела ее до конца и через пару шагов, не сбавляя скорости, грустно улыбнулась. Я знаю её с детства.

Близнецовое сходство церковного боя с часами в родительской московской квартире я обнаружила на второй день жизни в Нью-Хейвене. Город в первый день явился мне абсолютно диким - некрасивые люди с некрасивыми походками, неприглядные улицы с тротуарами-обочинами, перепутанно-утрированные стили домов. Казалось, что ничего не исправит моё первое впечатление, но я быстро успокоилась, услышав знакомый звук. Этот бой я слышала все детство.

Часы стояли в дальней угловой комнате квартиры. Непоколебимым массивом они завершали резной советский шкаф, будто продолжая его. Ритм от их минутной стрелки раздавался на весь дом, а бой каждый час заполнял все пространство квартиры от теплоты под подушкой до холода под потолком.

Услышав знакомые интонации в Нью-Хейвене я впервые расслабила плечи. Звук обнял все неприглядное и превратил неуютный город в семейную гостиную, где мне ничего не грозит.

Часы подарили моим бабушке с дедушкой на свадьбу. Прекрасно помню праздничную черно-белую фотографию. На ней незнакомый улыбающийся мужчина в костюме широко улыбаясь несет увесистый и громоздкий подарок молодожёнам. Я до сих пор дивлюсь его мощи - мне часы всегда казались неподъемными. Молодые бабушка и дедушка, принимающие подарок, радостно хохочут.

То ли мистика, то ли вездесущий капитализм унифицировали мелодию в американской католической церкви и советских часов. А может часы были заграничными... В любом случае я приняла это как заботу от мира и все время радовалась слыша знакомый звук. Церковь находится посередине дороги от дома в институт и всякий раз, до прошлого четверга, я улыбалась от мысленного подпевания знакомой мелодии. Я становилась счастливее даже когда точные музыканты сообщали мне, что я опоздала на пару, которая начинается ровно в девять.

Дедушка ушёл из жизни за два месяца до моего рождения, поэтому смотря на черно-белую фотографию я могла проиграть только бабушкин смех. Любимый смех. В её же комнате и стояли часы, оттуда же их ответственный бой обволакивал заботой нашу квартиру, а спустя много лет этот же звук умудряется поддерживать меня и на неблагоприятных американских улицах, все превращая в безопасную игру.

Сегодня по дороге в институт я впервые грустно улыбнулась, проиграв в голове знакомую мелодию, ведь звук часов есть. часы в московской квартире есть. а бабушки -