🇹🇷Турецкий аналог Вагнера — как Турция усиливает свое влияние с помощью оружия?

ЧВК сами по себе уже давно не являются чем-то необычным и удивляющим. История их развития насчитывает десятки лет, и главная особенность ЧВК заключается скорее в том, что отнюдь не каждое государство имеет возможность получить такой уникальный военный инструмент. Россия использовала «Вагнер», у США есть Blackwater, есть еще британский G4S, который заслуживает целого разбора. И Турция тоже не осталась в стороне - у нее есть SADAT. Разница между ними всеми лишь в идеологическом наполнении и географии применения.

🔴Происхождение SADAT и новая структура

SADAT — «Международная консалтинговая компания в сфере обороны», основанная в 2012 году бригадным генералом в отставке Аднаном Танрыверди. Биография основателя необходима для понимания природы компании. Танрыверди был уволен из армии за исламистские взгляды после военного переворота 1997 года. Того самого, который был направлен против проникновения политического ислама в турецкие силовые структуры. После прихода Эрдогана к власти он вернулся к своим обязанностям.

Компания тесно сотрудничает с Национальной разведывательной организацией Турции (MIT), что официально подтверждал генеральный директор SADAT Мелих Танрыверди — сын основателя, возглавивший компанию после смерти отца.

Компания с самого начала создавалась как инструмент параллельной силовой политики, а не как коммерческая структура, случайно получившая государственные контракты. Сейчас SADAT насчитывает более тысячи бывших турецких армейских офицеров и предлагает широкий спектр услуг — от военной подготовка сил специальных операций и до военно-логистической поддержки.

Декларируемая миссия компании также не скрывается. Манифест основателя гласит, что «единство исламских стран зависит от лидерства Турции». Стратегическая цель SADAT заключается в установлении военного сотрудничества с мусульманскими странами, чтобы сделать их «исламскими супердержавами». Компания в данный момент активна в 22 исламских странах, предлагая клиентам — правительствам или вооруженным формированиям аудит безопасности, оперативную и логистическую поддержку, а также поставку бойцов.

🔴Как работает турецкая ЧВК?

Прежде чем разбирать географию активности, необходимо разобрать модель. Турецкая модель проекции силы через ЧВК состоит из трех компонентов, которые работают в связке.

1️⃣ Компонент первый — передовые технологии. Baykar Technology, ведущий турецкий производитель дронов, обеспечил более четверти турецкого экспорта вооружений в 2024 году, что составило примерно 1,8 миллиарда долларов. Восемнадцать африканских государств, более половины из которых в Северной Африке и Сахеле, активно эксплуатируют турецкие боевые дроны. Bayraktar TB2 открывает двери — страна, купившая турецкий дрон, автоматически нуждается в инструкторах, запчастях, технической поддержке. Именно это и создает точку входа для военного присутствия.

2️⃣ Компонент второй — ЧВК. SADAT заходит туда, куда турецкая армия не может зайти официально. Обеспечивает наземную поддержку, тренировки, охрану объектов. В случае необходимости — рекрутирует и развертывает сирийских наемников в качестве пушечного мяса.

3️⃣ Компонент третий — MIT. Турецкая разведка MIT создала хабы в ключевых странах — от Нигера до Сомали, обеспечивая разведывательное прикрытие и координацию всей системы. Турция рано осознала, что тщательно выверенное развертывание наемников — от стрелков до ССО в важных геостратегических зонах позволяет устанавливать плацдармы и посылать сигнал конкурирующим державам, одновременно ограничивая риски для регулярных турецких войск. Сирийские бойцы активно использовались как расходный материал. Это преимущественно члены протурецких вооруженных группировок, которые теперь стали ядром Сирийской правительственной армии. Они прошли военную подготовку в конфликтах, имеют боевой опыт, лояльны Анкаре как патрону и не имеют политического веса внутри Турции, что делает их эксплуатацию крайне выгодным.

📌 Театр первый — Ливия

Ливия стала первым крупным полигоном для отработки модели в полном объеме. Первым крупным международным выходом SADAT стала Ливия в 2020 году, где несколько тысяч сирийских наемников помогали поддерживаемому ООН Правительству национального согласия (ПНС) против соперничающих формирований и поддерживаемых Россией сил Халифы Хафтара.

Масштаб присутствия задокументирован американской стороной. По данным AFRICOM, SADAT осуществляла «надзор и оплату примерно 5000 сирийских бойцов в Ливии». В марте 2021 года ООН опубликовала доклад, в котором упомянула, что SADAT нарушила соответствующие резолюции в Ливии. Компания же отрицала свою причастность, описывая деятельность как «консультационные, тренировочные и логистические услуги».

Ливия показала несколько важных вещей — сирийский наемный контингент работоспособен в стандартных конвенциональных конфликтах; модель «дрон+наземный прокси» может создать реальное военное преимущество, а Россия и Турция способны оказаться на противоположных сторонах конфликта, не разрушая дипломатических отношений.

📌 Театр второй — Карабах

SADAT предположительно была ответственна за вербовку, экипировку и транспортировку сирийских наемников в Азербайджан для участия в войне в Нагорном Карабахе 2020 года. Компания, конечно, все отрицала, но тем не менее, сирийское присутствие в Карабахской войне зафиксировано многими независимыми источниками — Сирийской обсерваторией по правам человека, рядом журналистских расследований, разведками крупных стран, таких как РФ и Франция, а также непосредственно армянской стороной, которая даже захватила несколько сирийцев в плен.

Карабахский кейс принципиально отличается от ливийского — это не гражданская война в несостоявшемся государстве, а межгосударственный конфликт на постсоветском пространстве с косвенным участием члена ОДКБ. Развертывание сирийских наемников в этом контексте означало качественный сдвиг — турецкая теневая военная сила вышла далеко за пределы «периферийных» конфликтов и начала влиять на архитектуру безопасности, напрямую связанную с российскими интересами.

Армения запрашивала введение санкций Магнитского в отношении SADAT в связи с «обвинениями в серьезных нарушениях прав человека и соучастии в насилии в зонах конфликтов, в особенности в Арцахе (Нагорном Карабахе), Ливии и Сирии».

📌 Театр третий — Сомали

Сомали является единственным театром, где Турция присутствует официально, полуофициально и через ЧВК. И все это одновременно. Такой расклад позволяет понять, как именно Анкара выстраивает долгосрочное стратегическое присутствие.

В 2024 году Турция подписала меморандум о взаимопонимании с Сомали об оснащении, реконструкции и подготовке сомалийского военно-морского флота. В обмен сомалийское правительство передало 30-процентную долю доходов своей исключительной экономической зоны. Президент Сомали запрашивал 3000 наемников для противодействия наступлению повстанцев. SADAT, уже ведущая подготовку сомалийских сил, должна была дополнительно развернуть персонал в Могадишо и Мидл-Шабелле.

Сомалийский кейс демонстрирует полноценное и всестороннее применение всего инструментария — официальной военной базы (первой за пределами Турции), подготовки армии через SADAT, военно-морского соглашения, строительных проектов через турецкие компании, а также сети школ Маариф. Это уже не просто военное присутствие, а модель установления структурной зависимости.

📌 Театр четвертый — Сахель

Сахель стал наиболее свежим и ярким театром турецкого ЧВК-присутствия. После ухода французских войск из Мали, Буркина-Фасо и Нигера в 2022–2023 годах в регионе образовался вакуум, который Вагнер (переименованный в «Африканский корпус») начал активно заполнять. Турция зашла параллельно, но теперь уже не конкурируя с российскими структурами, а работая рядом.

По данным Сирийской обсерватории по правам человека, с сентября 2023 года SADAT развернула 1100 турецких сирийских наемников в Буркина-Фасо и Нигере. Эти бойцы принадлежали к фракции «Султан Мурад» — турецкому прокси в северной Сирии. SADAT предположительно взяла контракты в Буркина-Фасо и Нигере, используя сирийских наемников для охраны ключевых экономических объектов, где турецкое правительство имеет интерес — в частности, в горнодобывающем секторе.

Примечательный факт — часть сирийских бойцов SADAT в Нигере оказалась под российским командованием в ходе боевых действий против джихадистских организаций в регионе Липтако-Гурма на трехграничье Буркина-Фасо, Мали и Нигера. Это интересная ситуация, поскольку турецкие прокси и российские структуры формально воюют на одной стороне против общего противника, и это при том что Турция и Россия поддерживали противоположные стороны в Ливии и Украине.

Турция, вероятно, резервирует собственных солдат для более специфических военных задач, используя SADAT для «невоенных» экономических целей. Турция также заключила соглашение с правительством Чада о взятии под контроль военной базы Абеше, которую французский гарнизон покинул в январе 2025 года.

🔴 В сравнении с Вагнером

Если российские ЧВК мотивированы деньгами при реализации целей Кремля, то их турецкий аналог движим убеждением, что их долг — распространять исламистские цели или, по меньшей мере, исламистские цели в том виде, в котором их определяет Анкара.

Вагнер был инструментом циничного прагматизма с имитацией идеологической упаковки. SADAT же это инструмент с реальной идеологической базой, которая одновременно является и ограничением (работает преимущественно в мусульманском мире), и ресурсом (создает лояльность через общую идентичность).

Танрыверди в своем манифесте заявлял, что «единство исламских стран зависит от лидерства Турции», обозначая вовлеченность Анкары как стратегическую и религиозную, а не просто прагматическую. Это означает, что у турецкой модели есть естественный предел — она не работает в немусульманских контекстах и затрудняет операции там, где исламистская идеология является проблемой для принимающей стороны.

🔴 Почему SADAT юридически неуязвима?

В Турции нет ни законодательства в сфере ЧВК, ни общепринятой классификации таких организаций. И это вполне себе осознанная политика, поскольку идеологические совпадение между ЧВК и правящей партией создает форму избирательного применения права, обеспечивая работу этих структур в соответствии с интересами государства при сохранении освобождения от формального контроля.

Анкара отказывалась комментировать деятельность SADAT, несмотря на многочисленные запросы прессы. Эрдоган даже публично заявлял, что не имеет «никакого отношения» к руководству компании, несмотря на назначение основателя SADAT советником президента.

Модель правдоподобного отрицания действует по стандартной и уже отработанной схеме — государство не признает связи, а ЧВК позиционирует себя как частного актора.

🔴 Что с этой структурой не так?

Отчеты выявляли, что подготовленные SADAT сирийские наемники ухудшили и без того шаткие условия безопасности в Ливии и совершали злоупотребления в отношении мирного населения. Те же наемники ранее воевали в джихадистских группировках — Джабхат ан-Нусра и Исламском государстве, что также создавало риски подготовки потенциальных экстремистов в Африке.

Широко распространяющийся конфликт в Сахеле может оказаться слишком мощным для сдерживания со стороны ЧВК. Ситуация с безопасностью в регионе вряд ли улучшится, если не будут решены фундаментальные политические проблемы. ЧВК в свою очередь, скорее всего, обеспечат лишь краткосрочный доступ и экономические возможности.

Вагнер столкнулся с той же проблемой в Мали и ЦАР — тактические успехи не конвертируются в стратегическую стабилизацию, поскольку ЧВК убирают симптом, а не первопричину нестабильности. Турецкая модель не имеет никакого иммунитета от этой же ловушки.

Второе ограничение — зависимость от сирийского резервуара бойцов. Этот ресурс не бесконечен, не качественен и зависит от внутренней сирийской политики. После падения Асада в декабре 2024 года конфигурация сирийских вооруженных группировок изменилась, что что неизбежно скажется на рекрутинговой базе SADAT.

🔴 Что будет дальше?

За последнее десятилетие Турция резко расширила дипломатическое, экономическое и силовое присутствие в Африке — открыв большое количество посольств с 2002 года. SADAT — это всего лишь один из элементов более широкой системы, в которой военное, дипломатическое, экономическое и культурное присутствие взаимоусиливают друг друга.

Модель выглядит следующим образом — турецкие компании строят инфраструктуру — SADAT обеспечивает безопасность объектов — MIT обеспечивает разведку и политическое сопровождение — дроны укрепляют военный потенциал принимающего правительства — школы Маариф формируют долгосрочную культурную лояльность.

SADAT - это первая незападная и нероссийская модель коммерческой военной силы с явной идеологической программой, работающая в масштабе нескольких континентов.

Восточный Контекст

🇺🇸🇨🇳Первый визит американского президента в Китай с 2017 года. Два часа за закрытыми дверями. Трамп и Си назвали эту встречу «исторической». Посмотрим, единственное ли это, о чем они договорились?

📌 Торговля. Взаимное снижение пошлин до 10% скоро истекает. Пекинский визит должен был превратить временный режим в постоянный, конкретных цифр пока нет, зато есть много слов о «десятках договоренностей». Будем наблюдать.

📌 Энергетика. Трамп объявил, что Си согласился покупать американскую нефть. «Китайские корабли пойдут в Техас, Луизиану и на Аляску» — это дословная цитата. Для Пекина это диверсификация от ближневосточных поставок на фоне войны в регионе. Для Вашингтона — отличная картинка для внутреннего потребителя: Трамп будет продавать нефть Китаю и представит это как победой.

📌 Иран и Ормуз. Единственная тема, по которой стороны публично зафиксировали реальное совпадение позиций — пролив должен оставаться открытым. Китай против его милитаризации (это понятно), когда у тебя около половины всего нефтяного импорта идет через один пролив, то ты в любом случае будешь очень против любых экспериментов с ним.

📌 Тайвань. Классика жанра. Си предупредил об угрозе вооруженного конфликта при неправильном подходе к тайваньскому вопросу. Трамп по итогам заявил, что тема Тайваня вообще не поднималась. Складывается ощущение, будто они присутствовали на разных встречах.

📌 Трамп привез с собой беспрецедентную бизнес-делегация — Маск, Кук, Meta, Goldman, Boeing, Visa. Трамп буквально представлял их по одному, как на корпоративе. Смысл в том, что нормализация продается американскому бизнесу как возможность, а не как уступка. Политически это вполне грамотный ход.

По итогу можно зафиксировать тактическое перемирие с сохранением стратегического противоречия — обе стороны получили нужную картинку: Трамп показывает, что ездит в Китай и проводит сделки, а Си показывает, что в Китай приезжают и просят сделку. До следующего обострения.

Восточный Контекст

🇺🇸🇮🇷Очередное столкновение интересов в Белом Доме

Перемирие с Ираном формально продолжается, однако внутри администрации Трампа полным ходом идет конфронтация между теми, кто хочет продолжения военного давления/возобновления военного сценария, и теми, кто хочет выйти из этой израильской авантюры.

К примеру, Хегсет активно поддерживает отправку наземных войск в Иран по запросу Израиля, а вот Рубио категорически против — он не хочет втягивать США в затяжную войну на Ближнем Востоке. По данным источников Middle East Eye, оба были буквально «на ножах» во время закрытых обсуждений этого вопроса. 

Позиция Рубио понятна и перекликается с позицией Вэнса — они оба осознают, что американское общество резко против отправки солдат в Иран, и что наземная война в Иране может затянуться надолго и не принесет в долгосрочной перспективе никаких дивидендов. Опросы фиксируют поддержку ударов лишь у каждого четвертого американца, хотя администрация вряд ли будет опираться на соцопросы в своих решениях.

Но Рубио был таким не всегда. В марте он был жестче, предупреждал об «ударах, которые еще только предстоят». Однако за два месяца его позиция круто изменилась — 5 мая он объявил, что операция «Эпик Фьюри» завершена и США переходят к невоенным методам давления на Тегеран по ядерному вопросу. По его словам, переговоры охватывают как обогатительные мощности Ирана, так и уже накопленный обогащенный материал. Ясно, что Рубио далеко не голубь мира, он просто умеет вовремя переобуться - рейтинги падают, война непопулярна, а Хегсет слабеет политически.

Кроме Вэнса и Рубио есть еще Сюзи Уайлс, которая подталкивает Трампа к ограничению военного присутствия, ссылаясь на рост цен на бензин и недовольство избирателей, а советник Белого дома по ИИ Дэвид Сакс публично назвал республиканцев «главными ответственными» за эскалацию и призвал Трампа выйти из конфликта, пока еще есть возможность. 

Перемирие от 8 апреля формально действует, но находится «на аппарате жизнеобеспечения» — по выражению самого Трампа. Перекрытие Ормузского пролива и ответная морская блокада Ирана продолжаются. Переговоры при посредничестве Пакистана к середине мая не дали даже предварительного соглашения ни по одному из ключевых вопросов. 

Восточный Контекст

🇺🇸🇮🇷О ночных ударах и ходе переговоров

Ночью 28 мая США нанесли несколько ударов по объектам вблизи Бендер-Аббаса.

Американские военные сбили четыре иранских беспилотника-камикадзе и атаковали объект в портовом городе Бендер-Аббас, судя по всему, в рамках возобновления операции по конвоированию судов. CENTCOM при этом заявил, что режим прекращения огня сохраняется. 

КСИР ответил незамедлительным ударом по американской авиабазе, с которой, по иранской версии, и проводилась атака.  Корпус предупредил, что «любые дальнейшие атаки США вызовут более решительный ответ». 

Это, конечно, не первый такой обмен ударами с момента объявления перемирия 8 апреля, и эта тенденция даже сложилась в устойчивую модель — каждая сторона действует, не признавая формального нарушения режима прекращения огня.

На дипломатическом поприще картина выглядит более обнадеживающей. Американские чиновники подтверждали СМИ, что Иран «в принципе согласился на рамочное соглашение» и стороны «уже на 95% готовы». По их словам, достигнуто соглашение по ядерному запасу и Ормузскому проливу, однако продолжается согласование формулировок. 

Детали потенциальной сделки — 60-дневное продление перемирия (хотя оно и так бесконечное), открытие Ормузского пролива для судоходства без взимания сборов, разминирование прохода. В обмен США снимают блокаду иранских портов и делают санкционные исключения для свободной продажи нефти. 

Ядерная программа при этом выносится за границы предварительного соглашения — она станет предметом отдельных переговоров в рамках 60-дневного периода. 

Стороны традиционно выражают противоположные позиции по одному и тому же документу. Иранцы заявляют, что никаких обязательств по ядерному вопросу в черновике договоренности нет и добиваются ясности по санкциям и разморозке миллиардных активов, в то время как США требуют от Ирана ограничения ядерной программы. 

США параллельно ввели дополнительные санкции против новообразованного иранского агентства, которое пытается контролировать судоходство в Ормузском проливе. Трамп заявил, что блокада останется «в полную силу до тех пор, пока не будет достигнуто, подтверждено и подписано соглашение».

Удар по Бендер-Аббасу и ответный удар КСИР произошли в момент, когда переговоры, по всем признакам, находились на финальной стадии и, по некоторым данным, осложнили переговоры о прекращении войны. Хотя пока трудно сказать, насколько серьезны эти осложнения.

Военные и дипломатические линии, кажется, функционируют параллельно и периодически друг друга подрывают. Ни Вашингтон, ни Тегеран пока не готовы полностью заморозить силовое давление в обмен на незакрепленные договоренности.

Восточный Контекст