Бесит Фикбук(( Поставила на таймер на утро главу китайцев, просыпаюсь — она так и висит в черновиках. Кто ждал — новая глава появилась, завтрашняя придёт по раписанию к утреннему кофе.

За эти выходные в сумме я прошла 70к шагов.
Было круто.
В целом, это объясняет, почему нет новостей про тексты))

А, ну, и современные китайцы дописаны.

Держите юных студенческих ВанСяней, пока я тут не вылезаю из горы работы.

Нейросетевое откровение века.
Короче, при генерации контента нейросетка учитывает, в какой стране вы находитесь. И генерит то, что разрешено в вашей стране.

Как я это выяснила?
Всё просто: сидя в Малайзии, я спокойно генерила иллюстрации к китайскому фанфику. Прилетела в Москву, включила старый добрый впн — и услышала, что запрашиваемый контент мы, видите ли, генерить не будем, потому что это противоречит нашим политикам и правилам.

Я пошла проверять, вдруг за сутки перелётам модель обновилась. Нет.

Промт сломался? Попробовала другие варианты, нашла старые, потестила их.

Глаза постепенно вылезали из орбит. А потом мне пришло в голову попробовать и поменять страну на старом добром впн. Магическим образом всё починилось.

Потом сходила, почитала — да, действительно, нейросетки ориентируются на локальные ограничения.

Возможно, кому-то эта информация пригодится, но не факт.

Я же тут в стихотворение влюбилась. Поэзию читаю редко и малыми дозами, в том числе, потому что могу вот так вляпаться в одно-два четверостишия насмерть.

В этом сезоне у меня, очевидно, поэзия китайская. Я всё ходила с размышлениями о том, почему оно так задело. Потом, конечно, дошло. Я сейчас живу на две страны, на два города. В обоих — горячо любимые люди, по которым я отчаянно скучаю. И, где бы я ни находилась, я жду момента новой встречи с той, второй стороной, живых разговоров, тепла и близости.

Удивительным образом нашла у древнего китайца полное понимание. Делюсь. Мне красиво.

Ты спросишь меня о сроке возврата —
нет ещё срока такого!
Ливень полночный в горах Башань
осенний пруд переполнил.

Когда-нибудь, вместе с тобой у окна
нагар со свечи снимая,
Вдруг расскажу о горах Башань,
мол, там шёл дождь проливной.

(Ли Шанъинь, около 851 года, перевод В.М. Алексеев).

Конкурс идиотских аллергий открыт.

Пластырь. Любой пластырь, я перепробовала всё. Вот, хожу в великолепным красным пятном на шее, наслаждаюсь. Жду, когда подействует все, что съедено и намазано.

Ну, сможете обыграть?))

Автор выгуливает мадагаскарских тараканов своих персонажей.

(как бы двусмысленно это ни прозвучало, но это шипящие мадагаскарские тараканы Советника).

А если серьёзно, то начала писать своей малайзийский любовный роман, смотрю на главного героя и понимаю: там в голове именно такие штуки сидят. И шипят. Всё, как мы любим.

Относительно скоро принесу подробности, а пока заканчиваю фикбучных китайцев, очередных.

___
— Авада, как ты заставила себя взять ЭТО на руки?
— Если честно, думать об этом было мерзее, чем держать. Жуки как жуки, на майских похожи, но куда крупнее. Шипят только по запросу, ползают. Ничего мерзкого.

А вот и первые детали малайзийского романа)

Жэнь Шоучжэнь — молодой владелец семейной парфюмерной компании. Покупка старого британского бренда с собственным заводом и плантацией ценных деревьев — это большой шаг для компании, новые рынки, новые возможности. А лично для него это шанс доказать себе и предкам: он достоин своего наследия.

Шарлотта Уоррингтон — специалистка по сделкам слияния и поглощения. Её задача — стрясти с китайца абсолютный максимум. Для неё это возможность доказать, что она способна работать на новых рынках и заслуживает доверия, которое оказало ей руководство.

Жэнь Шоучжэнь не переплатит ни цента.

Шарлотта Уоррингтон будет стоять до последнего.

Но если сдвинуть завесу цифр, кислотности почвы, обслуживания производственных линий и презентаций, найдётся есовсем другое.

Жэнь Шоучжэнь — обаятельный, неизменно спокойный и доброжелательный мужчина, который рассыпается на части из-за панических атак. Шарлотта Уоррингтон — шумная смешливая женщина, которая знает, что никому не нужна.

Пока в холодных от кондиционеров офисах идут ожесточённые торги, на душных улицах крошечного острова Пенанг звучат совсем другие разговоры.

Тропики с их высоченной влажностью и жарой, джунгли, запахи ночных медовых цветов и сточных канав, шум грязного моря, гудение байков, летучие мыши над головой, десятки уютных кафешек — надеюсь, что в романе удастся показать реальную жизнь острова, на котором я провела уже три года.

Никакой политики, никакого экшна. Медленная история о том, как сходятся двое людей, кажется, очень разных, но в чём-то неуловимо похожих. Немного межкультурных коммуникаций и порванные шаблоны прилагаются.

Примерно так. Нннада?

Нашла старую недописанную статью про китайское путешествие. У меня вообще с тревел-блогами тяжко, не идут. Но куски выложу. Вот — первый.

В некоторых вопросах Китай — типичная Юго-восточная Азия

В Азии мы три года, поэтому многие чисто юго-восточные фишечки уже стали привычны. А именно...

Дорожное движение. Как и в Малайзии, Вьетнаме, Тае и Индонезии, право на управление транспортным средством в Китае выдают исключительно обезьянам с гранатами. Правда, мы надеялись, что китайский Большой Брат со своим миллионом камер как-то решил эту проблему, но нет. Интернет подсказал, что традиционно здесь считается важным поймать на дороге «ощущение потока». На практике — водитель будет переть на тебя по пешеходному переходу, уверенный, что сможет объехать, а мотоцикл внезапно выедет на встречку, чтобы перебраться на тротуар. И все постоянно сигналят. Короче, типичная Азия, я уже почти два года вожу на своём Пенанге, тут то же самое, только масштабом поменьше))

Еда. Нет, я не о жареных скорпионах (в скобках замечу, что местные их в принципе не едят, это так, прикол для туристов). Китайская еда — это рис с рисом под соусом из риса в рисовой лепёшке. И рисовое молоко с рисовым пирожком. Утрирую, конечно, есть же ещё лапша с лапшой. Всё это — в ярких приметных соусах. Малайская еда мало чем отличается (просто китайцы везде кладут свинину, а малайцы — курицу). В общем, в поездке мы занимались дурным делом — искали европейскую еду. С трудом, кстати.

Уличная торговля. Это очень яркое впечатление для тех, кто в Азии впервые. Улицы-рынки, дневные или ночные, смесь сувенирных палаток, лотков с затейливой едой, свежие фрукты, суета, почти праздничное возбуждение — очень увлекает. К сожалению, почти во всей Азии в подобных местах можно гулять, но нельзя ничего есть. Никто не хочет знать, как хранятся ингредиенты и когда продавец мыл руки. В Китае прямо классического ночного рынка мы не нашли, зато забрели несколько раз на торговые улицы — то же самое, но более цивильно. Товары не в уличных лотках, а в лавках и маленьких магазинчиках, в некоторых даже есть холодильники.

В общем, местами Китай — это весьма типичная Азия. Но в других моментах он отличается радикально. Возможно, об этом попозже)

Дописала я свой китайский фанфик, завтра или послезавтра выйдет эпилог.
Как всегда у меня: напишу маленькую зарисовочку = накатаю фанфик на 30 глав.

В любом случае, история завершена, причём так, как мне бы хотелось (и даже лучше, потому что бета вовремя пинка дала).

В этом фике больше сцен секса, чем во всех остальных моих работах вместе взятых, но, конечно, он вообще не о том. Как всегда, в миллионный раз я брожу по темам одиночества, понимания, близости и принятия.

Не рекламирую, не пропагандирую и не рекомендую.

А о чём так глубоко задумался Вэй Усянь, знают только те, кто читал))

Главный мем законченной студенческой аушки по магистру.

А я вчера начала писать ориджинал. Думаю, скоро появятся новости. Наконец-то))

Почему-то меня совершенно не тянет на ведение канала в эту поездку в Москву. Вроде что-то происходит, а рассказывать нечего.
И не устроила встречу с читателями, хотя планировала. В общем, странно ведёт себя Авада.

А поскольку мне рассказать нечего, буду рада, если что-нибудь расскажете вы)

Маленький кусочек из малайской истории. Да, представьте себе, я её всё-таки пишу))

— Каково время простоя линии розлива? — спросил Жэнь Шоучжэнь неторопливо, продолжая вежливо улыбаться.

Принципиально важное совещание, где необходимо вникать в детали. Он вникал, запоминал — наверное. У него была блестящая, тренированная с рождения память, скорее всего, в ней сохранится эта информация.

Медленный вдох и такой же выдох.

Двадцать пять минут.

Потом сигарета в номере. Он разденется догола, упадёт спиной на отпаренное белое отельное бельё и закурит.

На столе в переговорной была длинная белая царапина, она притягивала взгляд.

— О, мы полностью укладываемся в пределы отраслевой нормы, — проворковала британка, и её слова означали: всё плохо.

Если кто-то не хочет называть цифры — значит, говно эти цифры.

Слишком высокий голос со слишком резкими перепадами. Если она продолжит — он закричит. Если он сумеет выговорить её фамилию, в качестве награды позволит себе две сигареты подряд.

— Благодарю, мисс Уорринг…тон, звучит вдохновляюще.

Звучит как попытка вытянуть из него очень много денег, если он верно разобрал последние две фразы.

Это считается?

Нет, он запнулся. Минус одна сигарета за допущенную ошибку.

Чёрт.

Это грёбаная Малайзия, здесь нельзя курить в номерах.

— …часть оборудования была адаптирована под текущие производственные объёмы, поэтому немедленная замена совершенно не… — Шуршание, у мира временно выключился звук. — Да, мистер Рэн, спасибо за вопрос. Сейчас всё оборудование постоянно проходит техподдержку.

— Кто осуществляет… тех... поддержку?

Пятнадцать, даже двенадцать минут. Если он продолжит дышать ровно и не собьётся, то закажет латте с карамельным сиропом.

Разумеется, любые мысли, впечатления, вопросы и размышления лютейше приветствуются!

Давнооо я так не ждала отъезда из Москвы и вообще, из средней полосы. Прямо очень давно. А всё почему? Потому что мои аллергены в этом году решили колоситься как не в себя, жру таблеточки горстями, заливаюсь каплями по глаза, а всё равно, выход на улицу — приключение.

Хочу гулять по красивым паркам, но фиг мне.

Ненавижу аллергию((

Фото Авады с опухшей рожей не прилагается.

А у меня теперь есть плюшевая птичка Додо. Мягкая и милая.
— Авада, насколько сильно ты любишь компанию, в которой работаешь?
— Да.