This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
если б я не сделал этот #эдит, я б, наверно, помер
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
Я ПРОСТО ПИЩУ ОТ ВОСТОРГА БЛЯТЬ
ОН ВЫКИНУЛ ТУПУЮ ШЛЮХУ В БАССЕЙН С АКУЛАМИ ГОСПОДИ МОЙ МУЖЧИНА Я ТЕБЯ ОБОЖАЮ
КТО МОЖЕТ СКИНУТЬ????
𝕕ＹᶤⓃ𝑔 ρ𝓻ᵒĞ𝕣Δᵐ | staticmoth hell by tuwys.tv
...кажется, у меня новый любимый пейринг...
если хоть кто-то поймёт мой вопрос, я расцелую ваши ноги
я хочу спать, но он не даёт мне уснуть
САМЫЙ ВАЖНЫЙ И СЛОЖНЫЙ ДЛЯ МЕНЯ ВОПРОС насчёт этих двоих:
¿¿¿пост-оп или пре-оп???
я хочу спать, но он не даёт мне уснуть
САМЫЙ ВАЖНЫЙ И СЛОЖНЫЙ ДЛЯ МЕНЯ ВОПРОС насчёт этих двоих:
¿¿¿пост-оп или пре-оп???
Media is too big
VIEW IN TELEGRAM
это #чтото давненько уже бросил в чат наш Энджел
оно не отпускает меня по сей день
за это должны шарить все
оно не отпускает меня по сей день
за это должны шарить все
#допсцена #ч18
(1/3)
— Вал, что у вас стряслось?
Вельвет вошла в спальню и стала неспешно приближаться к мотыльку, свернувшемуся на мокрой от крови постели. Объяснить всё произошедшее показалось Валу предельно лёгкой задачей. Он даже не обернулся к двери и выплюнул омерзительную правду, которая разъедала его изнутри последние полчаса.
— Вокс продал за меня душу, а потом узнал, что я ему изменил.
— Ты что сделал!?
Крик, раскатившийся по спальне, заставил мотылька вздрогнуть. Новые порции обжигающих слёз начали пузыриться в горле. Девушка остановилась в паре шагов от кровати. Валентино, всё ещё зажимая рукой кровоточащую дыру в животе, смог только повернуться к подруге и приподнять голову, упёршись виском в резное изголовье.
— Вал, я же тебя… предупреждала…
Голос Вельвет быстро смягчился, хотя она явно в начале собиралась устроить другу хорошую выволочку. Шокированный взгляд окинул истерзанное тело и огромные пятна крови на простыни.
— Это он тебя так? – тихо спросила куколка, осторожно устраиваясь на чистом углу постели.
Валентино в ответ смог только дёргано кивнуть головой. Слёзы опять хлынули по щекам, его затрясло, а рука крепко зажала рот, чтобы удержать внутри хрипы и горькие стоны. Он думал, что знает в лицо все грани жестокости своего демона. Ему и в голову никогда не могло прийти, что Вокс может вытворить с ним нечто подобное.
Каждая клеточка тела разрывалась от боли, кровь всё текла, и вместе с ней мотылька покидали последние капли надежды на спокойную жизнь. Он мечтал о настоящей семье и сейчас, когда наконец смог обрести её с самым дорогим для себя существом, за секунду разрушил всё собственными руками.
— Я с-сам в-виноват, Вель… н-нельзя было…
— Так, цыц, нахуй. Чё бы ты ни сделал, это – полный пиздец. Иди ко мне, дорогой, я тебя не обижу.
Девушка развела руки для объятий, но Валентино только сжался и отполз дальше. Мысль о том, что к телу сейчас кто-то вообще может прикоснуться, вызвала не меньший ужас, чем то, что с ним творили всего пару минут назад. Мотылёк тонул в отвращении к самому себе и захлёбывался слезами, больше не отрывая взгляд от пятен собственной крови.
— Прости… я не подумала, не буду тебя трогать. Твои глаза… кто это сделал?
Валентино неопределённо дёрнул головой в сторону, указывая в направлении кухни.
— Этот уёбок…?
Совершенно поражённая девушка растерялась и замолчала. По комнате раскатывались только сдавленные стоны, которые били в голову. Одинокая ужасающая мысль показалась наружу из-под волн давящего отчаяния. Чёрный страх резко поглотил новые порции слёз, и голос после нескольких рваных всхлипов зазвучал немного чище. Тон стал совершенно пустым, а мысли выползали наружу медленно и обрывочно.
— Мне очень страшно, Вель… Спаси меня, пожалуйста… м-мне кажется… – голос упал до звонкого шёпота, а глаза наконец удалось поднять на подругу, — ...мне кажется, он может меня убить… Я не хочу, Вель, прошу, сделай что-нибудь… Спаси нас обоих, он ведь этого не переживёт…
— Ты чё, совсем ёбнулся про него щас думать? “Он не переживёт”, блять, я в ахуе с тебя, Валентино…
Нервозность подруги натягивала нервы всё туже. Вельвет всегда была плохим помощником в острых ситуациях, потому что не справлялась с собственными чувствами. А сейчас мотылёк нуждался в спокойствии как никогда, поэтому грубости, даже брошенные из добрых побуждений, заставляли ёжиться только сильнее. Вал не разделял чужую злость и больше всего сейчас хотел, чтобы Ви перестала оскорблять Вокса.
— Не зови меня так… это имя только для него… и я тоже... Я не хочу, чтобы с ним что-то случилось… хуже, чем сейчас. Мне за него больно, Ви.
— Охуеть, как меня занесло к вам, придуркам...? Вал, ёбаный рот. Я помогу, обещаю. Пожалуйста, не думай больше никогда, что ты заслужил такое обращение. Это нельзя заслужить ничем.
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM