«Электрические мужики» поэта Заболоцкого
#вдохновленноеэлектричеством #цветущаясложность #чуднаяистория
Еще один обэриут — Николай Заболоцкий (в прошлый раз мы говорили про Хармса). К энергетике он не имел никакого отношения, не был инженером и всегда оставался чистым гуманитарием. Но в нем жил глубокий техницизм. И жила инженерная утопия, которую он лелеял всю жизнь, — утопия очеловечивания мироздания, родившаяся и укрепившаяся под влиянием Мичурина, Циолковского и Вернадского.

Его увлекала мысль, сомасштабная космизму Николая Федорова. Заболоцкий категорически не принимал дикую природу в ее первозданном виде, считая ее хаотичной, слепой и беспощадной «давильней». В этом неприятии стихии они абсолютно сходились с Федоровым, который называл неотлаженную природу «извращением образа Божия». Заболоцкий пронзительно описывал этот кошмар естественного отбора в стихотворении «Лодейников» (1932–1947):

Жук ел траву, жука клевала птица,
Лиса пила ликующую кровь,
И страхом перекошенные лица
Ночных существ смотрели из кустов.

Если Федоров концентрировался на проекте «воскрешения отцов», то Заболоцкий хотел другого: создать новый миропорядок, при котором растения и животные не убивали и не поедали бы друг друга, а жили в согласии и соорганизации. Спасением для планеты должны были стать техника и человеческий разум. В поэме «Безумный волк» (1931 г.) он рисует поразительный футуристический мир, где даже звери становятся инженерами:

Мы, особенным образом складывая перекладины,
Составляем мостик на другой берег земного счастья.
Мы делаем электрических мужиков,
Которые будут печь пироги.
Лошади внутреннего сгорания
Нас повезут через мостик страдания.
И ямщик в стеклянной шапке
Тихо песенку споет:
«Гай-да, тройка,
Энергию утрой-ка!»

Человек-инженер приходит в хаос природы не как хищник или потребитель ресурсов. Его задача — упорядочить, буквально починить этот мир, выстроив новые, разумные связи.
Электричество здесь становится главной силой, которая одухотворяет технику и вдыхает в нее жизнь. Не зря в стихотворении «Я не ищу гармонии в природе» (1947) поэт показывает, что уставшая от хаоса земля грезит именно образами электростанции:

И снится ей блестящий вал турбины,
И мерный звук разумного труда,
И пенье труб, и зарево плотины,
И налитые током провода.

Месть гуманитарных наук?
#AI #философиянастоящего
В последнее время все чаще звучит мнение, что в эпоху ИИ наступает золотой век для гуманитариев. Логика простая: всё рациональное, рассудочное и негуманитарное возьмет на себя шайтан-машина, оставив человеку чистую эмпатию и творчество.
Считается, что любые задачи, описываемые как «делание чего-то с помощью клавиатуры», обречены на автоматизацию. Стоимость генерации контента стремительно падает к нулю.

И на этом фоне нейробиолог и философ Сэм Харрис пророчит «месть гуманитарных наук». Миру, мол, понадобятся хорошо образованные генералисты с хорошим вкусом, которые читали хорошие книги, ходили в музеи. Они будут «создавать компании, используя роботов, которые научились программировать, и производить вещи, которые мы действительно хотим и которые приносят пользу нашей культуре».

В одной статье из журнала NOEMA утверждается, что по мере экспансии больших языковых моделей человеческая ценность смещается туда, где машина пасует. Это межличностное согласование (дипломатия, лидерство и консенсус), стратегическая интерпретация (перевод массивов данных в долгосрочные выборы) и творческий синтез дисциплин для создания новых моделей. Кажется, что это идеальная арена для сторителлинга, этических рассуждений и традиционного гуманитарного мышления. Мне в чем-то близка эта позиция, но меня смущает неточность формулировки. Опасность этой позиции в том, что возникает иллюзия: инженеров вот-вот сменят философы.
Это глубокое заблуждение.

Да, гуманитарное мышление востребовано, но не оно — основа генералистов будущего. Нужен синтез компетенций ученого, инженера и философа, а не замещение. Деятельность генералиста — это инженерия особого толка, близкая к подходу главного конструктора Побиска Кузнецова, который ставил во главу угла не техническую специальность, а управление сложностью на стыке техники, социальной организации и диалектики. В фундаменте компетенций такого генералиста обязаны лежать естественно-научная онтология, методы социотехнического программирования, практическая философия.
Подробнее о том, как устроен этот синтез на основе нашей философии настоящего, я, вероятно, напишу в следующих постах.

Пропал выходной, или Как я искал одну «С-ву»
#чуднаяистория #AI
В воскресенье за вторым кофе наугад взял с полки томик «И.С. Тургенев в воспоминаниях современников». Зацепило эссе М.П. С-вой «Встреча Тургенева с Лассалем» (Женева, 1864). Сама история занятная, но куда больше заинтриговало инкогнито автора. В примечаниях редакторы робко предположили Магдалину Свистунову, но тут же сами усомнились.
Решил: век ИИ — чего проще? В тексте полно зацепок: автор — Мария, с ней на отдыхе брат-губернатор, приезжают две младшие сестры, окончившие только что Смольный институт, Надя и Вера. Загрузил промт в три модели. Gemini вежливо отказался, Perplexity выдал быстрый, но явно ошибочный ответ. Зато DeepSeek задумался минут на десять — и выдал гипотезу: автор — Мария Павловна Свечина (урождённая Деспот-Зенович), а брат — тобольский губернатор Александр Иванович Деспот-Зенович. Разницу в отчествах ИИ объяснил традицией XIX века, когда замужние женщины публиковались под инициалами мужа (его звали Павел). А на то, что из «Свечиной» никак не выходит «С-ва», — он просто закрыл глаза. Красиво, но сомнительно.
Однако я уже не мог остановиться. Полез в справочники, генеалогические сайты, статьи. Александр Деспот-Зенович оказался реальной и яркой фигурой: либеральный кружок в МГУ, арест, ссылка, затем переезд в Восточную Сибирь к графу Н.Н. Муравьеву-Амурскому. Там он за 12 лет дорос до губернатора и честно боролся с волокитой, самоуправством и взяточничеством. В знакомстве губернатора с Тургеневым я почти не сомневаюсь.
Главная неожиданность ждала впереди. У Александра был родной брат — Станислав Иванович Деспот-Зенович. В конце XIX века он возглавлял Союз нефтепромышленников в Баку. Именно при нём начиналась электрификация бакинских промыслов — та самая эпоха, о которой я пишу в моем инженерно-историческом сериале. Косвенная, но продуктивная связь!
До полуночи я перерыл всё, что мог. Однозначного подтверждения, что Мария Свечина — та самая «С-ва», так и не нашёл. Загадка не поддалась ни мне, ни искусственному интеллекту.
И знаете, в этом есть свое очарование. Мы уже начинаем привыкать, что ИИ ответит на любой вопрос, но XIX век упрямо хранит свои тайны. Иногда процесс поиска ценнее результата — он выводит на новые контексты, дает радость предстоящего открытия. Выходной пропал не зря: я нашёл не ответ, а новую информацию для своей работы. А «С-ва» пусть пока остаётся инкогнито — может, это и к лучшему.
[На обработанном фото Александр Иванович Деспот-Зенович]

Энергетическая сингулярность на ежегодной интеллектуальной лаборатории
#AI #энергопереход #космос #событияEnergyNet
В знаменитом Коллеж де Франс есть правило: профессор обязан каждый год менять тему и читать курс на абсолютно новом материале. Никаких старых заготовок — только то, что ты исследуешь прямо сейчас, в режиме реального времени. Так рождались легендарные лекции Мишеля Фуко — не просто трансляция знаний, а живая «интеллектуальная лаборатория».

Для меня такой ежегодной лабораторией стали выступления на летней инженерной школе ИНЖИР. Следуя этому же принципу, я каждый год полностью меняю тему, фиксируя итоги наших исследований:
2023 (Новосибирск): «Настоящая энергетика...» — базовые контуры нового уклада.
2024 (Екатеринбург): «“Поэзия” энергоперехода» — гуманитарные смыслы изменений.
2025 (Казань): «Три заблуждения в эпоху ИИ» — взаимосвязь энергетики и становления новых форм хозяйствования.

Тему этого года — «Энергетическая сингулярность: на стыке искусственного интеллекта и космоса» — представлю уже в эту пятницу, 10 июля, в Москве (РУДН).
Поразмышляем вслух о глобальной электротехнологической революции, лидерской роли Китая и о том, как новая энергетика пересобирает два главных фронтира человечества: масштабное развертывание ИИ и освоение космоса.
Приглашаю всех, кто готов заглянуть за горизонт привычных шаблонов.

📋Регистрируйтесь по ссылке (с доступом к онлайн-трансляции).

Мечта Циолковского, исполнение Маска
#AI #космос #энергопереход
При подготовке космического блока завтрашней лекции еще раз пересмотрел информацию по недавнему анонсу проекта Terafab Илона Маска. Это самый амбициозный индустриальный замысел современности, нацеленный на производство миллиардов чипов для ИИ и достижение годовой вычислительной мощности более 1 ТЕРАВАТТА.

«Если сложить все фабрики на Земле вместе, они составляют лишь около 2% от того, что нам нужно для проекта Terafab».

Главным барьером для столь масштабного развития вычислений для ИИ является энергетика. Фактическая средняя потребляемая мощность всей инфраструктуры США сегодня — всего 0,5 ТВт. Чтобы просто запитать новые ИИ-чипы Terafab миру необходимо вводить в строй ежегодно по две энергосистемы США.
Отсюда вывод, что большая часть этих энерго-вычислительных мощностей неизбежно уйдет в космос. Внеземная энергетика перестает быть фантастикой. Она становится утилитарным требованием для выживания ИИ. На Земле ему просто не хватит места и ресурсов, чтобы «дышать» на полную мощность.
Похоже, мечта Циолковского об освоении космоса начинает сбываться. Катастрофически быстро.

Видеозапись лекции здесь - https://vkvideo.ru/live-146331055_456239084

#настоящее #философскаяинженерия
Наши выступления на школе инженеров энергетики будущего ИНЖИР были безошибочно распознаны слушателями как философские. Разоблачение состоялось, маски сброшены. Теперь придётся соответствовать (мем от участников школы в тему прилагается). 😉
Но если говорить серьезно, во мне всё отчетливее крепнет понимание: мы занимаемся не инженерной философией, а философской инженерией.
Разница здесь принципиальная. Мы не просто рефлексируем над технологиями со стороны — мы в условиях наступления новой технологической реальности проектируем саму картину мира, конструируем рабочие онтологии и учимся удерживать «цветущую сложность». В этой логике наш подход напрямую наследует русской традиции философско-инженерного мышления — линию Павла Флоренского, Константина Циолковского, Побиска Кузнецова.
И именно живой философской инженерии, а вовсе не абстрактному академическому канону — сегодня необходимо учить студентов технических специальностей.
До конца года по этой теме развернётся одно знаковое событие. Пока не могу рассказывать. Ждите!