Forwarded from Мемусорная куча (L Ch)
Уважаемые друзья
Я больше не могу скрывать
Я тоже люблю уцененные сосиски
Я больше не могу скрывать
Я тоже люблю уцененные сосиски
💊6🫡3
Forwarded from Что
Телеканалу «Что», а точнее его администрации сегодня исполнилось 100 лет (23) Можете поздравить, переслав 12 рублей на данный номер карты:
4377 7278 1867 6640
Ну а с меня тогда днерожденный Кайфуля Джим вечером что-ли (пока что на работе ебашу)
4377 7278 1867 6640
Ну а с меня тогда днерожденный Кайфуля Джим вечером что-ли (пока что на работе ебашу)
🐳1💊1
Полтора часа хуярили зубы.
Потом перестали хуярить.
Как же прекрасен мир.
Потом перестали хуярить.
Как же прекрасен мир.
🫡4💊2🐳1
Мой любимый анекдот про евреев
Нашёл Рабинович кошелёк, а там не хватает.
Нашёл Рабинович кошелёк, а там не хватает.
😁2🥰1🐳1💊1
Forwarded from адовень.
Внимание, анекдот не из рубрики #anecdote.
Прихожу на Лампу, чтоб полюбоваться ландшафтом: весь город снегом припорошило, и на котлованах должен был появиться лёд.
Я успел зайти только в малый корпус и провести там пять минут. Тут вижу: в большом дверном проёме появился очень тучный мужчина в рабочем ватнике и с шапкой на голове. Ну, думаю, гражданин отдыхающий. И я стал забирать влево, к лестнице, чтобы избежать прямого контакта. Но он вдруг крикнул: "Здравствуйте!"
Я опешил. "Простите?" – подумал я, а вслух от испуга сказал громко, почти задорно: "Здрасьте!" И продолжил забирать влево, но уже увереннее. Однако он тут же крикнул: "А что мы здесь делаем?"
Ну, всё, попал... А что ему сказать? Долго мозгами раскидывать не стал, а выпалил, что первое в голову пришло: "Граффити изучаю!.." Он уже подошёл ко мне, и сразу развернулся, сказав: "Ну, пойдёмте на выход".
Сцапали... Думаю: надо с ним как-то подружиться. Проявить максимум интеллигентности – благо что вид соответствующий. Но он сам сделал первый шаг: "Граффити здесь, ну... так себе, конечно". Сказал это он с видом чистого, давно искушённого ценителя. А я, хватаясь за соломинку, вторил ему: "Ну... ну да, не очень... Хотя в той части есть, конечно, пару... но..." А он наотрез: "Нет, нет, здесь нет ничего интересного". Мы молча сошлись во мнениях и продолжили путь.
Мы выбрались на дорогу. Нужно было наконец поставить завершающую точку в нашей дружбе. И тогда я сказал: "И часто вы здесь ловите кого-нибудь?" Толстяк округлил страшно глаза, раздул щёки и выдал: "Хотелось бы, чтоб реже!" Взгляд упал на дорогу, которой я раньше не ходил; возник совершенно искренний вопрос: "А той дорогой можно пройти?" – "А Вам к автовокзалу?" – "Да, да, к автовокзалу..." – "Ну, пойдёмте, я покажу". И повёл меня ещё одной тропой.
Он не удерживал меня, никак не преграждал мне путь. Я был полностью свободен, пока шёл с ним. Но когда мы дошли до перекрёстка, я рассыпался в таких благодарностях, словно меня продержали в темнице десять лет и теперь выпускают на волю.
Мы попрощались. Пройдя метров сто, я дико рассмеялся: уж такого со мной ещё никогда не бывало! Чистый сумбур!
Мой путь пролегал через теплотрассу. Захотелось оставить какую-то надпись по этому случаю. Я вертелся вокруг труб, уже думал подняться по лестнице, как вдруг заметил своего толстяка, быстрыми шагами шедшего в мою сторону и смотрящего прямо на меня. Ну, тут уж было не до памятных мемориалов – драпанул, как заяц, нёсся не оглядываясь. Спустя метров пятьсот обернулся и никого не нашёл преследующим меня.
Впрочем, сейчас кажется, что это был уже не он. Цвета у ватника были, как запомнилось, другие.
Прихожу на Лампу, чтоб полюбоваться ландшафтом: весь город снегом припорошило, и на котлованах должен был появиться лёд.
Я успел зайти только в малый корпус и провести там пять минут. Тут вижу: в большом дверном проёме появился очень тучный мужчина в рабочем ватнике и с шапкой на голове. Ну, думаю, гражданин отдыхающий. И я стал забирать влево, к лестнице, чтобы избежать прямого контакта. Но он вдруг крикнул: "Здравствуйте!"
Я опешил. "Простите?" – подумал я, а вслух от испуга сказал громко, почти задорно: "Здрасьте!" И продолжил забирать влево, но уже увереннее. Однако он тут же крикнул: "А что мы здесь делаем?"
Ну, всё, попал... А что ему сказать? Долго мозгами раскидывать не стал, а выпалил, что первое в голову пришло: "Граффити изучаю!.." Он уже подошёл ко мне, и сразу развернулся, сказав: "Ну, пойдёмте на выход".
Сцапали... Думаю: надо с ним как-то подружиться. Проявить максимум интеллигентности – благо что вид соответствующий. Но он сам сделал первый шаг: "Граффити здесь, ну... так себе, конечно". Сказал это он с видом чистого, давно искушённого ценителя. А я, хватаясь за соломинку, вторил ему: "Ну... ну да, не очень... Хотя в той части есть, конечно, пару... но..." А он наотрез: "Нет, нет, здесь нет ничего интересного". Мы молча сошлись во мнениях и продолжили путь.
Мы выбрались на дорогу. Нужно было наконец поставить завершающую точку в нашей дружбе. И тогда я сказал: "И часто вы здесь ловите кого-нибудь?" Толстяк округлил страшно глаза, раздул щёки и выдал: "Хотелось бы, чтоб реже!" Взгляд упал на дорогу, которой я раньше не ходил; возник совершенно искренний вопрос: "А той дорогой можно пройти?" – "А Вам к автовокзалу?" – "Да, да, к автовокзалу..." – "Ну, пойдёмте, я покажу". И повёл меня ещё одной тропой.
Он не удерживал меня, никак не преграждал мне путь. Я был полностью свободен, пока шёл с ним. Но когда мы дошли до перекрёстка, я рассыпался в таких благодарностях, словно меня продержали в темнице десять лет и теперь выпускают на волю.
Мы попрощались. Пройдя метров сто, я дико рассмеялся: уж такого со мной ещё никогда не бывало! Чистый сумбур!
Мой путь пролегал через теплотрассу. Захотелось оставить какую-то надпись по этому случаю. Я вертелся вокруг труб, уже думал подняться по лестнице, как вдруг заметил своего толстяка, быстрыми шагами шедшего в мою сторону и смотрящего прямо на меня. Ну, тут уж было не до памятных мемориалов – драпанул, как заяц, нёсся не оглядываясь. Спустя метров пятьсот обернулся и никого не нашёл преследующим меня.
Впрочем, сейчас кажется, что это был уже не он. Цвета у ватника были, как запомнилось, другие.
💊2🐳1