случилось!

сегодня дарина спиж жестко наваливает на своей исторической родине, которую надеется в скором времени назвать настоящим домом, а не приютом по отцовской линии. притом - не одна, а с лпшкой 5-ти лет: ближе знакомить буду вас утром, как с ней, так и с красотой безоблачного минского неба, ибо сегодня все друззя валятся с ног!

в настоящем моменте предпринимаю попытки вникнуть в поэзию отцова языка, попутно переваривая произошедшую встречу с моей душой и сердцем - ксенией

«минск 3 июля 1944» — валентин волков

пишу одну и ту же фразу из года в год, сделаю это еще раз: с днем того, что никогда не должно было повториться

одобрено

‘у высоких берёз свое сердце согрев,
унесу я с собой, в утешенье живущим,
твой заветный напев, чудотворный напев,
беловежская пуща, беловежская пуща’

шел 5 час обратного пути. тоска от мысли о москве все сильнее. не люблю этот город. окончательно.

эпизод: ксюшина бабушка пачынае размаўляць па ‘глубинковскому’ и отчетливо слышу голос своей покойной анастасии кондратьевны — отца матери. оно, наконец-то оно - чувство собственной принадлежности, в поисках которого так долго блуждала, прибиваясь то к одной идентичности, то к ее отсутствию.

-

эпизод иной: обливаюсь слезами от единой мысли об отце, человеке, с особым чувством дышащим полями республики, но не имеющим возможности пересечь границу. даже на могилу матери. хотелось бы купить ему дом на Родине. хотелось бы, чтобы он мог прожить еще разок все то, что прожила я за эти трое суток [в особенности, в рамках велосипедной ‘прогулки’, 16 километров длины, в богом НЕ забытые деревни], благодаря душе и сердцу - ксении

буренки. рапс. одуванчики.

[ставлю - после беловежской пущи меня разорвет с концами]