Что тогда, что сейчас мир не прекращал попыток camopaзрушения. Если честно, не могу вспомнить ни одного полностью спокойного дня. Рано или поздно кто-нибудь непременно нуждался в помощи, и я бросал на это все силы вместе с теми, кто был рядом.
(с) Аарон. Самая долгая ночь. Часть 2

Боль – самое чистое доказательство истины происходящего. Она возвращает нас к реальности, напоминая, что мы по-прежнему живы.
(с) Ева. Самая долгая ночь. Часть 2

"Фрэнк Донован из числа людей, которые в мирное время вряд ли смогут найти себе место среди менеджеров и управляющих. Зато война – полностью их стихия".

"Тяжело дыша, я поднимаю голову и смотрю на вторую знакомую личность: поджарая фигура с военной выправкой, густые черные брови, еще более черные глаза, которые, я уверена, поглощают солнечный свет, легкая седина темных волос и надменная улыбка"

"Подобный разговор с Фрэнком – как столкновение с многотонным прессом. Если и удастся выйти победителем, все равно есть вероятность остаться с парой десятков переломов".

"Видеть этого Фрэнка совсем не горю желанием. И я готова повторить то же, что недавно сказала и Роузу: лучше я буду тусоваться с зараженными, чем с кем-то вроде Фрэнка Волкодава".

"Фрэнк направляет на меня винтовку одновременно со своими подручными, и я, держа руки на виду, медленно закрываю глаза, потому что знаю: этот человек не станет медлить и в нем я никогда не увижу то, что увидела в Аароне пару минут назад".

"Фрэнк очень помог мне. И, да, ты права, он до сих пор печется обо мне, иногда даже слишком. Но если бы не он, не знаю, где бы я сейчас был. Наверное, давно бы отправился на тот свет. У Донована, конечно, мерзкий характер, но за эти два года я к нему привык".

"Золотой человек этот Фрэнки. Не успел появиться в городе, как уже завел свою личную фан-группу".

"Я… просто приоткрыл задвижку"

– Но все пошло не по плану, – тихо говорит Ева. – Ты не вернулся к себе, мы заперты в этом городе... – Она пожимает плечами и внимательно смотрит на меня в ожидании ответа. - Что будешь делать дальше?
Я бы с радостью выдал какую-нибудь продуманную стратегию, разложил бы по действиям ближайшие пару дней, но…
– Я… не знаю, Ев. Не знаю. За два дня я убедился только в одном: я хочу быть с тобой. И буду – до конца, когда бы он ни… наступил. Сегодня, завтра, через два дня или десять лет. Неважно. Если с тобой, – повторяю я, разглядывая ее лицо в полумраке, – то несмотря ни на что.
(с) Самая долгая ночь. Часть 1