434. Рафаэль Жерусальми “Братство охотников за книгами”

Прекрасное книжное начало года! Эта маленькая книжечка стояла у меня на полке уже месяц точно. Возможно, даже больше.

О средневековом французском поэте Франсуа Вийоне известно многое. Кроме одного: 8 января 1463 года он покинул Париж по решению суда, который милостиво заменил казнь на изгнание, а дальше, как в объявлении о пропаже человека - “ушел и не вернулся”. Что на самом деле стало с Вийоном известно только средневековому Господу Богу, а Рафаэль Жерусальми предложил свой вариант развития событий.

Меньше чем за 100 лет до описанных событий уже существовал первый рукописный перевод Библии на английский, Яна Гуса, который cчитал, что Библию нужно читать на понятном языке, уже полвека назад сожгли. В этот период ненадежного затишья в книжно-религиозной борьбе против Папы Римского и его неограниченной власти, Людовик XI, король Франции решает упрочить свою власть очень интересным способом. Для этого он (не сам, конечно же) в январе 1463 года вербует ушлого Вийона. Его задача в двух словах такова: сделать так, чтобы по всей стране начали публиковать книги не только религиозного содержания. Делалось это для того, чтобы люди начали думать сами, а король мог, воспользовавшись образовавшейся брешью в сознании масс, не просто сидеть на троне, ссылаясь на Платона, но и не считаться с Папой и не платить ему непосильную дань.

Все это звучит, как учебник истории. Правильно, роман ведь претендует на гордое звание исторического! Но то, как он написан - не сравнить ни с какими учебниками. Здесь и инквизиция, и Святая земля, и Крестовые походы, и Медичи, и Сфорца, и подковерные интриги, и Папа Римский, естественно, раввины, монахи и дворяне-книголюбы образца 1463 года.

Я могу ошибаться, но мне эта книга очень напомнила Умберто Эко - и “Имя Розы”, и “Пражское кладбище”. Настроением, поворотами сюжета, историчностью и умелой игрой с читателем, где под соусом из реальных, достоверных событий показаны события вымышленные, и они так между собой сплетаются, что в процессе захватывающего чтения порой очень сложно было возвращать себя назад к реальности и напоминать: это неправда!

Всем любителям остросюжетных исторических романов с хитрой игровой развязкой - обязательно к прочтению.

5 января 2021

N436. Майя Анджелу “Поэтому птица в неволе поёт”

Вот и начала подъезжать и в необъятную нашу BLM тема! Подумала я, прочитав описание на обратной стороне. Потом открыла предисловие от Опры и, еще больше укрепившись в своем мнении, скрепя сердце начала читать. И понеслось.

Майя Анджелу (Анжелу, Энджелоу - выбирайте любую транскрипцию/транслитерацию какая больше нравится, не ошибетесь) многим привычна как поэтесса, но “Поэтому птица в неволе поет” - это роман. Ой, а угадайте о чем? Ну, конечно! Ну, конечно, об угнетении! О том, как тяжело жилось несчастной черной девочке в 40-е годы прошлого века, когда рабства вроде как нет, но к тебе все еще относятся, как к человеческому мусору. То, что сделала Анджелу меня более чем удовлетворило: да, белые ужасны, но книга не совсем об этом. Она и об этом тоже, но здесь тема отношений белых с черными несколько смещена в сторону, а градус накала обоюдной ненависти с обеих сторон цветового диапазона кожи весьма понижен.

Что-то такое неуловимое есть в этой книге, из-за чего расовая проблема тут, хоть и занимая приличное место, не воспринимается как ведущая. Хотя, если посмотреть на текст объективно, то это лишь кажимость. А еще лучше так: здесь две ведущих проблемы - внешняя (сегрегация) и внутренняя (общечеловеческая и внутри нее частно-женская).

Анджелу рассказывает о своем детстве, об отношениях с братом, бабушкой, матерью, ее мужчинам, отцом, его сожительницей, с другими людьми. Но самое важное происходит внутри нее, а не в вагоне сегрегированного трамвая или автобуса. Самое важное приходится на отношения внутри группы, в которой и живет героиня, она же автор. Да, здесь будет и унижение со стороны белых, но оно стоит на одной ступени с теми проблемами, которые возникали в ее же круге - насилие, предательство, безразличие, обман.

Пожалуй, чтобы лучше проникнуться атмосферой американского юга, лучше бы было читать роман на английском, потому что прямая речь там, должно быть, очень интересная, а на русском этот колорит теряется, потому что перевести именно фонетику той речи… Это, знаете, как слушать речь поттеровского Хагрида в фильме на английском и на русском, читать ее на английском и на русском. Я прошу прощения за такое сравнение, но оно напрашивается само собой. Все вот эти “he ‘ave” - ну как это перевести?

Роман был прочитан за три-четыре дня, мне лично на первый взгляд понравился, несмотря на парочку вопросов к переводчику исключительно по выбору слов, потому что в некоторых местах выглядело так, будто забыли затереть следы работы гугл-переводчика и не доработали с гугл-поисковиком. Но это такие мелочи, которые мне не портят восприятие, потому что я понимаю, что это исключительно мое занудство не дает мне покоя.

9 января 2021

КАК ПРАВИЛЬНО ЧИТАТЬ КНИГУ №4: СЮЖЕТ И КОНФЛИКТ

#какправильночитатькнигу@drinkread

Про соотношение сюжета и фабулы (самый страшный вопрос литературоведа №874789782817) я уже как-то писала по тегу #познавательнаястраничка@drinkread, поэтому повторяться здесь я не буду.

Сюжет - это динамическая сторона произведения. Сюжет абсолютно всегда подразумевает некое движение. Вопрос тут скорее в другом: движение и динамика могут внутренними и внешними. Активное действие может происходить во внешнем мире, а может в голове или головах героев. И то, и другое - динамика. Когда герой претерпевает какие-то внутренние изменения, а во внешнем мире ничего не происходит, фраза “вообще нет никакого сюжета” - некорректна. Хотя, конечно, бывает и такое, что нигде ничего не происходит, и тогда может возникнуть вполне резонный вопрос: а где сюжет? Такой сюжет называется адинамическим. Например, “Мертвые души” Гоголя - пример адинамического сюжета.

Двигатель сюжета - конфликт. Конфликт может быть содержательным (или конфликт содержательного уровня), то есть автор берет из реальности некую тему и вводит в произведение. Конфликт может быть формальным (конфликт формального плана, уровня) выражается в том, КАК автор смог передать то, что хотел сказать читателю.

Среди конфликтов формального уровня можно выделить еще несколько подвидов:
1. Конфликт между персонажами или группами персонажей.
2. Конфликт героя со средой (типичный романтический конфликт, не в смысле “романтический”💕💞💓, а конфликт, который свойственен произведениям романтизма XVIII-XIX вв.)
3. Конфликт внутренний (мою любимый) - самый сложный, ничего непонятно, но очень интересно!

В произведении может быть разное количество конфликтов: и один, и все три.

Помимо вышесказанного, есть еще два вида конфликтов: локальный и субстанциональный. В первом случае есть задача и ее надобно решить, а во втором - бытие в принципе конфликтно, и решить что-то не представляется возможным. Динамические сюжеты построены на локальным конфликтах, адинамические - на субстанциональных. Как правило, но не всегда.

Элементы сюжета: экспозиция (все герои условно стоят в рядок, и мы с ними знакомимся), завязка, развитие, кульминация и развязка. Завязка - это не начало действия! Завязка - это момент обнаружения конфликта. Действие может начинаться сто лет, но завязка случится тогда, когда конфликт становится очевидным.

Внесюжетные элементы: описание, авторское отступление и тому подобное. Чем динамичнее сюжет, тем меньше всего этого. В динамическом сюжете авторские разглагольствования не имеют никакого значения, потому что герои куда-то бегут и что-то все время делают.

И самое важное: плохих и хороших сюжетов нет. Есть хорошо и плохо реализованные. Есть вкусовые моменты, но опираться на них при анализе нельзя. Я вот люблю адинамичные книги или книги, где преобладает внутренняя динамика. Мне такое читать интереснее, вариться в авторских мыслях мне интереснее, чем перебирать “а затем”, “а потом”, “и тут” и прочее. Но это не значит, что такая книга лучше, чем та, где кто-то куда-то бежит. Хорошим и плохим может быть и первый вариант, и второй.

11 января 2021

N437. Патрик Модиано “Симпатические чернила”

Вот и состоялось знакомство, которое я так долго откладывала. Никаких особенных причин на то не было, просто почему-то именно этот автор всегда оказывался на периферии желания читать. Как оказалось - зря.

“Симпатические чернила” - КРАЙНИЙ 😆 роман прославленного Нобелевского лауреата 2014 года. (На всякий случай напоминаю, что ударение и в его имени, и в фамилии ставится на последний слог, потому что уж очень часто я встречаю Пáтрика Модиáно.) Симпатические чернила - это чернила невидимые, которые начинают проявляться под воздействием какого-либо вещества или тепла. То, что мы в детстве писали молоком, а потом проглаживали утюгом, а текст желтел - это и есть симпатические чернила.

Этот крохотный роман, который я прочла за два похода к мастер маникюра и педикюра начинается с того, что главный герой устраивается в частное детективное агентство, где ему дают задание узнать: куда пропала Ноэль Лефевр? У юного детектива есть лишь адрес, где она якобы жила и весьма мало информативное черно-белое фото, по которому ее даже описать не получается. В поисках девушки герой проводит много лет, даже тогда, когда его шеф сказал ему бросить, когда сам он уволился, он все равно продолжал искать Ноэль, потому что это стало уже практически делом принципа. Поиски приводят его в Рим, где что-то и прояснится.

Ведущий мотив в романе - мотив памяти, ее нестабильности, ее способности всасывать в себя события и на многие годы обманывать человека, будто говоря, что всего этого не было, людей ты этих не знаешь, в местах этих не бывал. Пока какой-то эпизод, слово, запах, условный реагент типа утюга по бумажке с молочной надписью, но не заставит эту самую память выплюнуть воспоминания обратно.

“Симпатические чернила” в плане написания - роман довольно странный на мой вкус. Он чудовищно простой формально, но внутри за этой простотой кроется такой смысл, что после прочтения хочется незамедлительно отлистать все назад и снова перечитать все, что было написано. Окинуть свежим взглядом то, что некогда ускользнуло от невнимательного взгляда читателя, которого автор явно провел.

А для того, чтобы зарядить настроением на чтение, дальше в карусели зимние парижские фото. Ведь именно там все и происходит, по парижским улицам бродит герой и ищет хоть какую-то зацепку. И мне представлялись именно такие цвета, как на моих фото. О Париже мы поговорим скоро еще, но там красоте места не будет.

13 января 2021

435. Герман Мелвилл “Моби Дик, или Белый кит”

Впечатления:
1. Я бы очень хотела рассказать всем на свете, как прекрасны Азорские острова. В 2016 году я прожила там, на Сан-Мигеле, с марта по май, 2,5 месяца. Просто так. Уехав с одним чемоданчиком на 5 кг. Вместо тысячи слов, в карусели несколько фото. Там же мне и посчастливилось увидеть касаток в живой природе. За 50 евро всех желающих вывозят в океан смотреть китов на очень хлипкой посудине. И это, пожалуй, одно из самых незабываемых впечатлений моей жизни. Читая “Моби Дика” я думала об этом непрестанно, а когда рассказчик упоминал моряка с Азорских островов, мне становилось чуточку грустно, и чуточку радостно за то, что такой опыт - быть в открытом океане и видеть китов - со мной случился.

2. Я в очередной раз поняла, что есть книги, которые ты просто не можешь понять в 20 лет, как я когда-то совершенно не поняла “Моби Дика” и даже не смогла дочитать его до конца, считая, что роман скучный.

3. Когда я читала об этом романе в разных местах, я часто натыкалась не только на слова “скучно”, “нудно”, “нафига все это”, но и на абсолютно неадекватные высказывания по типу “что там вообще тупые америкосы могут написать”.

4. Каждый раз, когда я сталкиваюсь с убогими сравнениями типа “автор N - это американский Достоевский/Толстой/Чехов” мне становится очень грустно, потому что американская литература богата на великие имена, и Герман Мелвилл для меня в первой тройке великих. Там же Фолкнер и Бирс. Но это мой рейтинг. Но я уверена, что не нужно искать “новых Толстых”, у ребят есть свое великое достояние, на которое можно и нужно равняться.

5. Я влюблена в эту книгу. В то, какая она наполненная, осмысленная, великолепная, сильная. Сколько в ней мощи! Какой тонкий в ней психологизм! Как изысканно выстроены параллели, как уместны библейские мотивы и как интересно смотреть на описываемые события спустя столько лет, когда знания людей стали обширнее, а киты, несмотря на уверенность автора, оказались все-таки под угрозой исчезновения из-за человека. Да и в конце-концов - она просто невероятно интересная и захватывающая. Но, в моем случае, не в 20, а в 32 года.

#melville@drinkread

7 января 2021

615. Иэн Макьюэн "Таркан"🇬🇧

Кто не знает Любочку “Превращение” Кафки? Кафку знают все! И даже Макьюэн, который решил поиграть со знаменитым кафкианским сюжетом.

“Проснувшись однажды утром после беспокойного сна, Грегор Замза обнаружил, что он у себя в постели превратился в страшное насекомое. Лежа на панцирнотвердой спине, он видел, стоило ему приподнять голову, свой коричневый, выпуклый, разделенный дугообразными чешуйками живот, на верхушке которого еле держалось готовое вот-вот окончательно сползти одеяло. Его многочисленные, убого тонкие по сравнению с остальным телом ножки беспомощно копошились у него перед глазами.”

Так начинается “Превращение”. А вот так начинается “Таракан”:

“Тем утром Джим Самс – не гений, но с усами – проснулся после нелегкого сна и обнаружил, что превратился в гигантское существо. Довольно долго он лежал на спине (не самая его любимая позиция) и ошарашенно смотрел на свои далекие ступни, их малочисленность. У него теперь было всего четыре конечности, и они не шевелились. Его прежние, коричневые, лапы – он уже испытывал по ним ностальгию – сейчас бы задорно месили воздух, пусть от этого и было бы мало толку.”

Джим Самс проснулся не просто человеком, будучи вообще-то тараканом, он проснулся премьер-министром Великобритании! Это вам не клерк какой-нибудь. И тут же перед ним встали сложнейшие задачи. Первая заключалась в том, что свежая человеческая еда ему не всегда так уж нравилась и мух просто так в приличном обществе есть нельзя, а вторая - надо решать вопросы сообразные должности государственного мужа.

Но тут стало выясняться еще кое-что. Оказывается, что таракан - не он один. Есть подозрение, что даже президент США, как бы это сказать… в былую свою бытность имел шесть лапок.

Как и Замза, Самс больше не станет тем, кем он был. Но если Грегор оказался изгоем, то Джим, став премьером, начал новую жизнь. И не так уж плох был таракан на должности британского премьер-министра. Точно не хуже Бориса Джонсона, подводит нас к этой мысли Макьюэн.

“Таркан” - это и переосмысление Кафки, и притча о современной политике. Книга простая, понятная, доступная, смешная в том смысле, в каком нас веселит памфлет для широких масс на остросоциальную тематику. Совсем маленькая, крохотная повесть. Тут будет все, что так было некогда дорого британскому сердцу: про Брексит, про Трампа, про внутренние проблемы. Но понимать эту повесть лишь как старую песню о главном, лишь как рецепцию Кафки было бы слишком просто. Макьюэн продолжает длительную и богатую британскую традицию писать памфлеты. Особенно заметными будут переклички со Свифтом.

Люблю такие книги.

#mcewan@drinkread
#kafka@drinkread

Дорогой пользователь livelib, если ты тут есть, не обижайся, я не со зла

#шуткиза300@drinkread

438. Паскаль Брюкнер “Дом ангелов”🇫🇷

Удивительные вещи стали происходить в моем читательском мире с тех пор, как я перестала читать всякие премиальные книги и книги, которые мне усиленно пытаются продать ведущие издательства со страниц многотысячных и не очень книжных блогеров всея Руси. Когда у меня был последний отрицательный отзыв на книгу? Впечатления от “Эмпайр Фоллз” я не могу назвать чисто отрицательными, они скорее смешанные с преобладанием в “минус”. А до этого лишь в октябре! И не потому, что я стала добрее, а потому, что стала выбирать сама и исключительно интуитивно.

(Все, кто хочет мне сейчас рассказать, что они только так и делают и делали до того, как это стало мейнстримом, я вас поняла, вы молодцы, не все такие молодцы, как вы.)

Вот такой интуитивной покупкой стал роман Паскаля Брюкнера “Дом ангелов”. Имя Брюкнера у меня закрепилось исключительно за одной точкой на культурной оси координат - фильм “Горькая луна” (1992, реж. Роман Полански). Но не оно стало причиной покупки, а аннотация.

Я в принципе человек достаточно, пусть и в меру, восторженный, если дело касается путешествий. Мне нравится и то, и это, я всегда найду, чему повосхищаться практически везде. Но мое первое впечатление от Парижа было ужасным. И от него я не могла отделаться на протяжении всех тех дней, которые я там провела. Бомжи всех видов под всеми стенами, кустами, мостами, в метро, магазинах, у столиков кафе даже в самом центровом центре. Палатки, мешки, коробки у стен, в парках. Я ехала в автобусе из аэропорта и ужасалась. Потом ужасалась, когда гуляла по городу. Я такого не видела нигде и никогда.

Помешанный на чистоте риэлтор из Парижа проваливает важнейшую сделку по вине, как он полагает, бомжа, который испортил впечатление бразильцев, желавших прикупить дом в фешенебельном районе. Антонен, тот самый риэлтор, склонный к неконтролируемой агрессии, решает зачистить город от всего этого смрада, но жизнь, как известно, не лишена иронии.

“Дом ангелов” в самом начале, но лишь немного напомнил о Уэльбеке, но потом это впечатление улетучилось. Брюкнер, скорее, тащит за собой куда более старую традицию - возможно, экзистенциальную, отчасти - традицию нового романа. Уродлив и отвратителен не окружающий мир, а сами люди в нем. Но при этом, если смотреть еще дальше, то и явные следы Золя можно здесь найти: Брюкнер показывает окружающую действительность во всем ее безобразии, в пагубном влиянии бытия на сознание. Клошаром можно стать за несколько дней, говорят герои, этот мир может просто захватить тебя и не отпустить.

И в этом противоречии я все время находилась: чего тут больше - натурализма Золя и главнества бытия над сознанием или нового романа с его острой необходимостью показывать мир так, чтобы не учить читателя? Но читатель все равно учится у Брюкнера, несмотря ни на что.

15 января 2021

N439. Джонатан Франзен “Конец конца Земли”

Как же тяжело начинать писать отзыв/обзор/мнение, когда в голове роятся несогласуемые между собой мысли. Например, моя лютая ненависть к уже к основательно прижившемуся постулату, который сняли с языка какого-то недокритика, который окрестил Франзена новым Толстым. По какому критерию он пришел к этому выводу? Длинные предложения потому что? Потому что про несчастные семьи пишет? Дальше у меня уже нет точек соприкосновения ни в формальной, ни в содержательном плане. Где Толстой и где Франзен? Я не к тому, что Франзен хуже, я к тому, что Франзен другой. Хотя и хуже, конечно, чего уж тут играть в любимую игру всех социальных сетей, где все хорошие и никого нельзя ни с кем сравнивать с плохой стороны.

Вторая мысль, которую я не могу подвергнуть никакой классификации - это упоминание Дэвида Фостера Уоллеса. Вот сейчас будет момент истины, об этом мне говорить очень стыдно, но меня так бесит тот факт, что Франзен дружил с Уоллесом. Ну просто… Мне наплевать с кем спят мои бывшие мужики, но с кем дружил покойный Уоллес мне вообще не наплевать. Во мне сразу же волнами поднимается приступ пьяной барной ревности. Было бы кому писать смс-ки, я бы писала. Я даже не пытаюсь объяснить это самой себе. И все бы было хорошо, если бы Франзен не начал рассказывать о том, как они вместе с Уоллесом собирались поехать на природу смотреть птичек, а сыч Уоллес хотел сидеть дома и никакие птички ему не нужны были. Два предложения. Два! И я уже сижу и злюсь на Франзена. Бред? Чистейший!

А еще у меня было очень много мыслей по поводу природозащиту. Ну да бог со всем этим. Поговорим уже про книгу. “Конец конца Земли” - это сборник эссе, посвященных вопросам экологии в целом и птичкам в частности. Франзен - безумный энвайронменталист (еле-еле написала, хотя первой должна быть, конечно же, “и”, а не “э”) и к тому же заядлый орнитолог-любитель. Если вы когда-нибудь бывали в местах, далеких от цивилизации где-нибудь на каких-нибудь островах, то, возможно, замечали ребят с биноклями и книжицами. Вот этим и увлекается писатель. Что-то вроде рыбалки, только остаешься в итоге без ухи.

В сборнике Франзен собрал коллекцию своих мыслей по поводу абсолютно всего: от прошлых выборов, когда победил Трамп и девушка автора впала в эмоциональную кому, причиной которой стал диссонанс ее политических взглядов с реальностью, и до заявления о том, что даже если все мы пересядем на велосипеды и “теслы” - уже ничего не изменить. Это интересные эссе, их интересно читать. Другое дело, что я не согласна с преобладающим большинством высказываний, но кто меня спрашивал?

Практически в каждой истории Франзен занимается тем, что культивирует любимый всеми романтическими мальчиками и девочками образ - запуганный интроверт, который все время боится сесть в лужу и только и делает, что поправляет очки. И постоянно напоминает читателю, что-де он очень депрессивный и нелюдимый. Да, эссе - это прекрасная площадка для самовыражения, и у Франзена в целом все получилось очень хорошо и увлекательно, но что-то мешало. И даже не два предложения про Уоллеса.

Было что-то в его речи такое, что сильно отталкивало. То ли его непреклонность и полная уверенность в своей правоте. То ли это постоянное самоуничижение по сравнению с другими, ведь хвалить других можно не только через принижение себя. Такой человек выглядит неискренним. У меня нет проблем с автором - я читала его “Свободу” и мне очень понравилось, я даже всплакнула. Но с этой книгой что-то не так. Возможно, это связано с тем, что только сейчас я услышала реальный авторский голос, а делать этого не стоило.

17 января 2021

#franzen@drinkread

КАК ПРАВИЛЬНО ЧИТАТЬ КНИГУ №5: КОМПОЗИЦИЯ

#какправильночитатькнигу@drinkread
#познавательнаястраничка@drinkread

Чего только не услышишь про композицию! Особенно забавляет фраза про “построение” произведения, в то время как использование метафоры (а слово “построение” в данном случае это в чистом виде метафора) для определения не годится. Да и понятнее от нее не становится. У меня для вас научное точное определение от литературоведа А.Б. Есина: “Композиция - это состав и определенное расположение частей, элементов и образов произведения в некоторой значимой временной последовательности”.

Ни в одном произведении, даже в самом затрапезном, случайно ничего не расставлено. Расположение элементов композиции всегда имеет значение. От перестановки этих элементов сумма меняется! И не потому, что математика тут не работает, а потому что композиция - это не “стройка” кирпичик+кирпичик, а значительно более сложно организованная система.

Композиция и “держит” вместе элементы системы произведения, и в то же время наделяет их смыслом. Само их расположение в определенном порядке уже имеет в себе некий важный смысл.

Есть четыре основных композиционных приема: повтор, усиление, противопоставление и монтаж.

Повтор всем и так понятен. Это самый простой, самый заметный, самый очевидный, самый банальный, но в то же время - самый действенный прием. Повторяющиеся детали, слова, выражения, места, события, кольцевая композиция - работают безотказно. Если в книге вы замечаете, что что-то повторяется больше двух раз, то на это что-то стоит обратить внимание. Есть, конечно, вариант, что у автора словарный запас или воображение хромает, такое нельзя упускать из виду. Но в целом это не случайно.

Усиление чем-то похоже на повтор. Его скорее можно описать как расширяющийся повтор. Когда берется нечто, повторяется и обвешивается дополнительными важными деталями.

Противопоставление - сильный прием, который многим знаком. Противопоставляться могут и герои, и их речь, и их поступки, герой может противостоять другому герою, толпе, обществу, противопоставляться могут описания. Где-то это выражено лексически (то есть очевидно из описания, самое простое), а где-то приходится думать и обращать внимание на мелкие детали и самостоятельно собирать все в одну кучку.

Когда множество противопоставлений собирается вместе и группируется на основе повтора, то мы получаем зеркальную композицию. Хороший и понятный пример - “Евгений Онегин”.

Монтаж позволяет создавать новые смыслы на границе двух или более доминант. Эйзенштейн: «Два каких-либо куска, поставленные рядом, неминуемо соединяются в новое представление, возникающее из этого сопоставления как новое качество». В литературе то же самое. Собственно, термин и пришел из кино. По этому принципу построена “Волшебная гора” Томаса Манна, “Анна Каренина” Толстого, “Мастер и Маргарита” Булгакова и еще много-много каких произведений.

Существует и композиция образной системы, но об этом я лучше расскажу в следующий раз, когда буду говорить о персонажах.

19 января 2021