Вот и настала пора октябрьской статистики от StoryGraph. Насладилась Каваками, перечитала на свежую голову "Голубое сало", много думала (я серьезно) по поводу "Бунта" и ещё больше по поводу "Опоссума...", смеялась над шутками деда Вити, как пятиклассник над тычинками и многочленами. Хороший месяц.
1031. Сара Хури «Чачо на море»
@idgorodets
Игрушечный зайчик Чачо отдыхает на море вместе со своей хозяйкой – маленькой Сарой. Пока Сара занята возведением замка из песка, Чачо отправляется навстречу приключениям в своей игрушечной маске. Он встречает странных рыб, улыбчивую акулу, огромного кита, испуганного осьминога, летающих скатов и даже рыбу-удильщика с фонариком. Когда он со всеми познакомился, на всех посмотрел и проплыл с косяком рыб, он вернулся к Саре.
Чудесная книжка-картонка для самых маленьких с красивыми иллюстрациями. И даже акула там страшная, а рыба-удильщик так и вообще ужас, но мой челобурик обожает эту книжку. Открывает на странице с какой-нибудь зубастой рыбиной и говорит: Ха! Книга изъедена, прочитана, просмотрена сто тысяч раз. Она спасает в минуты, когда нужно отвлечь от каких-то неприятных эмоций. Часто я вижу, как он подолгу рассматривает картинки и что-то бубнит себе под нос на своем, на детсковом.
И по-моему рыбы там очень красивые. Особенно улыбчивая акула.
Обязательно куплю еще из этой серии книжки про Чачо.
Акула и ее коллеги - в комментариях.
#детское@drinkread
@idgorodets
Игрушечный зайчик Чачо отдыхает на море вместе со своей хозяйкой – маленькой Сарой. Пока Сара занята возведением замка из песка, Чачо отправляется навстречу приключениям в своей игрушечной маске. Он встречает странных рыб, улыбчивую акулу, огромного кита, испуганного осьминога, летающих скатов и даже рыбу-удильщика с фонариком. Когда он со всеми познакомился, на всех посмотрел и проплыл с косяком рыб, он вернулся к Саре.
Чудесная книжка-картонка для самых маленьких с красивыми иллюстрациями. И даже акула там страшная, а рыба-удильщик так и вообще ужас, но мой челобурик обожает эту книжку. Открывает на странице с какой-нибудь зубастой рыбиной и говорит: Ха! Книга изъедена, прочитана, просмотрена сто тысяч раз. Она спасает в минуты, когда нужно отвлечь от каких-то неприятных эмоций. Часто я вижу, как он подолгу рассматривает картинки и что-то бубнит себе под нос на своем, на детсковом.
И по-моему рыбы там очень красивые. Особенно улыбчивая акула.
Обязательно куплю еще из этой серии книжки про Чачо.
Акула и ее коллеги - в комментариях.
#детское@drinkread
1032. Chikodili Emelumadu “Dazzling” 🇬🇧🇳🇬
Девочки, школа, духи, леопарды. Если вы скучали по богатому на сверхъестественное миру игбо у Обиомы, то вот услада вашим душам. Озомена родилась в Англии и вернулась в родную страну совсем недавно, а (вот узнала, что в переводе так транслитерировали ее имя) Трежа здесь живет всегда и вынуждена влачить жалкое существование после смерти отца, чья фигура остается для нее чем-то самым светлым и самым добрым. Озомена – принадлежит леопардам, она призвана творить добро, а Трежа за возможность вернуть отца ищет духу “невест” среди невинных девочек. (Имеет ли леопардность Озомены отношение к известному Обществу Леопарда сказать сложно. Антураж похож, но все остальное – нет. Из-за это не совсем понятно есть ли в этой очевидной отсылке какой-то намек или автор просто взяла Общество в качестве вдохновения. В любом случае в мифологии игбо леопард – животное с положительной репутацией сильного, харизматичного и красивого зверя.)
Читатель вместе с героинями книги живет на двух уровнях: частная школа реального мира и мир духов и тайных обществ. Это мог бы быть магический реализм, если бы не образ мыслей игбо, которые в норме прямо сейчас верят в духов, колдунов и колдуний, снадобья и возможность душ путешествовать. Для нас это магический реализм, а для игбо – это просто реализм. Девочка превращается в леопарда? Странно только то, что не мальчик, а так – нашли чем удивить. Другая продает невинных одноклассниц духу за деньги и возможность не голодать? Ничего нового.
Если погрузиться в мир романа с широко открытыми глазами и душой, давая происходящему право на жизнь, то не возникнет необходимости искать объяснения, ведь перед нами с одной стороны сложная, а с другой – очень простая история про противостояние добра и зла, про сложности подросткового возраста, про социальные различия, про закрытый мир частного учебного заведения, где помимо внутренних строгих правил есть еще куда более строгие правила, которые ввели сами ученицы.
Это жестокая сказка, но и мир духов – не прогулка в Ессентуках. Но жестокость сказки так или иначе все равно рушится по сравнению с реальностью, которая, как всегда, еще страшнее (для ребенка) и сложнее (для взрослого).
“Dazzling” – наследник богатой традиции устного народного творчества, которое, к сожалению, для кого-то может показаться едва очерченным, оставляя много “как” и “почему” без ответов. Тот, кто знает, тот знает, а кто не знает… Ну, тому и гуглеж не всегда сможет помочь, особенно, когда не знаешь, что вообще нужно искать: Общество Леопарда или книжку по системе верований игбо. Амбициозный роман, которому, может быть, на чей-то вкус не хватит чуть больше подробностей. С другой стороны, наверное, эти подробности и лишили бы его “реализма”, о котором я говорила выше.
#неходитедетивафрикугулять@drinkread
Девочки, школа, духи, леопарды. Если вы скучали по богатому на сверхъестественное миру игбо у Обиомы, то вот услада вашим душам. Озомена родилась в Англии и вернулась в родную страну совсем недавно, а (вот узнала, что в переводе так транслитерировали ее имя) Трежа здесь живет всегда и вынуждена влачить жалкое существование после смерти отца, чья фигура остается для нее чем-то самым светлым и самым добрым. Озомена – принадлежит леопардам, она призвана творить добро, а Трежа за возможность вернуть отца ищет духу “невест” среди невинных девочек. (Имеет ли леопардность Озомены отношение к известному Обществу Леопарда сказать сложно. Антураж похож, но все остальное – нет. Из-за это не совсем понятно есть ли в этой очевидной отсылке какой-то намек или автор просто взяла Общество в качестве вдохновения. В любом случае в мифологии игбо леопард – животное с положительной репутацией сильного, харизматичного и красивого зверя.)
Читатель вместе с героинями книги живет на двух уровнях: частная школа реального мира и мир духов и тайных обществ. Это мог бы быть магический реализм, если бы не образ мыслей игбо, которые в норме прямо сейчас верят в духов, колдунов и колдуний, снадобья и возможность душ путешествовать. Для нас это магический реализм, а для игбо – это просто реализм. Девочка превращается в леопарда? Странно только то, что не мальчик, а так – нашли чем удивить. Другая продает невинных одноклассниц духу за деньги и возможность не голодать? Ничего нового.
Если погрузиться в мир романа с широко открытыми глазами и душой, давая происходящему право на жизнь, то не возникнет необходимости искать объяснения, ведь перед нами с одной стороны сложная, а с другой – очень простая история про противостояние добра и зла, про сложности подросткового возраста, про социальные различия, про закрытый мир частного учебного заведения, где помимо внутренних строгих правил есть еще куда более строгие правила, которые ввели сами ученицы.
Это жестокая сказка, но и мир духов – не прогулка в Ессентуках. Но жестокость сказки так или иначе все равно рушится по сравнению с реальностью, которая, как всегда, еще страшнее (для ребенка) и сложнее (для взрослого).
“Dazzling” – наследник богатой традиции устного народного творчества, которое, к сожалению, для кого-то может показаться едва очерченным, оставляя много “как” и “почему” без ответов. Тот, кто знает, тот знает, а кто не знает… Ну, тому и гуглеж не всегда сможет помочь, особенно, когда не знаешь, что вообще нужно искать: Общество Леопарда или книжку по системе верований игбо. Амбициозный роман, которому, может быть, на чей-то вкус не хватит чуть больше подробностей. С другой стороны, наверное, эти подробности и лишили бы его “реализма”, о котором я говорила выше.
#неходитедетивафрикугулять@drinkread
1085. Тони Джеминьяни "Библия пиццы"
@breadsaltpublisher
(Мне кажется, самая вкусная пицца в моей жизни случилась со мной в Сан-Бонифацио (непоадлеку от Соаве) в пиццерии i Tigli. Это была пицца из другого мира с фенхелем, тигровыми креветками типа севиче и бурратой. Я до сих пор помню хруст теста, нежность сыра и легкую кислинку и одновременно сладость креветок.)
Я настолько давно ходила вокруг этой книги, что когда она у меня оказалась, почти что отказывалась верить своему счастью. Во-первых, потому что я люблю пиццу и хочу научиться делать ее разную. Во-вторых, я иногда скучаю по итальянской еде, поэтому хочется внести кусочек Италии в свою внутреннюю Монголию. В-третьих, книга оказалась еще лучше, чем я думала.
Тут не только премудрости пиццы (есть даже 10 заповедей, это все-таки библия – как иначе), но и рецепты разных соусов, пицц, начинок, колбасок, сэндвичей и даже коктейлей, которые можно подавать к пицце.
Тони Джеминьяни, гуру пиццы, обладатель двух рекордов Гиннеса и просто американско-итальянский парень, который хорошо разбирается в своем деле, учит тому, как готовить пиццу с любовью, искать и находить свое во всем многообразии начинок и теста. Книга дает буквально ресторанный стандарт: мельчайшие тонкости и хитрости, трюки профессионалов для того, чтобы сделать пиццу по-настоящему вкусной. Желающему освоить такой подход понадобится терпение и любопытство.
(Например, я двое суток готовила американское тесто для пиццы по рецепту и ни о чем не жалею! В конце концов не бывает катастроф на кухне, бывают только кулинарные эксперименты. Про свои я рассказываю в своем маленьком кулинарном дневнике @helluvafood)
#nonfiction@drinkread
PS и UPD. Только что узнала, что I Tigli есть в гиде Мишлен. Ну, в целом это, конечно, очень многое объясняет.
@breadsaltpublisher
(Мне кажется, самая вкусная пицца в моей жизни случилась со мной в Сан-Бонифацио (непоадлеку от Соаве) в пиццерии i Tigli. Это была пицца из другого мира с фенхелем, тигровыми креветками типа севиче и бурратой. Я до сих пор помню хруст теста, нежность сыра и легкую кислинку и одновременно сладость креветок.)
Я настолько давно ходила вокруг этой книги, что когда она у меня оказалась, почти что отказывалась верить своему счастью. Во-первых, потому что я люблю пиццу и хочу научиться делать ее разную. Во-вторых, я иногда скучаю по итальянской еде, поэтому хочется внести кусочек Италии в свою внутреннюю Монголию. В-третьих, книга оказалась еще лучше, чем я думала.
Тут не только премудрости пиццы (есть даже 10 заповедей, это все-таки библия – как иначе), но и рецепты разных соусов, пицц, начинок, колбасок, сэндвичей и даже коктейлей, которые можно подавать к пицце.
Тони Джеминьяни, гуру пиццы, обладатель двух рекордов Гиннеса и просто американско-итальянский парень, который хорошо разбирается в своем деле, учит тому, как готовить пиццу с любовью, искать и находить свое во всем многообразии начинок и теста. Книга дает буквально ресторанный стандарт: мельчайшие тонкости и хитрости, трюки профессионалов для того, чтобы сделать пиццу по-настоящему вкусной. Желающему освоить такой подход понадобится терпение и любопытство.
(Например, я двое суток готовила американское тесто для пиццы по рецепту и ни о чем не жалею! В конце концов не бывает катастроф на кухне, бывают только кулинарные эксперименты. Про свои я рассказываю в своем маленьком кулинарном дневнике @helluvafood)
#nonfiction@drinkread
PS и UPD. Только что узнала, что I Tigli есть в гиде Мишлен. Ну, в целом это, конечно, очень многое объясняет.
Forwarded from Империя должна прочитать
Пока же предлагаю вам почитать best of the best, подборку, составленную по сорокинскому творчеству! Сделали её вместе с крутыми книжными блогерами. Им есть, что сказать за Сорокина.
🔖 Настя «Дом Астерия» — «Заплыв»
На страницах «Заплыва» — сборника рассказов «раннего Сорокина» — вожди растут в цветочных горшках на подоконниках, солдаты уходят на фронт с поцелуями за пазухой, а интеллигенцию содержат в загонах для скота. Эти тексты напитаны фирменной злой иронией. В 80-х Сорокину было ещё интересно многостранично экспериментировать с одной метафорой и строго дозировать абсурд — по порции на рассказ. В итоге это влюбляющий в себя сборник: клыкастые химеры советского мышления в нём приручены и рассажены по местам, как цирковые зверушки, которые готовятся к дуохромном, гротескному представлению.
🔖 Настя «Drinkcoffee.Readbooks» — «Первый субботник»
Для меня этот сборник совершенно особенный. С него все началось, вызвав вначале ужас, а потом, спустя 20 лет — любовь. В сборнике 29 рассказов, и все они расшатывают соцреалистические литературные традиции: угол обзора, с одной стороны абсурдно, искажается, а с другой — показывает концентрированную правду, переходящую зачастую в черную комедию, фарс и простую расчленёнку. Никакой ностальгии, никакой жалости.
🔖 Лиза «Язык приготовила» — «Пир»
«Пир» — наверное, самый скандальный сборник ранних рассказов Сорокина и один из тех, которые наиболее полно характеризуют его творчество. Главная тема сборника — еда. Здесь и легендарная «Настя» — повесть в тургеневском стиле, заканчивающаяся потрясающей сценой каннибализма. И «Ю» — рассказ, полный мерзких и красивых сцен совокуплений и гастрономии. А также ещё 11 абсолютно разных рассказов, наполненных экспериментами с языком и отсылками к русской классической литературе и советскому прошлому.
🔖 Марина «Культурный сюжет» — «День опричника»
Иногда вместо того, чтобы «зеркало держать перед природой», авторы вытаскивают из кладовки хрустальный шар и попадают в точку. Так случилось с «Днем опричника». Сегодня текст, выкроенный по фирменным сорокинским лекалам (остроумная стилизация, овеществление метафор, гротеск), завораживает не столько литературным мастерством, сколько удивительной дальнозоркостью автора. Великая Русская Стена ограждает страну от западных содомитов. Сычуаньское шампанское льется рекой. «Неоопричники» под крики «Гойда!» рассуждают о вере православной. Страшно. Страшно актуально.
🔖 Люба «Amore e libri» — «Роман»
Почти шестьсот страниц деревенско-помещичьей пасторали в лучших традициях Тургенева: с чаем на веранде, охотой на вальдшнепов, сенокосом и, конечно, уставшим от света Петербурга юношей, который видит себя художником. Роман, написанный с огромной любовью ко всему золотому веку, виртуозно выкручивается и словно ускользает из рук, заставляет каждую следующую страницу открывать с трепетом и страхом. Когда же мастер сломает привычный и прекрасный русский сюжет, когда эти семена тревоги расцветут пышным кровавым цветом? А может, они и не расцветут вовсе? Сорокин же великий стилист и гениальный провокатор.
🔖 Даша «Империя должна прочитать» — «Манарага»
Для меня одиннадцатый роман Сорокина — вершина его способности деконструировать литературу и в целом читательское сознание. В мире после мировой исламской революции и Нового Средневековья сжигание книг — не новый Fahrenheit 451, а bookʼn’grill — гастрономический аттракцион для элит. Трансформация книги в редкое «полено», а «чтение» в жарку показывает изменчивость и гибкость восприятия нами не только литературы. Благодаря дистопичной «Манараге» понимаешь, что живёшь в мире-перевёртыше, где в одночасье обыденное становится эксклюзивным, легальное — вне закона, глубинное — поверхностным и наоборот.
#подборка
На страницах «Заплыва» — сборника рассказов «раннего Сорокина» — вожди растут в цветочных горшках на подоконниках, солдаты уходят на фронт с поцелуями за пазухой, а интеллигенцию содержат в загонах для скота. Эти тексты напитаны фирменной злой иронией. В 80-х Сорокину было ещё интересно многостранично экспериментировать с одной метафорой и строго дозировать абсурд — по порции на рассказ. В итоге это влюбляющий в себя сборник: клыкастые химеры советского мышления в нём приручены и рассажены по местам, как цирковые зверушки, которые готовятся к дуохромном, гротескному представлению.
Для меня этот сборник совершенно особенный. С него все началось, вызвав вначале ужас, а потом, спустя 20 лет — любовь. В сборнике 29 рассказов, и все они расшатывают соцреалистические литературные традиции: угол обзора, с одной стороны абсурдно, искажается, а с другой — показывает концентрированную правду, переходящую зачастую в черную комедию, фарс и простую расчленёнку. Никакой ностальгии, никакой жалости.
«Пир» — наверное, самый скандальный сборник ранних рассказов Сорокина и один из тех, которые наиболее полно характеризуют его творчество. Главная тема сборника — еда. Здесь и легендарная «Настя» — повесть в тургеневском стиле, заканчивающаяся потрясающей сценой каннибализма. И «Ю» — рассказ, полный мерзких и красивых сцен совокуплений и гастрономии. А также ещё 11 абсолютно разных рассказов, наполненных экспериментами с языком и отсылками к русской классической литературе и советскому прошлому.
Иногда вместо того, чтобы «зеркало держать перед природой», авторы вытаскивают из кладовки хрустальный шар и попадают в точку. Так случилось с «Днем опричника». Сегодня текст, выкроенный по фирменным сорокинским лекалам (остроумная стилизация, овеществление метафор, гротеск), завораживает не столько литературным мастерством, сколько удивительной дальнозоркостью автора. Великая Русская Стена ограждает страну от западных содомитов. Сычуаньское шампанское льется рекой. «Неоопричники» под крики «Гойда!» рассуждают о вере православной. Страшно. Страшно актуально.
Почти шестьсот страниц деревенско-помещичьей пасторали в лучших традициях Тургенева: с чаем на веранде, охотой на вальдшнепов, сенокосом и, конечно, уставшим от света Петербурга юношей, который видит себя художником. Роман, написанный с огромной любовью ко всему золотому веку, виртуозно выкручивается и словно ускользает из рук, заставляет каждую следующую страницу открывать с трепетом и страхом. Когда же мастер сломает привычный и прекрасный русский сюжет, когда эти семена тревоги расцветут пышным кровавым цветом? А может, они и не расцветут вовсе? Сорокин же великий стилист и гениальный провокатор.
Для меня одиннадцатый роман Сорокина — вершина его способности деконструировать литературу и в целом читательское сознание. В мире после мировой исламской революции и Нового Средневековья сжигание книг — не новый Fahrenheit 451, а bookʼn’grill — гастрономический аттракцион для элит. Трансформация книги в редкое «полено», а «чтение» в жарку показывает изменчивость и гибкость восприятия нами не только литературы. Благодаря дистопичной «Манараге» понимаешь, что живёшь в мире-перевёртыше, где в одночасье обыденное становится эксклюзивным, легальное — вне закона, глубинное — поверхностным и наоборот.
#подборка
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
1070. Анна Пестерева «Пятно» 🇷🇺
@alpinaproza
Когда я давненько бралась за “Сато”, я молила всех богов, чтобы это был реально фанфик по Вархаммеру, а не сплит и игры в психологию/психиатрию. Когда я читала “Лес”, я очень хотела, чтобы всем событиям было реалистичное объяснение. Когда я читала “Пятно” Анны Пестеревой, я хотела мистики, потому что мне пообещали ее на обложке. То ли я хорошо запросы во вселенную отправляю, то ли не требую ничего особенного, но и с “Пятном” все получилось так, как я хотела.
Насти не было дома две недели. Где она была и что делала – кроме нее никто не знает, но вернуться назад в обычную жизнь оказалось гораздо сложнее. В обычной жизни у нее есть бывший муж, с которым не все просто, хорошая подруга, мутный одноклассник-алкаш и мечты о работе с детьми. Если бы не нужно было ехать покупать б/у ноутбук, то ничего бы не случилось: не пришлось бы просить у подруги машину со всеми вытекающими последствиями. Что случилось за эти две недели? Случилась экзистенциальная притча.
И хтонь панелек у Анны Пестеревой, и другая жизнь в угасающей (и угасшей) деревне показаны с нейтральным пониманием. Такова жизнь, будто бы говорит она. И в такой жизни можно быть счастливыми, можно мечтать, можно любить и к чему-то стремиться, искать и находить себя. Не панельки и не деревенская хтонь виноваты в том, что в один день все может разрушиться.
Пятно – это и имя, и метафора. Это и человек, и то, что осталось от человека. То, чем становится человек, когда теряется что-то очень важное, когда у жизни, самой простой, обыденной теряется смысл. Перед нами две основных точки зрения и два рассказчика: Настя и Пятно, точнее тот человек, которым он был раньше. Две точки зрения (реальная, существующая в настоящем и письменная, дневниковая) встретились в одной точке и разойтись уже не смогли. Жертва становится спасителем, но это не история про красавицу и чудовище. Похититель обретает покой. Большие дела можно делать где угодно, нужно лишь открыть глаза и не упускать важное.
Здесь столько мистики, сколько нужно для того, чтобы реальность не потерялась. Да и задача ее сугубо реалистическая: объяснить душу человека через что-то необъяснимое. Все очень просто, но от этого очарование не пропадает. Все смешалось: мифы, мистика, проклятый старый дом, общечеловеческие представления о добре, силе и смелости. Не все герои носят плащи. Некоторые герои носят зимние пуховики, мятые купюры в карманах и готовы рисковать всем, чтобы спасти одну душу, потерявшую человеческое тело.
Наверное, из этой книги получился бы хороший фильм.
@alpinaproza
Когда я давненько бралась за “Сато”, я молила всех богов, чтобы это был реально фанфик по Вархаммеру, а не сплит и игры в психологию/психиатрию. Когда я читала “Лес”, я очень хотела, чтобы всем событиям было реалистичное объяснение. Когда я читала “Пятно” Анны Пестеревой, я хотела мистики, потому что мне пообещали ее на обложке. То ли я хорошо запросы во вселенную отправляю, то ли не требую ничего особенного, но и с “Пятном” все получилось так, как я хотела.
Насти не было дома две недели. Где она была и что делала – кроме нее никто не знает, но вернуться назад в обычную жизнь оказалось гораздо сложнее. В обычной жизни у нее есть бывший муж, с которым не все просто, хорошая подруга, мутный одноклассник-алкаш и мечты о работе с детьми. Если бы не нужно было ехать покупать б/у ноутбук, то ничего бы не случилось: не пришлось бы просить у подруги машину со всеми вытекающими последствиями. Что случилось за эти две недели? Случилась экзистенциальная притча.
И хтонь панелек у Анны Пестеревой, и другая жизнь в угасающей (и угасшей) деревне показаны с нейтральным пониманием. Такова жизнь, будто бы говорит она. И в такой жизни можно быть счастливыми, можно мечтать, можно любить и к чему-то стремиться, искать и находить себя. Не панельки и не деревенская хтонь виноваты в том, что в один день все может разрушиться.
Пятно – это и имя, и метафора. Это и человек, и то, что осталось от человека. То, чем становится человек, когда теряется что-то очень важное, когда у жизни, самой простой, обыденной теряется смысл. Перед нами две основных точки зрения и два рассказчика: Настя и Пятно, точнее тот человек, которым он был раньше. Две точки зрения (реальная, существующая в настоящем и письменная, дневниковая) встретились в одной точке и разойтись уже не смогли. Жертва становится спасителем, но это не история про красавицу и чудовище. Похититель обретает покой. Большие дела можно делать где угодно, нужно лишь открыть глаза и не упускать важное.
Здесь столько мистики, сколько нужно для того, чтобы реальность не потерялась. Да и задача ее сугубо реалистическая: объяснить душу человека через что-то необъяснимое. Все очень просто, но от этого очарование не пропадает. Все смешалось: мифы, мистика, проклятый старый дом, общечеловеческие представления о добре, силе и смелости. Не все герои носят плащи. Некоторые герои носят зимние пуховики, мятые купюры в карманах и готовы рисковать всем, чтобы спасти одну душу, потерявшую человеческое тело.
Наверное, из этой книги получился бы хороший фильм.
1033. Гвен Э. Кирби «Что видела Кассандра»🇺🇸
Кассандра – это не просто троянская царевна, сестра Гектора и Париса, не просто пророчица и вестница несчастий, героиня книг. Это значимый женский архетип. Красавицу Кассандру полюбил Аполлон, она его обманула, за что получила проклятие: никто не верит ее словам, а она все знает. Знает обо всех бедах, о всем том ужасном, что грядет, но никто не слышит ее: она знала, что из-за Париса падет Троя, что его путешествие в Спарту всем принесет несчастья, она знала, что конь – ненастоящий! После падения Трои несчастная оказалась у ахейцев, которые никак не могли решить, кому она достанется, передавая из койки в койку. В итоге жизнь ее кончилась в Микенах у Агамемнона, где ее убила другая архетипическая женщина – Клитемнестра.
Кассандра действительно повидала некоторое дерьмо, не зря же и книга называется Shit Cassandra Saw. Рассказы о женщинах, которые собрала вместе под покровительством несчастной пророчицы Гвен Кирби, – это истории о том, как жили и живут женщины: невозможно трагикомические – смешные до слез, иронично правдивые. Гневные, держащиеся из последних сил женщины пытаются не поубивать всех вокруг, потому что у них не осталось сил сдерживаться, не осталось сил быть добродетельными и терпеливыми. Они злятся, но продолжают жить: ходить в рестораны, заказывать пиццу, укладывать плитку в ванной, открывать новое и захватывать иногда мир, а иногда отдельные народы.
Каждый рассказ — небольшая, зачастую бытовая и всем понятная история о том, что происходит каждый день. Кассандра живет в каждой: неидеальные, эмоциональные, хорошие и одновременно плохие, смелые и слабые женщины собрались в одном сборнике, чтобы показать мир с другой стороны – со стороны подгорающей пятой точки тех, к чьему гневу и открытой злости тот самый мир не совсем готов. Или вообще не готов. Женщины Гвен Кирби не отрекаются от своих ролей, но выходят за их границы: они остаются женами и матерями, подругами и дочерьми, но они могут еще кое-что. Не только гневаться, кстати, но черпать в этом гневе силу.
Shit Cassandra saw that she didn’t tell the Trojans because at that point fuck them anyway.
Всякое дерьмо, которое Кассандра увидела, но не рассказала троянцам, потому что пошли они уже в жопу.
(пер. Анна Шур)
Кассандра – это не просто троянская царевна, сестра Гектора и Париса, не просто пророчица и вестница несчастий, героиня книг. Это значимый женский архетип. Красавицу Кассандру полюбил Аполлон, она его обманула, за что получила проклятие: никто не верит ее словам, а она все знает. Знает обо всех бедах, о всем том ужасном, что грядет, но никто не слышит ее: она знала, что из-за Париса падет Троя, что его путешествие в Спарту всем принесет несчастья, она знала, что конь – ненастоящий! После падения Трои несчастная оказалась у ахейцев, которые никак не могли решить, кому она достанется, передавая из койки в койку. В итоге жизнь ее кончилась в Микенах у Агамемнона, где ее убила другая архетипическая женщина – Клитемнестра.
Кассандра действительно повидала некоторое дерьмо, не зря же и книга называется Shit Cassandra Saw. Рассказы о женщинах, которые собрала вместе под покровительством несчастной пророчицы Гвен Кирби, – это истории о том, как жили и живут женщины: невозможно трагикомические – смешные до слез, иронично правдивые. Гневные, держащиеся из последних сил женщины пытаются не поубивать всех вокруг, потому что у них не осталось сил сдерживаться, не осталось сил быть добродетельными и терпеливыми. Они злятся, но продолжают жить: ходить в рестораны, заказывать пиццу, укладывать плитку в ванной, открывать новое и захватывать иногда мир, а иногда отдельные народы.
Каждый рассказ — небольшая, зачастую бытовая и всем понятная история о том, что происходит каждый день. Кассандра живет в каждой: неидеальные, эмоциональные, хорошие и одновременно плохие, смелые и слабые женщины собрались в одном сборнике, чтобы показать мир с другой стороны – со стороны подгорающей пятой точки тех, к чьему гневу и открытой злости тот самый мир не совсем готов. Или вообще не готов. Женщины Гвен Кирби не отрекаются от своих ролей, но выходят за их границы: они остаются женами и матерями, подругами и дочерьми, но они могут еще кое-что. Не только гневаться, кстати, но черпать в этом гневе силу.
А раз я сегодня вспомнила не только Кассандру, но и Клитемнестру, то вот две чудесные картины:
Frederick Sandys "Cassandra" (c.1863–1864)
John Collier "Clytemnestra" (1882)
От обеих невозможно отвести взгляд, а это лицо Клитемнестры...
#png@drinkread
Frederick Sandys "Cassandra" (c.1863–1864)
John Collier "Clytemnestra" (1882)
От обеих невозможно отвести взгляд, а это лицо Клитемнестры...
#png@drinkread
1034. Содзи Симада «Хрустальная пирамида»
1076. «Токийская головоломка»🇯🇵
Я уже даже сама не могу ответить себе на вопрос «Зачем я продолжаю читать Содзи Симаду?». После «Хрустальной пирамиды» я хотела закончить, но сорок книг спустя мой мозг обнулился и решил снова почитать про Киёси Митараи.
«Хрустальная пирамида». Середина 80-х, США. В башне на верхнем этаже от утопления (да-да) в сухой комнате (именно так) умирает один очень богатый человек. Дверь в комнату наглухо закрыта так, что волосок не пролезет, с внешней стороны. Голливудская звезда, японка и влюбленная в Митараи актриса умоляет его приехать и со всем разобраться, чтобы успеть сдать фильм к Рождественскому прокату. Наверное, если бы не эта базедовая история про влюбленную в Митараи красотку и холодного детектива, я бы книгу восприняла лучше, но любовная линия получилась настолько искусственная и пучеглазая, что даже разгадка не выглядела такой уж резиновой, хотя вообще-то она поразительно неправдоподобная.
«Токийская головоломка» интереснее. Митараи принесли записки молодого человека – фаната книги «Токийский зодиак» – в которой творится настолько несусветная дичь, что принесший ее друг Митараи, профессор, начал призывать Фрейда и Юнга, чтобы разобраться с тем, «что хотел сказать автор», потому что иначе, кажется, не понять. Тут будут: отрывающий руку динозавр, путешествия во времени, люди-кролики, расчленение с последующим сшиванием, соблазнения, запланированные и спонтанные убийства, усыпление, пробуждение, Япония и Индонезия, и совсем не понадобятсяБиба и Боба Фрейд с Юнгом. Все окажется объяснимо, как и полагается по закону жанра.
Может быть, через сорок книг я почитаю какой-нибудь хонкаку-детектив, но пока что с меня хватит.
#shimada@drinkread
1076. «Токийская головоломка»🇯🇵
Я уже даже сама не могу ответить себе на вопрос «Зачем я продолжаю читать Содзи Симаду?». После «Хрустальной пирамиды» я хотела закончить, но сорок книг спустя мой мозг обнулился и решил снова почитать про Киёси Митараи.
«Хрустальная пирамида». Середина 80-х, США. В башне на верхнем этаже от утопления (да-да) в сухой комнате (именно так) умирает один очень богатый человек. Дверь в комнату наглухо закрыта так, что волосок не пролезет, с внешней стороны. Голливудская звезда, японка и влюбленная в Митараи актриса умоляет его приехать и со всем разобраться, чтобы успеть сдать фильм к Рождественскому прокату. Наверное, если бы не эта базедовая история про влюбленную в Митараи красотку и холодного детектива, я бы книгу восприняла лучше, но любовная линия получилась настолько искусственная и пучеглазая, что даже разгадка не выглядела такой уж резиновой, хотя вообще-то она поразительно неправдоподобная.
«Токийская головоломка» интереснее. Митараи принесли записки молодого человека – фаната книги «Токийский зодиак» – в которой творится настолько несусветная дичь, что принесший ее друг Митараи, профессор, начал призывать Фрейда и Юнга, чтобы разобраться с тем, «что хотел сказать автор», потому что иначе, кажется, не понять. Тут будут: отрывающий руку динозавр, путешествия во времени, люди-кролики, расчленение с последующим сшиванием, соблазнения, запланированные и спонтанные убийства, усыпление, пробуждение, Япония и Индонезия, и совсем не понадобятся
Может быть, через сорок книг я почитаю какой-нибудь хонкаку-детектив, но пока что с меня хватит.
#shimada@drinkread
Вот и закончилась особенная для ярмарка non/fictio№26. Особенная по многим причинам.
Во-первых, потому что я первый раз не приготовила никакой список и не поучаствовала в подборках. Просто потому что не успела.
Во-вторых, не купила ни одной книги, потому что как-то так вышло.
В-третьих (и в-главных), потому что покорила ещё одну вершину - выступила в роли эксперта в паблик-токе о литературных премиях. Это было весело и увлекательно, потому что с одной стороны у меня сидела звезда сердца моего Валентинаниколавна @booksinmyhands, а с другой - прекрасная Кристина @lavender_and_the_like. (Теперь я лично знаю ещё одного арабиста!)
Что тут скажешь... Год заканчивается, а мечты все продолжают сбываться.
Во-первых, потому что я первый раз не приготовила никакой список и не поучаствовала в подборках. Просто потому что не успела.
Во-вторых, не купила ни одной книги, потому что как-то так вышло.
В-третьих (и в-главных), потому что покорила ещё одну вершину - выступила в роли эксперта в паблик-токе о литературных премиях. Это было весело и увлекательно, потому что с одной стороны у меня сидела звезда сердца моего Валентинаниколавна @booksinmyhands, а с другой - прекрасная Кристина @lavender_and_the_like. (Теперь я лично знаю ещё одного арабиста!)
Что тут скажешь... Год заканчивается, а мечты все продолжают сбываться.
1035. Клариси Лиспектор, Лижия Фагундес Теллес «Бразильские рассказы»🇧🇷
Во-первых, хочу сказать огромное спасибо Кристине @beawitness, которая рассказала про эту редкую книгу и дала ее почитать. Вот тут ее отзыв. Во-вторых, я полностью согласна с жанровым пояснением. Повесть Клариси Лиспектор действительно роман по всем формально-содержательным признакам.
Так вот этот роман – “Час звезды” – совсем не то, чего ожидаешь от южноамериканской прозы. Собственно, главная причина, заставившая меня незамедлительно захотеть читать этот сборник и заключается в том, что сказала Кристина: “никакого экзотического карнавала, кашасы и беримбау, а очень даже родные и уютные тлен и липкий ужас”.
“Час звезды” – некомфортное и сложное произведение, заставляющее сердце сжиматься, а тело – неуютно съеживаться. Что-то смутно (очень смутно) напоминало мне Inspector Calls Джона Бойнтона Пристли, только без критики капитализма и сословной иерархии. Это история о жизни и смерти, и, несмотря на то, что в центр помещены отношения девушки и молодого человека, она совсем не о любви. Скорее о ее отсутствии, о том вакууме, который возникает, когда в отношениях между людьми не хватает любви или дружбы в любом их проявлении.
Рассказы Лижия Фагундес Теллес – настоящий калейдоскоп: разные кусочки объединены одним идейным пространством и по отдельности представляют собой лишь разрозненные, пусть и очень красивые, “детали”. Мне хочется назвать эти рассказы новеллами потому что в каждом есть тот самый пуант – момент неожиданного перехода. В общем, жанровое определение, пожалуй, единственная слабая сторона этого сборника, и, к счастью, к творчеству писательниц не имеет никакого отношения.
Если “Час звезды” ранил меня, то рассказы/новеллы развлекли, но есть нюанс. Если вы сможете где-нибудь достать эту книгу, то достаньте.
Во-первых, хочу сказать огромное спасибо Кристине @beawitness, которая рассказала про эту редкую книгу и дала ее почитать. Вот тут ее отзыв. Во-вторых, я полностью согласна с жанровым пояснением. Повесть Клариси Лиспектор действительно роман по всем формально-содержательным признакам.
Так вот этот роман – “Час звезды” – совсем не то, чего ожидаешь от южноамериканской прозы. Собственно, главная причина, заставившая меня незамедлительно захотеть читать этот сборник и заключается в том, что сказала Кристина: “никакого экзотического карнавала, кашасы и беримбау, а очень даже родные и уютные тлен и липкий ужас”.
“Час звезды” – некомфортное и сложное произведение, заставляющее сердце сжиматься, а тело – неуютно съеживаться. Что-то смутно (очень смутно) напоминало мне Inspector Calls Джона Бойнтона Пристли, только без критики капитализма и сословной иерархии. Это история о жизни и смерти, и, несмотря на то, что в центр помещены отношения девушки и молодого человека, она совсем не о любви. Скорее о ее отсутствии, о том вакууме, который возникает, когда в отношениях между людьми не хватает любви или дружбы в любом их проявлении.
Рассказы Лижия Фагундес Теллес – настоящий калейдоскоп: разные кусочки объединены одним идейным пространством и по отдельности представляют собой лишь разрозненные, пусть и очень красивые, “детали”. Мне хочется назвать эти рассказы новеллами потому что в каждом есть тот самый пуант – момент неожиданного перехода. В общем, жанровое определение, пожалуй, единственная слабая сторона этого сборника, и, к счастью, к творчеству писательниц не имеет никакого отношения.
Если “Час звезды” ранил меня, то рассказы/новеллы развлекли, но есть нюанс. Если вы сможете где-нибудь достать эту книгу, то достаньте.