Картинка для понимания следующего поста.

Я начала читать «Там, где цветет полынь» Ольги Птицевой. Начала читать в метро и пожалела: приходилось удерживать слезы, хотя очень хотелось от души пореветь.

Для меня самой удивительно, на каком моменте к горлу подкатил ком: мать главной героини отвергла ее и продолжала выражать отвержение год за годом. Жестоко, холодно. И я незаметно нырнула в чувства этой девушки, испытала такое отчаяние.

Удивительно, потому что в моей жизни такого опыта не было. Да, в определенный период мама была резка со мной, часто говорила что-то обидное сгоряча. Что-то я помню вплоть до интонаций, что-то размылось. Но никогда не было прямого, упорного отвержения.

Только прямое же и не нужно.
Ощущение отвергнутости могло копиться по щепотке из мелочей (которые для высокочувствительного ребенка значили очень много).
И я никогда это так не формулировала, и вроде нет обиды. Но любой факт материнского отвержения заставляет предательски щипать глаза. Даже сейчас.

Вообще зайдя клиентом в психоанализ, я поняла, что родительская тема совсем не закрыта для меня. В ней уже не идет речь про обиды, умение злиться или прощать. Стали возникать совсем другие смыслы.

И любопытства много, и тревоги.

#утреннийтекст 33

Все выходные мне попадались посты про ритмы мозга и про детскую скуку. Пусть и вам попадается теперь мой пост про это все вместе взятое.

Человеческий мозг в бодрствующем состоянии чаще всего работает на альфа и бета волнах.
Бета-волны возникают ежедневно, они ответственны за быстрое принятие решений, мультизадачность, скорость, нацеленность на результат.
Альфа-волны появляются в периоды расслабления, концентрации, медитации.
Именно в состояниях, когда мозг работает на альфа-волнах возможно творчество.

Только зачастую это очень редкие моменты. У меня — точно.
Для таких состояний нужно замедлиться, выключить многозадачность, расслабиться, даже дать себе заскучать.

А кто из нас может позволить себе скуку? Вспомните свои чувства, когда вдруг вам нечем заняться? Тревога, растерянность. Ощущение необходимости срочно включиться хоть во что-нибудь, не задавая себе лишних вопросов вроде «это точно то, что я хочу сейчас делать?»

А теперь вспоминаем реакцию родителей на нашу скуку.
— Мам, мне скучно
— Ну так или пыль протри, в комнате бардак, мне вот с вами никогда не скучно!

Скука считалась состоянием, которое стоит избегать, забивать домашними делами, чем-то полезным. А не маяться ерундой.

Но именно из состояния скуки в детстве вырастает навык творчества. Когда вам не нужно было заниматься чем-то полезным (по мнению родителей), когда вы могли фантазировать, варить суп в луже или хоронить голубя.
Когда можно было часами сидеть над альбом или тетрадкой, рисуя модную коллекцию для кукол или сочиняя книгу про своего кота. Делая совершенно бесполезные по меркам взрослого спешащего мира дела.

Где это творческое в вас сейчас? В том, как вы моете полы или гладите вещи в свободное время, потому что позволить себе поскучать и заняться ерундой страшно?

Проведите эксперимент. Возьмите себе неделю, хотя бы один день на то, чтобы делать одно дело за раз. Концентрироваться только на нем, не переключаться туда и обратно, не забивать фоновым шумом органы чувств. А вечером — просто поскучать. Не скроллить телефон, не смотреть сериал, а ничего не делать. И послушать себя: а чего хочется по-настоящему? Из неполезного и непривычного.
Из страшного и нового.

Простите извините, но я в Питер не для этого переехала
У вас как с погодой в августе?

Сегодня хочу поговорить.

Расскажите, у вас есть подруги? Сколько вы вместе, часто ли общаетесь, полностью ли доверяете, можете ли позвать на помощь и сами всегда помочь? Нужна ли вам вообще подруга или хорошо и без нее живется? Если нужна, то зачем? Что для вас значит дружба именно с женщиной?

Очень интересно, как это у вас. Я о себе попозже напишу.

#утреннийтекст 34

Мне кажется, я слишком интровертная и ленивая для дружбы. Вот той дружбы, где вы всегда на связи, делитесь всем, готовы всегда помочь и душой болите друг за друга. Моя душа вмещает чувства только за меня + ещё один человек и все животные мира. Больше места нет.

Откуда у меня в голове такое понимание Дружбы с большой буквы, я не знаю. Может, ещё один повод считать, что я в чем-то не очень.
Потому что если дружба — это отвечать, откликаться, поддерживать словами и иногда проводить время вместе — то с этим я прекрасно и с удовольствием справляюсь. Но вот эта мысль, что это — дружба не до конца, свербит и не дает покоя. Я знаю людей, для которых быть другом — купить билет в другой город, если другу плохо.
Я слишком рациональна для этого. И привыкшая переносить свои чувства в одиночестве — спасать другого своим присутствием мне как-то не близко.

А что если это те, кто хочет делить с друзьями каждый момент, немного перебарщивают? Что если они это делают из своих страхов и травм, и я не должна так же?
Тогда получается, у меня есть друзья. Два друга и подруга.
Мы мало видимся, но общаемся, я могу написать о своих переживаниях и мне пишут.
Никто не бросит свою жизнь ради другого, но это никому и не надо.

Я не делаю с друзьями веселые глупости, у нас нет общих воспоминаний о всяких вечеринках и драмах, я не буду прыгать выше головы, чтобы помочь, но всегда сделаю то, что в моих силах. И если для кого-то это мало — для меня это не так.
Может, я и неплохой друг.

А товарищ и приятель точно отличный.

В этой собаке есть что-то такое, что все на улице сворачивают голову, говорят, что она красотка и хотят покормить.
Сегодня мы вместе зашли в кофейню и милая бариста вынесла ей свой обеденный огурец.
Завораживает всех, так же как и меня, когда я в первый раз увидела ее фотографию у волонтерки.

#утреннийтекст 35

Есть ли у вас некая точка отсчета вашей личности?

Тот самый ноль в системе координат, в который вы периодически возвращаетесь, чтобы заметить весь свой пройденный путь, все изменения.

Например, родительский дом. Если вы из него уехали достаточно рано, то в его стенах остались запечатлены чуть подросшими, но еще детьми. Возвращение домой – как разматывание клубка, возможность увидеть, как много с вами и в вас произошло, сколько новых важных узелков образовалось.

А что если такого места нет?

Терапия в этом плане удивительная вещь. С психологом сверка личности происходит еженедельно, ежемесячно. А чем чаще мы замечаем изменения, признаем свои достижения и оплошности, тем шире становится наш шаг.

Моя точка отсчета не имеет материального воплощения. В родительском доме я прожила до 30 лет – и пусть при разных обстоятельствах, менялись жильцы, кроме меня, менялся внешний вид. Но стены и вид из окна были те же и поэтому мне долго казалось, что я не сдвинулась с нуля.
И только на терапии, когда мы воспроизводили то самое разматывание клубка, но в метафорах и воспоминаниях, я замечала, что не стою на месте.

В том числе и поэтому в терапии так важна регулярность. Как бы ты не тонул в делах и рутине, есть место и время, куда ты возвращаешься, такой маяк, на который можно взобраться и посмотреть, сколько ты уже прошел. И немного осветить себе дорогу впереди – чтобы было не так страшно.

#утреннийтекст 36

Вторую ночь снятся странные сны, где много воды, моря, а близкие меня жутко газлайтят. Только и слышу: тебе кажется, это не так, не выдумывай.

Правда частая история в моем прошлом, но зачем она вылезает ночами сейчас? Это я себя сама газлайчу?
Бессознательное напоминает мне доверять себе, показывая, как плохо жить в отрицании своей реальности?

Как-то у психоаналитика я жаловалась на кошмары и сказала:
— какой-то садомазохизм у меня по ночам!
Она отвечает:
— да, интересно. Обычно мазохистические наклонности люди проявляют в постели.
Немного помолчав:
— хотя, по сути вы тоже в постели, просто немного иначе.

Смешно и грустно)

«Там, где цветет полынь» Ольги Птицевой.

Сначала я узнала об этой книге из инстаграма.
Добавила ее себе в список.
Добавила ее себе в приложении MyBook.

Время шло, а я не начинала ее читать.

Увидела анонс сериала по книге. Подумала: сейчас начну. Не начала.

Пригласила Ольгу на мастер-класс к нам в Alter.

Решила купить книгу в бумаге, чтобы читать.
Все ещё не делаю этого.

Познакомилась с Олей на маркете, подписала книгу. Была уверена, что на обратном пути в метро начну читать.

Даже не открывала.

Думала, я совсем разленилась, что читать художку для моего мозга теперь сверхзадача.
А потом прочла Ивлина Во, Джулиана Барнса. Но не Ольгу Птицеву.

Все ещё не понимаю, в чем дело.

Злюсь, на этом преодолеваю огромное сопротивление и начинаю читать.

«Красная сандалька» — по названию первой главы я уже чувствую, чем она закончится, но продолжаю. Замечаю, как каждое упоминание отношений Ули с матерью вызывает у меня слезы. Как я проваливаюсь в эту историю, растопив этими слезами и горячим от напряжения дыханием свой толстый слой скепсиса.

Так вот почему я никак не могла начать читать. Я боялась разочароваться. Причем разочарование ждало меня, независимо от того, понравится мне эта книга или нет.
Если нет — разочаруюсь в авторке и отчасти в современной российской литературе.
Если да — разочаруюсь в себе.
Случился второй вариант.

Я прочла интересную, захватывающую, хорошо написанную книгу современной молодой авторки. Значит так можно. Так бывает.
Стать писательницей — реально.

А я просто упускала и продолжаю упускать время, ничего не создавать, хотя мечтаю об этом с детства, с первых стихотворений, с журнала про кота, с повести про четырех подруг-волшебниц.
Но я отмахивалась от этого со словами: «про современность и провинцию ничего хорошего не напишешь».

Мне так стыдно — за свой скепсис, за сопротивление, за упущенное время и за свой страх рисковать.

Чтобы начать писать — надо писать. Много, часто, на разные темы. Делиться этим. Тратить уйму времени и сил и ничего не получать взамен. Просто разрешить себе заниматься творчеством, потому что иначе не можешь.
А я иначе научилась. Затыкать себе рот и делать дело, которое принесет деньги и пользу.

И потихоньку развинчивать этот клапан, выпуская дух и жажду творчества очень страшно. А что если другие это не примут? А что если я в этом слишком плоха. А что если это все будет бессмысленно?

Ооооох.

Но я уже здесь — барахтаюсь в знании, что российские писатели есть и они замечательные. И я не среди них. Но уже и не в обесценивании (а было так удобно!)
Не захлебнуться бы в зависти и не утонуть бы в стыде — уже будет хорошо.

Хотела написать про книгу, а ушла в исповедь.
Хотя по мне, это лучшая рецензия, если книга настолько задела, что уже месяц разматывается клубок переживаний.