Это must read для тех, кто занимается идеологией. Пухлый труд Алексея Юрчака о том, как была устроена жизнь при позднем социализме - "Это было навсегда, пока не кончилось". 

Книга не понравится тем, кто обожает советское время. И особенно тем, кто советское время ненавидит. "Все так и было", - сказал мне московский философ 1968 года рождения, прочитав ее. 

Есть такое распространенное мнение, что общество в те времена делилось на две группы - тех, кто был всей душой за советскую систему во всех ее проявлениях, и тех, кто с ней боролся или хотя бы держал фигу в кармане. Поэтому Кабакова или Бродского журналисты потом спрашивали про их "диссидентскую деятельность", а те отвечали, что никакой диссидентской деятельности не вели.

Картинка, описанная в цитате, удобна и проста. Два лагеря, две точки зрения, взаимная вражда и борьба, герои с обеих сторон. Но на самом деле, как показывает Юрчак, большинство советских людей не были ни сторонниками, ни противниками системы. Они жили своей жизнью, формально участвуя во всех социальных ритуалах, но на деле - постоянно ускользая. Повторяя идеологические формулы буквально, но не придавая им смысла. Успешно сочетая комсомольскую работу и увлечение "чуждой западной музыкой". Добровольно выходя на демонстрации, но не помня, как звучит огромный лозунг, вечно висящий напротив дома. 

Юрчак называет это "вненаходимостью". Позиция вненаходимости по отношению к советской системе не вписывалась в бинарную модель политического ("за-против") и не воспринималась как политическая позиция. Система, сама того не представляя, дала людям возможность жить в куда более богатом пространстве смыслов, чем те, которые она производила сама. Тут, наверное, уместна метафора "размывание фундамента".

Почему это стало возможным? Потому что идеология стала плохо работать. Идеологические тексты повторяли друг друга, становились громоздкими, неуклюжими, теряли свою власть - и в итоге их стали транслировать "на отвяжись", потому что иначе уже было невозможно.

И конечно, кейсы. Мы все любим кейсы. Тут их полно - цитаты из писем и дневников, воспоминания, картинки, рассказы обычных людей о своем прошлом. Читать письма друзей-студентов из Новосибирска в Ленинград - очень интересно. Воспоминания о школьных учителях. Признания комсомольских работников о том, как они готовили свои выступления. Фактура повседневности - с эффектом узнавания для тех, кто уже был взрослым во время позднего социализма, с эффектом странной новизны - для следующих поколений. 

Внимательное чтение этой книги должно избавить от многих сладких и страшных иллюзий тех, кто пытается понять российское общество сейчас. Та же тема "двух лагерей" сейчас снова стоит в повестке совершенно ошибочно и неточно. Либо "за Путина", значит, либо "готовы бороться"? Чушь. Смотрите лучше, кто и куда ускользает. "Крымнашисты" против "белоленточников"? Нет такого. Обеими этими историями можно мобилизовать незначительное количество людей. Ситуативная мобилизация на выборы или на митинг - не в счет, она ни во что не конвертируется. И однажды про наше время тоже скажут "Это было навсегда, пока не кончилось”.

Друзья, это очень и очень важный пост, он про Лену Макеенко. Для тех, кто не знает или не помнит: Лена — редактор «Полки», прекрасный книжный критик и один из лучших людей на свете. Уже почти два года Лена бьется со страшной онкологической болезнью, и бьется так, что начинаешь понимать какие-то новые вещи про силу человеческого духа и про то, на что эта сила способна. К весне этого года все российские врачи махнули на Лену рукой, а мы с вами собрали 90 тысяч евро, смогли перевезти ее в Германию, там ей сделали три сложнейшие операции — и оказалось, что ничто не безнадежно. Но зараза оказалась такая лютая, что даже после всех операций приходится снова и снова делать дорогостоящие курсы — химия, лучи, иммунотерапия. Они работают, но деньги, увы, заканчиваются. Поэтому еще раз. Пожалуйста. Кто только сможет. Или хотя бы прочитайте и перешлите друзьям. Лена победит — но Лене нужно помочь. Вот что пишет сама Лена:

«Привет, мир! Это большой и важный пост. На самом деле он про деньги. Но я постараюсь быть последовательной для тех, кто ничего обо мне не слышал или забыл.
С февраля 2017-го, уже почти два года, я борюсь с хитроумной и агрессивной формой рака. За это время мне сделали три больших и несколько маленьких операций, почти полностью удалили крестец, провели полтора десятка курсов химиотерапии, пять недель лучевой терапии, а теперь делают более тяжёлую химию и иммунотерапию. С февраля этого года, с перерывом в пару месяцев, я лечусь в берлинской клинике Vivantes у профессора Шпет-Швальбе, который считается онкологическим светилом (верю, что неслучайно). В России меня отказались лечить уже давно и не раз, и я могу рассказать об этом много страшных историй, которые пытаюсь превращать в своей голове в смешные. Когда-нибудь расскажу.
Лечение в Германии стало возможным благодаря тому, что огромное количество добрых людей отозвалось на призыв моих друзей поучаствовать в краудфандинге. Прошлой зимой мы чудом собрали около 90 тысяч евро. Денег хватило почти на год, но не хватило на то, чтобы вылечить меня окончательно. (О том, как всё происходило, я то и дело рассказывала и продолжаю рассказывать в дайджестах, которые выкладываю в фб и на сайте http://makeenko.win/).
Сейчас мы оплатили ещё три необходимых курса химиотерапии, сопутствующие процедуры и проживание до 19 декабря. На этом деньги закончились. Это значит, что мне нужно или лихо выздороветь и встать на ноги за полтора месяца (и я всецело «за»), или вновь обратиться к вам за помощью. Тем временем при хорошем сценарии, если всё пойдёт по плану и химия сработает, мне потребуется ещё иммунотерапия для закрепления результата и физио + какое-то время для восстановления повреждённых опухолью костей (сейчас я не могу из-за этого ходить). Возможно, это ещё два-три месяца в клинике.
Мне неловко делать это снова: сейчас моё лечение обходится примерно в 15 тысяч евро в месяц, а это дикая сумма. Но я провела на свете почти 32 счастливых года и изо всех сил хочу ещё. Если вы однажды ввязались в эту историю и поверили, что меня можно спасти, или готовы ввязаться сейчас, давайте попробуем довести дело до логического хэппи-энда? Пожалуйста. Вдруг получится. Обещаю очень стараться.
На этом сайте все актуальные реквизиты — сбербанк, paypal, карта reiffeisen, куда можно переводить доллары и евро, и веб-форма для перевода прямо из браузера: http://makeenko.win/help/. Я и моя семья будем благодарны за любую сумму и, конечно, распространение этого поста. Просто очень хочется жить»

Роберт Ирвинг "Арабский кошмар" 

«Он подумал, что в таком случае, войдя не в ту дверь или сказав нужное слово, вполне можно развалить весь Каир. Дома, дворцы, сады и мечети могли бы с шипеньем испариться, а демоны города с воплями взметнулись бы ввысь». 

Не повторяйте моих ошибок. Если вы собираетесь в Каир — прочитайте «Арабский кошмар». Я в свое время поленилась это сделать, а теперь переживаю — я сама себя лишила доброго куска волшебных переживаний. Я бы вспоминала «Арабский кошмар», гуляя по Городу Мертвых. По-другому бы смотрела на бездомных кошек. Меня еще больше бы пугали нищие в пыли. Я б задавала другие вопросы случайным собеседникам в полутемных чайных на улицах, чьи названия я даже не пыталась запомнить. А когда мы познакомились со странным стариком в зеленом, и он потащил нас на минарет огромной мечети в старом исламском городе (это правда было) — я бы придумала про него историю в духе «Арабского кошмара». 

Роберт Ирвин опубликовал «Арабский кошмар» в 1983 году, так и прославился. В книге якобы есть квазиполитический сюжет (англичанин приезжает в Каир, чтобы совершить паломничество и разузнать, что тут у султана с войсками), но он не нужен и не важен. Вся книга — набор сновидений и странствий по сновидениям. Над Каиром висят душные ночи, сны лишают людей воли, вера и власть хоть и могут убивать, но смешны и абстрактны (один образ султана чего стоит), и ползет по дворцам и нищим домам слух о том, что в городе — Пятый Мессия, страдающий Арабский Кошмаром, самой страшной болезнью сновидений. Человек ползает и стонет во сне, сон не то чтобы неотличим от яви, у сна много уровней, и проснуться можно не просыпаясь. 

Сегодня, когда я дочитывала «Арабский кошмар», я ЗАСНУЛА. Для большинства книг это не самая лестная рекомендация, но здесь она более чем уместна. Читайте эту книгу не как фэнтези или путеводитель по Каиру, читайте ее как запись сна, местами — раздражающе-невнятную, местами — липко-колдовскую, утягивающую из реальности. 

https://bookmate.com/books/M7FWbTpM

Что бы я купила на нон-фикшен, помимо восьми килограммов детских книг (ура, мне почти повезло, что я в Петербурге и работаю так плотно, что в четверг не помню, чем была занята в среду):

1) "Эмпайр Фоллз" Ричарда Руссо – восторг и очень и смешно, и грустно; очень мягкий и спокойный роман о провинциальной повседневности, где в каждом переулке маленького городка читатель-москвич с удивлением может распознать черты захолустного Петербурга;

2) «Сочувствующий» Вьет Тхань Нгуена – мультикультурная история с акцентом на историю, а не на мульти; так же мощно, как «Краткая история семи убийств», только без рэпчика и убийств в наркопритоне (зато с офигенной сценой на кладбище);

3) «4321» Пола Остера – я, честно сказать, пока не дочитала, потому что мне было лень возить с собой кирпич в твердой обложке, но история ужасно интересная и ладная, словно Диккенс сжалился и написал нам длинное из могилки;

4) «Как править миром» Тибора Фишера – в университете я была большой его фанат, а тут вдруг что-то новенькое;

5) "Энглби" Себастьяна Фолкса — я была расстроена концом, но начало преотличнейшее. Если вам нравятся книги про школы и университеты (и то, как они ломают жизнь, хаха), то вам точно понравится.

Нехудожественное выбрала только то, что сама еще не читала, но заинтересовалась:

6) «Красный: История цвета» Мишеля Пастуро;
7) «Потусторонние встречи» Вадима Гаевского;
8) «Комментарий к роману Владимира Набокова «Дар» Александра Долинина;
9) «От До до ДО. О чем не пишут музыкальные критики» Натальи Зимяниной;
10) «Пикассо. Графическая биография» Жюли Бирман и Клеман Убрери.

Книга издана.

300 рублей в ЦДХ на non-fiction прямо сейчас и до воскресенья.

Также уже есть в «Маршаке», «Циолковском», «Фаланстере». На днях будет в Питере в «Подписных изданиях».

«Последние 30» начались с памяти о 1993 годе. Книгу о тех событиях мы не могил не издать.

Вот эту книгу я очень советую. Это странное и завораживающее повествование об октябре 1993 года. Одна из суперболевых точек в новейшей истории России.

Разведенный мужчина с горькими мыслями справляется со своей жизнью, ищет общий язык с сыном-подростком, примеряется к слову "любовь" и торгует недвижимостью.

Для Американского Романа зачин идеальный. Вообще меня поражает, сколько же в американской литературе - про дома. Свой дом - его размер, качество, уют, какой квартал вокруг, ценность территории - это неисчерпаемая американская тема.

Еще все действие происходит вокруг Дня независимости - то есть самого американского из всех американских праздников, момента, когда страна осознает себя. Вместе с ней это пытается делать главный герой.

Осознать себя в культурном и классовом ландшафте - у него два доходных дома в "цветном районе". Себя в пространстве личных отношений - и тут это снова связано с домами. Жена после развода переезжает в другой город, а он покупает ее старый дом, выставленный на продажу - где они раньше жили вместе. И вот он в своей новой жизни, в старом доме, сам ни к чему не привязанный и ни во что не укорененный - помогает покупателям покупать дома, пускать корни и начинать новую жизнь.

https://bookmate.com/books/WwWtNvoJ

Это был бы просто сборник сновидческих рассказов, где российская реальность перемешана с магией, но он еще и очень хорош.

То ли сатира, то ли запись снов или трипов, то ли выдумки для детей школьного возраста. Читаю это сейчас, когда за окном синие сумерки, и мир вокруг такой пугающий недобрый неверлэнд.
Стоит того, короче!

https://bookmate.com/books/eTIpRAyo

Книжка о запретной любви. Послевоенная Англия, обедневшие домохозяйства, осиротевшие семьи. Мать и дочь больше не могут платить по счетам, поэтому им приходится пустить в свой особняк арендаторов - милую молодую семейную пару.

Оставлю простор для сочетаний: кто кого полюбит. Кровь и смерть будут в любом случае. И даже не суперважно, что в центре сюжета любовь.

Сара Уотерс пишет подробно, с деталями обстановки и одежды, описывает ужины и улицы, страх и ненависть, судебные заседания и вечеринки. Мемориал ушедших дней. И совершенно свежая человеческая история.

https://bookmate.com/books/BFirCgoT

Я все думала: а что же станет источником, основой для российского хоррора как жанра? Сказки, фольклор? Быт русской деревни? Что круто приживется и станет питательным субстратом, основой, из которой будут расти десятки книг? Где наша Новая Англия? Где наша Трансильвания?

Сейчас я понимаю, мне кажется. Это советское время и его физические артефакты: статуи пионеров и молотобойцев, дома культуры и барельефы с серпами и молотами, каналы и шлюзы, железные дороги и метро - вся инфраструктура, полная символами того времени.

Они все еще с нами, но с каждым годом они ветшают и становятся все более creepy. Мы ездим на экскурсии в заброшенные пионерские лагеря, хрустим стеклом под ногами в заколоченных ДК, фоткаем позеленевшие гипсовые статуи с обломанными руками. С этим миром у нас крепкая связь, но он страшный.

И вот отсюда книги и рождаются. Я читаю сейчас “Пищеблок” Алексея Иванова - прямо идеальный модельный пример. “Канал им. Москвы” тоже про это. Поздравляю нас. Ушедшая эпоха в щедрости своей подарила нам богатый и жуткий ландшафт.

О, вот хорошая тема. Я сама человек довольно тревожный, мы даже в свое время придумывали иронический антиселфхелп под названием “Тысяча способов париться”. И ведь паримся же так или иначе. Погляжу, может там есть пара хороших советов.

https://t.me/shieldmaiden/1811

Кинг хорошо пишет о женщинах. Ужас в женских жизнях он не считает чем-то "менее страшным" или "менее важным". И женщины в его книгах - не второстепенные персонажи, нужные для раскрытия главных героев. Они у него живые. Героини, жертвы, мученицы, мучительницы, искательницы, разные.

"Роза Марена" - вся про женщину, которая уходит от избивающего ее мужа. Ей открывается другой мир - как вполне банальный, земной, так и страшный, мистический. В нем она станет героиней, но частью себя за это заплатит.

История о том, что насилие всегда меняет всех, кто был в него вовлечен.

https://bookmate.com/books/pPYLj2Pz

Один из лучших романов, переведенных на русский в прошлом году - “Сочувствующий” Вьет Тхань Нгуена. Дело происходит во Вьетнаме и в США во время вьетнамской войны.

Главный герой у нас двойной агент: работает на генерала Республики Вьетнам, а сам шлет донесения ребятам Вьетконга. Что там у него в душе на самом деле - я пока не поняла, хоть и дочитала до половины.

Очень сильно описана несчастная разоренная страна, тотально зависящая от американской помощи. Не менее ярко показаны американцы, далекие от амплуа “добрых дядюшек”. Они вроде и сражаются там, но никого не видят, кроме себя - для них вьетнамцы массовка, забавные либо чудовищные маленькие азиаты.

Однако у маленьких азиатов с мозгами и гордостью все в порядке, да и с чувством родины тоже. Книга в основном про военных либо глубоко вовлеченных в войну людей, а значит - жесткая и сентиментальная. Но так, как надо.

Сейчас благодатное время: можно писать любовные романы со старыми сюжетами, просто заменяя гетеросексуальные связи гомосексуальными, и каждый раз будет казаться свежо и здорово. Пока рынок не насыщен.

Это не отменяет того, что книга неплохая, душевные терзания описаны качественно, а сексуальные сцены - не пошлые. Италия - идеальный фон для любовного романа, лето в Италии у моря возводит идеальность фона в абсолют.

И разумеется, все молодые и красивые. И ооооочень сексуальные. Буквально "Ты арестован, парень, за то, что слишком сексуааален!"

И еще раз повторю, что книжка при этом не глупая и не плохая. Что-то подлинное Асиман ухватил, с чем его и поздравим.

https://bookmate.com/books/nbDel8i1

“Современное искусство и как перестать его бояться” Сергея Гущина и Александра Щуренкова - просто отличная книга для тех, кто хочет начать что-то понимать в совриске.

Авторы бережно относятся к читателю. Они не говорят ему свысока, что только дебилы не любят современное искусство. Спокойно разбираются с эмоциональными реакциями людей. Вот этим классическим “да мой ребенок может такое сделать!”, “современные художники не умеют рисовать!” и все такое.

Например, почему работа Джеффа Кунса “Пластилин” - огромная гора цветного пластилина! - стоит своих космических денег и какая история за ней стоит. Как и почему именно так рисовал Поллок. Как связаны аниме и страх атомной войны.

Короче, огонь!

Издательство “Синдбад” прислало мне новую книгу Себастьяна Фолкса “Энглби”, за что им большое спасибо - электронку не купить нигде, увы.

Это совершенно другой Фолкс. Я люблю его “Неделю в декабре”, это отличный городской роман, но “Энглби” круче, и сильно круче. Это история о молодом человеке из бедной семьи, который смог пробиться, поступить в старинный английский университет, потом найти отличную работу…. - и это все ВООБЩЕ не история успеха.

Это история о психопатии, насилии и безысходном одиночестве, которое никому не заметно и всем плевать. На фоне романа - Англия с промозглыми коридорами, политические споры молодых-горячих студентов, любовь, чужие дневники, бытовая жестокость и трэшак - и медленное рассыпание личности. Мрачняк? Да. Хорошая книга? Да.