This media is not supported in your browser
VIEW IN TELEGRAM
Прибыль на рынке акций
Предубеждения в инвестициях: 8. Фрэйминг (Framing)
Человек может по разному ответить на вопрос в зависимости от его формулировки. В психологии такое явление называется "эффектом фрейминга".
Например, вам предлагают на выбор два инвестиционных портфеля, при этом портфель А имеет 70% вероятности достижения инвестиционной цели, а портфель B - 30% вероятности неудачи. Исследования показывают, что при подобной постановке вопроса в большинстве случаев люди выбирают первый портфель, хотя по сути оба инструмента обладают сходными характеристиками.
Наличие такого предубеждения может привести к неправильному подбору инвестиционного продукта. Например, во время заполнения анкеты инвестиционного профиля вопросы могут быть заданы, таким образом, что человек выберет варианты ответы, предполагающие более высокую доходность. Реальная склонность человека к риску при этом учтена не будет.
Еще один пример проблемы фрэйминга может заключаться в неправильной оценке результатов инвестиций. Например, представьте, что по итогам года в первом случае портфель в 1 млн. руб. сначала вырос до 3 млн. руб., а затем скорректировался до 1,5 млн. руб. Во втором сценарии он сначала потерял половину, а затем также вырос до 1,5 млн. руб. Обе инвестиции имеют одинаковую доходность и риск, однако, скорее всего, вы будете неудовлетворенны результатом первого портфеля из-за потерь в конце периода и можете прекратить инвестирование в стратегию по итогам года.
Чтобы избавиться от этого предубеждения, необходимо, во-первых, признать, что оно существует. Во-вторых, вы должны ориентироваться не на текущие изменения в стоимости активов, а на фундаментальные основы стратегии и оценивать её будущие перспективы. В-третьих, необходимо наладить грамотную презентацию инвестиционных результатов.
По хештегу #доходъумныйпортфель вы сможете найти все статьи о том, как мы инвестируем.
Еще больше на эту тему в нашем Instagram: https://www.instagram.com/dohod_ru/
Человек может по разному ответить на вопрос в зависимости от его формулировки. В психологии такое явление называется "эффектом фрейминга".
Например, вам предлагают на выбор два инвестиционных портфеля, при этом портфель А имеет 70% вероятности достижения инвестиционной цели, а портфель B - 30% вероятности неудачи. Исследования показывают, что при подобной постановке вопроса в большинстве случаев люди выбирают первый портфель, хотя по сути оба инструмента обладают сходными характеристиками.
Наличие такого предубеждения может привести к неправильному подбору инвестиционного продукта. Например, во время заполнения анкеты инвестиционного профиля вопросы могут быть заданы, таким образом, что человек выберет варианты ответы, предполагающие более высокую доходность. Реальная склонность человека к риску при этом учтена не будет.
Еще один пример проблемы фрэйминга может заключаться в неправильной оценке результатов инвестиций. Например, представьте, что по итогам года в первом случае портфель в 1 млн. руб. сначала вырос до 3 млн. руб., а затем скорректировался до 1,5 млн. руб. Во втором сценарии он сначала потерял половину, а затем также вырос до 1,5 млн. руб. Обе инвестиции имеют одинаковую доходность и риск, однако, скорее всего, вы будете неудовлетворенны результатом первого портфеля из-за потерь в конце периода и можете прекратить инвестирование в стратегию по итогам года.
Чтобы избавиться от этого предубеждения, необходимо, во-первых, признать, что оно существует. Во-вторых, вы должны ориентироваться не на текущие изменения в стоимости активов, а на фундаментальные основы стратегии и оценивать её будущие перспективы. В-третьих, необходимо наладить грамотную презентацию инвестиционных результатов.
По хештегу #доходъумныйпортфель вы сможете найти все статьи о том, как мы инвестируем.
Еще больше на эту тему в нашем Instagram: https://www.instagram.com/dohod_ru/
В одном из прошлых постов мы рассказывали об обезьяне по имени Лукерья, которая очень сильно обыграла российский рынок акций, выбрав 8 случайных бумаг из 30. В этом случае было много специфики нашего рынка. Теперь мы хотим вам рассказать более универсальную историю про обезьян и рынок акций. Далее следует наш вольный перевод статьи Рика Ферри в Forbes от 20.12.2012 (оригинал читайте здесь: https://goo.gl/isCoMu).
Специалисты компании Research Affiliates случайным образом отобрали 100 инвестиционных портфелей, содержащих 30 акций из выборки в 1000 штук. Они сделали это для каждого года с 1964 по 2010 и посмотрели на результаты. Этот процесс моделировал поведение 100 обезьян, бросающих дротики в газету с биржевыми котировками. Удивительно, но 98 из 100 обезьян из года в год обыгрывали рынок, состоящий из 1000 акций, взвешенных по капитализации (стоимости компаний).
Это хороший трюк! Это много бананов! В Чем дело?
На самом деле, тут нет никакого трюка, а результаты не имеют никакого отношения к обезьянам и дротикам. Все дело в акциях «маленьких» компаний (small stocks) и акциях ценности (value stocks), опережающих рынок на этих временных периодах.
С 1964 по 2010 год среднегодовая доходность 1000 акций, используемых в исследовании составила 9,7% годовых. 30 крупнейших компаний – это около 40% капитализации 1000 акций, но их доходность составила всего 8,6% годовых. Остальные 970 акций занимают 60% процентов капитализации, а их доходность составила 10,5% годовых.
Любой портфель из 30 акций, случайно выбранных из 1000, будет включать в основном более «мелкие» компании. А, поскольку «мелкие» компании превзошли по доходности «крупные», то и портфель почти любой обезьяны превзойдет рынок.
Перед тем, как бежать в местный зоомагазин за покупкой своей собственной обезьяны, бросающей дротики, рассмотрите другую сторону этой ситуации. Там, где есть дополнительный доход, обычно возникает дополнительный риск. Портфели, которые содержат более высокую концентрацию в акциях компаний малой капитализации и акциях ценности имеют более высокий риск, чем рынок в целом.
Премия к доходности для таких компаний действительно широко признанный факт. «Мелкие» компании должны больше платить за заемные средства, они менее известны, имеют небольшой рынок и могут быть сильно неустойчивы. Все это делает инвестиции в них более рискованными. Таким образом, логично, что инвесторы ожидают здесь более высокую доходность по сравнению с крупными компаниями.
Так что, вам, на самом деле, не нужно животное, чтобы выбирать акции как, впрочем, и человек. Все портфели индексных фондов во всех классах активов в долгосрочном периоде имеют гораздо более высокую вероятность переиграть большинство портфелей, управляющие которых пытаются обыграть рынок, специально выбирая конкретные бумаги.
По хештегу #доходъумныйпортфель вы сможете найти все статьи о том, как мы инвестируем.
Еще больше на эту тему в нашем Instagram: https://www.instagram.com/dohod_ru/
Специалисты компании Research Affiliates случайным образом отобрали 100 инвестиционных портфелей, содержащих 30 акций из выборки в 1000 штук. Они сделали это для каждого года с 1964 по 2010 и посмотрели на результаты. Этот процесс моделировал поведение 100 обезьян, бросающих дротики в газету с биржевыми котировками. Удивительно, но 98 из 100 обезьян из года в год обыгрывали рынок, состоящий из 1000 акций, взвешенных по капитализации (стоимости компаний).
Это хороший трюк! Это много бананов! В Чем дело?
На самом деле, тут нет никакого трюка, а результаты не имеют никакого отношения к обезьянам и дротикам. Все дело в акциях «маленьких» компаний (small stocks) и акциях ценности (value stocks), опережающих рынок на этих временных периодах.
С 1964 по 2010 год среднегодовая доходность 1000 акций, используемых в исследовании составила 9,7% годовых. 30 крупнейших компаний – это около 40% капитализации 1000 акций, но их доходность составила всего 8,6% годовых. Остальные 970 акций занимают 60% процентов капитализации, а их доходность составила 10,5% годовых.
Любой портфель из 30 акций, случайно выбранных из 1000, будет включать в основном более «мелкие» компании. А, поскольку «мелкие» компании превзошли по доходности «крупные», то и портфель почти любой обезьяны превзойдет рынок.
Перед тем, как бежать в местный зоомагазин за покупкой своей собственной обезьяны, бросающей дротики, рассмотрите другую сторону этой ситуации. Там, где есть дополнительный доход, обычно возникает дополнительный риск. Портфели, которые содержат более высокую концентрацию в акциях компаний малой капитализации и акциях ценности имеют более высокий риск, чем рынок в целом.
Премия к доходности для таких компаний действительно широко признанный факт. «Мелкие» компании должны больше платить за заемные средства, они менее известны, имеют небольшой рынок и могут быть сильно неустойчивы. Все это делает инвестиции в них более рискованными. Таким образом, логично, что инвесторы ожидают здесь более высокую доходность по сравнению с крупными компаниями.
Так что, вам, на самом деле, не нужно животное, чтобы выбирать акции как, впрочем, и человек. Все портфели индексных фондов во всех классах активов в долгосрочном периоде имеют гораздо более высокую вероятность переиграть большинство портфелей, управляющие которых пытаются обыграть рынок, специально выбирая конкретные бумаги.
По хештегу #доходъумныйпортфель вы сможете найти все статьи о том, как мы инвестируем.
Еще больше на эту тему в нашем Instagram: https://www.instagram.com/dohod_ru/
Forbes
Any Monkey Can Beat The Market
Give a monkey enough darts and they’ll beat the market. So says a draft article by Research Affiliates highlighting the simulated results of 100 monkeys throwing darts at the stock pages in a newspaper. The average monkey outperformed the index by an average…
Большинство мировых индексов акций снизились в понедельник, не стал исключением и российский рынок - индекс Мосбиржи потерял 0,4%. Акции Роснефти сегодня практически не отреагировали на публикацию финансовой отчётности по итогам 2017г, показавшую прирост прибыли на 27%. В лидерах роста оказались низколиквидные акции Объединенной Вагонной Компании.
История инвестиционного фонда LTCM будет полезной для тех, кто ожидает высокую доходность и не обращает внимания на риск. 👉Чудес не бывает и истории с огромными доходностями всегда заканчиваются одинаково даже, если управляющими вашими деньгами являются нобелевские лауреаты по экономике Роберт Мертон и Майрон Шоулз. Далее следует небольшая выдержка из книги Ниала Фергюсона "Восхождение денег" (2013).
В первые два года фонд принес суперприбыли - 43% и 41%‚ и это после вычета заработка управляющих. Если бы вы вложили 10 миллионов в LТСМ в марте 1994-го‚ то спустя четыре года у вас бы было уже 40 миллионов. К сентябрю 1997 года в фонде было 6.7 миллиарда долларов. Капиталы партнеров выросли в десять раз. Естественно, чтобы зарабатывать такие деньги и управлять огромными активами, фонд, как и Сорос, должен был брать в долг. Объем его активов, купленных на заемные деньги, составлял 126,4 миллиарда долларов, в девятнадцать раз превосходя собственный капитал. К апрелю 1998 года сумма активов выросла до 134 миллиардов. Когда обычный профессор говорит о набитом портфеле, он имеет в виду свой портфель, набитый бумагами. Портфель Мертона и Шоулза на глазах разбухал от купленных на заемные средства активов. Но колоссальный долг их не пугал. Их математическая модель говорила о практическом отсутствии риска. Одновременно они использовали более сотни не связанных между собой стратегий, доведя число открытых позиций до 7600. Одна или две могли оказаться убыточными. Но не все.
В октябре 1997 года Мертон и Шоулз получили Нобелевскую премию по экономике... [Но уже] к 27 июня волатильность была вдвое выше прогнозов фонда. И чем выше она была, тем больше терял "нобелевский" фонд. Май 1998 года оказался худшим месяцем для LТСМ — он потерял 6,70% стоимости своих активов. Но это было только начало. В июне потери составили 10,1%. И чем меньше стоили активы, тем выше было отношение долга к их стоимости. В июне этот показатель достиг 31 к 1.
В теории эволюции исчезновение вида обычно провоцируется каким-то внешним событием, ну, скажем, падением на Землю астероида. Удар пришелся на июль 1998 года, когда банк Salomon Smith Barney, в прошлом — Salomon Brothers, объявил о закрытии своей группы арбитража облигаций которая практически полностью повторяла в своей деятельности стратегию LTCM.
Второй удар пришелся на 17 августа. Но в этот раз астероид прилетел не из космоса, а с другой стороны планеты. Под грузом политических проблем, из-за падающих доходов от продажи нефти и спотыкающейся приватизации изрядно больная финансовая система России приказала долго жить. В отчаянии правительство России было вынуждено объявить дефолт по свои долгам, включая внутренние рублевые облигации... Пожар от российского дефолта, объявленного всего через год после азиатского кризиса, перекинулся на другие рынки... волатильность дошла до 29%. В какой-то момент она прыгнула до 45%, что предполагало ежедневные скачки индексов на 3% в течение пяти лет. Происходило то, чего по моделям LTCM не должно было произойти никогда.
Математики фонда говорили, что он вряд ли может потерять больше 45 миллионов в один день. В пятницу 21 августа 1998 года он потерял 550 миллионов долларов, 15% от всего, что у него было. Соотношение долга к активам дошло до 42 к 1 . Трейдеры смотрели на экраны остекленевшими глазами. Сжав челюсти. Этого не могло случиться. Но именно это и случилось —все рынки, на которых играл LTCM, начали двигаться в унисон, сводя на нет защиту диверсификации. Говоря языком "квантов“, корреляция была полной. К концу месяца LTCM потерял 1,8 миллиарда... инвесторы, вложившие деньги в фонд, потеряли почти все.
В первые два года фонд принес суперприбыли - 43% и 41%‚ и это после вычета заработка управляющих. Если бы вы вложили 10 миллионов в LТСМ в марте 1994-го‚ то спустя четыре года у вас бы было уже 40 миллионов. К сентябрю 1997 года в фонде было 6.7 миллиарда долларов. Капиталы партнеров выросли в десять раз. Естественно, чтобы зарабатывать такие деньги и управлять огромными активами, фонд, как и Сорос, должен был брать в долг. Объем его активов, купленных на заемные деньги, составлял 126,4 миллиарда долларов, в девятнадцать раз превосходя собственный капитал. К апрелю 1998 года сумма активов выросла до 134 миллиардов. Когда обычный профессор говорит о набитом портфеле, он имеет в виду свой портфель, набитый бумагами. Портфель Мертона и Шоулза на глазах разбухал от купленных на заемные средства активов. Но колоссальный долг их не пугал. Их математическая модель говорила о практическом отсутствии риска. Одновременно они использовали более сотни не связанных между собой стратегий, доведя число открытых позиций до 7600. Одна или две могли оказаться убыточными. Но не все.
В октябре 1997 года Мертон и Шоулз получили Нобелевскую премию по экономике... [Но уже] к 27 июня волатильность была вдвое выше прогнозов фонда. И чем выше она была, тем больше терял "нобелевский" фонд. Май 1998 года оказался худшим месяцем для LТСМ — он потерял 6,70% стоимости своих активов. Но это было только начало. В июне потери составили 10,1%. И чем меньше стоили активы, тем выше было отношение долга к их стоимости. В июне этот показатель достиг 31 к 1.
В теории эволюции исчезновение вида обычно провоцируется каким-то внешним событием, ну, скажем, падением на Землю астероида. Удар пришелся на июль 1998 года, когда банк Salomon Smith Barney, в прошлом — Salomon Brothers, объявил о закрытии своей группы арбитража облигаций которая практически полностью повторяла в своей деятельности стратегию LTCM.
Второй удар пришелся на 17 августа. Но в этот раз астероид прилетел не из космоса, а с другой стороны планеты. Под грузом политических проблем, из-за падающих доходов от продажи нефти и спотыкающейся приватизации изрядно больная финансовая система России приказала долго жить. В отчаянии правительство России было вынуждено объявить дефолт по свои долгам, включая внутренние рублевые облигации... Пожар от российского дефолта, объявленного всего через год после азиатского кризиса, перекинулся на другие рынки... волатильность дошла до 29%. В какой-то момент она прыгнула до 45%, что предполагало ежедневные скачки индексов на 3% в течение пяти лет. Происходило то, чего по моделям LTCM не должно было произойти никогда.
Математики фонда говорили, что он вряд ли может потерять больше 45 миллионов в один день. В пятницу 21 августа 1998 года он потерял 550 миллионов долларов, 15% от всего, что у него было. Соотношение долга к активам дошло до 42 к 1 . Трейдеры смотрели на экраны остекленевшими глазами. Сжав челюсти. Этого не могло случиться. Но именно это и случилось —все рынки, на которых играл LTCM, начали двигаться в унисон, сводя на нет защиту диверсификации. Говоря языком "квантов“, корреляция была полной. К концу месяца LTCM потерял 1,8 миллиарда... инвесторы, вложившие деньги в фонд, потеряли почти все.
Чистый долг и обязательства по предоплатам Роснефти за 2017 год возросли на 10%, до 4,7 трлн руб, соотношение чистый долг/EBITDA — 3,4.
Такой уровень долговой нагрузки связан с завершением в 2016–2017 годах ряда значимых стратегических приобретений, сказал РБК представитель «Роснефти». В 2017 году компания купила 49% в индийской Essar oil (за $3,9 млрд), 30% в египетском проекте Zohr (за $1,1 млрд), «Роснефть» также инвестировала в создание нового добывающего хаба в Западной Сибири.
https://www.rbc.ru/business/19/03/2018/5aaf83be9a79472623d38cdb
Такой уровень долговой нагрузки связан с завершением в 2016–2017 годах ряда значимых стратегических приобретений, сказал РБК представитель «Роснефти». В 2017 году компания купила 49% в индийской Essar oil (за $3,9 млрд), 30% в египетском проекте Zohr (за $1,1 млрд), «Роснефть» также инвестировала в создание нового добывающего хаба в Западной Сибири.
https://www.rbc.ru/business/19/03/2018/5aaf83be9a79472623d38cdb
РБК
4 трлн руб. долгов: почему «Роснефть» увеличила долговую нагрузку
Из-за покупок зарубежных активов общий долг «Роснефти» в 2017 году увеличился на 500 млрд руб., до 4 трлн. В 2018 году компания намерена сосредоточиться на повышении операционной эффективности и оптимизации долгового портфеля
Доля американских акционеров в Сбербанке (от free-float):
2015г - 31%
2016г - 33%
2017г - 38.5%
2018г - 40%
2015г - 31%
2016г - 33%
2017г - 38.5%
2018г - 40%