​За последние недели декабря и новогодние каникулы начитала кучу всего — в перерывах между прогулками, сном и пересмотром «Короны». Что-то оставляю на сладкое, для отдельных постов, а о нескольких книгах расскажу одним махом, потому что, что уж лукавить, выход в рабочий режим дается очень тяжело, и слова в предложения складываются с большим скрипом, чтобы рассказывать обо всём в полноформатном режиме.

«Робкие создания» Клэр Чемберс (пер. Анастасии Куприной) @Corpusbooks

Очень британский и очень комфортный роман — несмотря на то, что аннотация вроде бы ничего такого не обещала. Главная героиня, арт-терапевт в экспериментальной психиатрической клинике, оказывается сильно вовлечена в историю загадочного мужчины по имени Уильям Таппинг. Он не только упорно молчит, но ещё и выясняется, что более десяти лет не выходил из дома, который делил со своими странненькими тетушками. Как будто у Хелен и без него было мало проблем: она уже несколько лет состоит в отношениях с коллегой и по совместительству женатым мужчиной, который все эти годы кормит её обещаниями светлого будущего.

«Дорогуша: Рассвет» Си Джей Скьюз (пер. Ирины Филипповой) @domistorii

Сказать что-либо о сюжете второй части решительно невозможно, не выдав при этом спойлеров к первой. Ну, скажем так: Рианнон Льюис, как ни посмотри, находится в интересном положении. Она живёт с родителями жениха, который сидит в тюрьме в ожидании суда за её преступления, мучительно ждёт пополнения, ведёт беседы то ли с нерождённым ребёнком, то ли с совестью — потому что жажда убивать у неё никуда не делась. Вторая часть, по понятным причинам, несколько потеряла в блеске и задоре первой, но если вы меня спросите, брошу ли я на этом серию, то я отвечу: «Ни за что!»

«Литературная политика Третьего рейха» Яна-Питера Барбиана (пер. Сергея Ташкенова) @individuumbooks

Думаю, содержание в случае с этой книгой пояснять отдельно не нужно. Она рассказывает не только о преследованиях писателей, издателей и всех причастных к литературной сфере, о сжигании книг и вытеснении всего живого, но и о том, как литературные институции становились эффективными инструментами государственной пропаганды. Книга написана с той же дотошной скрупулёзностью, с какой, собственно, и проводилась вся эта политика.

«Отчёт» Сьюзан Сонтаг (пер. Веры Соломахиной и Светланы Силаковой) @admarginem

Несколько лет назад я читала роман In America, и тогда у меня закралось подозрение, что Сонтаг-авторка художественных текстов сильно уступает Сонтаг-эссеистке. И, к сожалению, сборник рассказов только укрепил меня в этой мысли. Из одиннадцати рассказов меня по-настоящему запали в душу только три: «Паломничество» — автофиксиональная история о страхе, трепете и разочаровании от встречи с литературным божеством — Томасом Манном; здесь меня подкупила самоирония писательницы по отношению к своей юной версии. «Малыш» — затягивающий в воронку тревоги рассказ, написанный в форме стенограммы монологов героини у психотерапевта, в которых она делится всё более жуткими подробностями разверзающейся пропасти между ней и её ребёнком. И «Так теперь и живём» — рассказ о страхе, отчаянии и проблесках жизни на фоне смертельной эпидемии СПИДа; очень характерный и живой слепок настроения эпохи.

«Жажда зимы. Снег и лёд в культуре и искусстве» Бернда Бруннера (пер. Полины Якушевой) @led_project

Эта книжка оказалась для меня историей о небольшом несовпадении ожиданий и реальности. В своих ожиданиях от книги о культуре и искусстве я надеялась прочитать куда больше именно об этом, а получила массу занимательных фактов о зимних видах спорта, исследованиях и фотографировании снежинок, о наиболее удачных вариантах зимней экипировки для противостояния холодам и о массе других, прикладных, что ли, вещей. В целом было интересно и очень даже познавательно, а уж как книга издана — это просто искусство. По-настоящему я вменяю автору в вину только интонацию: словно зима — неизбежное зло, которое нужно перетерпеть и постараться выжать из неё хоть какое-то удовольствие. Ведь я-то зиму на самом деле очень люблю, без всяких «но»!

«Ресторанчик „Улитка“» Ито Огавы (пер. с японского Екатерины Даровской)

Ринко возвращается в родной город после расставания с парнем, точнее, после внезапного побега этого подлеца вместе с её вещами и деньгами. Хорошо хоть горшок с закваской оставил! Тут бы устроиться в кресле поудобнее, налить себе чаю и насладиться размеренным романом о переосмыслении жизни и поиске своего предназначения, только на этот раз не с помощью каллиграфии, как это было в предыдущих книгах писательницы, а за приготовлением изысканных блюд. Да не тут-то было!

Дебютный роман Ито Огавы внезапно и периодически пробуждается вайбами Саяки Мураты, а местами и вовсе способен шокировать читателя. Особенно это заметно на контрасте с действительно убаюкивающим и приятным языком книги — со всеми этими аппетитными описаниями готовки, вкусов, ароматов и броскими кулинарными метафорами. И о том, что в истории Ринко всё не так сладко, мы понимаем буквально с самого начала — с её встречи с матерью. Уже по их приветствию становится ясно, что отношения между матерью и дочерью, мягко говоря, натянутые, самым близким человеком для героини всегда была бабушка. Здесь, конечно, невольно хочется провести параллели с другими книгами Огавы. Тем не менее мать помогает Ринко открыть необычный ресторан. Его уникальность в том, что за день она собирается принимать не больше пары гостей, предварительно побеседовав с каждым.

Такой подход может вызывать вопросы к рентабельности подобного бизнеса, зато в душевности ему не откажешь. Ринко не только крайне индивидуально подходит к приготовлению трапезы — продумывает сочетания вкусов, подачу и эффект до мельчайших деталей, её еда, без преувеличения, способна менять жизни и залечивать раны от безответной любви или расставания. «Ресторанчик „Улитка“» оказался для меня очень созвучным тому, о чём писала Рёко Секигути в книге «Нагори. Тоска по уходящему сезону», — в отношении размеренного и бережного отношения к тому, что и в какой момент попадает к нам на стол, своеобразной ритуализации этого процесса. Все действия, связанные с приготовлением еды: от сбора грибов до последних штрихов перед подачей, становятся для Ринко инструментами поиска гармонии с собой и окружающими. И не будет спойлером сказать, что в конце концов ей это удаётся, потому что так устроены книги Ито Огавы, пусть в этот раз она и добавила изрядно перца.

Издательство: @polyandria

Другие книги Ито Огавы:
«Канцтовары Цубаки»
«Республика счастья»

«Сценаристка» Светланы Павловой

Всем своим читательским сердцем я полюбила «Голод. Нетолстый роман» Светланы Павловой за бойкое остроумие и замечательное внимание к деталям — не только нашей повседневности, но и настроений, страхов и надежд современных тридцатилетних. Ожидания от «Сценаристки», соответственно, были очень высоки, и роман целиком и полностью их оправдал. Думаю, лично мне не хватало чего-то подобного моим любимым зарубежным писательницам — Долли Олдертон и Мег Мейсон, только в российских реалиях, и в мысленной всемирной библиотеке имени меня книги Павловой заняли именно это пустое место на полке. Так сказать, нестыдного интеллектуального chicklit, в котором соблюдён баланс комического и злободневного.

Завязка романа здорово соответствует мему «Вам, наверное, интересно, как я оказалась в такой ситуации»: играя в «Я никогда не...», Зоя признаётся, что никогда не тестировалась на ВИЧ, — следует неловкое молчание публики. Склейка, и вот уже Зоя не может уснуть, срывается на панический гуглеж, пытается обмануть свою тревогу магическим мышлением и в конце концов идёт сдавать тест. В нервном ожидании результата Зоя вспоминает партнёров, с которыми у неё, возможно, был незащищённый контакт.

Таких набирается три: потомственный московский интеллигент Ян, рукастый и простоватый Андрей, отстранённый и претенциозный Виталик. Каждый из них — примечательный типаж, даже слегка гротескный, который, естественно, не существует в вакууме. Вокруг них Павлова выстраивает объёмные декорации и россыпь характерных второстепенных персонажей — будь то квартира в высотке на Котельнической набережной, где интеллигенция начисляет водочку и жарко спорит о Чехове, или съёмочная площадка со всеми причитающимися казусами. Чего стоит одна только бабушка Яна — Роза Брониславовна, способная перетянуть на себя внимание от всех прочих перипетий Зоиной миллениальской жизни.

С самого начала известно, что все эти романы обречены, поэтому закономерно возникает вопрос: чему же посвящена последняя треть книги? А это, я уверена, самая критически важная часть — ведь после всех попыток подстроиться и воспитать в себе идеальную партнёршу Зоя наконец возвращается к себе, сбрасывает все маски, приобретённые за время романтических похождений. И помогает ей в этом женская дружба — словно по заветам «Секса в большом городе». И тут тоже перед читателями предстают три подруги и три очень разных сценария, по которым эта дружба развивается, словно в параллели с романами Зои. Думаю, настолько близким для меня этот роман оказался именно из-за узнавания — себя, ситуаций, деталей мышления и быта. Пусть порой это и узнавание кающегося: «Было? Было».

Издательство: @shubinabooks

​Мои супер сумбурные читательские планы на 2026 год. Не все издательства еще поделились анонсами, а к тем, кто молодец, добавила ссылки, вдруг вы там еще что-нибудь интересное для себя откопаете. В список также вошли романы, которые я уже прочитала, а потому смело и от души рекомендую + добавила несколько отзывов коллег.

Зарубежная проза:

Подписные издания
Кэролайн Блэквуд «Корриган» – последний роман авторки «Участи Мэри-Роуз». Состоятельная вдова попадает под влияние искусного манипулятора-ирландца. Чем больше времени эта странная парочка проводит вместе, тем больше они сближаются, а дочь вдовы начинает бить тревогу.

+: Кентен Шарье «Память о наших мечтах», Адель Розенфельд «Исчезновение морских коров», Колетт «Кошки моей жизни» и продолжаю ждать новые книги Наталии Гинзбург и Сьюзен Таубес

Поляндрия NoAge
Аудур Ава Олафсдоттир «Эдем» – пытаясь компенсировать углеродный след от своих многочисленный путешествий, лингвистка покупает ветхий дом в пустынной исландской местности и намеревается возделывать свой сад. Роман о любви к языку и о возвращении к земле.

+: Камель Дауд «Гурии», Гильермо Арриага «Аномалии», Фрида Исберг «Маркировка», Макс Портер «Тихоня», Маринэ Ли «Восемь жизней госпожи Мук»

Corpus
Джоан Дидион «Играй при любом раскладе» — главная героиня покорила Голливуд и добилась всего, о чем можно мечтать, но какое-то неясное чувство все равно заставляет ее раз за разом садиться в «корвет» и мчаться куда глаза глядят — подальше от фальшивого блеска голливудской богемы.

+: Рита Буллвинкел «Удар в голову», Персиваль Эверетт «Стирание», Киран Десаи «Одиночество Сони и Санни», Ласло Краснахоркаи «Возвращение барона Венкхейма»

Фантом (планы начинаются отсюда):
Ребекка Уэйт «Конец света» — роман от авторки «Сочувствую, что вы так чувствуете» и «Отцы наши», а потому я даже аннотацию читать не стала, просто жду-жду-жду

+: Карен Брук «Хорошая жена из Бата», Себастьян Барри «Долгий, долгий путь»

Кион Строки
Миранда Джулай «На четвереньках» – Это не учебная тревога! Ожидается в апреле!
Мартин Макиннес «К вознесению»

Livebook
Мариана Энрикес «Солнечное место для сумрачных людей» – еще 12 рассказов в разных оттенках ужаса от авторки сборника «Опасностей курения в постели»

+: Катя Оскамп «Марцан, мон амур»

Что ещё:
Уильям Максвелл «Пока, увидимся завтра» (Альпина. Проза)
Джулия Филлипс «Медведь» (Азбука)

Русскоязычная проза:
Екатерина Нигматуллина «Пчёлы» – в прошлом году мне посчастливилось побывать на питчинге этого романа, и как же я обрадовалась, когда увидела, что он выйдет уже в этом году!
Далее – ничего удивительного, а просто ожидаемые книжки тех писателей и писательниц, чьи предыдущие работы я полюбила.
Илья Мамаев-Найлз «Только дальний свет фар»
Таня Коврижка «Смена тигра»
Вера Богданова «Царствие мне небесное»
Дарья Трайден «Снежные дни сквозь года»
Татьяна Замировская «Некоторые вещи уже произошли»

Нон-фикшн:
Биографии и мемуары:
Вольфрам Айленбергер «Дух современности. Последние годы философии и начало нового Просвещения 1948–1984»
Патти Смит «Хлеб ангелов»
Кен Кримштейн «Три побега Ханны Арендт: тирания истины»

Искусство:
Нина Ауэрбах «Ангел в доме. Жизнь одного викторианского мифа»

Разное:
Симона де Бовуар «Старость»
Павел Бородин и Любовь Малиновская «Кошки, гены и эволюция»
Лидия Ридер «Лекарство для женщин»
Сара Даниус «Шёлковый собор»
Алан Милн «Мир с честью. Война с честью»
Рёко Секигути «Земля — одна большая кухня»

P.S. Всё это, разумеется, ещё может подвинуться и перемешаться, а в промежутках появятся другие классные книги, которые мне непременно захочется прочитать.

​«Астарта» Карин Бойе (пер. со шведского Ольги Вронской)

Книга начинает работать и воздействовать на читателя ещё до того, как откроешь первую страницу. Покрытая позолотой финикийская богиня Астарта сверкает, переливается и притягивает взгляд к обложке — ты уже заворожена. Именно этого эффекта и надеются добиться два рекламных эксперта, разглядывая и обсуждая скульптуру Астарты в первой главе: «Мы живем в эпоху секуляризации. Коммерсант без зазрения совести будет эксплуатировать даже божество... Даже лёгкая влюблённость женщины в себя, внушённая куклой, легко и просто распространится на ткани, которые кукла демонстрирует». Вот так прозаично богиня становится манекеном: работницы универмага меняют на ней наряды по последнему слову моды, а она, холодная и невозмутимая, зачаровывает прохожих и вызывает желания, о которых секунду назад они даже не помышляли.

В тени этой богини потребления протекают жизни множества персонажей — юных девушек, мечтающих заворожить того единственного и добиться успеха в большом городе; амбициозного журналиста; коммерсанта; поэта, которому постоянно напоминают о его величии. Однако структура повествования не даёт целиком проникнуться их личными историями. Из-за фрагментарности роман складывается в мозаику жизней, не столь значительных на фоне процессов производства, продвижения и потребления. Судьбы и выборы героев и героинь становятся лишь иллюстрациями к темам, о которых Бойе размышляет в романе: это и консьюмеризм как путь к счастью, и безразличие к судьбе и условиям труда работников, создающих все эти прекрасные, вожделенные вещи, и манипулятивная сила медиа и рекламы, классовое и гендерное неравенство. Особое внимание Бойе уделяет обворожительным образам, транслируемым в женских журналах и воплощаемым актрисами на киноэкране, — они тоже родственницы Астарты, призванные вызывать желания в женщинах, формировать их понимание того, какими следует быть.

Роман, между прочим, был написан в 1931 году, но в ответ на эти мысли вовсе не хочется сказать: «То ли ещё будет!», потому что вот оно — уже здесь и уже происходит. При том что Бойе пишет на столь волнующие и по сей день актуальные темы, она остаётся холодно-поэтичной, с колкой проницательностью фиксируя происходящее. И хотя у меня осталась некоторая неудовлетворённость от самого романа, его прочтение не оставило выбора — придётся прочитать и «Каллокаин». В книгу также вошли очень разные «зарисовки и новеллы», исследующие темы отчуждённости, одиночества, разлада с собой и миром вокруг.

Издательство: @blacksheepbooks

​«Женский смех: История власти» Сабин Мельхиор-Бонне (пер. Ольги Панайотти)

«Смех уничтожает всё наносное, “показывает людей такими, какие они есть, лишёнными мишуры богатства, социального положения и образования”, потрясает основы».

Или книга, которая доказывает, что нет ничего более убийственного для хрупкого мужского эго, чем шутки и смех женщины. «Как можно контролировать что-то столь естественное, как смех?» — спросите вы. «А вот поди ж ты!» — ответит историк и специалистка по истории эмоций Сабин Мельхиор-Бонне и приведёт тысячу и один пример того, как на протяжении столетий женский смех и остроумие сдерживались нормами поведения, подобающего приличным дамам, и как всё это связано с эмансипацией и обретением собственного голоса. Уже по количеству глав, перечню источников и объёму книги становится ясно: путь к присвоению права открыто шутить и без смущения хохотать для женщин был долгим.

Исследовательница прослеживает историю смеха с ветхозаветных времён, когда в отдельных эпизодах эта эмоция служила формой самоуничижения, до наших дней, когда женщины смогли сделать смех своей профессией наравне с мужчинами. Из средневековых богословских и медицинских трактатов, часть которых, к слову, была написана женщинами, она извлекает и приводит в пример самые примечательные объяснения этой эмоции — такие, что способны заставить даже заядлую хохотушку стыдливо прикрыть рот: от банального обезображивания внешности до греховности, за которую придётся дорого расплачиваться перед Всевышним. Немногим лучше дела обстояли в эпоху Возрождения и в Новое время, когда всамделишные учёные угрожали, что избыточная весёлость может закончиться «бешенством матки». Кроме того, исследование подчёркивает строгое социальное разделение: женщины низших сословий часто становились комическими персонажами пьес и романов — теми самыми остроумицами, подрывающими хрупкое мужское самолюбие, тогда как дамы из высшего общества могли позволить себе лишь скромную улыбку, озаряющую лицо красотой.

Пожалуй, самые подробные главы посвящены эпохе Французской революции, когда женское остроумие наконец начало цениться и приобретать вес, а дальше этот процесс было уже не остановить. Прогресс в истории женского смеха наглядно коррелирует с историей женского письма, появлением профессиональных писательниц и постепенным признанием их роли в литературе. Смех ассоциируется с движением к освобождению, потому что он раздаётся там, где власть патриархата даёт трещину. Это замечательно детальное и многогранное исследование, освещающее историю эмоции на самых разных уровнях. Особенно импонирует ненавязчивый ироничный тон авторки, который словно подчёркивает: сколько бы ни старались, женский смех не укротить — и это отлично рифмуется с обложкой.

Издательство: @nlobooks

​«Персей» Андрея Волоса

Обожаю такие совпадения, когда читаешь один роман, а следом, специально ничего не планируя, открываешь другой — и раз, и там один и тот же персонаж. Так у меня получилось в конце декабря, когда я взялась за «Игру перспектив/ы» Лорана Бине, а затем за «Персея» Андрея Волоса. В романе Бине итальянский скульптор и ювелир Бенвенуто Челлини — лишь один из многочисленных героев, но очень яркий и запоминающийся, поэтому «Персей» стал для меня неожиданным и очень приятным спин-оффом.

Ещё бы, ведь Челлини — фигура по-настоящему неординарная. С одной стороны, человек, посвятивший жизнь искусству, за чьи ювелирные творения вельможи и благородные дамы выстраивались в очереди и были готовы отдать полцарства. С другой — неуёмный вояка, готовый по первому зову схватиться за аркебузу и вступить в бой; ловкий махинатор и тот ещё пройдоха, способный за звонкую монету провернуть любое рисковое дельце (но об этом — в романе Бине). А в целом — человек вспыльчивый, дерзкий и увлекающийся. Эта же книга, как ясно из названия, посвящена созданию бронзовой скульптуры Персея с головой Горгоны Медузы в руке, за которую Челлини взялся по заказу герцога Козимо I Медичи.

Работа над «Персеем» длилась долгих девять лет — в течение этого времени Челлини постоянно отвлекался на военные вылазки, ювелирные заказы, козни завистников и клеветников. Поэтому помимо размышлений об искусстве и судьбе творца роман плотно упакован действием, которое развивается стремительно. Динамичности книге добавляет и язык, хотя поначалу он сбивает с толку — слишком современным и бойким кажется, словно читаешь остроумную пьесу, где герои обмениваются колкими репликами. Однако к этому быстро привыкаешь и даже начинаешь получать удовольствие. Андрею Волосу удалось лёгкими и точными штрихами создать портрет чрезвычайно харизматичного персонажа и, при всех юмористических нотках, погрузить читателя в сложные и подчас опасные переплетения отношений художника и власти. Именно личность героя делает эту тему такой острой и отчётливой, ведь Челлини в романе постоянно ходит по краю.

Издательство: @azbookaknigogoliki

Что ещё почитать похожего:
«Храни её» Жана-Батиста Андреа
«Игра перспектив/ы» Лорана Бине

​«Праведные убийцы» Инго Шульце (пер. Софьи Негробовой)

Книга уже летела ко мне на всех парах, когда мне на глаза попался обзор @read_teach_crossstitch, и, если честно, после него я даже не знаю, что ещё добавить, кроме как присоединиться к восторгам. «Праведные убийцы» — это очень хитро устроенный роман с несколькими рассказчиками и перспективами и с одним вечно ускользающим и противоречивым главным героем. Многочисленные отсылки к литературе, точные наблюдения за читателями — и всеми, кто причастен к книжной сфере и романтизирует её, структура «матрёшка» и пара почти что триллерных твистов прилагаются!

В первой части романа в центр повествования помещён дрезденский книготорговец Норберт Паулини, впрочем, так или иначе он там и останется. Перед читателем разворачивается его путь от маленького мальчика, спящего на кровати из величайших произведений литературы, до сначала прославленного букиниста, а затем до человека, который больше не может найти себе место и вписать себя в контекст изменившейся эпохи. Магазинчик Паулини — рафинированный интеллектуальный книжный, а его хозяин — книготорговец из грёз: он проводит всё своё время за чтением, знает каждый томик на полках, безошибочно подбирает книги для любого посетителя и даже спит и ест, окружённый башнями из книг. В его магазин стекаются ценители не только из Дрездена, но и из других уголков ГДР.

Вот только с падением Берлинской стены выясняется, что изменились и правила игры, а Паулини и его легендарный книжный — плоть от плоти прежнего режима. Герою, жертвуя мечтами и принципами, приходится подстраиваться под новую реальность; со временем его образ меняется до неузнаваемости, он радикализируется, и в нём всё меньше остаётся от прежнего идеалиста. Тут-то из тени и выходит рассказчик, а читатель начинает задаваться вопросом: что же из рассказанного было истиной? И это далеко не первый раз, когда автор ставит нас перед таким вопросом, ведь впереди нас ждёт ещё одна смена ракурса на всю эту историю.

Издательство: @admarginem х @libra_verlag х @journalinostranka

Заглянула сюда в выходной, чтобы рассказать о двух примечательных событиях в нашем книжном мирке.

✨Во-первых, если вы то и дело мучаетесь вопросом, что бы такого почитать, чтобы увлекло с первой и до последней страницы я и другие книжные блогеры для вас шутка?, Яндекс.Книги придумали эффективное решение — ЛУЧ. Или «Литература, увлёкшая читателей» — своеобразную награду, знак качества, которым отмечаются не просто главные новинки по мнению критиков, блогеров или вашей бабушки, а книги, которые сами пользователи сервиса чаще всего добавляли себе на полку и, что самое главное, действительно дочитывали до конца. То есть показатель максимально объективный.

Полка ЛУЧа будет регулярно обновляться и дополняться новинками, вышедшими за год, и включать в себя как художественные произведения самых разных жанров, так и нон-фикшн. Петербуржцы уже могут найти целую выкладку книг, отмеченных знаком ЛУЧа, в «Подписных изданиях» — очень надеюсь, что и другие магазины скоро подтянутся.

🔍 Во-вторых, начало января я провела в своём родном маленьком северном городке. В детстве он всегда казался мне максимально скучным — таким же, как сотни других подобных городков, где есть градообразующее предприятие, одна главная улица-Бродвей и Дом культуры, в котором и проходит вся культурная жизнь: от гастролей цирков-шапито до выставок-продаж меха. Но в этот раз из рассказов «взрослых» мне открылась его изнанка — события, которые совершенно прошли мимо меня в школьные годы: от слухов о маньяке, из-за которых родители тайно сопровождали меня из школы домой тёмными зимними вечерами, до местного скандала о неподобающих отношениях учителя с учениками в одной из школ. Просто две разные реальности.

К чему это долгое предисловие? А к тому, что мои личные открытия прямо тютелька в тютельку совпали с объявлением опен-колла «Нестоличный детектив» от «Смысловой 226» и школы литературного мастерства Creative Writing School.

Что же ждут от авторов?
Детективов всех оттенков и мастей — главное, чтобы действие происходило за пределами Москвы и Петербурга. Думаю, тут есть где разгуляться. Чтобы подать заявку, не обязательно иметь на руках готовую рукопись: будет достаточно синопсиса или развернутого плана будущей книги, одного авторского листа текста и анкетных данных. Заявки принимаются до 19 февраля, вся подробная информация — на сайте.

P.S.: Кот, ловящий зимние солнечные лучики, для привлечения внимания.

​Кажется, пора вводить отдельную рубрику #dochitalatut_до_фига для постов с флеш-отзывами о прочитанном, чтобы разгребать стопку книг, которые ждут отзывов месяцами.

«Восточно-Западная улица» Филиппа Сэндса (пер. Любови Сумм) @knizhnikiru

Масштабное исследование, в котором переплетаются семейная история автора, формирование международного права ХХ века и осмысление личной и коллективной ответственности за преступления нацистского режима. Все линии сходятся во Львове-Лемберге — городе, связанном и с семьёй Сэндса, с юристами Гершем Лаутерпрахтом и Рафаэлем Лемкиным, введшими в юридический обиход понятия «преступление против человечества» и «геноцид», и с Гансом Франком, который занял пост главы после оккупации, а затем стал одним подсудимых на Нюнбергском процессе. За книгой стоит колоссальная исследовательская работа — от архивов и судебных протоколов до личных встреч с потомками и свидетелями описываемых событий.

«Ночной страж» Джейн Энн Филлипс (пер. Александры Глебовской) @belles_lettres

Остов истории можно было бы назвать банальным и слезоточивым, в сюжете есть несколько откровенно мыльно-оперных линий — возлюбленный, потерявший память; таинственный Страж в лечебнице для душевнобольных, который ничего не знает о себе и принимает личину, предложенную бескорыстным главным врачом. Но удивительная особенность Филлипс в том, что на этот остов она слой за слоем наращивает значимые исторические детали, личные драмы и травмы, полнокровных и сложных рассказчиков и действующих лиц. В итоге мы получаем болючий, но многогранный роман о последствиях, которые Гражданская война, да и любая война в принципе, приносит не только её участникам, но и их близким и случайным свидетелям, а также о извилистых путях к исцелению.

«Илья Остроухов. Гениальный дилетант» Наталии Семёновой @slovobooksru

Вдохновлённая книгой об Амбруазе Волларе, я побежала дальше исследовать эту серию. Илья Остроухов оказался очень неоднозначным, но определённо интересным и многогранным персонажем со специфическими взглядами на жизнь и коллекционирование. В умении оживлять исторических персонажей Наталия Семёнова, как обычно, великолепна, а я, пожалуй, побегу дальше читать о ком-нибудь ещё.

«Игра перспектив/ы» Лорана Бине (пер. Анастасии Захаревич) @ilimbakh

Не книга, а чистейший литературный аттракцион и безобразие в хорошем смысле. Действие разворачивается во Флоренции XVI века. В капелле базилики Сан-Лоренцо найден мёртвым живописец Якопо Понтормо. Это событие становится главной детективной интригой, порождающей круговорот переписок между историческими лицами самых разных мастей: от членов семейства Медичи до Вазари, Микеланджело, подмастерьев, красильщиков, монахинь и etc. Расследованием смерти Понтормо дело, естественно, не ограничивается, наоборот, оно становится катализатором политической борьбы и дворцовых интриг, перетягивания каната между религиозными ограничениями и свободой художника, любовных эскапад и восстания рабочих масс за свои права. Всё это так виртуозно скроено и сшито, что роман хочется перечитать сразу после завершения.

«Яблоки и змеи» Марии Нырковой @shubinabooks

Дебютный роман писательницы «Залив терпения» входит в число моих любимых в сериях NoAge и «Есть смысл», поэтому сборник рассказов я не смогла обойти стороной. Смысловой сердцевиной сборника стала легенда о Лилит — первой жене Адама, отказавшейся повиноваться мужу и, возможно, ставшей тем самым змеем, который искусил чистую и непорочную Еву. Помимо эссеистических вставок, которые водят читателя вокруг этой легенды, она так или иначе проявляется и трансформируется в сюжетах. Героини Нырковой — обычные женщины: дочери, жёны, бабушки, матери, которые в критический момент сталкиваются с искушениями своей тёмной стороны, сопротивляются им или поддаются, потому что именно у этой границы поджидают общественное порицание и представления о том, какой должна быть «правильная женщина». Идея очень сильная, а Ныркова — оригинальная и откровенная писательница, но некоторые рассказы показались мне недостаточно цельными, а метафоры — порой слишком вычурными.

«Собака Вера» Евгении Чернышовой

«Не бойтесь смеяться над собой. Тот, кто лишил себя серьезного отношения к себе, победил и природу, и человека. Человек, пропитанный самоиронией, непобедим. Смейтесь. Как можно чаще»

— Наставляет студентов-актеров, готовящих реконструкцию поэтического вечера обэриутов, профессор Марк Витальевич, и буквально озвучивает вслух мое жизненное кредо. Первый из множества крючков этого романа сработал, а дальше дело пошло как по накатанной. Роман Евгении Чернышовой вызывает сложную смесь чувств — щемящее узнавание петербургских будней конца 2010-х, пророческую тревогу перед грядущей катастрофой и наивную надежду на то, что любовь, упорная вера в лучшее в людях и мире и искусство нас всех спасут.

Хотя, казалось бы, обстоятельства, в которых разворачивается основная часть истории, к последнему совершенно не располагают: на развалины Эрмитажа падают дождь и пепел, стирая с полотен цвет и форму; Нева вышла из берегов и подбирается к скамейкам в Летнем саду; жители города всерьез рассуждают о том, удастся ли всем уместиться в метро после того, как произойдет самое страшное. Но главное, вследствие странной эпидемии вымерли все животные: остались только насекомые, птицы и рыбы. Сцены расставания с любимыми питомцами и длящейся тоски по ним — одни из самых пронзительных в романе. И в то же время по городу расползаются слухи о черной собаке. Учитывая символизм, накрепко привязавшийся к этому образу, ее появление не предвещает ничего хорошего, но если принять во внимание контекст романа — может быть, это все-таки намек на восстановление прежнего мира?

Персонажи, которых здесь целый ворох, не делают ставок, а просто живут — ходят на лекции об обэриутах, в книжные магазины и кафе, влюбляются тайно и признаются в чувствах открыто. Все они участвуют в реконструкции «Трех левых часов», а ее оригинальные участники тоже находят значимое место на страницах книги. Чернышова проводит смыслообразующую для романа параллель между эпохами: персонажи конца 2010-х и поэты 1920-х живут, дурачатся, творят и любят в постоянном ощущении приближения катастрофы. Конечно, тревожное ожидание омрачает и отягощает их жизнь, но не умаляет ценности индивидуальных переживаний каждого персонажа. Именно это понятное и уязвимое человеческое — близость, хрупкость и бескорыстная забота, выходит в романе на первый план.

Издательство: @azbookaknigogoliki

​«Вековая грязь» Юки Исии (пер. с японского Светланы Торы)

Убегая от финансовых неурядиц, главная героиня приезжает в Ченнай, чтобы преподавать японский местным айтишникам. И надо же как свезло, что именно в это время в городе происходит наводнение, которое случается не чаще чем раз в сто лет. Когда вода сходит, по обочинам вырастают горы грязи — да не простой, а очень даже занятной: в ней откапывают мумии русалок, старые монеты, артефакты прошлого и давно исчезнувших, но вполне себе живых людей. Сквозь неразбериху ила, отходов и людей, в них копошащихся, героиня прокладывает путь от дома на работу — это и есть формальная рамка романа, русло, вместившее всё насыщенное смыслами, метафорами и символами повествование всего в 95 страниц.

От магистральной линии отходят два ответвления. Первое — настоящее героини, где она, будучи совершенно неопытной в преподавательстве, пытается нащупать точки понимания с учениками. В Ченнае она привыкает к иной культуре, традициям, манере общения и жестам людей: всё кажется ей чуть чудаковатым и диковинным. Как тут не удивиться, когда часть населения передвигается по небу на крыльях, и на высоте то и дело случаются аварии? Коммуникация с учениками осложняется ещё и тем, что часто она не находит в родном языке эквивалентов для обозначения явлений и предметов, привычных для её подопечных, — словом, ей, и в обычной-то жизни довольно неловкой в общении, приходится в новой обстановке совсем непросто. Какое раздолье для занятных и метких наблюдений о природе человеческих отношений, где незнание языка оказывается далеко не самой главной из проблем.

Вторая линия обращает героиню, а с ней и читателей, в её прошлое. Каждый артефакт, который попадается ей на пути в горах грязи, отсылает к эпизодам её жизни — к воспоминаниям о матери и отце, о том проклятом мужчине, который обрёк её на путешествие в Ченнай. Как сама героиня заявляет в конце, через эти всплывшие воспоминания она собирает свою жизнь из лоскутков множества жизней, а значит, путешествие было не зря. Малюсенькая книжка пролетает в одно мгновение, зато потом долго ищешь ответы: помимо первого шокового «а что это было?» начинаешь размышлять о том, что другая обстановка и знакомство с непривычной культурой заставляют по-новому взглянуть на себя; об очищающей и просеивающей силе времени, символом которой выступает река. А завершить всё хочется вполне себе жизнеутверждающим признанием одного из героев: «С нас пока хватит, а ещё через сто лет — милости просим!»

Издательство: @polyandria

​Включение нерегулярной рубрики окололитературных событий и мероприятий, призывающей выходить в офлайн, сегодня выглядит, пожалуй, довольно иронично на фоне новостей. Зато какие анонсы я вам принесла!

14 декабря, Москва, технопарк «Сколково» — благотворительный книжный фестиваль «Фонарь». Программа в этот раз получилась прямо-таки грандиозной: презентация «Бражников и блудниц» Максима Жегалина, встреча с Анастасией Завозовой на тему неугасающей любви к Джейн Остен и сёстрам Бронте, открытая встреча книжного клуба Ольги Птицевой, показ фильма «Джейн Остин испортила мне жизнь», традиционная книжная барахолка и многое другое — ознакомиться уже можно здесь, а зарегистрироваться — тут. Для самых расторопных — до 12 февраля можно ещё сделать свой вклад и отнести книжки в одну из точек сбора.

11 декабря, Санкт-Петербург, «Подписные издания» — презентация романа «Сценаристка» Светланы Павловой. Знаю-знаю, напоминаю в последний момент, но если у вас сегодня свободный вечерок, обязательно приходите послушать. Светлана Павлова должна была блистать на «Фонаре», но в этот раз петербуржцам повезло больше. Зарегистрироваться можно тут, а мои восторги о книге прочитать вот здесь.

Выходить в офлайн — так полностью: переключаемся на аналоговые медиа. Издание о независимых книжных «БИЛЛИ» объявило об открытии предзаказа второго номера! Пока содержание держится в тайне, читателей интригуют тем, что новый номер будет ещё объёмнее и появятся новые рубрики. Тираж второго номера ожидается в начале марта, все явки, способы предзаказа и доставки — вот в этом посте.

​«Крис идет домой» Ребекки Уэст (пер. Дины Батий)

Бывает у вас такое, что уж сколько попадается упоминаний автора в других книгах, а руки прочитать его или её произведения так и не доходят? Вот так у меня получилось с Ребеккой Уэст: в позапрошлом году я столкнулась с ней в «Нежности» Элисон Маклауд, а совсем недавно — в «Восточно-Западной улице» Филиппа Сэндса, где Уэст была одной из журналисток на Нюрнбергском процессе. Забегая вперёд, скажу, что теперь мне обязательно нужны вышедшие на русском две части «Саги века» — «Фонтан переполняется» и «И близится ночь».

«Крис идет домой» — дебютный роман писательницы, вышедший в 1918 году. Это произведение столь тонкой психологической и стилистической выделки, что сначала испытываешь просто восхищение, а только потом начинаешь замечать скрытые темы и слои. По сюжету жена и сестра Криса Болдри ничего не знают о его судьбе на полях Первой мировой, пока на пороге их поместья не появляется неожиданная гостья — женщина из прошлого Криса. Маргарет приходит сообщить, что получила от него письмо, в котором он сообшил, что был ранен, и обращается он к ней так, словно и не было тех двадцати лет с их последней встречи, когда они были юными влюблёнными на острове, который в описании Уэст выглядит настоящим местом из грёз. Конечно, незнакомка сразу же вызывает снобское пренебрежение миссис Болдри: она несуразно одета и своим обликом буквально оскорбляет изысканные интерьеры Болдри-Корта, а речами — её убеждённость в крепком браке.

Всё, что говорит Маргарет, действительно оказывается правдой. Крис возвращается в поместье, но понятия не имеет о том, что он женат. Пытаясь вернуть брата, сестра приводит к нему Маргарет, надеясь, что, увидев её постаревшей, он придет в себя. Да не тут-то было! Прошлые чувства вспыхивают с новой силой, и Крис выглядит таким живым и счастливым, каким его не видели уже много лет. Что будет более жестоким испытанием — избавить его от иллюзии и вернуть в реальность или оставить в самозабвенных объятиях былой любви? Помимо этой дилеммы Уэст ненавязчиво и изящно вплетает в повествование размышления об иллюзорности красоты, когда дело касается истинных чувств, и тему классового неравенства: холодная и изящная, но пустая жена Криса противопоставляется душевной, но неказистой в глазах всех, кроме главного героя, Маргарет.

Издательство: @livebooks

Время от времени я ловлю себя на мысли, что надо бы разнообразить свой досуг. Ну, то есть не только читать книги. В прошлом году я ввела правило: откладывать книги и все дела и смотреть по одному фильму в неделю. Даже такой, совсем не радикальной привычки мне удавалось придерживаться с трудом, а итоги на Spotify вообще показали, что мой музыкальный возраст — 86 лет и из года в год я слушаю одно и то же. Я не сдаюсь и обещаю себе больше исследовать разные направления искусства.

Надеюсь, в моих порывах мне поможет вот эта папка с каналами о культуре. Ниже — чуть подробнее обо всех вошедших в подборку авторских каналах. Подписывайтесь на всю папку целиком или выбирайте то, что близко и актуально именно вам!

@nonlinearstory: Заметки о бриллиантах мирового кино.

@kinoculture34: Блог о том как понимать кино.

@making_of: Секреты съемочного процесса культовых и современных фильмов.

@movies_art: Кадры из фильмов, вдохновленные известными картинами.

@lalaudanum, Новости искусства, культуры и около культуры от галеристки.

@lukistlook: Стильные подборки работ мировых фотографов.

@rarewave: Редкие треки 80-х, 90-х и нулевых. Истории, винил, находки.

@raresongs666: Нью вейв, синтипоп и фолк с описанием и фото исполнителей.

@whatisthatsound: Заметки о самой разной музыке от музыкального критика и главного редактора Makers of Siberia.

@groovy_sweets_radio: Огромная библиотека миксов всевозможных жанров + увлекательное музыкальное чтиво.

@readingwithmeaning: Обзоры книг и новости из мира литературы от литературоведа и журналиста.

День книгодарения или День всех влюблённых, а может, день рождения французского языка? Так ли важно, что вы решите праздновать сегодня — любой повод кажется достойным, если дело касается выбора книги в подарок.

Вот и мы с Леной Чернышевой подумали-обсудили и выбрали книги, которые с особой радостью, а часто и вовсе без повода, готовы дарить своим друзьям.

И вот на чём свой выбор остановила я:

«Детская книга» Антонии Сьюзен Байетт

Роман, который вобрал в себя всё, что я люблю: пышную, многоголосную семейную сагу; атмосферу начала XX века, объединившую множество людей в творческих поисках и ощущении надвигающейся бури; ярких, многогранных и неоднозначных персонажей; а также характерные для писательницы роскошные описания и многочисленные аллюзии на фольклорные сказки и литературные произведения. Если вы меня спросите, какую одну книгу Байетт стоит прочитать, я без колебаний отвечу — эту!

«Медведь» Джулии Филлипс

Новинка от авторки романа «Исчезающая земля», которую настоятельно советую не пропускать. Напряжённая история о сестринских отношениях, жизни на маленьком бедном острове в ожидании возможности вырваться в большой мир и неожиданном госте, который может обернуть жизнь главных героинь как в сказку, так и в настоящий кровавый кошмар.

«Кругосветный атлас отдалённых островов» Юдит Шалански

Книга восхитительной красоты во всех смыслах! Внутри — 50 коротких поэтичных зарисовок об истории, легендах и местных жителях затерянных в морях и океанах островов. К каждой главе прилагается подробная карта местности, чтобы любой читатель мог совершить своё невероятное путешествие.

Свою мини-подборку из трёх книг Лена уже опубликовала на своём канале что читает леночка.

А какие книги вы бы без сомнений выбрали в подарок? Пока вы думаете, мы с Леной для вас кое-что приготовили. Не расходитесь, дождитесь следующего поста! 🍀

Дарим книги в день книгодарения!

Объединили умы, сердца и приятные воспоминания о хороших книгах, чтобы собрать увесистую коробочку и отправить одному невероятно удачливому читателю целую стопку книг:

• «16 поездок: Маршруты московские в рассказах современных писателей»
• «Недрогнувшей рукой», Елена Холмогорова
• «Запасный выход», Илья Кочергин
• «Медведь», Джулия Филлипс
• «Детская книга», А. С. Байетт
• «Кругосветный атлас отдаленных островов», Юдит Шалански

Как испытать свою удачу?

1. Подписаться на каналы «что читает леночка» и «Постоянная читательница»

2. Нажать на кнопку «Участвовать» под этим постом

3. Убедиться, что вы сможете получить посылку на территории РФ

4. Задержать дыхание до 20 февраля

Удачи - и дарите близким хорошие книги!

Участников: 190
Призовых мест: 1
Дата розыгрыша: 13:20, 20.02.2026 MSK (завершён)

Победители розыгрыша:
1. Ирина - 505f5k

​«До встречи на Сириусе» Нелли Зайцевой

Оля и Ден дружат со школы, в рамках школьной иерархии их можно было бы отнести к «странненьким» — в личной переписке они общаются исключительно цифрами, а главные темы их разговоров — всевозможная конспирология и псевдонаука. Оля вроде бы и не прочь перевести отношения в романтическое русло, но Ден чётко очерчивает границы их дружбы: встречаются они строго один раз в месяц в неприметном секретном баре и подобных тем не поднимают. И вот однажды Ден не приходит, а наутро выясняется, что он погиб при совершенно жутких обстоятельствах — поджёг себя и съёмную квартиру. Оля сразу же отправляется в родной город на похороны, а заодно — чтобы начать собственное расследование. Пытаясь найти хоть какое-то объяснение, она взламывает страницу друга и находит там загадочное сообщение от незнакомки: «До встречи на Сириусе».

Для пущего привлечения вашего внимания к этому незаурядному роману скажу лишь, что за странным посланием кроется аж целая секта, и Оле придётся сильно постараться, чтобы не увязнуть в этом болоте. Если вы когда-то читали или смотрели что-то о деструктивных культах, то знаете, что человек в уязвимом эмоциональном состоянии — их лёгкая добыча. Оля с самого начала повествования оказывается именно такой, а утрата единственного по-настоящему близкого человека лишь обостряет её отчуждение от мира. Главная героиня хоть и относится к себе с иронией, близкой к самоуничижению, но при этом ясно осознаёт свою инаковость и даже поначалу подчёркивает её.

«До встречи на Сириусе» — компактный роман, и это тот редкий случай, когда мне хотелось бы, чтобы он был чуть объёмнее. В нём плотно упаковано столько тем, а повествование проносится так стремительно!
Даже если отставить в сторону формально детективный сюжет и линию с сектой, остаётся роман взросления, в котором, казалось бы, сформированные собственными руками представления о себе и мире сталкиваются с жестокой реальностью. Героиня, находившаяся в зависимом положении во всех отношениях, пытается обрести автономность. Тема одиночества и переживания утраты звучит особенно остро — с этими эмоциями Оле оказывается очень тяжело встретиться лицом к лицу без шуточек и привычной самоиронии. Думаю, несмотря на мою субъективную претензию к объёму, Нелли Зайцевой удалось реализовать всё это гармонично и естественно, подобрать ключики к сложно устроенному внутреннему миру героини и при этом сделать историю захватывающей для читателей.

Издательство: @azbookaknigogoliki

Что похожего почитать:
«Там моё королевство» Аси Демишкевич

​«Исход(ы)» Джулиана Барнса (пер. Елены Петровой)

…или концентрированный Джулиан Барнс.

Анекдотические заметки о болезни, жизни, творчестве и самосознании одного конкретного джек-рассела; афористические высказывания о памяти и её изменчивости; роман, который автор обещал своим героям никогда не писать; и прощание с читателями, которые сидят у автора под глухим ухом, — всему нашлось место в этой небольшой и трудно жанрово определимой книжке. «Do not go gentle into that good night», — говорит Барнсу Дилан Томас. «Не буду!» — отвечает ему Барнс и представляет читателям собственноручно написанную элегию, впрочем, лишённую какого-либо пафоса или надрыва.

Подвести некоторый итог прожитой жизни, переосмыслить прошлое — закономерные желания, возникающие в пору угасания, когда что ни год друзья, знакомые и близкие уходят навсегда. Не каждому выпадает шанс и находится смелость сделать это публично; Барнс делает это с достоинством, неизбывной характерной самоиронией и юмором, заставляя читателей смеяться сквозь слёзы. Для писателя это прощание двойное: творческое (если он не группа Scorpions с их ежегодными «прощальными» турами) и заранее — с миром: в 2020 году ему диагностировали лейкемию, которая контролируется с помощью лекарств. Если в первом случае это действительно выглядит как точка, то во втором — скорее размышления в приближении последнего часа; тем, кто читал, сразу вспомнится книга «Нечего бояться».

«Исход(ы)» — книга, малоподходящая для знакомства с автором: в ней Барнс подбирает и завязывает узелки на всех ниточках — темах, которые так или иначе поднимались в его романах, щедро и на виду раскладывает пасхальные яйца. Тут и размышления о «мадленках Пруста» — самопроизвольных воспоминаниях; и о связи памяти и идентичности — состоим ли мы из наших воспоминаний или сами изобретаем своё прошлое; и история любви с паузой в сорок лет, после которой бывшие возлюбленные, с подачи Барнса, решили вернуть не столько роман, сколько ощущение влюблённости юности, и оказалось, что за прошедшие годы они стали совсем другими людьми.

Если честно, сложно написать об этой книге что-то связное и не сахарно-сентиментальное, особенно когда сам автор вот так берёт и говорит, что будет по тебе скучать. Это вы, господин Барнс, здорово придумали — написать книгу, чтобы заставить читателей захотеть перечитать все предыдущие романы и никогда не ставить точку.

Издательство: @azbookaknigogoliki

«Нам уже пора» Вики Козловой

Казалось бы, вот она — обыденная жизнь: бабуля подкармливает кошек, дворник убирает листья, трое мужиков открывают автомастерскую, дальнобойщик возвращается из рейса по пустынной трассе, айтишник знакомится в клубе с очень привлекательной девушкой. А потом — р-р-раз, тумблер переключается, по привычной реальности идут помехи, и все вышеперечисленные и другие герои сборника Вики Козловой оказываются в какой-то искажённой версии нашего мира. При том я совершенно убеждена, что эта иная версия — общая для всего сборника. Намёками на это служат разбросанные по тексту детали: проносится мимо алая «нексия», где-то в кустах скрывается кабан, второстепенные персонажи вдруг оказываются на первом плане. Словом, этакий upside down, но в узнаваемых реалиях. Изобретательность и целостность — два первых пункта, за которые мне хочется похвалить эту книгу.

Третий — лёгкий и бодрый тон повествования и уместный юмор, за которым скрываются ироничные и зоркие наблюдения за действительностью. Вике Козловой удаётся смешивать абсурд повседневности с экзистенциальным ужасом, приправляя полученную смесь щепоткой острого социального контекста, и делать это ненарочито. Просто вот такая она жизнь: от одной крайности до другой — один шаг, дверь под манящей вывеской или лишняя рюмка текилы.

Персонажей я бы не назвала городскими сумасшедшими, как указано в аннотации; скорее, это обычные люди, может быть, чуть или даже очень одинокие, те самые, что каждый день ходят в «Пятёрочку», ездят на трамвае и время от времени не знают, что вообще делать с этой вечно меняющей правила игры жизнью. На их долю, помимо каждодневных забот, выпадают необычные обстоятельства, и они порой совершенно незаметно и доверчиво ступают в эту брешь реальности, совершая переход от привычного и предсказуемого к необъяснимому и пугающему.

Если сравнивать с чем-то прочитанным, то на ум прежде всего приходит «Оккульттрегер» Алексея Сальникова — то же смешение бытового и фантастического, и Саяка Мурата: только приступаешь к чтению рассказа и уже ощущаешь эффект «зловещей долины». Роднит всё перечисленное с историями Вики Козловой точное изображение хрупкости нашей реальности и убеждения, что человек сегодня и всегда — единственный и безраздельный хозяин своей судьбы, в обычной жизни, чтобы это почувствовать, не нужны никакие фантастические ведьмы и упыри.

Издательство: @polyandria

​«Проблески» Айрис Вольф (пер. с немецкого Татьяны Набатниковой)

В портфеле издательства «Поляндрия NoAge» можно найти самые необычные романы: рассказанные в авторской пагинации, от лица камней или целого хора жителей деревни — за это я это издательство и люблю. Но, пожалуй, книга, написанная задом наперёд, в их коллекции — первая. В «Проблесках» история не просто формально рассказана в обратной хронологии, но и с героями, событиями и их последствиями мы знакомимся в обратном порядке — сначала они появляются в сюжете, а уже потом объясняется их значимость и происхождение. Сказать по правде, в первых главах это сбивало с толку: неизбежно хотелось воскликнуть: «Да что случилось и кто все эти люди?», но постепенно я научилась терпению и доверилась ходу повествования.

Так, в обратном порядке перед нами разворачивается магистральная линия — дружба Льва и художницы по имени Като. Они встречаются спустя много лет в Цюрихе после того, как Като отправляет другу простое и одновременно загадочное сообщение: «Когда ты приедешь?» Они не виделись уже много лет: Като покинула родную румынскую деревню, как только поднялся железный занавес, а жизнь Льва тем временем шла своим чередом на родине. Отматывая повествование от девятой главы к первой, Айрис Вольф представляет читателям определяющие эпизоды их жизней и подспудно вырисовывает исторический и политический ландшафт, а также детали повседневной жизни в социалистической Румынии. Мы движемся от крон к корням, и побочные линии постепенно приобретают собственный вес; поэтому и сам роман оказывается куда больше, чем историей дружбы двух румынских детей: вырисовывается портрет эпохи, её нравов, страхов, преступлений, предрассудков и отчётливый образ страны с её традициями и фольклорными мотивами.

История дружбы обрастает сонмом второстепенных персонажей, влияющих на отношения главных героев и на их собственные идентичности. Като — ускользающая и неуловимая героиня: ей чуждо всё, что ограничивает её свободу, в то время как Лев остро ощущает и сам возводит границы между собой и остальным миром. В начале романа Като соглашается отправиться домой вместе со Львом, вот только для них это обратное путешествие теперь окрашено совершенно разными смыслами.

Издательство: @polyandria