Хабиб поддержал критику Моргенштерна.
Боец ММА Александр Шлеменко выложил в инстаграм пост, где называет Моргенштерна "чёртом" и "бесом", а его репостнул к себе Хабиб. И вот так высказался:
"Ценности поменялись, и самое страшное в этом — дети. Детей чужих не бывает. Очень надеюсь, что появится у нас в стране какой-нибудь дисциплинарный орган, который будет курировать и чистить всю эту грязь с экранов".
Боец ММА Александр Шлеменко выложил в инстаграм пост, где называет Моргенштерна "чёртом" и "бесом", а его репостнул к себе Хабиб. И вот так высказался:
"Ценности поменялись, и самое страшное в этом — дети. Детей чужих не бывает. Очень надеюсь, что появится у нас в стране какой-нибудь дисциплинарный орган, который будет курировать и чистить всю эту грязь с экранов".
Чёрная повязка на глазу примерялась пиратами для быстрого привыкания к смене освещения.
Собственно, не только пираты носили такие повязки.
Любой моряк, которому нужно было часто наведываться в трюм, носил на глазу повязку.
Причина была в том, что океан, освещённый солнечным светом, слепил глаза, а вот в трюмах было очень темно. Чтобы не тратить времени на привыкание глаз к смене освещения, один глаз моряки держали в постоянной темноте, а спускаясь в трюм, открывали его и сразу хорошо видели.
Вот и весь фокус.
Собственно, не только пираты носили такие повязки.
Любой моряк, которому нужно было часто наведываться в трюм, носил на глазу повязку.
Причина была в том, что океан, освещённый солнечным светом, слепил глаза, а вот в трюмах было очень темно. Чтобы не тратить времени на привыкание глаз к смене освещения, один глаз моряки держали в постоянной темноте, а спускаясь в трюм, открывали его и сразу хорошо видели.
Вот и весь фокус.
На снимке известного фотографа Игоря Пальмина - пастух, которого он случайно встретил в Чечне 40 лет назад.
Лишь позднее он узнал имя этого человека, в чей судьбе отразилась трагедия целого народа.
«Наверное, Пальмин просто так "щелкнул" отца, как многих других, ничего о нем не зная, ни о чем не спрашивая. Да и сам отец в то время избегал любых разговоров о себе, о семье» - говорит историк Зулай Батукаева, дочь запечатленного на этой фотографии Абухажи Батукаева. - «Он полвека держал под замком память, душу - все то, что касалось прошлого. Когда я нашла эту фотографию в интернете, мне показалось, отец смотрит мне в глаза. Так, будто знал, что через 40 лет я "увижусь" с ним как с живым»
Игорь Пальмин: «Помню день, когда сделал этот снимок. Накануне я ночевал на ферме с противоположной стороны хребта. Утром пошёл дальше и сразу после перевала встретил этого пастуха. Тогда я ничего не знал о трагедии в Хайбахе. Лишь позднее местные жители рассказали мне о том, что произошло здесь во время депортации 1944 г.»
Лишь позднее он узнал имя этого человека, в чей судьбе отразилась трагедия целого народа.
«Наверное, Пальмин просто так "щелкнул" отца, как многих других, ничего о нем не зная, ни о чем не спрашивая. Да и сам отец в то время избегал любых разговоров о себе, о семье» - говорит историк Зулай Батукаева, дочь запечатленного на этой фотографии Абухажи Батукаева. - «Он полвека держал под замком память, душу - все то, что касалось прошлого. Когда я нашла эту фотографию в интернете, мне показалось, отец смотрит мне в глаза. Так, будто знал, что через 40 лет я "увижусь" с ним как с живым»
Игорь Пальмин: «Помню день, когда сделал этот снимок. Накануне я ночевал на ферме с противоположной стороны хребта. Утром пошёл дальше и сразу после перевала встретил этого пастуха. Тогда я ничего не знал о трагедии в Хайбахе. Лишь позднее местные жители рассказали мне о том, что произошло здесь во время депортации 1944 г.»
Статья, достаточно, длинная. Буду публиковать частями в течении дня. Я настоятельно рекомендую прочитать всё.
«Отец, как и все вернувшиеся из депортации чеченцы, властям не доверял, но о политике никогда не говорил» - продолжает Зулай. -«Когда перед выпускными экзаменами в школе я сказала ему, что хочу продолжать учёбу, я ожидала чего угодно, но не спокойствия, с которым он произнёс: "Да учись сколько хочешь, только ответ найди: за что сожгли мою первую семью?". Так он подсказал, кем бы хотел меня видеть. Я стала историком, проштудировала горы литературы, архивных материалов, написала десятки статей, очерков, а ответа на вопрос отца так и не нашла... Наше родовое гнездо - селение Моцарой. В начале 1944 г., когда разыгралась эта трагедия, отец мой жил здесь с матерью, женой и тремя детьми, и ждали четвертого. В дома горцев тогда начали подселять военных, прибывших якобы для отдыха в тылу. Постояльцем Батукаевых оказался офицер, мусульманин. За два дня до намеченной депортации он повел Абухажи в мечеть, предупредил о предстоящей "операции". Но отец не поверил... В тот же день отца, а он работал председателем сельсовета - в срочном порядке вызвали в соседний район.
Перед тем, как отправиться в дорогу, он заглянул в комнату, где спали дети. Не зная, что видит их в последний раз...» ...
Перед тем, как отправиться в дорогу, он заглянул в комнату, где спали дети. Не зная, что видит их в последний раз...» ...
«...Полгода спустя в Казахстане, где депортированный со всеми чеченцами Абухажи безуспешно искал родных, односельчане рассказали ему, что его семья вместе с другими жителями окрестных сёл была заживо сожжена в соседнем Хайбахе.
в 1948 году Абухажи в числе других 30ти человек отправили из Казахстана в Грозненскую область с заданием - найти и уговорить сдаться властям оставшихся невыселенными чеченцев и ингушей. На некошеных склонах гор у Моцароя стояла трава по грудь, а с крыши башни в Хайбахе, завидев людей, поднялась стая голубей. Каменные стены конюшни хранили следы огня, от крыши не осталось и следа...
В этот миг он окончательно потерял надежду, что кто-то из родных спасся.
Пальмин встретил отца в горах, где тот каждое лето, 16 лет подряд, пас скот. Ему было мало нас, семерых детей, вторую семью свою, он всегда находил кому помогать. До конца дней своих был сельским «тамадой» - старейшиной, выполнявшим массу обязанностей: похороны организовать, свадьбу устроить, примирить врагов.
Когда меня назначили директором школы, отец усадил меня рядом с собой: «Взгляни на мои руки! К ним не прилипло ни одной копейки, не заработанной мной, а ведь я много кем работал. И твои руки должны быть чисты. Хочешь что-то для школы сделать - вон под навесом пиломатериал, цемент, краски, гвозди... Бери. Это - своё, всё остальное - чужое».
Он был предприимчив, и руки росли откуда надо. В 85 лет косил. В 100 лет читал Коран без очков, при свече. Не болел ни разу. Лишь последние 3 месяца провёл в постели. В больнице, увидев его, навстречу кинулись две женщины: «Абухажи, ты помнишь нас? Ты в Казахстане нашу бабушку похоронил, барана зарезал. Нас, двух сестёр, растила бабушка».
Он прервал говорившую, назвав по имени: «Всё помню...».
в 1948 году Абухажи в числе других 30ти человек отправили из Казахстана в Грозненскую область с заданием - найти и уговорить сдаться властям оставшихся невыселенными чеченцев и ингушей. На некошеных склонах гор у Моцароя стояла трава по грудь, а с крыши башни в Хайбахе, завидев людей, поднялась стая голубей. Каменные стены конюшни хранили следы огня, от крыши не осталось и следа...
В этот миг он окончательно потерял надежду, что кто-то из родных спасся.
Пальмин встретил отца в горах, где тот каждое лето, 16 лет подряд, пас скот. Ему было мало нас, семерых детей, вторую семью свою, он всегда находил кому помогать. До конца дней своих был сельским «тамадой» - старейшиной, выполнявшим массу обязанностей: похороны организовать, свадьбу устроить, примирить врагов.
Когда меня назначили директором школы, отец усадил меня рядом с собой: «Взгляни на мои руки! К ним не прилипло ни одной копейки, не заработанной мной, а ведь я много кем работал. И твои руки должны быть чисты. Хочешь что-то для школы сделать - вон под навесом пиломатериал, цемент, краски, гвозди... Бери. Это - своё, всё остальное - чужое».
Он был предприимчив, и руки росли откуда надо. В 85 лет косил. В 100 лет читал Коран без очков, при свече. Не болел ни разу. Лишь последние 3 месяца провёл в постели. В больнице, увидев его, навстречу кинулись две женщины: «Абухажи, ты помнишь нас? Ты в Казахстане нашу бабушку похоронил, барана зарезал. Нас, двух сестёр, растила бабушка».
Он прервал говорившую, назвав по имени: «Всё помню...».
Чеченская Республика показала самую стремительную динамику роста продаж алкоголя в СКФО в 2020 году: показатели выросли в четыре раза по сравнению с 2018 годом и вдвое по сравнению с 2019 годом, утверждает Центр исследований федерального и региональных рынков алкоголя. По словам экспертов, эти цифры говорят не о росте потребления, а о частичной легализации рынка.
Всякий человек, обладающий властью, склонен злоупотреблять ею.
(с) Шарль Монтескьё
(с) Шарль Монтескьё
Аппендикс.
С этим червеобразным отростком слепой кишки многие расстаются ещё в детстве, кто-то теряет во взрослом возрасте, а некоторым удаётся прожить с ним всю жизнь.
В нём хранятся бактерии, необходимые для работы кишечника.
При воспалении аппендикс удаляют - эта та самая операция, после которой остаётся шрам на животе.
Кстати, этот отросток есть и у обезьян, и у кроликов. А, вот, у кошек и собак его нет.
С этим червеобразным отростком слепой кишки многие расстаются ещё в детстве, кто-то теряет во взрослом возрасте, а некоторым удаётся прожить с ним всю жизнь.
В нём хранятся бактерии, необходимые для работы кишечника.
При воспалении аппендикс удаляют - эта та самая операция, после которой остаётся шрам на животе.
Кстати, этот отросток есть и у обезьян, и у кроликов. А, вот, у кошек и собак его нет.
Хабиб Нурмагомедов.
Из-за отсутствия боёв в 2014-2016 годах, следовательно, и отсутствия заработка Хабиб решил устроиться в ночной клуб вышибалой, чтобы прокормить семью.
От этой идеи его отговорил отец.
«Он был близок к завершению карьеры», - подчеркнул Абдулманап, - «Я ему тогда сказал - мы так долго к этому шли, так быстро сдаваться нельзя. Он вернулся на ковёр и начал пахать. И больше не останавливался».
К слову, сейчас Хабиб завершил карьеру непобеждённым, со счётом 29-0.
Из-за отсутствия боёв в 2014-2016 годах, следовательно, и отсутствия заработка Хабиб решил устроиться в ночной клуб вышибалой, чтобы прокормить семью.
От этой идеи его отговорил отец.
«Он был близок к завершению карьеры», - подчеркнул Абдулманап, - «Я ему тогда сказал - мы так долго к этому шли, так быстро сдаваться нельзя. Он вернулся на ковёр и начал пахать. И больше не останавливался».
К слову, сейчас Хабиб завершил карьеру непобеждённым, со счётом 29-0.