☦️ Однажды уже полуслепой архимандрит Павел (Груздев) вместе с Митрополитом служил службу в большом городе. После службы Митрополит дал отцу Павлу деньги на обратную дорогу, и они расстались. До поезда оставалось время и отец Павел решил пообедать.
Заходит он в кафе, а девушка за стойкой говорит ему:
— А вы, дедушка, лучше уходите, вы плохо одеты.
И смотрит на его ноги. А на ногах у отца Павла — валенки, когда он уезжал из своей деревни, стояли морозы, а приехал в город, наступила оттепель, и с валенок на пол натекли лужи грязи. Пальто у батюшки тоже старое, ношеное, и чемоданчик в руке — вытертый, со священническим облачением внутри. Девушка, видимо, решила, что это какой-то бродяга.
Отец Павел ушел.
Приходит в другое кафе, больше похожее на столовую, ему говорят: «У нас тут комплексные обеды!» «Что ж, — отвечает отец Павел, — это хорошо». Поставил у ножки столика чемоданчик, взял поднос, получил на него комплексный обед — первое, второе и компот. Поставил обед на свой столик, только собрался поесть — забыл ложку с вилкой! Пошел за ложкой с вилкой, возвращается — а за его столиком сидит какой-то мужчина и ест его первое. Вот тебе и комплексный обед. Сел отец Павел напротив и ни слова не говоря начал есть свое второе. Съел второе, хлеб по карманам разложил, а компот с тем мужчиной поделили поровну.
Тут мужчина встает и идет к выходу. Отец Павел глянул невзначай под стол — а чемоданчика-то и нет! Тот жадина украл. Съел половину его обеда, да еще и чемоданчик унес. Встал отец Павел из-за стола, побежал за вором, вдруг смотрит – стоит его чемоданчик. Только... у другого столика... И обед на нем нетронутый. Перепутал!!!
А мужчины того и след простыл. Тут у отца Павла даже голова заболела – вот ведь какой человек СМИРЕННЫЙ оказался, ни слова не сказал, когда отец Павел половину его обеда съел...
————-
Когда архимандрит Павел Груздев сидел в лагере, он сам себе назначил такое послушание: весь свой срок вставал за час до подъема и вымывал весь барак.
Потом, после освобождения, уже будучи настоятелем, он сам мыл полы в храме. И однажды этот смиренный навык спас ему жизнь.
В главном приделе Троицкого храма в селе Верхне-Никульское, где служил отец Павел Груздев, обрушился кирпичный свод купола. Храм давно уже требовал ремонта, потому что его фундамент постоянно подмывали воды водохранилища, нанося огромный вред всем храмовым постройкам. Денег на этот ремонт, на реставрацию храма, конечно же, не было. Но и в том, как рухнули эти своды, тоже видна милость Божия и забота о Своем избраннике. Дело было так.
Батюшка сам мыл полы в главном приделе. Неожиданно в руку его вонзилась большая заноза. Боль была такая, что батюшка бросил тряпку и вышел из храма. И в эту самую секунду рухнул свод купола. Многотонные каменные глыбы проломили пол, причем в том самом месте, где несколько секунд назад стоял отец Павел!
Когда он вернулся в храм, он увидел облака оседающей пыли и груду камня на том самом месте, где только что стоял… В куполе зияла дыра, сквозь которую виднелось голубое чистое небо. И при этом, чудесным образом, никто не пострадал!
Заходит он в кафе, а девушка за стойкой говорит ему:
— А вы, дедушка, лучше уходите, вы плохо одеты.
И смотрит на его ноги. А на ногах у отца Павла — валенки, когда он уезжал из своей деревни, стояли морозы, а приехал в город, наступила оттепель, и с валенок на пол натекли лужи грязи. Пальто у батюшки тоже старое, ношеное, и чемоданчик в руке — вытертый, со священническим облачением внутри. Девушка, видимо, решила, что это какой-то бродяга.
Отец Павел ушел.
Приходит в другое кафе, больше похожее на столовую, ему говорят: «У нас тут комплексные обеды!» «Что ж, — отвечает отец Павел, — это хорошо». Поставил у ножки столика чемоданчик, взял поднос, получил на него комплексный обед — первое, второе и компот. Поставил обед на свой столик, только собрался поесть — забыл ложку с вилкой! Пошел за ложкой с вилкой, возвращается — а за его столиком сидит какой-то мужчина и ест его первое. Вот тебе и комплексный обед. Сел отец Павел напротив и ни слова не говоря начал есть свое второе. Съел второе, хлеб по карманам разложил, а компот с тем мужчиной поделили поровну.
Тут мужчина встает и идет к выходу. Отец Павел глянул невзначай под стол — а чемоданчика-то и нет! Тот жадина украл. Съел половину его обеда, да еще и чемоданчик унес. Встал отец Павел из-за стола, побежал за вором, вдруг смотрит – стоит его чемоданчик. Только... у другого столика... И обед на нем нетронутый. Перепутал!!!
А мужчины того и след простыл. Тут у отца Павла даже голова заболела – вот ведь какой человек СМИРЕННЫЙ оказался, ни слова не сказал, когда отец Павел половину его обеда съел...
————-
Когда архимандрит Павел Груздев сидел в лагере, он сам себе назначил такое послушание: весь свой срок вставал за час до подъема и вымывал весь барак.
Потом, после освобождения, уже будучи настоятелем, он сам мыл полы в храме. И однажды этот смиренный навык спас ему жизнь.
В главном приделе Троицкого храма в селе Верхне-Никульское, где служил отец Павел Груздев, обрушился кирпичный свод купола. Храм давно уже требовал ремонта, потому что его фундамент постоянно подмывали воды водохранилища, нанося огромный вред всем храмовым постройкам. Денег на этот ремонт, на реставрацию храма, конечно же, не было. Но и в том, как рухнули эти своды, тоже видна милость Божия и забота о Своем избраннике. Дело было так.
Батюшка сам мыл полы в главном приделе. Неожиданно в руку его вонзилась большая заноза. Боль была такая, что батюшка бросил тряпку и вышел из храма. И в эту самую секунду рухнул свод купола. Многотонные каменные глыбы проломили пол, причем в том самом месте, где несколько секунд назад стоял отец Павел!
Когда он вернулся в храм, он увидел облака оседающей пыли и груду камня на том самом месте, где только что стоял… В куполе зияла дыра, сквозь которую виднелось голубое чистое небо. И при этом, чудесным образом, никто не пострадал!
❤47🥰9🙏7😁1
Forwarded from Православные истории «Благовест»
Митрополит Сурожский Антоний вспоминал однажды о своем общении со студентами Оксфорда. Он помогал в стенах этого древнейшего университета всем желающим совершить первые шаги в православии. Но как-то раз некий юноша заявил, что оставляет владыку, не считает его христианином.
Святитель развел руками и предложил напоследок хотя бы объяснить, отчего же он не христианин, и вот услышал:
– Вы не пацифист!
О том что было дальше, владыка рассказывал:
«Я говорю: «Нет, я не пацифист, я не считаю, что надо просто никогда никак не реагировать.
А ты пацифист?»
Он говорит: «Да».
– «И ты готов до предела идти в твоем пацифизме?»
– «Да, до предела».
– «Вот ответь мне на такой вопрос. Ты входишь в эту комнату и застаешь: какой-то хулиган собирается насиловать твою невесту. Что ты сделаешь?»
Он говорит: «Я постараюсь его убедить отказаться от злого намерения».
– «Хорошо, предположим, что, пока ты к нему речь держишь, он продолжает свое дело».
– «Я стану на колени и буду молить Бога, чтобы Он сделал это невозможным».
– «Ну а если все-таки все произойдет и он встанет и уйдет – что ты сделаешь?»
– «Я буду молить Бога, чтобы из зла получилось бы добро».
Я ему сказал: «Знаешь, был бы я твоей невестой, я бы поискал другого жениха».
Святитель развел руками и предложил напоследок хотя бы объяснить, отчего же он не христианин, и вот услышал:
– Вы не пацифист!
О том что было дальше, владыка рассказывал:
«Я говорю: «Нет, я не пацифист, я не считаю, что надо просто никогда никак не реагировать.
А ты пацифист?»
Он говорит: «Да».
– «И ты готов до предела идти в твоем пацифизме?»
– «Да, до предела».
– «Вот ответь мне на такой вопрос. Ты входишь в эту комнату и застаешь: какой-то хулиган собирается насиловать твою невесту. Что ты сделаешь?»
Он говорит: «Я постараюсь его убедить отказаться от злого намерения».
– «Хорошо, предположим, что, пока ты к нему речь держишь, он продолжает свое дело».
– «Я стану на колени и буду молить Бога, чтобы Он сделал это невозможным».
– «Ну а если все-таки все произойдет и он встанет и уйдет – что ты сделаешь?»
– «Я буду молить Бога, чтобы из зла получилось бы добро».
Я ему сказал: «Знаешь, был бы я твоей невестой, я бы поискал другого жениха».
😁24🙏20❤1
Forwarded from Православные истории «Благовест»
Митрополит Сурожский Антоний однажды заметил, что, когда неофит решит вскарабкаться на небо, поститься до полусмерти и прочее, все в его доме становятся святыми, потому что вынуждены смиряться и все сносить от «подвижника».
Было время, когда в детстве он сам просто сводил всех с ума в этом состоянии, но однажды...
– Помню, – рассказывает он, – как-то я молился у себя в комнате в самом возвышенном состоянии духа, когда бабушка отворила дверь и сказала: «Морковку чистить!»
Я вскочил на ноги и сказал: «Бабушка, ты разве не видишь, что я молился?»
Ответ бабушки был очень простым:
– Я думала, что молиться – значит, быть в общении с Богом и учиться любить. Вот тебе морковка и нож.
Было время, когда в детстве он сам просто сводил всех с ума в этом состоянии, но однажды...
– Помню, – рассказывает он, – как-то я молился у себя в комнате в самом возвышенном состоянии духа, когда бабушка отворила дверь и сказала: «Морковку чистить!»
Я вскочил на ноги и сказал: «Бабушка, ты разве не видишь, что я молился?»
Ответ бабушки был очень простым:
– Я думала, что молиться – значит, быть в общении с Богом и учиться любить. Вот тебе морковка и нож.
❤26🥰13👍5
☦️ Одна встреча перевернула все.
Однажды очередное мероприятие переросло в полнейший притон. Куча людей, все в дыму, как в фильмах. Я смотрю на все это в каком-то полном отчаянии и понимаю, что снова не вижу смысла жить. Я молод, а у меня никакой радости. Все мои надежды на футбол, медицину, искусство, общение, тусовки, музыку — все разрушилось.
Вдруг одной подруге стало плохо от наркотиков. Не так, что вызывать скорую, а какой-то ужас у нее в глазах застыл, и она ничего не может сказать. Я понимал, что она в сознании, но, если мы сейчас не уйдем, ее душа серьезно повредится.
Я ее забрал, и мы ушли. Уже было под утро, сели в какое-то кафе, чтобы она отдыхала, дал ей воды. Она сидела и молчала в результате шесть часов. И это еще больше меня добило.
Я понял, что это я делаю, все идет от меня. Может, из-за меня она что-то употребила. Я видел, что нарушилось что-то важное у нее внутри. Я не мыслил в категориях — душа, не душа, но понимал: что-то очень дорогое. И вот я сидел в этом кафе с ней в полном отчаянии и передумывал, пересматривал всю свою жизнь. Я был в таком безвыходном состоянии, что мне казалось — вот-вот и я умру, у меня совсем не осталось надежды на новую, другую жизнь, где было бы хоть какое-то место для радости и счастья.
Подруга уснула, так и не начав говорить, а я взял в руки телефон и начал бездумно скролить ленту. Каким-то образом наткнулся на видео некоего священнослужителя, это оказался архимандрит Фаддей Витовницкий, почитаемый в Сербии старец. Он пока не прославлен в лике святых, но, думаю, это святой жизни человек.
И случилась следующая вещь. Я слушал это видео больше часа, хотя оно было на сербском. Сербский язык, надо сказать, непонятен вообще, но — странное дело — я его слушал и понимал. Понимал абсолютно все — может, даже не в словесной форме.
И вдруг я почувствовал, что та дыра, которая во мне была все годы в поисках смысла, физически начинает наполняться. Меня заполняет свет. Я не могу остановиться и не слушать. Такое утешение от его слов, и оно растет, растет!.. Я начинаю плакать и в то же время радоваться — настолько, что даже не могу дышать. Даже вздохнуть не получается!
Это была встреча со Христом. Я удивительным образом это ощутил. Кроме пары страниц Ветхого Завета, я никогда не читал Писания. Но мне было очевидно, что Иисус — это Бог. И мне было очевидно, что встреча с Ним происходит сейчас. Как бы я стою перед Ним. И мне стало так же очевидно и больно от того, что все это время я работал на дьявола. Мне было очень строго это показано. Не как теория, а как реально живое знание. Хоть кто бы мне сказал, что я чушь говорю, любые ученые, — я ответил бы: да вы безумные просто, я это четко видел!
Господь мне показал, что одной ниточкой связаны все жизненные моменты — из детства, из юности, — когда задевало каким-то иным светом душу. Светом Христовым, который сейчас уже более ясно коснулся меня через слова старца Фаддея. Я раньше просто не мог вместить этот свет, не мог на него откликнуться.
Всю жизнь я вспомнил, прямо линию провел от начала до точки этой переломной. В такой радости был, плакал и радовался, благодарил Бога!
Какое-то время я еще был завязан на всех этих тусовках. Но в те дни у меня была такая радость, что я Бога узнал! На одной вечеринке я подхожу к диджею и говорю: «А ты веришь в Бога? Бог есть, брат, Бог есть!»
Потом стало очевидно, что после встречи с Господом мне туда нельзя возвращаться. И я со всеми моментально порвал. Это милость Божья, что Он мне реально дал меч, который не делит все на полутона, а делит на черное и белое, зло и добро. Раз — и разрубил.
***
Так начались изменения в жизни Романа, которые со временем привели его в Санкт-Петербургскую духовную академию, где он и учится сейчас на IV курсе. А подробно его история, как и других молодых ребят из академии, рассказана в книге Анны Ершовой «Был футболистом, стал семинаристом. Непридуманные истории будущих священников» (издательство «Никея»).
Однажды очередное мероприятие переросло в полнейший притон. Куча людей, все в дыму, как в фильмах. Я смотрю на все это в каком-то полном отчаянии и понимаю, что снова не вижу смысла жить. Я молод, а у меня никакой радости. Все мои надежды на футбол, медицину, искусство, общение, тусовки, музыку — все разрушилось.
Вдруг одной подруге стало плохо от наркотиков. Не так, что вызывать скорую, а какой-то ужас у нее в глазах застыл, и она ничего не может сказать. Я понимал, что она в сознании, но, если мы сейчас не уйдем, ее душа серьезно повредится.
Я ее забрал, и мы ушли. Уже было под утро, сели в какое-то кафе, чтобы она отдыхала, дал ей воды. Она сидела и молчала в результате шесть часов. И это еще больше меня добило.
Я понял, что это я делаю, все идет от меня. Может, из-за меня она что-то употребила. Я видел, что нарушилось что-то важное у нее внутри. Я не мыслил в категориях — душа, не душа, но понимал: что-то очень дорогое. И вот я сидел в этом кафе с ней в полном отчаянии и передумывал, пересматривал всю свою жизнь. Я был в таком безвыходном состоянии, что мне казалось — вот-вот и я умру, у меня совсем не осталось надежды на новую, другую жизнь, где было бы хоть какое-то место для радости и счастья.
Подруга уснула, так и не начав говорить, а я взял в руки телефон и начал бездумно скролить ленту. Каким-то образом наткнулся на видео некоего священнослужителя, это оказался архимандрит Фаддей Витовницкий, почитаемый в Сербии старец. Он пока не прославлен в лике святых, но, думаю, это святой жизни человек.
И случилась следующая вещь. Я слушал это видео больше часа, хотя оно было на сербском. Сербский язык, надо сказать, непонятен вообще, но — странное дело — я его слушал и понимал. Понимал абсолютно все — может, даже не в словесной форме.
И вдруг я почувствовал, что та дыра, которая во мне была все годы в поисках смысла, физически начинает наполняться. Меня заполняет свет. Я не могу остановиться и не слушать. Такое утешение от его слов, и оно растет, растет!.. Я начинаю плакать и в то же время радоваться — настолько, что даже не могу дышать. Даже вздохнуть не получается!
Это была встреча со Христом. Я удивительным образом это ощутил. Кроме пары страниц Ветхого Завета, я никогда не читал Писания. Но мне было очевидно, что Иисус — это Бог. И мне было очевидно, что встреча с Ним происходит сейчас. Как бы я стою перед Ним. И мне стало так же очевидно и больно от того, что все это время я работал на дьявола. Мне было очень строго это показано. Не как теория, а как реально живое знание. Хоть кто бы мне сказал, что я чушь говорю, любые ученые, — я ответил бы: да вы безумные просто, я это четко видел!
Господь мне показал, что одной ниточкой связаны все жизненные моменты — из детства, из юности, — когда задевало каким-то иным светом душу. Светом Христовым, который сейчас уже более ясно коснулся меня через слова старца Фаддея. Я раньше просто не мог вместить этот свет, не мог на него откликнуться.
Всю жизнь я вспомнил, прямо линию провел от начала до точки этой переломной. В такой радости был, плакал и радовался, благодарил Бога!
Какое-то время я еще был завязан на всех этих тусовках. Но в те дни у меня была такая радость, что я Бога узнал! На одной вечеринке я подхожу к диджею и говорю: «А ты веришь в Бога? Бог есть, брат, Бог есть!»
Потом стало очевидно, что после встречи с Господом мне туда нельзя возвращаться. И я со всеми моментально порвал. Это милость Божья, что Он мне реально дал меч, который не делит все на полутона, а делит на черное и белое, зло и добро. Раз — и разрубил.
***
Так начались изменения в жизни Романа, которые со временем привели его в Санкт-Петербургскую духовную академию, где он и учится сейчас на IV курсе. А подробно его история, как и других молодых ребят из академии, рассказана в книге Анны Ершовой «Был футболистом, стал семинаристом. Непридуманные истории будущих священников» (издательство «Никея»).
🙏23❤15🥰13👍1
☦️ Всякий раз, когда из Америки в Россию, собирался прилететь епископ Василий (Родзянко), он заранее звонил мне. И я с радостью отправлялся с ним в какое-нибудь очередное захватывающее странствие.
Как-то летом, году в 1990-м, в один из приездов Владыки в Москву к нему пришел познакомиться гренадерского вида молодой священник. И с места в карьер предложил Владыке послужить у него на приходе. Владыка, как всегда, не заставил просить себя дважды. А я понял, что у нас начинаются очередные проблемы.
— А где приход-то твой? — спросил я, мрачно оглядывая молодого батюшку.
— Недалеко. За Костромой. Там еще километров сто пятьдесят еще… Точнее, двести… Аккурат между Чухломой и Кологривом.
Я содрогнулся. И стал вслух прикидывать:
— Четыреста километров до Костромы, потом еще двести… Кстати, Владыка, вы хоть немного себе представляете, какие там дороги — между Чухломой и Кологривом? Слушай, батюшка, а от костромского архиерея у тебя благословение на служение Владыки есть? — ухватился я за последнюю надежду. — Ведь без благословения ему в чужой епархии служить нельзя!
— Без этого я бы и не подходил, — безжалостно заверил меня гренадер. — Все благословения у нашего архиерея заранее получены.
Таким вот образом Владыка Василий и очутился на глухой дороге по пути к затерянной в костромских лесах деревушке. Путь до его деревни был действительно долог, так что спутники успели изрядно устать.
Неожиданно машина остановилась. На дороге буквально несколько минут назад произошла авария — грузовик лоб в лоб столкнулся с мотоциклом. На земле в пыли лежал мертвый мужчина. Над ним в оцепенении стоял юноша. Поблизости курил понурый водитель грузовика.
Владыка и его спутники поспешно вышли из автомобиля. Но помочь уже ничем было нельзя. Мгновенно ворвавшееся в наш мир торжество жестокой бессмысленности, картина непоправимого человеческого горя подавили всех, кто оказался в эту минуту здесь, на дороге.
Молоденький мотоциклист, зажав в руках шлем, плакал — погибший был его отцом.
Владыка обнял молодого человека.
— Я священник. Если ваш отец был верующим, я могу совершить необходимые для него сейчас молитвы.
— Да, да! — начиная выходить из оцепенения, подхватил молодой человек.
— Сделайте, пожалуйста, все что надо! Отец был православным. Правда, он никогда не ходил в церковь — все церкви вокруг посносили… Но он всегда говорил, что у него есть духовник! Сделайте, пожалуйста, все как положено!
Из машины уже несли священнические облачения.
Владыка не удержался и осторожно спросил молодого человека:
— Как же так получилось, что ваш отец не бывал в церкви, а имел духовника?
— Да так получилось… Отец много лет слушал религиозные передачи из Лондона. Их вел какой-то священник Родзянко. Этого батюшку папа и считал своим духовником. Хотя никогда в жизни его не видел.
Владыка заплакал и опустился на колени перед своим умершим духовным сыном.
Архимандрит Тихон Шевкунов
Как-то летом, году в 1990-м, в один из приездов Владыки в Москву к нему пришел познакомиться гренадерского вида молодой священник. И с места в карьер предложил Владыке послужить у него на приходе. Владыка, как всегда, не заставил просить себя дважды. А я понял, что у нас начинаются очередные проблемы.
— А где приход-то твой? — спросил я, мрачно оглядывая молодого батюшку.
— Недалеко. За Костромой. Там еще километров сто пятьдесят еще… Точнее, двести… Аккурат между Чухломой и Кологривом.
Я содрогнулся. И стал вслух прикидывать:
— Четыреста километров до Костромы, потом еще двести… Кстати, Владыка, вы хоть немного себе представляете, какие там дороги — между Чухломой и Кологривом? Слушай, батюшка, а от костромского архиерея у тебя благословение на служение Владыки есть? — ухватился я за последнюю надежду. — Ведь без благословения ему в чужой епархии служить нельзя!
— Без этого я бы и не подходил, — безжалостно заверил меня гренадер. — Все благословения у нашего архиерея заранее получены.
Таким вот образом Владыка Василий и очутился на глухой дороге по пути к затерянной в костромских лесах деревушке. Путь до его деревни был действительно долог, так что спутники успели изрядно устать.
Неожиданно машина остановилась. На дороге буквально несколько минут назад произошла авария — грузовик лоб в лоб столкнулся с мотоциклом. На земле в пыли лежал мертвый мужчина. Над ним в оцепенении стоял юноша. Поблизости курил понурый водитель грузовика.
Владыка и его спутники поспешно вышли из автомобиля. Но помочь уже ничем было нельзя. Мгновенно ворвавшееся в наш мир торжество жестокой бессмысленности, картина непоправимого человеческого горя подавили всех, кто оказался в эту минуту здесь, на дороге.
Молоденький мотоциклист, зажав в руках шлем, плакал — погибший был его отцом.
Владыка обнял молодого человека.
— Я священник. Если ваш отец был верующим, я могу совершить необходимые для него сейчас молитвы.
— Да, да! — начиная выходить из оцепенения, подхватил молодой человек.
— Сделайте, пожалуйста, все что надо! Отец был православным. Правда, он никогда не ходил в церковь — все церкви вокруг посносили… Но он всегда говорил, что у него есть духовник! Сделайте, пожалуйста, все как положено!
Из машины уже несли священнические облачения.
Владыка не удержался и осторожно спросил молодого человека:
— Как же так получилось, что ваш отец не бывал в церкви, а имел духовника?
— Да так получилось… Отец много лет слушал религиозные передачи из Лондона. Их вел какой-то священник Родзянко. Этого батюшку папа и считал своим духовником. Хотя никогда в жизни его не видел.
Владыка заплакал и опустился на колени перед своим умершим духовным сыном.
Архимандрит Тихон Шевкунов
❤45🙏29
☦️ Митрополит Вениамин (Федченков) вспоминал об одном ревностном священнике, который так увлекся строительством храма, что пропадал на работах днем и ночью.
Матушка поначалу тихо роптала – у нее раз ужин пропал, другой – детей забросил... Но однажды твердо сказала супругу:
– Если ты не изменишь жизни, то я уйду к родителям.
Задумался батюшка, кого ему предпочесть: храм или жену?
Когда об этой истории узнал старец Анатолий Оптинский, он воскликнул: «Ах, беда какая!»
– Жена для батюшки и есть Церковь, – сказал старец, – об этом и апостол говорил. Храм-то строить великое дело, но и мир семейный хранить – святое. Пусть этот батюшка послушает матушки, а иначе плохо будет, плохо».
Затем, подумав, добавил: «Добро-то, добро храм строить, да ведь и здесь тайно примешивается тщеславие. Хочется поскорее дело кончить, людям понравиться».
Когда эти слова передали священнику-строителю, тот раскаялся, и мир семейный был восстановлен.
Матушка поначалу тихо роптала – у нее раз ужин пропал, другой – детей забросил... Но однажды твердо сказала супругу:
– Если ты не изменишь жизни, то я уйду к родителям.
Задумался батюшка, кого ему предпочесть: храм или жену?
Когда об этой истории узнал старец Анатолий Оптинский, он воскликнул: «Ах, беда какая!»
– Жена для батюшки и есть Церковь, – сказал старец, – об этом и апостол говорил. Храм-то строить великое дело, но и мир семейный хранить – святое. Пусть этот батюшка послушает матушки, а иначе плохо будет, плохо».
Затем, подумав, добавил: «Добро-то, добро храм строить, да ведь и здесь тайно примешивается тщеславие. Хочется поскорее дело кончить, людям понравиться».
Когда эти слова передали священнику-строителю, тот раскаялся, и мир семейный был восстановлен.
❤37👍8
☦️ История моего церковного служения началась с того, что я стал сторожем при храме.
Казалось бы, что тут «духовного»? Сиди себе, посматривай на приходящих, отвечай на телефонные звонки, ночью обходи территорию, а в зимнее время подкидывай уголь в кочегарку.
Тем не менее никогда в жизни я не читал так много духовной литературы и не молился так горячо и усердно, как в тот период. Я встречал самых необыкновенных людей, попадал в самые абсурдные ситуации, но только сейчас, уже будучи священником, я понимаю: Господь таким образом «готовил» меня к пастырскому служению.
Приходилось общаться и с наркоманами, и с алкоголиками. Обычно это были ночные посетители. Кого-то успокаивал сам, кому-то приходилось вызывать скорую или милицию. Днем меня одолевали посетители иного рода. Часто приходили люди не особо воцерковленные и начинали что-то требовать, иногда самое немыслимое. Одну из таких посетительниц я запомнил на всю жизнь.
«Деточка, у меня котик умер, я его отпеть хочу, как это сделать?» — вот что однажды спросила у меня милейшая бабушка, зашедшая в храм. На мой серьезный и полный богословского мудрствования ответ по поводу того, кого в Церкви можно отпевать, она мне не менее резонно ответила: «А для меня мой котик как человек был, и даже лучше некоторых из людей!» Ее решение отпеть пушистого друга не мог поколебать ни один мой аргумент. И тут на подмогу пришел отец Владимир, в то время штатный священник Троицкой церкви Красноярска.
Деловито выслушав бабушку, он вдруг выдал: «Да, конечно, сейчас отпоем. Как котика звали?» Все участники этой трагикомедии были шокированы: я не мог поверить, что батюшка собирается пойти против учения Святой Церкви и святых отцов, а глаза милой бабушки сияли от осознания своей победы.
Но следующая реплика отца Владимира расставила все по местам: «Да, кстати, котик Ваш крещеный? Он исповедовал православие?» Неожиданно!.. Оказалось, что нет. Когда стала понятна невыполнимость просьбы, бабушке пришлось уйти. Тем не менее во взгляде ее читалась невероятная решимость. Такой взгляд бывает у ребенка, который во что бы то ни стало решил выпросить у мамы новую игрушку в магазине.
Через неделю уже знакомая посетительница снова стояла на пороге храма. Не успел я и рта раскрыть, как она выпалила: «Я хочу покрестить котика!» На руках у нее был маленький пушистый комочек. На мою удачу, совсем недалеко был отец Владимир.
Узнав, в чем дело, он со свойственной ему невозмутимостью и деловитостью сказал: «Конечно, покрестим! — и снова момент торжества милой пожилой женщины. — Только надо, чтобы котик Символ веры выучил наизусть. Сможет?» Она огорченно вздохнула.
Не думайте, что мы хотели просто посмеяться над ней. С этих забавных диалогов началось наше общение, которое переросло в настоящую дружбу.
Бабушка оказалась добрейшим человеком. Каждый раз, когда наступало мое дежурство, она приходила в сторожку и приносила мне гостинцы. Мы пили чай и беседовали о жизни. Бывшая прима-балерина, когда-то любимица публики и похитительница мужских сердец — сейчас одинокий пожилой человек, который нуждался в общении. Выросшая в советское время, она мало что знала о православии. И вот постепенно эта женщина, когда-то так яростно желавшая отпеть кота, начала интересоваться церковной жизнью. Стала заходить в храм, подолгу стояла на службах, горячо молилась у иконы Божьей Матери.
Когда я стал священником, то первым человеком, который пришел ко мне на исповедь, была она, та самая «Маргоша», как она потом просила называть ее. Она же стала первым человеком, кого я отпел.
Иногда, закрыв на пару секунд глаза, я вновь вижу ее седые волосы, собранные в тугую прическу, негнущиеся, больные «профессионально поставленные» ноги и слышу ее голос: «Деточка, послушайте, что я вам скажу. Не живите молодостью, живите будущей старостью. Потому что нет ничего страшней ее, одинокой».
А на коленях мурлыкает ее кот. Тот самый, который не смог выучить Символ веры и так и остался — некрещеным.
Священник Дмитрий Харцыз
Казалось бы, что тут «духовного»? Сиди себе, посматривай на приходящих, отвечай на телефонные звонки, ночью обходи территорию, а в зимнее время подкидывай уголь в кочегарку.
Тем не менее никогда в жизни я не читал так много духовной литературы и не молился так горячо и усердно, как в тот период. Я встречал самых необыкновенных людей, попадал в самые абсурдные ситуации, но только сейчас, уже будучи священником, я понимаю: Господь таким образом «готовил» меня к пастырскому служению.
Приходилось общаться и с наркоманами, и с алкоголиками. Обычно это были ночные посетители. Кого-то успокаивал сам, кому-то приходилось вызывать скорую или милицию. Днем меня одолевали посетители иного рода. Часто приходили люди не особо воцерковленные и начинали что-то требовать, иногда самое немыслимое. Одну из таких посетительниц я запомнил на всю жизнь.
«Деточка, у меня котик умер, я его отпеть хочу, как это сделать?» — вот что однажды спросила у меня милейшая бабушка, зашедшая в храм. На мой серьезный и полный богословского мудрствования ответ по поводу того, кого в Церкви можно отпевать, она мне не менее резонно ответила: «А для меня мой котик как человек был, и даже лучше некоторых из людей!» Ее решение отпеть пушистого друга не мог поколебать ни один мой аргумент. И тут на подмогу пришел отец Владимир, в то время штатный священник Троицкой церкви Красноярска.
Деловито выслушав бабушку, он вдруг выдал: «Да, конечно, сейчас отпоем. Как котика звали?» Все участники этой трагикомедии были шокированы: я не мог поверить, что батюшка собирается пойти против учения Святой Церкви и святых отцов, а глаза милой бабушки сияли от осознания своей победы.
Но следующая реплика отца Владимира расставила все по местам: «Да, кстати, котик Ваш крещеный? Он исповедовал православие?» Неожиданно!.. Оказалось, что нет. Когда стала понятна невыполнимость просьбы, бабушке пришлось уйти. Тем не менее во взгляде ее читалась невероятная решимость. Такой взгляд бывает у ребенка, который во что бы то ни стало решил выпросить у мамы новую игрушку в магазине.
Через неделю уже знакомая посетительница снова стояла на пороге храма. Не успел я и рта раскрыть, как она выпалила: «Я хочу покрестить котика!» На руках у нее был маленький пушистый комочек. На мою удачу, совсем недалеко был отец Владимир.
Узнав, в чем дело, он со свойственной ему невозмутимостью и деловитостью сказал: «Конечно, покрестим! — и снова момент торжества милой пожилой женщины. — Только надо, чтобы котик Символ веры выучил наизусть. Сможет?» Она огорченно вздохнула.
Не думайте, что мы хотели просто посмеяться над ней. С этих забавных диалогов началось наше общение, которое переросло в настоящую дружбу.
Бабушка оказалась добрейшим человеком. Каждый раз, когда наступало мое дежурство, она приходила в сторожку и приносила мне гостинцы. Мы пили чай и беседовали о жизни. Бывшая прима-балерина, когда-то любимица публики и похитительница мужских сердец — сейчас одинокий пожилой человек, который нуждался в общении. Выросшая в советское время, она мало что знала о православии. И вот постепенно эта женщина, когда-то так яростно желавшая отпеть кота, начала интересоваться церковной жизнью. Стала заходить в храм, подолгу стояла на службах, горячо молилась у иконы Божьей Матери.
Когда я стал священником, то первым человеком, который пришел ко мне на исповедь, была она, та самая «Маргоша», как она потом просила называть ее. Она же стала первым человеком, кого я отпел.
Иногда, закрыв на пару секунд глаза, я вновь вижу ее седые волосы, собранные в тугую прическу, негнущиеся, больные «профессионально поставленные» ноги и слышу ее голос: «Деточка, послушайте, что я вам скажу. Не живите молодостью, живите будущей старостью. Потому что нет ничего страшней ее, одинокой».
А на коленях мурлыкает ее кот. Тот самый, который не смог выучить Символ веры и так и остался — некрещеным.
Священник Дмитрий Харцыз
🙏32❤24
☦️ Однажды с протоиерем Владимиром Горюновым произошел такой случай.
В храм зашел человек и, подойдя к отцу Владимиру, обратился с просьбой: «Я колдун, и мне нужно исповедаться и причаститься».
Завязался небольшой разговор, в котором священник объяснял, что исповедать этого человека сможет, если он действительно раскаялся, а вот со Святым Причастием придется подождать, так как есть канонические правила, согласно которых не только колдунов, а даже людей, к ним ходивших, отлучать от церковного общения на несколько лет. Поэтому нужен какой-то период для того, чтобы человек укрепился в своем раскаянии.
На что колдун стал заявлять, что воспринимает Причастие, как подзарядку «высшей энергией», и что священники такие же колдуны, как и он...
Когда доводы в этом споре казались исчерпаны, отец Владимир сказал колдуну: «Иди сюда, чадо». После чего он левой рукой наклонил к себе голову колдуна, а правой
перекрестил ее (совершил обычное священническое благословение).
Как после всего рассказывал батюшка, он сам не ожидал того, что потом произошло — «Я же его только перекрестил!».
Колдуна резко выгнуло в спине и развернуло на 360 градусов, а затем его стало крутить и бить об стены храма, пока он как пробка не вылетел на улицу. Женщина, стоявшая в храме, буквально вжалась в стену от этого зрелища...
Больше этот колдун в храме не появлялся. Таким вот чудесным образом Господь показал беспомощность бесовской силы против благодати Божией!
священник Виктор ИВАНОВ
В храм зашел человек и, подойдя к отцу Владимиру, обратился с просьбой: «Я колдун, и мне нужно исповедаться и причаститься».
Завязался небольшой разговор, в котором священник объяснял, что исповедать этого человека сможет, если он действительно раскаялся, а вот со Святым Причастием придется подождать, так как есть канонические правила, согласно которых не только колдунов, а даже людей, к ним ходивших, отлучать от церковного общения на несколько лет. Поэтому нужен какой-то период для того, чтобы человек укрепился в своем раскаянии.
На что колдун стал заявлять, что воспринимает Причастие, как подзарядку «высшей энергией», и что священники такие же колдуны, как и он...
Когда доводы в этом споре казались исчерпаны, отец Владимир сказал колдуну: «Иди сюда, чадо». После чего он левой рукой наклонил к себе голову колдуна, а правой
перекрестил ее (совершил обычное священническое благословение).
Как после всего рассказывал батюшка, он сам не ожидал того, что потом произошло — «Я же его только перекрестил!».
Колдуна резко выгнуло в спине и развернуло на 360 градусов, а затем его стало крутить и бить об стены храма, пока он как пробка не вылетел на улицу. Женщина, стоявшая в храме, буквально вжалась в стену от этого зрелища...
Больше этот колдун в храме не появлялся. Таким вот чудесным образом Господь показал беспомощность бесовской силы против благодати Божией!
священник Виктор ИВАНОВ
🙏48❤13
☦️ Одна пожилая инокиня из скита Серафимо-Дивеевского монастыря рассказала такой случай.
- Нет у нас транспорта, а зимой никто к нам не едет. Бывает, месяцами никакой попутки, все позаметает. Вот съели мы давно весь хлеб, едим одни сухарики, долго уже их едим.
Я и говорю батюшке (они все преподобного Серафима называют "батюшка" или "батюшка Серафим"):
"Батюшка Серафим, хоть бы хлебушка нам прислал, а то уже девочкам наскучили сухарики" (а у них в скиту почти все - очень молодые девчонки).
Через пару часов въезжает к ним машина, полная хлеба, вылезает из нее известный им человек из Дивеева - и прямо к этой инокине:
- Принимай, матушка, хлеб. А сам волнуется, чуть руки не трясутся, и рассказывает:
- Еду я из Дивеева, везу хлеб в... (и называет другой скит). Вдруг голос: "Вези в... (называет их скит)".
Я спрашиваю шофера: "Слышал ли что-нибудь?" Он говорит: "Нет". Через некоторое время голос повторил то же, но более строго. Тот опять к водителю машины: "Как же так, я слышу, а ты нет?"
Прошло еще немного времени. Голос уже совсем строго на него прикрикнул, так что тот сразу развернул водителя, и вот они здесь.
- Нет у нас транспорта, а зимой никто к нам не едет. Бывает, месяцами никакой попутки, все позаметает. Вот съели мы давно весь хлеб, едим одни сухарики, долго уже их едим.
Я и говорю батюшке (они все преподобного Серафима называют "батюшка" или "батюшка Серафим"):
"Батюшка Серафим, хоть бы хлебушка нам прислал, а то уже девочкам наскучили сухарики" (а у них в скиту почти все - очень молодые девчонки).
Через пару часов въезжает к ним машина, полная хлеба, вылезает из нее известный им человек из Дивеева - и прямо к этой инокине:
- Принимай, матушка, хлеб. А сам волнуется, чуть руки не трясутся, и рассказывает:
- Еду я из Дивеева, везу хлеб в... (и называет другой скит). Вдруг голос: "Вези в... (называет их скит)".
Я спрашиваю шофера: "Слышал ли что-нибудь?" Он говорит: "Нет". Через некоторое время голос повторил то же, но более строго. Тот опять к водителю машины: "Как же так, я слышу, а ты нет?"
Прошло еще немного времени. Голос уже совсем строго на него прикрикнул, так что тот сразу развернул водителя, и вот они здесь.
👍28❤26
Прабабушка мужа, отметившая этой зимой свое 98-летие, рассказала, от чего так долго живет.
Родилась при царе Николае, в самом начале 1917 года, перенесла весь ужас послереволюционного времени, веры не знала, Бога не помнила, но сердце имела доброе и отзывчивое. Раз, в 1931 году, проходя с булкой только что купленного хлеба мимо жд станции, увидела эшелон со ссыльными монахами, коих тогда много погибло не только от мук, но и от жестокого голода в дальнем пути.
Далее ее текст:
- Иду я, значит, мимо, и вижу: серенькие, худенькие такие попики, меж щелей вагона смотрят, а глаза у них добрые-добрые, лет 14 мне тогда было, отчаянная, пожалела их, да и бросила весь хлеб по кусочкам в вагон. Кругом свист, топот поднялся, конвойный орет, матери сказать грозится, патруль вызвать, а я уж больно смышленая была, да на язык острая, и, не мешкая, ответила: - Дяденька, что кричишь-то, я ж во врагов народа камушками, камушками кидала.
Домой прибежала, сердце остановить не могу... Маме рассказала, а она, на следующий день, снова за хлебом отправила, со словами: - Не оскудеет рука дающего, помни, доченька. Долго они (монахи) мне в след махали, а один не побоялся крикнуть "До ста лет тебе дожить, милая!"
Вот и живу, мучаюсь, - закончила бабушка, так и не ставшая глубоко верующей, но пронесшая память о великих событиях сквозь года.
Родилась при царе Николае, в самом начале 1917 года, перенесла весь ужас послереволюционного времени, веры не знала, Бога не помнила, но сердце имела доброе и отзывчивое. Раз, в 1931 году, проходя с булкой только что купленного хлеба мимо жд станции, увидела эшелон со ссыльными монахами, коих тогда много погибло не только от мук, но и от жестокого голода в дальнем пути.
Далее ее текст:
- Иду я, значит, мимо, и вижу: серенькие, худенькие такие попики, меж щелей вагона смотрят, а глаза у них добрые-добрые, лет 14 мне тогда было, отчаянная, пожалела их, да и бросила весь хлеб по кусочкам в вагон. Кругом свист, топот поднялся, конвойный орет, матери сказать грозится, патруль вызвать, а я уж больно смышленая была, да на язык острая, и, не мешкая, ответила: - Дяденька, что кричишь-то, я ж во врагов народа камушками, камушками кидала.
Домой прибежала, сердце остановить не могу... Маме рассказала, а она, на следующий день, снова за хлебом отправила, со словами: - Не оскудеет рука дающего, помни, доченька. Долго они (монахи) мне в след махали, а один не побоялся крикнуть "До ста лет тебе дожить, милая!"
Вот и живу, мучаюсь, - закончила бабушка, так и не ставшая глубоко верующей, но пронесшая память о великих событиях сквозь года.
❤36👍7
☦️ Лучшая проповедь, которую я слышал
Я вам расскажу одну историю, которая произошла со мной в США. Однажды, много лет назад, в одиннадцать часов вечера мне позвонил мой епархиальный архиерей. Он сказал: «Батюшка, надеюсь, я вас не разбудил?»
Конечно, он меня разбудил. Далее он продолжил: «Мне позвонили из больницы. Нужно, чтобы вы срочно поехали туда и причастили умирающего». Я собрался, сел в метро и поехал в Бронкс, который находится приблизительно в двадцати километрах от нашего монастыря. Я приехал в больницу, напутствовал умирающего Святыми Дарами, и, когда я снова спустился в метро, был уже час ночи. Я очень долго ждал поезда, а когда поезд пришел, то в вагоне никого не было. Бронкс — очень бедный и очень опасный район. И буквально через пару остановок в поезд зашел какой-то человек, встал в противоположном конце вагона и стал меня пристально рассматривать. Выглядел он очень опасно, и, когда двери закрылись и поезд тронулся, он стал продвигаться в мою сторону. Первой моей мыслью было: «Все, мой час пришел». Мужчина подошел, встал надо мной и говорит:
— Ну, и кто ты такой? Что это ты так вырядился?
Я ответил ему, что я священник.
— Какой еще священник? — говорит он.
— Православный, — ответил я.
У меня с собой была сумка, в которой лежали епитрахиль, требник и все, что было мне необходимо для службы, и, кивая на сумку, этот человек меня спрашивает:
— А в сумке что у тебя? Я говорю:
— То же, что у тебя в голове.
— То есть?
— Пусто.
Мужчина засмеялся и говорит:
— Так что, ты меня не боишься?
— Да нет, — отвечаю, — не боюсь. Он сел и говорит:
— Ты знаешь, я когда-то был католиком, но во все эти вещи больше не верю.
Я спрашиваю:
— В какие вещи? Он отвечает:
— Один священник рассказывал нам, что он может изменить хлеб и вино в Тело и Кровь. Неужели ты веришь в это?
— Конечно, верю, — отвечаю я.
— Тогда, — говорит он, — твои прихожане в это не верят.
— Конечно, верят!
Он посмотрел на меня и говорит:
— Что ж, они никогда не ходят домой? Я не понял его вопроса:
— О чем это ты? Конечно, они ходят домой!
Услышав это, он махнул рукой, бросил на меня насмешливый взгляд и сказал с уверенностью:
— Нет, они не верят. Если бы я верил, что Иисус Христос, Сам, был на этом алтаре, в этой церкви, я бы никогда бы не пошел домой. Зачем мне куда-то идти? И они не верят, и ты, отец, не веришь.
Это была одна из лучших проповедей, которую я когда бы то ни было слышал. И я сейчас говорю вам, сестры: вы не верите, что Христос здесь. Вы не верите, что Он в вас, и вы не верите, что Он в вашей сестре, — иначе бы вы никогда не вели себя так, как ведете сейчас. Так что это вы, а не какие-то люди с улицы, отрекаетесь от Христа. Самой своей жизнью вы говорите друг другу и всем людям: Он не существует. Он сказал: тот, кто отречется от Меня пред людьми, отрекусь от того и Я пред Отцем Моим Небесным (Мф. 10:33). Не горит ли у нас земля под ногами? Когда же мы изменимся? Чего вы ждете, молнии с неба?..
Я однажды сказал эту фразу на проповеди, и внезапно молния действительно ударила в церковь — до сих пор никто из тех, кто тогда был в храме, не забыл о том, о чем я тогда говорил. Жалко, что я не могу хотя бы иногда это повторять…
Схиархимандрит Иоаким (Парр)
📲 Другие рассказы в MAX
Я вам расскажу одну историю, которая произошла со мной в США. Однажды, много лет назад, в одиннадцать часов вечера мне позвонил мой епархиальный архиерей. Он сказал: «Батюшка, надеюсь, я вас не разбудил?»
Конечно, он меня разбудил. Далее он продолжил: «Мне позвонили из больницы. Нужно, чтобы вы срочно поехали туда и причастили умирающего». Я собрался, сел в метро и поехал в Бронкс, который находится приблизительно в двадцати километрах от нашего монастыря. Я приехал в больницу, напутствовал умирающего Святыми Дарами, и, когда я снова спустился в метро, был уже час ночи. Я очень долго ждал поезда, а когда поезд пришел, то в вагоне никого не было. Бронкс — очень бедный и очень опасный район. И буквально через пару остановок в поезд зашел какой-то человек, встал в противоположном конце вагона и стал меня пристально рассматривать. Выглядел он очень опасно, и, когда двери закрылись и поезд тронулся, он стал продвигаться в мою сторону. Первой моей мыслью было: «Все, мой час пришел». Мужчина подошел, встал надо мной и говорит:
— Ну, и кто ты такой? Что это ты так вырядился?
Я ответил ему, что я священник.
— Какой еще священник? — говорит он.
— Православный, — ответил я.
У меня с собой была сумка, в которой лежали епитрахиль, требник и все, что было мне необходимо для службы, и, кивая на сумку, этот человек меня спрашивает:
— А в сумке что у тебя? Я говорю:
— То же, что у тебя в голове.
— То есть?
— Пусто.
Мужчина засмеялся и говорит:
— Так что, ты меня не боишься?
— Да нет, — отвечаю, — не боюсь. Он сел и говорит:
— Ты знаешь, я когда-то был католиком, но во все эти вещи больше не верю.
Я спрашиваю:
— В какие вещи? Он отвечает:
— Один священник рассказывал нам, что он может изменить хлеб и вино в Тело и Кровь. Неужели ты веришь в это?
— Конечно, верю, — отвечаю я.
— Тогда, — говорит он, — твои прихожане в это не верят.
— Конечно, верят!
Он посмотрел на меня и говорит:
— Что ж, они никогда не ходят домой? Я не понял его вопроса:
— О чем это ты? Конечно, они ходят домой!
Услышав это, он махнул рукой, бросил на меня насмешливый взгляд и сказал с уверенностью:
— Нет, они не верят. Если бы я верил, что Иисус Христос, Сам, был на этом алтаре, в этой церкви, я бы никогда бы не пошел домой. Зачем мне куда-то идти? И они не верят, и ты, отец, не веришь.
Это была одна из лучших проповедей, которую я когда бы то ни было слышал. И я сейчас говорю вам, сестры: вы не верите, что Христос здесь. Вы не верите, что Он в вас, и вы не верите, что Он в вашей сестре, — иначе бы вы никогда не вели себя так, как ведете сейчас. Так что это вы, а не какие-то люди с улицы, отрекаетесь от Христа. Самой своей жизнью вы говорите друг другу и всем людям: Он не существует. Он сказал: тот, кто отречется от Меня пред людьми, отрекусь от того и Я пред Отцем Моим Небесным (Мф. 10:33). Не горит ли у нас земля под ногами? Когда же мы изменимся? Чего вы ждете, молнии с неба?..
Я однажды сказал эту фразу на проповеди, и внезапно молния действительно ударила в церковь — до сих пор никто из тех, кто тогда был в храме, не забыл о том, о чем я тогда говорил. Жалко, что я не могу хотя бы иногда это повторять…
Схиархимандрит Иоаким (Парр)
📲 Другие рассказы в MAX
❤25🙏24