«Этот мужчина всякий раз приходил в храм в шортах, сланцах и майке без рукавов».

Часто бывает так: люди, которые долгое время ходят в храм, начинают считать, что это их вотчина и они имеют право делать другим замечания. В нашем храме иконы Богородицы «Целительница» настоятель всегда повторяет: «Делать замечания не имеет права никто: ни священник, ни сотрудник храма, ни прихожанин, который 10 или 20 лет здесь молится. Это может сделать только настоятель». К слову сказать, наш настоятель всегда делает это с большой любовью и мудростью, так, что замечание выглядит скорее как добрый отеческий совет.

Однажды на службе я увидел, как мужчина стоит в шортах, сланцах и майке без рукавов — татуированный, бритоголовый. Я подумал: «Молится — и пусть молится. Может, случайно так зашел, а завтра придет в другой одежде». На следующий день утром и вечером он пришел в таком же виде.

И так в последующие дни. Увидев его на лавочке после службы, я решил подсесть рядом и спросить, почему он молится в этой одежде. На мой вопрос человек — очень колючий по своей речи — задал ответный вопрос: «Скажи мне, священник, почему Господь дал страдать моему ребенку?» Во время беседы выяснилось, что Сергей вместе со своей супругой Анастасией приехали отдохнуть на море и их малыш Даниил очень тяжело заболел, оказался в реанимации и впал в кому. Мужчина продолжил: «В чем я был, когда сел в машину скорой со своим ребенком, в том сюда и приехал. Другой одежды у меня нет».

Несмотря на все это и на, может быть, небольшую обиду на Господа, Сергей каждое утро и вечер приходил молиться в храм. Мы долгое время общались с этой семьей. Духовенство, социальный отдел нашей епархии даже нашли возможность самолетом МЧС перевезти Даниила в Санкт-Петербург, где он продолжил лечение.

Спустя какое-то время, когда я поехал туда на учебу в академии, остановился на ночлег как раз у этой пары. Данька уже вылечился и бегал. В один из воскресных дней Сережа позвал меня на службу в храм. Я согласился. Он надел белую сорочку, костюм, галстук. Настя тоже нарядилась – надела красивое платье. Я спросил: «Сережа, сегодня какой-то праздник?» Он ответил: «Да, конечно». Я говорю: «Какой? Может, какой-то семейный?»
— «Воскресный день».
— «Но вы так нарядно одеты».
— «Батюшка, так ты сам учил нас тому, что мы к Богу всегда приходим как на праздник. С тех пор как Даниил исцелился, по-другому ходить в храм уже не можем».

Священник Вячеслав Клименко

Однажды меня позвали в реанимацию роддома. Родились две девочки — Алевтина и Юля. Им было всего 25 недель, очень маленькие. Чтобы понять их размер в полный рост, можно посмотреть на свою ладонь.

Я крестил девочек в реанимации, после чего сказал бабушке детей (с мамой не сразу удалось побеседовать): «Настройте родителей, чтобы они готовились к чему угодно, потому что наше дело — просить Господа, а Он либо подаст, либо не подаст — в зависимости от того, что нам полезно. Пусть родители не очаровываются, а готовятся к любому наихудшему исходу».

На это бабушка ответила: «Ты неверующий священник. Будут мои внученьки жить». Все что я смог ответить: «На все воля Божья».

Прошел, наверное, год. Сидел на лавочке на территории храма, общался с кем-то и… не сразу узнал эту бабушку. Она подошла к нам и сказала человеку, с которым я беседовал: «Этот священник неверующий. Год назад мы молились о моих внучках, и я сказала, что они будут жить, а он – что не уверен в этом. Но вот я говорю вам: мои внученьки живы».
Спустя время я и сам увидел этих белокурых девочек в храме.

Про что для меня эта история? Про мое маловерие. И конечно, про чудо молитвы бабушки и родителей этих детей.

Священник Вячеслав Клименко

В одном из храмов Ростова-на-Дону недавно выложили мозайку Крещения Господня. И голуби прилетают и садятся на то место, где Дух Святой в виде голубя сходит на Спасителя.

Ст. 16−17 И, крестившись, Иисус тотчас вышел из воды, — и се, отверзлись Ему небеса, и увидел Иоанн Духа Божия, Который сходил, как голубь, и ниспускался на Него. И се, глас с небес глаголющий: Сей есть Сын Мой возлюбленный, в Котором Мое благоволение.

#православие #христианство

☦️ СВЯТЫЕ ОТЦЫ О ПОМИНОВЕНИИ УСОПШИХ
Каждый из нас грешен и каждый из нас смертен. Мысль о том, каким, с какой душой он предстанет перед Господом после завершения своей земной жизни, должна быть главной для любого христианина. Но если у живого человека всегда есть возможность раскаяться в своих прегрешениях, исправиться, то у усопших такой возможности уже нет. Нашим умершим родным и близким остается лишь уповать на наши молитвы, которые могут облегчить их посмертную участь.

О важности и значимости таких молитв говорили святые отцы.

Святитель Димитрий Ростовский писал: ❝Если бы только мы могли себе представить, с каким волнением ожидает душа усопшего той минуты, когда ты войдёшь в храм Божий, когда подашь его имя для поминовения, когда вынется частица за упокой его души! Каким радостным трепетом наполнится его душа, когда эта частица, по уставу Церкви, опускается в Святую Чашу, омывается Святой Кровью Христовой при молитве совершителя богослужения: «Отмый, Господи, грехи поминавшихся зде Кровию Твоею честною! ❞

❝Напутствуйте меня молитвою, псалмопением и приношениями, — завещал своим братьям преподобный Ефрем Сирин. — Когда же исполнятся четыредесять дней по смерти моей, совершите по мне память, братия мои, потому что мертвым помогают приношения, совершаемые живыми ❞.

Оптинский старец схиигумен Антоний в одном из своих писем писал: ❝Имена всех родных ваших вписал я в келейный свой синодичек для вседневного поминовения на келейном псалтирном чтении и на канонах заупокойных; ибо и святой апостол Иаков, брат Божий, советует молиться друг за друга. Мы будем поминать, как умеем, на земле, а отшедшие души будут поминать нас на небеси, и небесная молитва их о нас больше приносит нам пользы, нежели наша о них. И не только праведники, коих души в руце Божией, молятся ко Господу о нашем спасении, но и души грешных тоже заботятся о нас, чтобы мы не попали туда же, где они, и, по евангельской притче, просят Авраама послать в дом кого-нибудь, чтобы он вразумил нас, что нам подобает творить, да избежим мучений ❞.

Преподобный Паисий Святогорец:
❝Подобно тому как, навещая заключенных, мы приносим им прохладительные напитки и тому подобное и облегчаем тем самым их страдания, так же мы облегчаем страдания усопших молитвами и милостынями, которые совершаем об упокоении их душ ❞

О необходимости поминать усопших.
Отец Павел (Груздев) всегда молился о тех, за кого молиться некому, т.е. у кого не осталось родной души на земле. Была у него своя, особая молитва: «Помяни, Господи, тех, кого помянуть некому нУжды ради». И вот когда батюшке делали сложнейшую операцию на желчном пузыре, в этот момент фактически наступила его смерть. Он очнулся на том свете и увидел огромное множество людей, которые пришли за него молиться, в том числе и друзей своих, священников, уже умерших, но еще больше незнакомых.
- А это кто? – спросил о.Павел.
И один из священников ответил ему:
- Это те, за кого ты молишься: «Помяни, Господи, тех, кого помянуть некому нУжды ради». Это они за тебя пришли просить.

Старец Николай (Гурьянов) учил: «Когда служится сорокоуст, великий грешник выпускается из ада». Он повторял, что многое зависит от молитвы сродников, только хула на Господа не прощается.

(из книги «Современные старцы Святой Руси», Москва, 2009, «Оранта»).

☦️ Усопшие ждут наших молитв

Один священник с особенным усердием поминал за литургией покойников, так что, если кто раз подавал ему записку о поминовении, он выписывал имена усопших в свой синодик и, не говоря о том подавшему, поминал всю жизнь. При соблюдении такого правила у него составился синодик с таким многотысячным перечнем имен, что пришлось ему разделить его на отделы и поминать по очереди.

Случилось, что он впал в какую-то погрешность, так что ему угрожало запертом на служение. Дело было передано московскому митрополиту Филарету, и когда преосвященный уже собирался наложить резолюцию об устранении его, вдруг почувствовал какую-то тяжесть в руке. Митрополит отложил подпись журнала до следующего дня. Ночью он видит сон: перед окнами собралась толпа народа разного звания и возраста. Толпа о чем-то громко толкует и обращается с какой-то просьбой к митрополиту.

— Что вам нужно от меня, — спрашивает архипастырь, — и что вы за просители?

— Мы отшедшие души и явились к тебе с просьбой: оставь нам священника и не отстраняй его.

Впечатление этого сновидения так было велико, что Филарет не мог отделаться от него по пробуждении и велел позвать к себе осужденного священника. Когда тот явился, митрополит спросил его:

— Какие ты имеешь за собой добрые дела? Открой мне.

— Никаких, владыко, — отвечал священник, — достоин наказания.

— Поминаешь ли ты усопших? — спросил его митрополит.

— Как же, владыко, у меня правило: кто подаст раз записку, я уж постоянно на проскомидии вынимаю частички о них, так что прихожане ропщут, что у меня проскомидия длиннее литургии, но я уж иначе не могу.

— Иди отец, служи дальше! Эти умершие просят за тебя! - сказал митрополит.

Филарет ограничился переводом этого священника на другой приход. Это так тронуло священника, что он приложил старанье к исправлению своему и отличался потом примерною жизнию.

Как-то один священник подошел к ныне покойному старцу отцу Николаю Гурьянову и начал рассказывать про какие-то свои скорби и проблемы.

Отец Николай выслушал его и сказал: «Радуйся!» «Чему же тут радоваться?» – подумал батюшка.
А старец продолжил: «Радуйся, что родился, радуйся, что крестился, радуйся, что в вере православной, радуйся, что жив пока!»

И, может быть, слова апостола Павла: «Всегда радуйтесь. Непрестанно молитесь. За все благодарите» (1 Фес. 5: 16–18) и есть формула счастья? Уметь радоваться жизни, всегда быть с Богом и благодарить Его за все, что Он нам посылает.

После встречи с Василием Рулинским в Сретенском монастыре ко мне подошел мужчина и рассказал историю. Хочу поделиться ею с вами.

Он отдыхал на Сейшелах, и его укусил какой-то зараженный комар. Место укуса распухло, температура поднялась до 39, самочувствие резко ухудшилось. Скорая забрала мужчину в больницу. Там больного осмотрели и поставили диагноз - некий опасный вирус (название не помню). Насколько опасный, было непонятно, так как больничный персонал по-русски не говорил, а английский этот человек знал плохо. Он послал фотографию медицинского заключения родным в Россию, и те позвонили ему, рыдая в трубку - оказалось, вирус неизлечимый, жить парню осталось 2-3 месяца. Пораженный, он лежал в больничной палате и пытался осмыслить происходящее. Хотел найти утешение и опору в вере, так как он с детства воцерковлен, исповедался и причащался. Но что-то ему не давало покоя. И вдруг он понял. В его вере никогда не было... дел. То есть, он ходил в храм, участвовал в таинствах, тяжелых грехов не совершал, слушал проповеди и лекции, читал какие-то религиозные книжки, "тусил" с православными, давал копейку нищему - но никому никогда по-настоящему, ощутимо не помогал. Судорожно пытался он найти в памяти такого человека, которому он сделал бы жизнь светлее и легче - и не находил.

И он пришел в ужас, этот верующий и причащающийся человек.

Через несколько дней к нему в палату зашел доктор, который немного знал русский. Он начал говорить про лечение, упомянул что-то вроде "вот вернетесь домой, сделаете это... а через полгодика надо будет то-то...". Мужчина переспросил: "Простите, а какие... полгодика? Разве я не... умираю?" Доктор с удивлением посмотрел на него: "Вы? Умираете? Это кто вам сказал? Ваш вирус легко лечится".

Оказалось, родственники парня ошиблись в своем толковании диагноза)

Домой наш герой возвращался с твердым намерением изменить свою жизнь. Он был все тем же верующим - но вера его уже была совсем другого качества.

Вот такая история.

Бог может послать весточку и через комара. 🦟

Сергей К.

Преподобный СИЛУАН Афонский​ об этом говорит: «Душа моя испытала, что когда Господь дает скорбь о ком-нибудь и желание молиться о нем, то это значит, что Господь хочет помиловать того человека. Поэтому если кому придет скорбь о ком-либо, то надо молиться за него, потому что Господь, ради тебя, хочет помиловать его. И ты молись. Господь услышит тебя...»​ .

«Знай, что когда случится беда народу, и душа заплачет пред Богом за этот народ, то он будет помилован. Для этого Дух Святой коснулся души и дал ей молитву за людей, чтобы они были помилованы.»​

«Взаимная молитва – как крепкая стена против врага. И когда мы молимся за ближних, очень важно, чтобы наша молитва шла от сердца, чтобы причиной ее была любовь к другому человеку и боль за него.Такой молитве особенно внимает Господь.

А вот что говорит​ старец ПАИСИЙ Святогорец: «Боль другого человека нужно сделать своей болью, (а после этого совершать и сердечную молитву) и так совершать молитву. Любовь есть Божественное свойство, она извещает ближнего.Так и в больницах, если врачи и медсестры действительно страдают за больных, то это является самым действенным лекарством из всех, которые они им дают. Больные ощущают участие к ним и чувствуют уверенность, безопасность, утешение.Тому, кто страдает, не нужны ни наши многие слова, ни наши поучения. Он понимает, что тебе за него больно, и это помогает ему. Боль — это все»​ .

Преподобный СИЛУАН Афонский​ о силе искренней, идущей от сердца молитвы говорит так: «Одно срубленное и очищенное дерево быстро катилось по подкосу на человека. Я видел это, но от великой скорби не мог ему крикнуть: «Уйди скорей!» У меня заболело и заплакало сердце, и дерево остановилось»​ .

Когда мы понуждаем себя к искренней, усердной молитве друг за друга, это содействует тому, чтобы в нашей душе появилось сострадание ближним, способность чувствовать чужую боль. Мы ставим себя на место другого, и в нас естественным образом появляются любовь, смирение, упование на Бога, благодарность Ему.

«Вначале, слыша, как кто-то страдает, человек испытывает горечь, но потом в качестве воздаяния приходит Божественное утешение.
Горечь от мирского расстройства приводит к болезням:желудочным кровотечениям и другим, но горечь от боли за других содержит в себе Божественный бальзам и не вредит организму. Чем большую боль испытываю за других, тем больше молюсь и духовно радуюсь, потому что я говорю обо всем Христу, а Он приводит все в порядок.

И я вижу, что чем больше проходит лет, тем более на убыль идет телесная бодрость, но бодрость душевная умножается, потому что любовь, жертвенность, боль за ближнего дают многую душевную силу.

Когда я молюсь и мне больно за людей, эта боль дает мне силу. Так и ты — молись и радуйся. А Бог Сам все устроит»​ .

Игуменья Домника

Про Владыку Ионна Шанхайского знали как среди православных, так и среди инославного населения. Так, в одной из католических церквей Парижа местный священник пытался вдохновить молодежь следующими словами: «Вы требуете доказательств, вы говорите, что сейчас нет ни чудес, ни святых. Зачем же мне давать вам теоретические доказательства, когда сегодня по улицам Парижа ходит святой Иоанн Босой».

Владыку знали и высоко чтили во всем мире. В Париже диспетчер железнодорожной станции задерживал отправление поезда до прибытия «русского архиепископа». Во всех европейских больницах знали об этом епископе, который мог молиться за умирающего всю ночь. Его звали к одру тяжелобольного – будь он католик, протестант, православный или кто другой – потому что, когда он молился, Бог был милостив.

В парижском госпитале лежала больная раба Божия Александра, и епископу сказали о ней. Он передал записку, что приедет и преподаст ей Святое Причастие. Лежа в общей палате, где было примерно 40-50 человек, она чувствовала неловкость перед французскими дамами, что ее посетит православный епископ, одетый в невероятно поношенную одежду и к тому же босой. Когда он преподал ей Святые Дары, француженка на ближайшей койке сказала ей: «Какая Вы счастливая, что имеете такого духовника. Моя сестра живет в Версале, и когда ее дети заболевают, она выгоняет их на улицу, по которой обычно ходит епископ Иоанн, и просит его благословить их. После получения благословения дети немедленно поправляются. Мы зовем его святым».

Дети, несмотря на обычную строгость владыки, были ему абсолютно преданы. Существует много трогательных историй о том, как блаженный непостижимым образом знал, где может быть больной ребенок, и в любое время дня и ночи приходил утешить его и исцелить. Получая откровения от Бога, он многих спасал от надвигающейся беды, а иногда являлся к тем, кому был особенно необходим, хотя физически такое перемещение казалось невозможным.

Святитель Отче наш Иоанне , моли Бога о нас!

Однажды в Белоруссии
меня пригласили в колонию для несовершеннолетних преступников в городе Витебске. И я спросил: «Что самое вожделенное для этих молодых ребят, которые там сидят, чего они ждут от жизни?»

Понятно, что досрочного освобождения, но могут и не освободить. И мне сказали, что самое вожделенное для них – это… сотовый телефон. И еще сказали, что, когда люди приходят на зону, у них отбирают все сотовые телефоны. И заставляют писать расписку в том, что у тебя нет сотового телефона. Сотовый телефон – это главное вожделение этих молодых ребят!

И когда я выступал перед ними – там была и администрация колонии – я спросил: «Есть ли в зале люди, которые хотят иметь свой персональный сотовый телефон?» Все подняли руки. Администрация удивилась: зачем я вообще затронул эту тему? И тогда я сказал: «Я пришел к вам, чтобы у каждого из вас был свой личный сотовый телефон. Но есть одно обстоятельство: вы сможете звонить по этому телефону только одному ответчику. Там будет только один номер – это номер Господа Бога. Этот сотовый телефон – молитва. Молитва дает возможность общаться напрямую, это намного серьезнее, чем сотовый телефон. Тебя здесь не понимают, тебя здесь презирают, тебя здесь унижают, ты чувствуешь себя непонятым, одиноким, но когда ты будешь общаться с Богом, всё изменится. Если бы у вас был настоящий сотовый телефон и в нем был только один номер, одного ответчика, наверное, вы захотели бы иметь номер президента Беларуси. “Батьки”».

Они все подняли руки и говорят: «Да, мы хотели бы звонить президенту: он имеет право досрочного освобождения!».

Но я им сказал: «Я не знаю телефонный номер президента Беларуси, не могу им поделиться с вами. Но Бог – это намного серьезнее, чем президент любой страны. И когда вы будете делиться вашими проблемами с Богом, это очень много».

Протоиерей Олег Стеняев

Как-то раз после второй литургии я пил чаёк с булочкой. Вдруг к столу подошел папа с сыночком лет пяти. Лицо мальчика не показалось мне смышленым. Казалось, он из тех детей, которых интересуют лишь «Марс» и «Сникерс» и как их заполучить у родителей. Но вдруг мальчик озабоченно взглянул на родителя и спросил: «Папа, расскажи мне: что такое благодать?»

От такой неожиданности я чуть не поперхнулся чаем, срочно перестал жевать булку и замер, чтобы не пропустить ни слова. Поясню почему. Первое: мне самому было непонятно, что такое благодать. Второе: мне было интересно, как объяснить это другому. И третье: мне было совсем непонятно, как объяснить это пятилетнему малышу. Потому-то я и замер, ожидая, как такой ребус решит папа. Он забавно покрутил глазами и сказал сыночку: «Я тебе лучше не расскажу, а покажу, что такое благодать». И они пошли на нашу спортплощадку. А я за ними.

«Допрыгни до высокой перекладины», - сказал папа. Мне стало ясно, что мальчик не допрыгнет до нее никак. И точно: он попрыгал и сам убедился в этом. «А теперь ты прыгни, а я добавлю благодати», - сказал родитель. Мальчик прыгнул, руки отца подхватили его, и через мгновенье он... СТОЯЛ на перекладине. Мальчик завизжал от восторга и заявил папе, что без благодати больше жить не согласен.

И я тоже. Слава Богу!

Иерей Георгий Клягин

Однажды к старцу пришел юноша и с великой радостью сообщил ему, что успешно сдал экзамены и может приступить к изучению правоведения.
Старец ответил ему вопросом:

— А потом?

— Потом я стану усердно заниматься, чтобы получить ученую степень, — сказал юноша.

— А потом?

— Потом я выступлю в суде и постараюсь приобрести имя как адвокат.

— А потом?

— Потом я женюсь и сделаюсь счастливым отцом семейства.

— А потом?

— Потом я стану вести приятную жизнь среди богатства и почестей.

— А потом?

— Потом… потом, — промолвил, запинаясь, юноша, — я состарюсь и умру.

— А потом? — еще раз спросил старец.

На этот раз юноша промолчал, потому что, наконец, понял…

В жизни все должно быть целесообразно. А единственная наша цель — в Боге. Только приближаясь к Богу, человек обретает счастье. Все остальное в этой жизни можно рассматривать лишь как средство. Да, средство. И образование, и морская прогулка, и должность, и семейная жизнь — все может приблизить нас к Богу, если совершается с мыслью о Боге, по Божиим законам и с благодарностью к Богу. А когда мы забываем Бога, то приходит кризис или другое бедствие и сообщает нам о том, что хоть мы Бога и забыли, а Он о нас помнит. И не дает окончательно пропасть.

Особенную силу имеет слово матери. Материнское благословение и материнская молитва особенно действенны. Но так же действенны и неосторожные осудительные слова матери и ее проклятие. Сказанное в сердцах, в ответ на шалость или упрямство ребенка, слово матери может навсегда испортить ребенку жизнь. Тем более, что таких случайных, бездумных злых слов мать зачастую и не помнит, а значит, не может в них покаяться. Старец Паисий Святогорец упоминает, что в некой семье несколько братьев никак не могли жениться. Красивые работящие ребята. Оказалось, что когда-то в детстве они так досаждали своей матери, что та прокляла их. К тому времени, как братьям пришло время создавать свои семьи, мать уже умерла.

В нашем Отечестве, в бытность святителя Филарета Московского, случилась такая история. Родители-крестьяне, вернувшись усталые с поля, не могли успокоить малютку-сына. Наконец, мать, не вытерпев, вскричала: «Хоть бы тебя нечистая сила взяла!» Ребенок тут же умолк, и мать, обрадованная возможностью отдыха, повалилась на кровать. Через 3–4 часа женщина проснулась и подошла к люльке, чтобы покормить ребенка. Младенца в люльке не было. Она зажгла свет, и родители вдвоем стали искать сына. В конце концов, они заметили ножки, торчащие под лавкой. Голова ребенка была просунута в подполье, через крохотную скважину. Для того, чтобы достать маленького страдальца, пришлось звать соседей и вынимать половицу. Ребенок посинел, но был жив. Совершенной загадкой осталось, как спеленутый младенец нескольких месяцев от роду мог покинуть глубокую люльку и как его голова протиснулась в столь малое отверстие. Официальная докладная об этом происшествии была отправлена митрополиту Московскому Филарету, и митрополит в резолюции велел священникам внушать своим прихожанам осторожность в выражениях по отношению к детям. Особенно матерям предписывалось помнить Слово Божие, в котором говорится, что матери дан суд над своими детьми.

Какой страшный пример силы материнского слова! А разве не слышим мы сегодня, как срываются с языка мамочек пророчества и прогнозы: «Не будешь слушаться — под машину попадешь! Не выучишь английский — пойдешь канавы копать! Не перестанешь водиться с Толиком — в тюрьму сядешь». У мамочки сорвалось нечаянно, а некто уже записал за ней. «Что ж, ты мать, тебе виднее». Собственно, такие предсказания — тоже молитва, но не к Богу.

Слово матери Господь слышит всегда. Он принимает ее просьбы как бы «вне очереди». И нужно особенно следить, чтобы они были разумны.


Николаев Сергей, протоиерей

«Дух дает силы, а не плоть».

Игорь Иванович Росляков (так звали отца Василия в миру) состоял в команде МГУ по водному поло и со временем всех ее членов привел к Богу. Один из них вспоминает, что объездивший много стран Игорь вдруг попал в категорию «невыездных»… Начальство заметило, что он посещает церковь.

«Когда, – вспоминает О. К., – уже после гибели отца Василия я со всей моей семьей и еще одним членом нашей команды крестился в Оптиной Пустыни и начал соблюдать посты, то впервые понял, как непросто поститься, даже если сидишь дома…
А каково поститься на ответственных выездных турнирах, где спортсменов кормят в основном мясом, ибо спорт отнимает много сил? А ведь Игорь Великим постом даже рыбы не ел… Мы боялись проиграть, если он ослабеет из-за поста.

Помню, сидим мы с ним однажды Великим постом на бортике бассейна в Сухуми, и он говорит: «Главное, чтобы были духовные силы, а физические после придут. Дух дает силы, а не плоть». Как раз после этого у нас был решающий финальный матч… И как же стремительно шел Игорь в атаку, забивая и забивая голы! Мы победили, и пост был оправдан в наших глазах».

45 МИНУТ В РАЮ. ИСТОРИЯ ТАКСИСТА, ПОБЫВАВШЕГО НА НЕБЕ

Место действия: Центральная больница города Лариса, Греция.
Время: Начало 2000-х годов.

Георгий был обычным греческим таксистом. Жил, как все: работал, любил выпить, покурить, посидеть с друзьями в таверне. В церковь заходил два раза в год — на Пасху и Рождество. Не злой, не добрый — обычный. Таким он и попал на операционный стол с обширным инфарктом.

Операцию проводила бригада во главе с одним из лучших кардиохирургов Греции.
Во время операции сердце Георгия остановилось.

Это не редкость. Врачи были готовы. Дефибриллятор, массаж сердца, адреналин. Они боролись за его жизнь. Пять минут. Десять. Тридцать.

Сердце не запускалось.

На мониторах — прямая линия. По всем медицинским протоколам, после 30 минут клинической смерти мозг необратимо поврежден. Дальнейшая реанимация бессмысленна. Пора констатировать смерть.

Но хирург, опытный, немолодой человек, не останавливался. Он продолжал прямой массаж сердца, сжимая его руками, словно пытаясь завести старый мотор. Вся бригада смотрела на него с недоумением. Это было уже не по правилам. Это было на грани безумия.

Сорок минут... Сорок пять минут...

На 46-й минуте, когда все уже смирились с неизбежным, хирург в последний раз сжал сердце... и оно дернулось. А потом еще раз. И пошел робкий, неуверенный, но свой, собственный ритм.

Никто в операционной не мог в это поверить. Они вернули человека к жизни после почти часа абсолютной смерти.

Но самое невероятное началось потом.

Когда Георгий вышел из комы, первое, что он сказал пришедшему в себя хирургу, было:
«Доктор, я знаю, что вы не хотели останавливаться. Я видел. Спасибо вам».

Хирург замер. Такое бывает — пациенты говорят о «свете в конце тоннеля». Он был готов.
«Вы видели свет, Георгий?»

«Свет? — усмехнулся таксист. — Доктор, я видел гораздо больше. Я был... там. В Раю. Это не тоннель. Это место, залитое таким светом, что рядом с ним солнце — это просто тусклая лампочка. Там нет боли. Нет страха. Только покой и любовь, которую нельзя описать словами. И там есть... они. Святые».

Хирург слушал, как слушают бред пациента после тяжелой анестезии.
«И вы говорили с ними?»

«О, да. Я встретил там одного. Он был очень старый, с длинной белой бородой. Очень добрый. Он посмотрел на меня и сказал: "Георгий, тебе еще рано. Твой путь не окончен. Тебе нужно вернуться. Ты нужен своей семье. Но... и он улыбнулся, — мы знаем, что ты очень упрямый. Ты не захочешь уходить отсюда. Поэтому мы пошлем тебе навстречу того, кого ты послушаешь"».

И тут Георгий посмотрел прямо в глаза хирургу и сказал то, от чего у врача подогнулись колени.

«И они привели ко мне мою мать. Она умерла десять лет назад. Я видел её. Такую же, как в день нашей последней встречи. Она обняла меня и сказала: "Сынок, возвращайся. Живи правильно. Я буду ждать тебя здесь". А потом я увидел вас. Вы стояли надо мной, и ваши руки держали мое сердце. И мать сказала: "Слушай этого человека. Он вернет тебя". Поэтому, доктор, я здесь. И я знаю, что вы сделали».

Хирург был бледен. Этого пациент знать не мог. Никак. Но и это было еще не все.

Георгий изменился. Полностью. Он бросил пить, курить. Стал глубоко верующим человеком. Он рассказывал всем о том, что видел. И в своих рассказах он постоянно упоминал имя одного святого, которого он «встретил» там и с которым «подружился».

Его звали Святой Паисий Святогорец.

Самое поразительное в этой детали было вот что:

Святой Паисий был канонизирован Церковью лишь спустя много лет после этого случая.

В тот момент, когда Георгий лежал на операционном столе, для всего мира (и для самого Георгия, который никогда не читал духовных книг) Паисий был просто «уважаемым старцем», о котором знали немногие. Он не был «официальным» святым.

Но для Неба он уже им был.

И Георгий принес оттуда весть, опередившую официальное решение Церкви на годы.

Врачебная бригада, проводившая ту операцию, была настолько потрясена всем произошедшим — и самим фактом оживления, и рассказом пациента, — что они, люди науки, составили подробный отчет и передали его в местную митрополию.

В ожидании автобуса

У нас в жизни бывает много мелких неприятностей. И как различить: Божье это наказание или происки лукавого?

– Различить нетрудно, – ответил один священник, уже много лет прослуживший в Сыктывкарской епархии. – Лукавый попросту вредит, досаждает, отчаивает людей, так что у них руки опускаются. А Божьи «неприятности» совсем не такие, они не вредят, а лишь вразумляют. Более того, даже пользу приносят. Вот я историю вам расскажу…

Было это, когда меня только поставили на приход. Приход сложный – в поселке, где много дачников. И вот отправляюсь туда на одну из первых своих служб. На остановку вышел за полчаса до автобуса, стою, мерзну. Время вышло – автобуса нет. «Что обо мне на приходе-то подумают? – ужасаюсь. – Ведь на службу опоздаю!» Перебираю в уме, какие грехи вчера совершил, молюсь: «Господи, прости мне, грешному! Только не задерживай автобус!» Гляжу на часы: уже на 15 минут опаздываю. Ну, значит, не в тех грехах каялся – тут дело серьезнее. Начинаю вспоминать, что натворил в течение последней недели, в чем мне перед Богом каяться. А время идет… Господи, за что Ты меня так наказываешь?! Ну ладно бы 15 минут, а то ведь целых полчаса прошло! Зачем так жестоко?!

И чего я только не передумал на этой остановке, всю-то жизнь перед глазами прокрутил. Короче говоря, опоздал я на службу на полтора часа. Подхожу к храму сам не свой, ну, сейчас меня встретят дачники… страшно подумать. И действительно – встречают. Выбегают навстречу женщины, и такие они радостные, так меня ласково принимают: «Батюшка, батюшка! Нашелся!»

Оказывается, как дело было. Сначала скандалом запахло, люди выражали свое недовольство: «15 минут прошло, а священника нет!» Через 30 минут – волноваться стали. А через час запереживали – не случилось ли чего… И так любовно встретили, и я их так душой принял, что вскорости у нас в общине все хорошо наладилось, все теперь по любви. Вот так меня Господь «жестоко» наказал.

Из книги «Из жизни старцев (мудрость праведных) или Душеполезное чтение». Составитель Д. Гриценко.