Однажды Федор Михайлович Достоевский после каторги сказал: «Я только на каторге познал себя и Бога. И я теперь уверен, что сколько человеку в жизни надо счастья, в такой же мере ему надо и несчастья, потому что он и счастья-то своего не поймет». Шестьдесят лет – хороший возраст, но об этом узнаешь только в семьдесят. Всё в сравнении. Поэтому никогда не надо говорить, что жизнь, условия жизни нехороши, потому что когда мы на самом деле доноемся до того, что попадем в другие условия, тогда свои условия будем вспоминать с благодарностью, что мы жили в такой обстановке, с такими людьми, в таких обстоятельствах жизни. Кто-то из святых сказал: благословляй свою жизнь, и она будет благословлена; проклинай свою жизнь, и она будет проклята. Все внутри нас. Поэтому самое главное – внутренний стержень, наше отношение к жизни.

СВЯТАЯ ВОДА, КРЕСТ И ПРИЧАСТИЕ
Однажды, когда блаженный Иоанн стоял на молитве, у него открылось духовное зрение и он увидел нечистых духов. Святой спросил их, чего они больше всего боятся. «Трех вещей, – ответили нечистые духи, – того, что христиане носят на груди; того, чем христиане омываются в церкви; и того, что они вкушают в церкви».- «А из этих трех вещей, – снова спросил праведник, – что самое страшное для вас?» – «То, что вы вкушаете в церкви»,- ответили ему
  ☦️ Крест – знамение победы любви, прошедшей сквозь страдания. 
💦 Святая вода очищает и означает чистоту духовную и телесную. 
😇 Причастие – небесная трапеза, на которой душе в пищу предлагаются Тело и Кровь Господа. 

Святитель Николай Сербский

☦ Как Иоанн Шанхайский шутками лечил.
Как-то, в начале летних каникул, Валя приболела. Состояние девочки быстро ухудшалось, жар не спадал. Когда Валя из-за сильной боли в горле отказалась не только от еды, но и от питья, родители забили тревогу. Больница оказалась переполнена, свободных коек не имелось, и доктор, снабдив их лекарством, отправил домой. Ночь оказалась тяжелой для всей семьи: девочка то теряла сознание, то снова приходила в себя, ей стало трудно не только глотать, но и дышать.
Утром мама, осунувшаяся, с запавшими глазами, подошла к дочке и сказала нарочито бодрым голосом:
– Валечка, Владыка здесь, он пришел навестить тебя!
Веки у больной были тяжелые, словно налитые свинцом, и она с трудом открыла глаза. В этот момент Владыка приблизился к ее кровати и, благословив, ласково сказал:
– Я пришел рассказать тебе шутку.

И Владыка Иоанн начал рассказывать какую-то смешную историю, которую Валя не поняла и даже не расслышала ясно. Она лежала молча, и ей было так плохо, а Владыка тем временем начал сам смеяться над своей историей. В проеме двери показались лица Валиных родителей – они смотрели на епископа с недоумением, но он словно не замечал их.
– Тебе не понравилась эта шутка, хорошо, я расскажу тебе другую!
И Владыка рассказал ей несколько шуток подряд, сопровождая каждую громким смехом. Ни одна из них не показалась больной девочке смешной, и гримаса страдания так и не покинула ее бледное личико. Валя с трудом глянула в проем двери: ее отец уже не просто недоумевал, он сердился. Но Владыка не обращал никакого внимания на родителей Вали и продолжал:

– Я уверен, что следующая шутка тебя насмешит. Вот, слушай. Как-то у одного епископа, такого же, как я, подрались келейник и иподиакон. Подрались, а потом пошли к епископу, чтобы объяснить ситуацию. Епископ спрашивает у иподиакона: «Каким образом он тебя стукнул?» А иподиакон отвечает: «Не образом, а подсвечником!»
Тут Владыка засмеялся так задорно, что больная девочка не выдержала и засмеялась вместе с ним. Родители смотрели на них круглыми от изумления глазами, и от этого Вале стало еще смешнее. Пока девочка смеялась – в ее горле словно что-то взорвалось. Как узнала она позднее, у нее была тяжелая форма дифтерита – и при смехе лопнули нарывы, которые мешали ей глотать и дышать.
Владыка тут же оборвал смех и сказал родителям:
– Очистите все, проследите, чтобы Валя прополоскала рот и горло. Теперь с ней все будет в порядке.

После этого он благословил девочку и ушел. Валя заметила, что вид у Владыки был страшно усталый, как будто это и не он сейчас так задорно смеялся. Когда она прополоскала рот и горло – почувствовала мгновенное облегчение и заснула. Сон ее был спокойным и легким, жар спал.
Днем пришел встревоженный доктор и осторожно спросил у Валиной мамы, жива ли больная. И мама ответила даже весело:
– Не только жива, но и здорова. У нее спала температура, и она спокойно спит.
Доктор не мог поверить в ее слова. Осмотрев девочку, он сказал только:
– Это чудо. Это не что иное, как чудо.

☦️ Исповедь цыганки.
Я хотел бы рассказать вам одну историю, которая произошла осенью 2008 года. При тюрьме, где я служил, есть больница, где лечат и женщин, и мужчин. В одной из камер для женщин в хирургическом отделении была цыганка по имени Земфира. Один из моих помощников как-то зашел к ним и спросил, не хочет ли кто-то прийти на службу в храм. Он принес с собой молитвослов для желающих подготовиться к исповеди и причастию. Цыганка ответила: «Я хочу прийти в храм, но твои книжки мне не нужны».

 Земфире было около 36 лет, она была очень красива и, как я понял, «лёгкого поведения». Она сидела в тюрьме с 16 лет за убийство своего новорожденного ребёнка и за другие тяжелые преступления.
Утром Земфира пришла на службу в часовню. В тот день мы читали перед службой три канона: ко Господу нашему Иисусу Христу, ко Пресвятой Богородице и Ангелу Хранителю, а также последование ко Святому Причащению. Земфира стала позади всех возле дверей и начала хулиганить. Она перекривливала слова молитв и делала скверные жесты руками. Конечно же, она очень мешала и мне, и другим заключенным, мужчинам и женщинам, которых собралось около 35 человек. Но никто из них не осмеливался сказать ей ни слова, потому что она имела большой авторитет в преступном мире. Несмотря на относительно молодой возраст она находилась наверху тюремной иерархии, и все заключенные уважали, а многие даже боялись её. Заключенные то и дело оборачивались назад и при виде её выкрутасов не могли удержаться от улыбки.
Я подошел к ней и сказал: 
- Как тебя зовут?
- Земфира, — ответила она.
- Веди себя, пожалуйста, тихо.
- Хорошо, — сказала она и продолжила вести себя так же, как прежде.
После прочтения молитв я исповедовал всех заключённых.
Одной женщине, которая была соседкой Земфиры, я сказал: «Сегодня я не могу тебя причастить. Ты должна выполнить епитимью, которую я тебе дам, и тогда ты сможешь причаститься через две недели». После этого я обратился к Земфире:
- А ты не будешь исповедоваться?
- Нет. Если я расскажу тебе свои грехи, ты поседеешь раньше времени.
- Тогда для чего ты пришла в храм? Ты не исповедуешься, не молишься и не слушаешь службу… Вышла просто прогуляться? 
- Нет, я пришла посмотреть, красивый ли у нас священник! — дерзко ответила она.
Тогда я со вздохом сказал: «Господи, да будет воля Твоя!».
Через две недели я прислал своего помощника к сокамернице Земфиры — той женщине, на которую я наложил епитимью, чтобы напомнить ей о Причастии и передать, что она может готовиться к принятию Святых Таин.
Мой помощник пришел к ним с молитвословом в руках и сказал: «Батюшка передал, чтобы вы подготовились к причащению и прочли все положенные молитвы».
К нему сразу же подскочила Земфира.
- Я тоже хочу завтра в храм.
- Нет, ты не пойдешь, потому что ты плохо вела себя на службе.
- Пожалуйста, я тоже хочу пойти! Дай мне тоже почитать священную книгу.
Мой помощник дал ей Псалтирь.
Я не знаю, что именно она прочла и сколько она читала по времени, но на следующий день ко мне подошла её соседка и сказала:
- Батюшка, у Земфиры что-то не в порядке с головой. Кажется, она сходит с ума.
- Не понял… объясни-ка подробнее…
- Она проплакала всю ночь. Почитает немного — и в слёзы. Почитает — и снова в слёзы. Я не знаю, что она там читала, но она плакала, как никогда…
Когда я исповедовал всех заключенных, то зашел проведать Земфиру. Она стояла на коленях в углу. Её лицо распухло от слёз. Она молчала.
- Ты хочешь на исповедь?
- Да, батюшка, хочу. Но я буду исповедоваться не так, как другие.
- В смысле?
- Я хочу исповедоваться громко, чтобы все заключённые слышали.
Я привел её в храм и стал перед иконой Спасителя. А Земфира повернулась лицом к заключённым и начала исповедоваться при всех! Её исповедь заняла 45 минут. Она называла каждый грех со слезами, потом делала земной поклон и говорила: «Простите меня, пожалуйста».

Когда она закончила, я подумал, что надо бы её причастить. Но по правилам святого Василия Великого я должен был отлучить ее от Причастия лет на триста — такие тяжкие она совершила грехи. С её слов я понял, что в детстве её покрестила бабушка, но она никогда не причащалась. Значит это должно было быть её первое Причастие. В тот день она ничего не ела с утра. Я подумал: «Как бы поступил Христос после такой исповеди?». И помолился ко Господу такими словами: «Господи, если я причащу её недостойно, прошу Тебя, не наказывай её, пусть этот грех будет на мне». И я её причастил.
После Причастия её лицо светилось от радости, и она пела: «Аллилуйя!». Она пребывала в таком ликовании, которое редко встретишь даже у воцерковлённых христиан, которые живут на свободе в миру.
Вечером мне позвонил тюремный охранник: «Батюшка, наша Земфира умерла».
В 9 часов вечера я приехал в тюрьму и спросил её соседку по камере, что случилось. Она мне сказала:
- Батюшка, она была так рада Причастию! После службы она молилась Богу, она говорила со мной о Боге, о покаянии, о вере, о любви и снова оплакивала свои грехи. В восемь вечера она мне сказала: «Что-то я неважно себя чувствую».
Она пошла в душ, искупалась, потом надела свою самую лучшую одежду и сказала: «Сейчас я умру, дайте мне свечу». 
Ей принесли свечу, она отвернулась от нас лицом к стене и умерла!
На следующий день врачи устроили консилиум. Земфире должны были оперировать грыжу, но у неё не было никакой серьёзной болезни, которая могла бы вызвать внезапную смерть.
Думаю, что наш Многомилостивый Господь терпеливо ждет обращения каждого грешника, как это произошло с благоразумным разбойником на Кресте. И когда человек обращается к Нему всем своим сердцем, Он забирает его к Себе. Кто знает, что мы увидим в день Второго Пришествия Христова — все мы, которые считаем себя чем-то значительным и презираем отверженных мира сего?

Иерей Виорел Кожокару
(Кишинев, Молдова)

На Кубани многие знают об этом чуде, так как много было свидетелей его, а эти свидетели рассказывали о нем своим родственникам и своим знакомым.
Девять монахинь на подводах привезли на расстрел. Поставили их плечом к плечу над обрывом с таким расчетом, чтобы потом не хоронить их, не делать лишней работы.
Комсомольцы приготовились открыть огонь, а монахини громко начали петь какой-то псалом.
И вот тут-то и произошло чудо. Внезапно засиял ослепительный свет, и появились три Ангела. Два Ангела опустились и стали слева и справа от монахинь, а третий Ангел опустился и стал перед комсомольцами, которые сразу все упали на землю и потеряли сознание.
От подвод прибежали ездовые, увидели лежащих, как трупы, комсомольцев, поющих живых и невредимых монахинь и поскакали в село «за подмогой».
«Подмога» в растерянности и страхе стала грузить на подводы комсомольцев.
– А что нам делать? – спросила одна монахиня.
– Разбегайтесь, – последовала команда, которую они и выполнили с молитвами.
Все комсомольцы-конвоиры очень быстро умерли, а вот их секретарь до смерти лежал парализованный (целый год).
Он худел с каждым днем все быстрее и быстрее. И вот когда остались только кости да кожа, появилось множество червей. Не успевала мать сгрести с него большую кучу, как они снова появлялись неизвестно откуда.
Мучился он страшно и все кричал, просил:
– Молитесь обо мне!
Молиться о нем было некому, так как кругом жили люди неверующие, не знающие молитв.
А вот те, которые могли бы ему помочь, все разбежались.

Иеромонах Трифон.

В Патерике - собрании жизнеописаний святых - есть один интересный эпизод из жизни Макария Великого.

Был такой святой, который жил в пустыне, много молился и постился. Уже при жизни его называли Великим, и он сам понимал, что велик.

И вот он уже считает, что молодец, что достиг святости, и Господь посылает ему ангела. Тот приносит весть, что в Александрии есть две женщины, которые превзошли Макария благочестием. Сейчас это слушается спокойно, а в то время женщины и людьми не считались. Помните евангельское: “а евших было около пяти тысяч человек, кроме женщин и детей” (Мф. 14:21).

И вот Макарий взбодрился и пошел из пустыни в город, чтобы узнать, понять, поучиться. Нашел этих женщин. Спрашивает: “Господь открыл мне, что вы великие. Расскажите, что вы делаете?”. Те отнекиваются: “да мы обычные”. Но ангел ошибиться не может. Макарий настаивает: “расскажите, как живете”.

Они и рассказали. Что вышли замуж за родных братьев 15 лет назад. Живут в одном доме, на одной кухне готовят еду. И ни разу не поссорились. Потому как с самого начала договорились, что вовеки не скажут ни одного худого слова друг другу.

И Господь поставил святость этих двух женщин на одной кухне выше, чем многолетнюю молитву и пост отшельника.

Христианство - оно не в книжках, не в паломничествах, не в многочасовых молитвах. Оно в будничных вещах. Например, в том, чтобы не ругаться с женщиной, которая 15 лет готовит с тобой на одной кухне.

Эта история произошла с одним из величайших христианских подвижников — Макарием Египетским. Он жил в IV веке и был настолько праведен, что молитвой мог исцелять безнадежно больных и даже воскрешать мертвых. Всю свою жизнь он посвятил исполнению заповедей Евангелия.

Случай, о котором мы хотим рассказать, относится ко времени, когда Макарий жил в пустыне. По ночам он молился, а днем плел корзины из тростника, которые покупали у него жители близлежащей деревни.

Однажды забеременевшая молодая девушка оклеветала его перед односельчанами, сказав, будто это Макарий соблазнил ее. Возмущенные родственники обманщицы жестоко его избили. Святой не стал спорить, доказывая свою невиновность.

«Я сказал себе тогда: “Макарий, вот Бог послал тебе жену и ребенка. Теперь ты должен работать вдвое больше, чтобы содержать их”», — писал он об этом после.

Опозоренный монах спокойно продолжал жить в пустыне, молился, плел вдвое больше корзин и посылал деньги несчастной врушке, сделавшей его всеобщим посмешищем.
Но когда ей пришло время рожать, она никак не могла разродиться и мучилась до тех пор, пока не назвала настоящего отца ребенка. Потрясенные селяне собрались идти и всей деревней просить у отшельника прощения. Не дожидаясь этого, Макарий Египетский навсегда ушел жить в другую пустыню.

В 1824 году на батюшку Серафима Саровского напали разбойники. В то время когда старец рубил дрова в лесу, к нему подошли три человека, одетые по-крестьянски, и стали требовать денег, говоря, что к нему ходят мирские люди и носят деньги. Батюшка сказал: «Я ни от кого ничего не беру». Но они не поверили.

Отец Серафим имел большую физическую силу и, вооруженный топором, мог бы не без надежды обороняться. Однако вспомнив слова Спасителя: вси приемшии нож, ножем погибнут (Мф. 26, 52), он спокойно опустил на землю топор и сказал кротко, сложивши крестообразно руки на груди: «Делайте, что вам надобно». Старец решил претерпеть все безвинно Господа ради.

Злодеи яростно били его, кто обухом топора, кто деревом, кто руками и ногами. Один из них ударил отца Серафима в голову так, что у него изо рта и ушей потекла кровь. Увидев старца точно мертвым, они связали его и положили в сенях. Обыскав келию, разбойники ничего не нашли, кроме святой иконы и нескольких картофелин. Тогда совесть сильно заговорила у злодеев, и они в ужасе убежали.

От жестоких смертных ударов отец Серафим едва пришел в чувство, кое-как развязал себя, поблагодарил Господа, помолился, чтобы Бог простил убийц и, проведя ночь в келии в больших страданиях, на другой день сам пришел в обитель. Раны, нанесенные разбойниками, изменили его внешний вид: отныне он стал согбенным и ходил не иначе, как опираясь на топорик, мотыгу или палку.

Когда же преступников нашли, святой лично ходатайствовал об их помиловании.

Одну девушку бабушка с самого детства научила молитве помощи Архангела Михаила, она говорила ей читать молитву в случае опасности или каких-то страхов. Девушка часто прибегала к молитве, которую она знала наизусть. Она же и поделилась чудесным случаем, который произошел с ней.

"Как-то раз мне довелось идти через пустырь, поздно вечером. Надо сказать, что это место пользовалось очень дурной славой. Конечно, можно и в обход, но это километра два с гаком, а напрямик метров пятьсот и окна дома моего видно.

Ну, в общем, помолилась я и пошла, как можно быстрее. Иду и наизусть молитву читаю. Через минут 15 уже была дома и легла спать, а утром, меня разбудил звонок от милиционера. Он стал спрашивать: что я видела или слышала вчера ночью. Оказалось, на пустыре был обнаружен труп молодой девушки, убитой сегодня ночью. При проведении опроса жильцов близлежащего дома, кто-то из соседей видел, что я вернулась домой очень поздно.

Я рассказала, что действительно пришла поздно, и шла именно через этот пустырь, но ничего не видела. Сравнили время; девушку убили приблизительно в тоже время, как я прошла. А через день убийцу поймали, и меня вызвали в милицию.

Психиатр-криминалист спросила маньяка, видел ли он меня в тот день на пустыре? Тот ответил, что видел.
- "А почему же ты не напал на неё?
- «Так она НЕ ОДНА была! За ней двое мужиков здоровых шли!" – ответил он.

Через 81 год после смерти(!) этот святой больше недели служил в греческом храме!

Несколько лет назад жители одной из горных деревень Эгины остались без священника. Время шло, а нового священника все не назначали. Наконец настал Великий пост и крестьяне заволновались.

В Греции в первую и последнюю неделю Святой Четыредясятницы — прекращается работа и учеба - Эллада молится. Везде приспускаются флаги как траур о распятом Христе, люди ежедневно стоят на длинных Великопостных службах, ходят крестными ходами по всей округе парафии, держат — строгий пост без елея, а многие вообще не вкушают. Остаться в это время без священника для прихода вещь немыслимая.

Посоветовавшись, крестьяне решили написать просительное письмо правящему архиерею епархии. "Святый Владыка, - умоляли обитатели деревни, - пришлите нам священника хотя бы на время Страстной недели и Пасхи. Чтобы мы могли достойно приготовиться, покаяться, помолится и радостно со всем миром встретить Светлое Христово Воскресение. Не оставьте нас сиротами, Святый Владыка, не забудьте о нашей скорби. Пришлите нам иерея, которого благословит Ваше Высокопреосвященство".

Епископ прочитал письмо и на ближайшем епархиальном собрании в череде других вопросов огласил просьбу мирян Эгинского селения: "Кто сможет поехать, отцы, в эту деревню?" Но каждый из присутствовавших объяснял свою занятость и называл причину, почему поехать не сможет. Затем собрание перешло к другим вопросам, и письмо горцев оказалось засыпано ворохом других бумаг. А потом о нем просто — ЗАБЫЛИ по причине многих хлопот и приготовлений к приближающейся Пасхе.

Наконец настал Великий День Воскресения Христова, который в Греции чрезвычайно празднично и торжественно встречают всем миром. Православие - официальная религия Эллады и здесь это еще и государственный праздник. Прошла первая праздничная седьмица, епархиальные служащие вышли на рабочие места и вскоре архиерей обнаружил на своем столе новое письмо из горной деревни. "Святый Владыка! - писали крестьяне. - Нет слов, чтобы выразить всю нашу благодарность и сердечную признательность за Ваше пастырское участие и помощь нашему приходу. Будем вечно благодарить Бога и Вас, Святый Владыка, за благоговейного священника, которого Вы нам прислали, чтобы встретить Пасху. Никогда нам еще не приходилось молиться с таким благодатным и смиренным слугой Божьим..."

Епархиальное собрание архиерей начал с вопроса: "Кто из священников ездил в деревню, из которой в прошлый раз приходило письмо?" Все молчали, никто не отозвался, потому что никто НЕ ПОЕХАЛ служить в это горное селение. Великое недоумение и горячее любопытство овладело епископом. Через несколько дней каменистые горные дороги острова Эгина клубились пылью - в загадочное село мчался архиерейский кортеж. Впервые в жизни в эту забытую деревню приехал Владыка с пышной свитой. С пасхальными куличами, кулуракией, крашенками и цветами их встречали жители в полном составе от старого до малого и торжественно проводили в небольшой старинный храм.

В Греции, все греческие священники считаются госслужащими и каждый обязан оставлять запись в церковном журнале, даже если служил в храме единожды. Архиепископ приложился к чтимой храмовой иконе и сразу прошел в алтарь. В открытые Царские Врата все видели, как он взял журнал и подошел к узкому окну. Торопливо пролистав страницы, он повел пальцем по последней строчке. "Нектарий, Митрополит Пентапольский" — красивыми чернилами было выведено там. Владыка уронил журнал и упал — на колени, где стоял.

Известие о ВЕЛИКОМ Божьем чуде громом небесным — поразило всех стоявших в храме! Долгую звенящую тишину оборвал шквал захлестнувших чувств. Люди падали — на колени, воздевали руки горе, обнимались, рыдали, громко благодарили — Бога и святого Нектария. Только теперь каждый из присутствующих начинал понимать, что произошло.

Господь Вседержитель, услышал слезное воздыхание сердца Своих верных овец, оставленных в печали в далеком маленьком селении у вершины горы и ПОСЛАЛ к ним великого пастыря — из Царствия Небесного. Владыка земной по немощи забыл о вверенном малом стаде, но не забыл о нем Владыка Неба и Земли.

Целую неделю — в 2001 году, святитель Нектарий Эгинский, УМЕРШИЙ — в далеком 1920 году, был ЖИВЫМ — с простодушными пастухами и их семьями, СЛУЖИЛ — в храме, ВОДИЛ их — Крестными ходами, возглавлял в ночи торжественные траурные шествия-эпитафии с Гробом Господним, ПЕЛ — с ними гимны и молитвы, ИСПОВЕДОВАЛ, утешал, наставлял. Никогда и ни от кого они не слышали таких слов о Боге. Казалось, этот старенький геронда с мягким голосом — знал Его лично.

Только тут народ — ПОНЯЛ, почему все это время неземная радость — переполняла их сердца. Почему слезы покаяния и умиления текли рекой, и никто их не сдерживал и не стеснялся. Почему им не хотелось — есть, не хотелось — спать, а только молиться с этим дивным добрым батюшкой. Икона святителя Нектария находилась в их храме на почетном месте, но никто из них его — не узнал. Сие Господь — сокрыл от них.

☦️ Однажды в храм зашел незнакомец. Долго стоял в уголке. Слушал. Рассматривал окружающее и окружающих. Скептически улыбался, благосклонно усмехался и с всезнающим видом ухмылялся. Было четко заметно: готовит каверзный вопрос.

Так и случилось.

— Вот скажите, отец святой, чего это вы поете «Пресвятая Богородица, спаси нас»? Ведь только Христос спасает!

Я начал искать подходящие слова и определения, но тут вмешалась тетя Нюра, дежурная наша по храму.

— Ты, дорогуша, в детстве, когда за тобой гусак гонялся и ущипнуть хотел, за бабкину юбку прятался?

Незнакомец остолбенел. Помолчал и выдал:

— Было дело, прятался.

— Вот так и мы за Заступницу прячемся и от Нее помощи ждем, знаем, что Она всегда Бога уговорит, а у нас сил мало. Как и у тебя против гуся их не хватало…

Незнакомец как-то сник, пафоса поубавилось, распрощался, даже поклонился и ушел.

Я же пораженный этим апологетическим изыском к теть Нюре с вопросом:

— Анна, вы откуда знаете, что он от гуся прятался за бабушкой?

Тетя Нюра тут же ответствовала:

— Богородица подсказала, — а затем, улыбнувшись, добавила, — так это же Колька, мальчишкой к нам в село приезжал. К соседке моей, бабке своей, Царство ей небесное. Просто он меня не узнал, а его рыжего хорошо помню…

Священник Александр Авдюгин

☦️ Я ЕЕ У БОГА ВЫМОЛИЛ...
Будучи выпускником Московской Духовной семинарии, - мне уже было время жениться, и думать о приходе, - я приезжал к своему батюшке в деревню. Мне очень нравилась эта семья и нравится по сей день батюшка, который служит там. У него очень кроткая и смиренная матушка, всегда в послушаниях к батюшке, у неё всегда чисто дома, всегда приготовлено, она поет в церкви, и разделяет крест служения батюшки вместе с ним. Воспитывает четырех детей. Такая замечательная семья.

Тогда я подошел к батюшке и говорю: "Батюшка, а где вы нашли себе такую матушку?"

Он говорит: "А я не искал".
Я говорю: "Как не искали?"
Он говорит: "А я её у Бога вымолил".
Я говорю: "Батюшка, а как же вы её у Бога вымолили?" - "А так, - говорит, - когда приходил в храм - я всегда молился: "Господи, пошли мне такую матушку, чтобы она была немножко немая, немножко глухая и немножко слепая"...

И Господь мне послал такую матушку! Я сделаю что-то не так - она делает вид что ничего не заметила. Я ей порой резко что-то скажу - она делает вид что ничего не услышала. Я ей делаю замечание - она говорит: "Да прости меня, отец! Я исправлюсь. Щас всё будет".

И батюшка говорит мне: "Невзирая на то, что я порой очень эмоциональным прихожу с прихода, у меня не бывает повода с ней поссориться! Вот мы с ней прожили 30 лет и ни разу не поссорились. Потому что матушка покрывает своей мудростью, а я научаюсь от неё".

Вот это наверное самое главное, чтобы в семейной жизни мы были немножко слепые, немножко немые, немножко глухие, любили друг друга. И любовь поможет сохранять мир, лад, и будет счастье.
И тогда любая семья будет и долгая, и счастливая, и, я бы так сказал, - вечная.

Протоиерей Алексий Ладыгин

Как Антоний Великий с бесами боролся.
Проведя некоторое время в пустыне, и стяжав от Бога благодать борьбы со страстями, подвижник объявил демонам открытую войну. Он переселился в заброшенную крепость на берегу Нила, где плел корзинки, выменивая их на зерно у местных крестьян. Свое жилище святой устроил в древнем захоронении, а спал в гробу. Почти не отдыхал, находясь практически все время в труде и молитве. Видя, что вызов брошен, бесы каждый день собирались у гробницы, принимая вид страшных чудовищ и пытаясь вселить в душу монаха смятение и страх. Но тот, зная, что это всего лишь призраки, спокойно говорил им:

— Я знаю, вы хотите меня запугать, но я также знаю, что если вам не разрешит Господь, вы меня не тронете, а если разрешит, то усилий одного из вас хватит, чтоб меня умертвить. Поэтому чего вы медлите, нападайте, если на то Божья воля.

И бесы, посрамленные мужеством и верой святого, каждый раз отступали. Так продолжалось несколько лет, пока демоны не решили устрашить святого самым радикальным способом. Однажды они физически атаковали его жилище, разрушили каменные своды гробницы и выволокли Антония наружу. Духи превратились в телесно осязаемых чудищ, били монаха, царапали когтями, рвали зубами. А в конце своего нападения подняли Антония высоко в небо и сбросили его наземь…

Бездыханное тело святого спустя несколько дней нашел житель соседнего городка, который время от времени приносил подвижнику пищу. Посчитав, что инок умер, он забрал его с собою, и местные христиане совершили над ним отпевание. Но Антоний был жив. Когда его оставили на ночь в комнате, решив следующим утром похоронить, он пришел в себя и, тихо подозвав одного из своих благодетелей, попросил отнести обратно в гробницу. Просьба была выполнена. Не имея сил встать, Антоний лежал на полу и молился. Чувствуя, что он в гробнице не один, отшельник громко произнес:

— Бесы! Я здесь. И не избегаю борьбы с вами. Знайте же, что если сделаете мне что-либо плохое, ничто не может отлучить меня от любви к Христу.

Стены жилища затряслись, и демоны стали пугать отшельника пуще прежнего, наводя на него различные видения и страхи. Но Антоний лишь молился и призывал на помощь Бога. Казалось, что минуты превратились в столетия — такой невыносимой была эта психологическая атака темных духов. Однако навредить святому физически они уже не осмелились. Подвижник продолжал молиться. Он чувствовал, что силы вот-вот покинут его. Вдруг старинные развалины озарил неземной свет, в лучах которого Антонию явился Христос. Не терпя божественного присутствия, бесы с воплями покинули убежище отшельника. Видя такую развязку своего испытания, Антоний обратился к Спасителю:

— Господи Милосердный, где Ты был раньше, и почему сначала не явился исцелить мои раны?

На что получил ответ:

— Антоний! Я был здесь, но ждал, желая видеть твое мужество; теперь же, после того как ты твердо выдержал борьбу, Я буду всегда помогать тебе и прославлю тебя во всем мире.

Через несколько минут монах почувствовал, что на его теле уже нет ни одной раны, а сил в суставах прибавилось. Здоровье полностью вернулось к нему и с тех пор больше не покидало святого. По милости Божьей, у Антония до самой смерти было острое зрение, целые зубы и такая энергичность, что он мог сравниться с любым юношей. Вот так наградил Господь Своего угодника за верность и стойкость, попустив, чтоб он сам справился с бесовскими наваждениями. Для монаха это был очень важный урок и напоминание о том, что Бог не дает человеку непосильных испытаний, и раз они ниспосланы, то их важно пройти до конца.

Меня поразило в Церкви, когда я впервые с ней столкнулся, именно это — священники служили Богу и отдавали жизнь за нас. Жили впроголодь, жили холодно. Я помню, пришел как-то в Париже на Трехсвятительское подворье, а владыка Вениамин (Федченков) лежит в коридоре на каменном полу, покрытый своей монашеской мантией. Я спросил: “Владыка, что вы здесь делаете?” “Знаешь, в келье моей места нет”. “То есть как?” — “На кровати — один нищий, на матрасе — другой, на ковре — третий, на моих одеялах четвертый, а келья-то маленькая, мне пришлось в коридор выйти”. Вот это для меня пастырство.

Митрополит Антоний Сурожский о митрополите Вениамине (Федченкове).

Погиб в автокатастрофе иерей Анатолий Першин. Ушёл батюшка в праздник Сретения Господня. Многие петербуржцы его хорошо знали, приезжал он неоднократно и в Печоры.

Помните его удивительную судьбу? Когда-то он был музыкантом, вёл разгульную жизнь и однажды оказался на том свете, в состоянии клинической смерти. После возвращения он полностью изменил свою жизнь.

Какой прекрасный отрезок времени дал ему Господь… А точнее — как верно распорядился отец Анатолий дарованным ему Господом отрезком времени…

Отец Анатолий рассказывал моменты из страшных историй своей жизни, когда его сильно избили и выбросили в мусорный накопитель. Там он пролежал без сознания трое суток. Очнулся, но жизни в нём совсем не было, нестерпимо хотелось пить. Он кое-как добрался до первого этажа дома, в котором всё это произошло, и позвонил в дверь. Ему открыл какой-то мужчина. Всё, что смог произнести еле живой бедолага: «Пить…» Слава Богу, ему вынесли стакан воды, и с каждым глотком этой воды к обессиленному возвращалась жизнь.

Ничего не знал о. Анатолий об этом человеке. Не помнил ни улицы, ни дома, где это всё произошло. Но постоянно вспоминал тот стакан воды. И часто думал, что, может быть, вот ради одного такого поступка каждый из нас и живёт на этом свете. Представляете, по сути этот мужчина спас протоиерея, который потом спасал множество других жизней и душ. И как важно было в тот самый момент не закрыть дверь перед избитым бомжом из помойки.

Вспомнал о. Анатолий и случай, произошедший с одной женщиной, который она рассказала ему сама. Она была в глубокой депрессии и решила свести счёты с жизнью. Девушка сидела дома и обдумывала, как это сделать, прокручивала в голове всевозможные детали задуманного. В кухне играло радио, звучала какая-то песня. И вдруг до неё донеслись слова, которые пронзили её сознание: «Надо жить!» Это пел о. Анатолий. Каким образом так свёл эти события Господь?! Но девушка отбросила свои нездоровые планы и вернулась к жизни.

🙏 Царствие Небесное новопреставленному иерею Анатолию!

☦️ История о прощении
Бабушка с прекрасным именем Василиса Васильевна… Я видела ее много раз в одном украинском храме, когда была в тех краях. Она всегда была какая-то светлая, «беленькая», как ромашка, и очень мирная. Знаете, есть такие люди, рядом с которыми хочется стоять и греться. Ничего ее не злило, не раздражало, и для каждого у неё было ласковое слово. Несколько раз с ней вместе приходил мужчина. Он очень бережно к ней относился, ухаживал, помогал снять пальто, искал ей место присесть. Она называла его «сынок». А двух мальчишек, которые тоже были с ними, – внучками.

– Какой хороший у Василисы Васильевны сын, – сказала я как-то своей знакомой свечнице там.

– Кто? Павел? Это не сын. Ты что, ничего не знаешь?

Нет, я не знала…

Я не знала, что ее любимый и единственный сын, которого тоже звали Василий, в честь деда, погиб. Его сбила машина на пешеходном переходе. Умер он в больнице. Водитель, тоже молодой парень, был трезв, но не сбавил скорость. Он никуда не скрылся, сам же вызвал полицию и скорую помощь.

Потом уже он рассказывал, что в тот день у него у самого родился сын. Первенец. Он ехал счастливый в роддом, думал только об этом и не замечал ничего вокруг.

Радость обернулась трагедией для двух семей. Павел (а это был он) на коленях просил прощения у Василисы Васильевны и ее мужа в суде. Теперь тоже уже покойного. А она, чёрная от горя, не видела ни его, ни людей вокруг… Которые шептали, что хочет преступник так себе срок скостить.

Павла посадили, как и положено. Из колонии он писал письма и жене, и убитой горем матери Василия. Не мог простить себе того, что натворил. Василиса Васильевна не отвечала. Не было сил не только писать, но и жить. Да и, опять же, говорили люди, что так он себе условно-досрочное зарабатывает. А совесть тут совершенно ни при чем.

В те страшные дни Василиса Васильевна и пришла в храм. И осталась там навсегда.

Начала помогать, исповедоваться, причащаться. Ожила. Старалась всем помочь, обогреть. Как будто этими усилиями пыталась заглушить свою боль. Но боль все равно не отпускала. И сверлила в голове мысль: «Тот, кто убил моего мальчика, жив. Рано или поздно вернётся к своей жене, сыну… А мой не вернётся уже никогда». И стоял перед глазами гроб, в котором лежал совсем другой, незнакомый ей Васенька.

Закончился срок, выпустили Павла, и первым делом отправился он не домой, к жене и сыну, а к Василисе Васильевне. Как и раньше, упал на колени и плакал:

– Простите, Христа ради! Вам жизнь разрушил и себе. Я сам отец. Сына своего на руках не держал ни разу. Забрали же меня тогда. А он в больнице лежал после роддома. Пневмония. Васей сказал жене назвать… Потому что…

И заплакал... Плакала и Василиса Васильевна. И гладила по голове этого человека, который Ваську ее убил. И сына своего в честь ее мальчика назвал. Всех ей жалко было. Васю, себя и Пашку этого, будь он неладен. Который сам себя казнил и наказывал больше, чем закон его наказал. И чувствовала, что уходит из сердца злость. И боль становится легче.

Пришёл он и завтра, и через неделю. Потом Ваську, сына своего, привел. Позже и жену. Помогали одинокой старой женщине, чем могли. И настал день, когда Василиса Васильевна сама позвонила Павлу:

– Сынок, что-то давно тебя не было. Приводи Васеньку, я с ним посижу, соскучилась уже. А вы с женой, Верочкой, погуляете….

– Ты что, простила его? – спрашивали ее в храме, когда она приходила туда с Павлом, Верой и их Васькой.

– Да… Как-то так само получилось. И так легко стало. Да и сроднилась я с ними уже. Жизнь…

Через какое-то время у Павла с Верой родился ещё один сын, Ваня. И Василиса Васильевна стала его крестной. И я видела, как она сияла, когда подводила его ко Причастию… Была светлой и радостной, какой я ее всегда и знала. Но что, оказывается, ей пришлось пережить... И что она смогла простить... Мне это сложно вместить, честно...

Елена Кучеренко