Чем люблю фильмы в оригинале: количеством непереводимой дичи. Явно поговорки 'A night with Venus, a lifetime with Mercury' не было в романе «Франкенштейн» — а вот в сценарий уже откуда-то впихнули.

В вольной трансляции она намекает на жуткую заразность сифилиса и принятые тогда методы лечения ртутью.

Гуглю цитату: пять ссылок, из них четыре — медицинские порталы. Вы тоже узнайте, что сифилис, по слухам, привез Колумб со товарищи из новых земель (даты совпадают — эпидемия в Европе разразилась сразу после).

А ещё по мнению авторов статьи заболевание называли «французским» в Италии, «неаполитанским» во Франции, «немецким» в Польше и «польским» в России.

Но мы то знаем правду.
В русской литературе сифилис звали «французкой», а никакой не польской болезнью.

Надо знать, от этого Ленин умер.

Болели Шуберт, Гоген, Ван Гог, Бодлер, Врубель, Ги де Мопассан. Возможно, Иван Грозный, Ницше, Бетховен, Петр первый и Оскар Уайльд.

Внимательный просмотр фильмов можно закончиться где угодно в гугле 🤷🏻‍♀️

Как тормозить нервную систему? Как вы это делаете?

Как входить в раж, понятно. Как из него выходить?

Про бесстыдство, прости господи. Вы знали, что дети формируют поведение в год по взгляду родителей?

Я — нет!

Да что там, я книжки по нейробиологии в детстве читала, там тоже про это не говорили. Отвал башки, о дивный новый стыд мир.

Сью Герхардт в книге «Как любовь формирует мозг ребенка?» рассказывает, что реакция стыда в нервной системе выглядит как резкий переход от симпатической активации к парасимпатической (то есть переход от активного движения к его отсутствию, собственно замораживанию):

Парасимпатическая система жизненно необходима подросшему младенцу, поскольку она является запрещающей системой, позволяющей ребенку прекратить делать что-то и научиться тому, что поведение может быть неприемлемым или опасным. [...] Он открывает, что родители, которые 90% времени в его младенчестве позитивно взаимодействовали с ним, прилагая все усилия, чтобы настроиться на его волну, теперь могут быть ужасным образом не заодно с ним. Они доносят до него это, говоря с ним строго и смотря негативно. [...]

Эти неодобряющие или отрицающие взгляды вызывают резкий переход от симпатического возбуждения к парасимпатическому возбуждению, создавая эффект, испытываемый нами как стыд, — внезапное снижение кровяного давления и поверхностное дыхание.

Таким образом, здесь мы оказываемся на развилке. Если процесс происходит в отношениях надежной привязанности, то у нас и нашего тела есть возможность восстановиться после стремительного перепада, сделав определенные выводы (что-нибудь вроде «мама на меня так смотрит не потому, что не любит, а потому, что мое действие опасно и мне нельзя больше так делать»).

Но когда то же самое происходит в условиях ненадежной привязанности и постоянного ощущения угрозы быть отвергнутым, мы попадаем в воронку токсичного, всепоглощающего стыда, которая имеет свойство с каждым разом становиться все больше.
Герхардт продолжает:

Стыд — важный параметр социализации. Но важно также, чтобы стыд проходил. Важно, чтобы организм получил «дозу» кортизола, но передозировка крайне вредна.

Вырубаем стыд, нам эту фигню навязали кортизол и годовалый возраст 🤪

Там просто Стас принёс в комментарии к прошлому посту какой-то кладезь материалов, разгребаю 😂

Чем хорош этот канал - тем что я, бл9дь, сама не знаю, будет здесь следующим текст про нейробиологию, стартапы, droit d'aubaine, дурацкий сериал пятого канала - или кружочек из бани.

Минутка внимания творцов.
Советы вы не ждали, а они подъехали.

У иноагента Акунина есть «Самоучитель по беллетристике». Выпустил ещё в начале 2022, у меня аж бумажная копия.

В каждой главе он описывает какие-то излюбленные приемы, следом дает фактуру и идеи для сюжета - а потом предлагает поупражняться и написать рассказ на тему. И показывает свой вариант выполнения задания.

Если убрать в сторону, что это буквально методика обучения творческих мастерских (окей: не всех. Но этюдный метод Хотиненко-Фенченко ровно так выстроен), то остаётся сборник рассказов про Англию и Россию.

Предполагается, что вы не просто будете читать рассказы - а попробуете посостязаться с маэстро. Но мы ленивы. Если уж у вас есть мотивация стать писателем, вы как-то и без книги жили.

Хотелось бы посмотреть на того читателя, кто так сделал.

Точно не я. Чукча не писатель, чукча читатель (но умный!).

Я поначалу совершила ошибку и начала читать последовательно, с начала. Не делайте так: выйдет садомазохизм.

Правда в том, что самоучитель из пособия действительно отменный. Просто надо не идти по инструкции (как всегда в России). Достаточно начать чтение в обратном порядке: то есть сначала читать рассказ, а после - вводное задание к нему.

Что это дает?

1. Чуйку.
Это как игра в мяч: партнёр подает, ты ловишь. Если регулярно ловить, охотнее вникаешь в подачу. То есть буквально - чтО хотел сказать автор.

Про что этот текст стал для тебя, а чем планировался.

И вообще не факт, что это совпадет.

И вообще не факт, что если не совпало - плохо.

Это подводит к следующему пункту.

2. Удивительно напоминать себе, но каждый текст - не айсберг гениальности, а попытка выдолбить свой замысел из мрамора. А он, скотина, крошится на месте поцелуя.

Если видишь замысел (что обычно, как кухня у хорошей хозяйки, скрыто), легко заметить, когда дотянуто до плана, а когда - ну так.

Это очень приятно видеть не только на своих примерах, но и чужих.

Скажем, в финале всегда можно сказать ‘как получилось, так и планировали’. А на старте вообще могло другое быть.

3. Да и вообще - когда ещё удается залезть автору в голову и узнать, про что он на самом деле пишет?

Наши болевые точки, чаще всего, это тень. Вот в социальной жизни так её стерилизуем, несчастную, что хоть здесь легализовать не лишне.

Рекомендую.

Суббота, ща подгоню веселое чтиво 😁😁😁

Спойлер: там про убийства и глубинку, но с хорошим финалом 🤣

К чему тут пятый канал, спросите — не зря. Помните эпопею с чайником?

Меня опять догнал этот проклятый номер на кнопке пульта телевизора.

Я честно ни при чем! Я не виновата, что у меня полно знакомых!

Некоторые неожиданно оказываются наказаны работой на местном эфире — у которого все сыпется под конец года — нужны свежие силы и ясные головы (а ещё жертвоприношения, по-видимому).

Бухались в ноги, клялись, что мотор на носу, а серий должно быть в два раза больше. То есть есть ноль, а должно быть сильно не ноль (шутка для всех, кроме математиков).

Я с порога сказала, что у меня нет времени на бред, поэтому: никаких заунывных групповых звонков, километровых правок, недельных ожиданий от канала и потом требований написать серию за день.
Угукс, с готовностью кивнула мне продюсерская группа.

И ведь не соврали, ироды.

Они просто сделали хуже. Нашли всамделишнего редактора с опытом на канале — прямо выращенным, местным.

Ты ему слово — он тебе: это не для нашей аудитории.

Итак, выяснилось, что для местной аудитории подходят исключительно:

- леденящие мотивы вида смертельной болезни, срочных и неоплатных долгов (заберут сына), жутких и строгих кар (заберут квартиру)

- побольше перипетий вида: он сломал ей жизнь, а потом их внезапно свела судьба (про терапию зрители не слышали — «Настя, молчи!», прим.ред.)

- тематика семейных ценностей. Мы же здесь про убийства, да? Убийства ради денег аудитории не интересны. Лучше, чтобы это был кто-то близкий….

- … но только осознанно! Убираем случайности, происшествия и аффект. Ну а это чем не угодило, спросите?

Актеры местные не справляются. Типа так играть сложнее.

Открывать им глаза, что сценарий (и сцену) можно развести так, что сыграет табуретка — я даже не попыталась. Зачем портить шедевр?

По их описанию зритель — это такой идиот, который не может себя ассоциировать ни с кем плохим, должен вечно действовать из внешних обстоятельств, далек от мира искусства, науки и денег, и очень любит глубинку.

Благослови их господи.

Я даже уже смеяться не смогла, когда это всё выяснилось. Мягко отползла в сторонку.

Теперь вы знаете, почему у вас такие сериалы.

Это все аудитория виновата!
Зритель не тот пошел.

Очень хочется наконец получит повод дико, неистово хвалить индустрию.

Для разнообразия и радости.

Все говорят, что это безумие, пока ты это не сделал. И это не стало чем-то обыденным.