Когда открываю кино новинки и думаю, что надо что-то написать о них:

Все выходные смотрю на Караченцова и думаю, какая это махина: то, что сейчас оплощили словом «фактура» всего-навсего означает огромный размах души, энергию, которая чувствуется даже через экран, и неуемную жажду жизни.

Я вообще влюблена в советских героев да и его роли: что «Старший сын» с оттенками бытовой драмы, что рок-опера из былинных, поистине сказочных персонажей — это истории людей, а не концепций. То ли материал должен быть благодатной почвой, чтобы личность была видна, то ли наоборот — истории подтягиваются за актерами, но Караченцова не могу представить ни в «Бандитском Петербурге», ни в байопиках о Ленине. А очень хочется в кино таких, страстных и неуемных, живых и кипящих.

Наверное, моя любимая часть — его молитва Богоматери из «Юноны и Авось». Псалом вечерни и признание в любви женщине с вишневыми глазами. Жилы рвутся не меньше, чем в монологе Хлопуши.

И любимая байка про этот спектакль: Шейнцис (художник-постановщик, работавший с Захаровым) сделал для постановки палубу корабля. Люди гадают: как так, столько лет спектакль идет и не портится? А не может это пропасть бесследно: создатели уже мертвы, а актеры каждый раз, как в первый, танцуют и играют на скользких досках, оступишься — упадешь. Это тот нерв, что всё держит.

Ну или держал — не знаю, что там с ЮА сейчас.

Поэтому не всегда спокойствие помогает победить бурю. Нерв, задор и, Господи, воззвах к тебе.

Вот есть такое: серийный предприниматель, когда человек запускает один бизнес за другим и не останавливается. Значит, должен быть и серийный актер. Не сериальный. Хотя серийно можно и в сериалах.

Выходит, есть актер сериальный, а есть серийный.

Как убийца

🤔

Ааааааа

Вы лук или стрела?

Стрела значит, что ты должен иметь цель — если цели нет, тогда превращаешься в кусок бесполезной болтающейся древесины.

Луковица значит другое. Нужно окружить себя теплом и любовью, подготовить почву — а растение само поднимет голову. И скорее не можешь ни задать ему форму, ни придумать сорт — просто терпеливо наблюдать за ростом.

Помнится, о «Хрустальном» я впервые услышала от Ирины Волковой на одном из вечеров Фенченко, она сильно хвалила. Потом про этот сериал рассказывал на «Любимовке» Роман Кантор. Потом я посмотрела: и это вышак, не устану повторять — один из лучших русских сериалов.

Дальше была «Химера», где Кузнецов (он уже иноагент, или нет, чо там с плашкой?) сделал всю линию мощной, объемной и секси.

Сейчас я открыла «Трассу», и смотреть сериалы расхотелось. Вроде все крючки на месте, но не покидает ощущение, что меня считают идиотом — просто выдали набор из стандартных шаблонов, и это всё, что у нас для вас есть. Детдомовское прошлое, мать мы то любим, то зовём сукой, женщина у нас такая загадочная: вроде её полагается жалеть, раз она терпит любовника-мудака — но секс с дальнобоем, видать, догоняет загадочности русской душе.

И Звягинцева еще зовут чернухой.
Учим терминологию: «чернуха» — это когда мы взяли драматические перипетии не потому что они нас волнуют, а чтобы антураж нагнать.

И при этом мне, простите, люди из индустрии приводят в пример «Трассу» как успех. Вот прямо всамделишно. Не понимаю, как может сбиться прицел настолько, что не видишь в упор натяжки, откровенные дыры ради сценарной формы и пресность игры.

Короче, расскажите, чем кончится.

Нет, ну какое милашество.

Книга Ньюмана, кстати, крутая — я хоть и не путешественник из Марокко, но советую) только Майкл, не путать с Полом Ньюманом («Афера», «Буч Кэссиди и Сандэнс Кид»).