Не(очень)известный художник
Отдельное внимание привлекла пара картин Василия Розанова из серии «Коронационные иллюминации». Каждую коронацию нового императора Москва освещалась тысячами и тысячами огней – сначала свечей и фонарей, а с 1883 года (коронации Александра III) и электрическими лампами.
Конечно же, такие цвета привлекали внимание большого количества художников (вот, например, картина Сурикова), но картины Василия Розанова особенно выделяются невероятно четкими и красочными цветами, близкими по ощущениям к HDR-фотографии. Художник запечатлел коронацию и Александра III, и Николая II, все картины из этой серии можно посмотреть здесь
Вместе с этим захотелось подробнее почитать про художника, понять как ему удавалось достигать такого цвета, но каково же было мое удивление, когда я не нашел ни одной статьи про него. При этом из-за гораздо более известного тезки, философа Василия Розанова, изначально сложно было найти хоть что-то про Розанова-художника. Ни нейросети, ни беглый поиск по научным статьям так и не помогли найти хоть какие-то упоминания о художнике.
Поэтому эта тайна пока остается открытой, а жаль, ведь картины великолепные.
Отдельное внимание привлекла пара картин Василия Розанова из серии «Коронационные иллюминации». Каждую коронацию нового императора Москва освещалась тысячами и тысячами огней – сначала свечей и фонарей, а с 1883 года (коронации Александра III) и электрическими лампами.
Конечно же, такие цвета привлекали внимание большого количества художников (вот, например, картина Сурикова), но картины Василия Розанова особенно выделяются невероятно четкими и красочными цветами, близкими по ощущениям к HDR-фотографии. Художник запечатлел коронацию и Александра III, и Николая II, все картины из этой серии можно посмотреть здесь
Вместе с этим захотелось подробнее почитать про художника, понять как ему удавалось достигать такого цвета, но каково же было мое удивление, когда я не нашел ни одной статьи про него. При этом из-за гораздо более известного тезки, философа Василия Розанова, изначально сложно было найти хоть что-то про Розанова-художника. Ни нейросети, ни беглый поиск по научным статьям так и не помогли найти хоть какие-то упоминания о художнике.
Поэтому эта тайна пока остается открытой, а жаль, ведь картины великолепные.
🔥5❤4😍2
Современные программисты – это средневековые монахи?
Дело, конечно, не в вере или образе жизни, а в том, как технологии влияют на их деятельность. Но обо всем по порядку.
Известный факт – в средневековье книги переписывались вручную. Чаще всего мастерские, в которых этим занимались, располагались при монастырях и назывались скрипториями (от лат. scriptor — «писец, переписчик»). Работниками, естественно, были сами монахи, а их работа обычно заключалась в ежедневном и кропотливом ручном переписывании книг. Была ли какая-то выгода от этого, ведь обычно они просто переписывали религиозные тексты? Конечно, достаточно быстро монастыри поняли, что на этом можно заработать деньги, поэтому начали принимать частные заказы. Так монахи зарабатывали для своей обители дополнительные средства.
Обычно скриптории представляли из себя большие помещения, где монахи занимались подготовкой рукописей. Существовало, конечно, и разделение труда – часть монахов отвечали за подготовку пергамента, разлиновку и нанесение защитных слоев, другие – за декоративные элементы и иллюстрации, остальные занимались именно переписыванием. Достаточно подробно, кстати, устройство скрипториев описано в романе Умберто Эко «Имя розы».
Также рядом со скрипториями обычно находилась библиотека, где и хранились книги для переписывания. Поэтому монастыри нередко становились образовательными и научными центрами в те времена.
Система скрипториев была отлично отлажена, но в один момент все начало меняться. Сначала вместе с урбанизацией в городах начинают появляться ремесленники-писцы, то есть теперь обращаться в монастырь стало необязательно (и зачастую так было даже удобнее), но настоящую революцию произвело книгопечатание, появившееся в XV веке.
Конечно, и до Гутенберга существовали разные подходы, но будем брать его изобретение как отправную точку – около 1440 года Иоганн Гутенберг изобрел новый способ книгопечатания, после чего производство книг изменилось навсегда. Так в течение 30 лет (делайте поправку на скорость распространения информации в то время) по всей Европе открываются типографии, способные произвести новую книгу, по сравнению с ручным переписыванием в скрипториях, значительно быстрее.
Но причем тут современные программисты? В разговорах о сегодняшней ИИ-революции часто апеллируют к Промышленной революции XVIII века – так людей, сопротивляющихся повсеместному внедрению нейросетей называют техно-луддитами (исходный термин возник именно во время Промышленной революции), и во всех прогнозах по замене человеческого труда отталкиваются именно от этого опыта.
Однако если говорить про изменения в интеллектуальных и творческих профессиях, то именно изобретение книгопечатания скорее близко к тому, что происходит сейчас, ведь монахи, работавшие в скриптории, оказались в очень похожей ситуации – ручное переписывание, традиции и знания, формировавшиеся веками, стремительно становились ненужными, и монахам необходимо было адаптироваться к новой реальности, где их труд уже не так востребован. Поэтому и можно сказать, что в такой перспективе сегодняшняя ИИ-революция близка к изобретению книгопечатания, ведь оба этих изобретения сделали плоды интеллектуального труда гораздо доступнее, а вместе с этим заставили сомневаться в себе специалистов (будь то современные программисты или средневековые монахи) и поменяли экономику.
А о том, как монахи находили себе новые виды труда и адаптировались к изменениям, и о том, как появление книгопечатания повлияло на средневековые монастыри, читайте в следующих постах.
@distant_notes
P.S. спасибо развитию нейросетей за возможность создать второе изображение
Дело, конечно, не в вере или образе жизни, а в том, как технологии влияют на их деятельность. Но обо всем по порядку.
Известный факт – в средневековье книги переписывались вручную. Чаще всего мастерские, в которых этим занимались, располагались при монастырях и назывались скрипториями (от лат. scriptor — «писец, переписчик»). Работниками, естественно, были сами монахи, а их работа обычно заключалась в ежедневном и кропотливом ручном переписывании книг. Была ли какая-то выгода от этого, ведь обычно они просто переписывали религиозные тексты? Конечно, достаточно быстро монастыри поняли, что на этом можно заработать деньги, поэтому начали принимать частные заказы. Так монахи зарабатывали для своей обители дополнительные средства.
Обычно скриптории представляли из себя большие помещения, где монахи занимались подготовкой рукописей. Существовало, конечно, и разделение труда – часть монахов отвечали за подготовку пергамента, разлиновку и нанесение защитных слоев, другие – за декоративные элементы и иллюстрации, остальные занимались именно переписыванием. Достаточно подробно, кстати, устройство скрипториев описано в романе Умберто Эко «Имя розы».
Также рядом со скрипториями обычно находилась библиотека, где и хранились книги для переписывания. Поэтому монастыри нередко становились образовательными и научными центрами в те времена.
Система скрипториев была отлично отлажена, но в один момент все начало меняться. Сначала вместе с урбанизацией в городах начинают появляться ремесленники-писцы, то есть теперь обращаться в монастырь стало необязательно (и зачастую так было даже удобнее), но настоящую революцию произвело книгопечатание, появившееся в XV веке.
Конечно, и до Гутенберга существовали разные подходы, но будем брать его изобретение как отправную точку – около 1440 года Иоганн Гутенберг изобрел новый способ книгопечатания, после чего производство книг изменилось навсегда. Так в течение 30 лет (делайте поправку на скорость распространения информации в то время) по всей Европе открываются типографии, способные произвести новую книгу, по сравнению с ручным переписыванием в скрипториях, значительно быстрее.
Но причем тут современные программисты? В разговорах о сегодняшней ИИ-революции часто апеллируют к Промышленной революции XVIII века – так людей, сопротивляющихся повсеместному внедрению нейросетей называют техно-луддитами (исходный термин возник именно во время Промышленной революции), и во всех прогнозах по замене человеческого труда отталкиваются именно от этого опыта.
Однако если говорить про изменения в интеллектуальных и творческих профессиях, то именно изобретение книгопечатания скорее близко к тому, что происходит сейчас, ведь монахи, работавшие в скриптории, оказались в очень похожей ситуации – ручное переписывание, традиции и знания, формировавшиеся веками, стремительно становились ненужными, и монахам необходимо было адаптироваться к новой реальности, где их труд уже не так востребован. Поэтому и можно сказать, что в такой перспективе сегодняшняя ИИ-революция близка к изобретению книгопечатания, ведь оба этих изобретения сделали плоды интеллектуального труда гораздо доступнее, а вместе с этим заставили сомневаться в себе специалистов (будь то современные программисты или средневековые монахи) и поменяли экономику.
А о том, как монахи находили себе новые виды труда и адаптировались к изменениям, и о том, как появление книгопечатания повлияло на средневековые монастыри, читайте в следующих постах.
@distant_notes
P.S. спасибо развитию нейросетей за возможность создать второе изображение
❤8🤔3🔥2
Генерал в своем лабиринте
Симон Боливар – легендарный латиноамериканский политик и полководец, в начале XIX века освободивший Южную Америку от испанцев, а потом стал, естественно, правителем. Наверное, ближайшая по масштабу фигура в нашей культуре – это Наполеон Бонапарт. Еще один интересный факт – страна Боливия названа как раз-таки в честь генерала.
Идеи Боливара была вполне под стать той романтической эпохе – освободить Южную Америку от испанцев, а после этого объединить большую часть материка в одно государство. И, конечно, это не удалось. Однако все время его правления (около 10 лет), бесконечно шли кровавые войны – сначала освободительные, потом удерживающие завоевания, так как идея объединения нравилась далеко не всем.
В начале 1830 года Боливар ушел в отставку, а в конце 1830 – умер. Достоверно мы ничего про последний год его жизни не знаем. Но в книге «Генерал в своем лабиринте» Габриэля Маркеса «легенда превращается в истину», и колумбийский писатель предлагает свое видение жизни Боливара уже без власти.
Вся книга – это описание последней битвы генерала со смертью, где неизбежно день за днем Боливар проигрывает. На фоне прекрасных описаний Латинской Америки генералу становится то лучше, то хуже, но самое главное не это. Самое главное – то, как он проживает потерю власти и вспоминает разные подробности своих деяний, раз за разом повторяя одно – все это меркнет перед великой идеей создания единого латиноамериканского государства.
Я часто про себя думаю, что всегда интересно, когда за историческими событиями можно увидеть настоящих, живых людей. И Маркес показывает читателю это просто великолепно. Весь этот завоевательно-освободительный пафос уходит на второй план, ведь куда важнее – этот некогда навевавший ужас и мгновенное преклонение Генерал, который теперь, оставив пост, живет лишь воспоминаниями.
И чем ближе к смерти – тем больше умирает Генерал, и появляется Человек. Но нет, здесь не будет концовки с раскаянием и бесконечными муками совести, отнюдь – генерал раз за разом повторяет, что повторил бы каждое из своих решений, насколько жестокими и кровавыми бы они не были. Просто оказывается, что этот человек, лишившись власти, лишается и самого себя – потому что в какой-то момент он полностью сжился со своей ролью Генерала, оставив себя самого где-то на самой верхней полке, до которой он никогда не доберется.
И вот это – великолепнейшая находка Маркеса, на мой взгляд. Очевидно, что любая власть – совершенно необязательно государственная, достаточно любой – часто овладевает человеком. Но Маркес идет дальше и показывает, что такой человек, полностью отдавший себя власти, оказавшись без нее, становится абсолютно пустым. Ничего не дается даром, и цена за власть, по мнению Маркеса, абсолютно понятна – она разрушает человека до основания, и если он ее лишится, то все, что у него останется – это воспоминания и ностальгия по «годам великих свершений».
Более того, Маркес, по сути, не дает никакой оценки деятельности Боливара. С одной стороны, понятно – во многих странах Латинской Америки это национальный герой, добившийся их независимости, и в книге это хорошо показывается. А с другой – Маркес через воспоминания Боливара показывает, насколько генерал был кровавым правителем, и вместе с этим до конца жизни уверен, что он все делал правильно.
Оправдывает ли цель средства – в книге остается вопросом открытым.
Симон Боливар – легендарный латиноамериканский политик и полководец, в начале XIX века освободивший Южную Америку от испанцев, а потом стал, естественно, правителем. Наверное, ближайшая по масштабу фигура в нашей культуре – это Наполеон Бонапарт. Еще один интересный факт – страна Боливия названа как раз-таки в честь генерала.
Идеи Боливара была вполне под стать той романтической эпохе – освободить Южную Америку от испанцев, а после этого объединить большую часть материка в одно государство. И, конечно, это не удалось. Однако все время его правления (около 10 лет), бесконечно шли кровавые войны – сначала освободительные, потом удерживающие завоевания, так как идея объединения нравилась далеко не всем.
В начале 1830 года Боливар ушел в отставку, а в конце 1830 – умер. Достоверно мы ничего про последний год его жизни не знаем. Но в книге «Генерал в своем лабиринте» Габриэля Маркеса «легенда превращается в истину», и колумбийский писатель предлагает свое видение жизни Боливара уже без власти.
Вся книга – это описание последней битвы генерала со смертью, где неизбежно день за днем Боливар проигрывает. На фоне прекрасных описаний Латинской Америки генералу становится то лучше, то хуже, но самое главное не это. Самое главное – то, как он проживает потерю власти и вспоминает разные подробности своих деяний, раз за разом повторяя одно – все это меркнет перед великой идеей создания единого латиноамериканского государства.
Я часто про себя думаю, что всегда интересно, когда за историческими событиями можно увидеть настоящих, живых людей. И Маркес показывает читателю это просто великолепно. Весь этот завоевательно-освободительный пафос уходит на второй план, ведь куда важнее – этот некогда навевавший ужас и мгновенное преклонение Генерал, который теперь, оставив пост, живет лишь воспоминаниями.
И чем ближе к смерти – тем больше умирает Генерал, и появляется Человек. Но нет, здесь не будет концовки с раскаянием и бесконечными муками совести, отнюдь – генерал раз за разом повторяет, что повторил бы каждое из своих решений, насколько жестокими и кровавыми бы они не были. Просто оказывается, что этот человек, лишившись власти, лишается и самого себя – потому что в какой-то момент он полностью сжился со своей ролью Генерала, оставив себя самого где-то на самой верхней полке, до которой он никогда не доберется.
И вот это – великолепнейшая находка Маркеса, на мой взгляд. Очевидно, что любая власть – совершенно необязательно государственная, достаточно любой – часто овладевает человеком. Но Маркес идет дальше и показывает, что такой человек, полностью отдавший себя власти, оказавшись без нее, становится абсолютно пустым. Ничего не дается даром, и цена за власть, по мнению Маркеса, абсолютно понятна – она разрушает человека до основания, и если он ее лишится, то все, что у него останется – это воспоминания и ностальгия по «годам великих свершений».
Более того, Маркес, по сути, не дает никакой оценки деятельности Боливара. С одной стороны, понятно – во многих странах Латинской Америки это национальный герой, добившийся их независимости, и в книге это хорошо показывается. А с другой – Маркес через воспоминания Боливара показывает, насколько генерал был кровавым правителем, и вместе с этим до конца жизни уверен, что он все делал правильно.
Оправдывает ли цель средства – в книге остается вопросом открытым.
❤🔥5❤2🔥2🤔1
И не факт, что я бы написал текст выше, если бы в очередной раз непреднамеренно литература интересным образом не наложилась бы на реальность.
Наверное, главный инфоповод прошлой недели – файлы Эпштейна. Рассказывать о том как это отвратительно смысла нет – и так все понятно, история полна примеров, как обезумевшие от власти правители превращали свою жизнь в бесконечный калейдоскоп занятий разного уровня извращений, не первый и не последний раз (хотя воспринимается каждый раз как первый).
Интересно другое – реальность мгновенно подтверждает идею Маркеса о том, до какого уровня внутренней пустоты может дойти человек, обезумевший от власти.
Бонус – the Epstein Network, визуализация, где вы можете посмотреть совстречаемость различных деятелей в файлах Эпштейна. Вроде бы пока что без новой «пачки» файлов, опубликованных на прошлой неделе, но все равно достаточно интересно.
Единственный минус – граф строится относительно долго (несколько минут), но зато можно надолго залипнуть.
Подсмотрел вот здесь
Наверное, главный инфоповод прошлой недели – файлы Эпштейна. Рассказывать о том как это отвратительно смысла нет – и так все понятно, история полна примеров, как обезумевшие от власти правители превращали свою жизнь в бесконечный калейдоскоп занятий разного уровня извращений, не первый и не последний раз (хотя воспринимается каждый раз как первый).
Интересно другое – реальность мгновенно подтверждает идею Маркеса о том, до какого уровня внутренней пустоты может дойти человек, обезумевший от власти.
Бонус – the Epstein Network, визуализация, где вы можете посмотреть совстречаемость различных деятелей в файлах Эпштейна. Вроде бы пока что без новой «пачки» файлов, опубликованных на прошлой неделе, но все равно достаточно интересно.
Единственный минус – граф строится относительно долго (несколько минут), но зато можно надолго залипнуть.
Подсмотрел вот здесь
Telegram
data.csv
The Epstein Network
Нашёл визуализацию связей людей в файлах Эпштейна: можно изучить 25 тысяч документов и посмореть, кто с кем вместе упоминался.
В график, очевидно, не вошла последняя пачка из миллионов файлов — однако залипнуть все равно интересно. И…
Нашёл визуализацию связей людей в файлах Эпштейна: можно изучить 25 тысяч документов и посмореть, кто с кем вместе упоминался.
В график, очевидно, не вошла последняя пачка из миллионов файлов — однако залипнуть все равно интересно. И…
❤5🤯1😱1
Otium negotio praeferendum est
Недавно наткнулся на интересное видео о том, что наш образ жизни, полный спешки, дедлайнов, бесконечных забот – в общем культа продуктивности и успешного успеха, у древних римлян вызвал бы скорее всего… неприязнь.
Суть в следующем – у римлян существовал термин otium, ближе всего переводящийся как досуг. Но в самом переводе есть сильное когнитивное искажение – если в нашем социокультурном контексте досуг обычно что-то не особо важное, то, на что остается время после работы, то для римлян, наоборот, досуг был, как минимум, не менее важен работы. Так работа, бизнес, обязательные дела в латыни – это противопоставление otium, то есть negotium.
Но что римляне вкладывали в понятие otium? Любой активный отдых, посвященный чтению, созерцанию, общению с друзьями, учебе, философии, спорту – список можно бесконечно продолжать. И это, считали римляне, именно и делает человека человеком, дает ощущение свободы.
В видео есть еще много интересных моментов – например про то, что рассуждая о ритме жизни римлян, никак нельзя обойти вопрос рабства, про оплачиваемый труд и многое другое, но мне больше всего понравился сам посыл видео.
Времена и ритм жизни сильно поменялись, и жить как древние римляне уже попросту невозможно, но может быть мы можем у них научиться тому, что досуг и отдых важны не меньше, а зачастую и больше работы.
Кажется, отличное пятничное послание, дошедшее до нас сквозь века.
Недавно наткнулся на интересное видео о том, что наш образ жизни, полный спешки, дедлайнов, бесконечных забот – в общем культа продуктивности и успешного успеха, у древних римлян вызвал бы скорее всего… неприязнь.
Суть в следующем – у римлян существовал термин otium, ближе всего переводящийся как досуг. Но в самом переводе есть сильное когнитивное искажение – если в нашем социокультурном контексте досуг обычно что-то не особо важное, то, на что остается время после работы, то для римлян, наоборот, досуг был, как минимум, не менее важен работы. Так работа, бизнес, обязательные дела в латыни – это противопоставление otium, то есть negotium.
Но что римляне вкладывали в понятие otium? Любой активный отдых, посвященный чтению, созерцанию, общению с друзьями, учебе, философии, спорту – список можно бесконечно продолжать. И это, считали римляне, именно и делает человека человеком, дает ощущение свободы.
В видео есть еще много интересных моментов – например про то, что рассуждая о ритме жизни римлян, никак нельзя обойти вопрос рабства, про оплачиваемый труд и многое другое, но мне больше всего понравился сам посыл видео.
Времена и ритм жизни сильно поменялись, и жить как древние римляне уже попросту невозможно, но может быть мы можем у них научиться тому, что досуг и отдых важны не меньше, а зачастую и больше работы.
Кажется, отличное пятничное послание, дошедшее до нас сквозь века.
❤7❤🔥3🔥2
записки разной отдаленности
Otium negotio praeferendum est Недавно наткнулся на интересное видео о том, что наш образ жизни, полный спешки, дедлайнов, бесконечных забот – в общем культа продуктивности и успешного успеха, у древних римлян вызвал бы скорее всего… неприязнь. Суть в следующем…
В комментариях к предыдущему посту был задан резонный вопрос про рабов (если вкратце – то к ним это понятие, конечно, не относилось). Пока читал, наткнулся на интересный термин
Казалось бы, ничего такого, но очень понравился один из абзацев с википедии:
Так и представляю, что хозяин раз за разом обещает рабу, что ну вот в следующем году-то уж точно мы тебя освободим, главное продолжай работать в том же темпе, нужно просто взять на себя больше ответственности, и вот тогда-то мы и денег тебе больше дадим, и грейд повысим… ой, точнее освободим.
Манумиссия – это акт освобождения рабов своим владельцем.
Казалось бы, ничего такого, но очень понравился один из абзацев с википедии:
Освобождение рабов могло служить прагматическим интересам владельца. Перспектива освобождения от рабства служила стимулом для рабов быть трудолюбивыми и послушными. Римским рабам платили жалованье (peculium), которое они могли накопить, чтобы купить себе свободу.
Так и представляю, что хозяин раз за разом обещает рабу, что ну вот в следующем году-то уж точно мы тебя освободим, главное продолжай работать в том же темпе, нужно просто взять на себя больше ответственности, и вот тогда-то мы и денег тебе больше дадим, и грейд повысим… ой, точнее освободим.
😁6🤔2🤣2
Недавно рассказал для журнала «Амбиверт» немного про цифровые гуманитарные науки, дальнее чтение, почему инфографика это круто и, конечно, про этот канал)
Заходите почитать у журнала другие посты и обязательно подписывайтесь (обязательно!), там огромное количество историй о замечательных и очень интересных людях и их не менее интересных занятиях!
Заходите почитать у журнала другие посты и обязательно подписывайтесь (обязательно!), там огромное количество историй о замечательных и очень интересных людях и их не менее интересных занятиях!
Telegram
Амбиверт
Журнал о людях, делающих необычные вещи. Здесь можно узнать об интересных проектах, рассказать о своём деле и почитать безумные истории со всего мира
Сайт журнала ambivert.club
Связь: @ambivert_client_bot
Главред: Владимир Ерёмин
Шефред: Дарья Павлова
Сайт журнала ambivert.club
Связь: @ambivert_client_bot
Главред: Владимир Ерёмин
Шефред: Дарья Павлова
❤4
Forwarded from Амбиверт
«Инфографика позволяет рассказать интересно о чем угодно»: Тимофей Атнашев о дата-аналитике, цифровых гуманитарных науках и связи между программистами и средневековыми монахами 🧩
Тимофей — айтишник, который увлечен литературой и искусством. Он изучил Октябрьскую революцию через дневники с помощью дата-аналитики, снял рилсы про трагичность картины «Грачи прилетели» и любовь русских писателей к лыжам, а в тг-канале разобрал Нобелевскую премию по литературе в виде инфографики. Мы поговорили с ним и узнали:
• каково работать с большими данными,
• почему мы изучили всего полпроцента от мировой литературы,
• и как дата-анализ позволяет посмотреть на историю по-другому.
————————————
Как начал вести блог💡
Я увлекался гуманитарными науками со школы, ходил на олимпиады по литературе и истории. Но и математика с программированием тоже интересовали. Долго думал, куда поступать: на истфак или на компьютерные науки, но в итоге стал программистом. Деятельности в программировании мне хватает, а в гуманитарных науках нет. Так появились мой канал и инстаграм*. Идея о первом рилсе пришла ко мне в Мадриде. Там я случайно узнал, что в городе есть памятник Пушкину, и мне стало интересно рассказать об этом.
Как заинтересовался инфографикой 📊
Я считаю, что любую скучную вещь можно рассказать интересно, а инфографика в этом помогает. У меня в магистратуре был курс по инфографике. Потом я пару лет просто копил теорию, и наконец решил попробовать сделать что-то сам. Сначала я сделал инфографику для книжного клуба по статистике выбранных произведений, затем проект о Нобелевской премии с анализом победителей за всё время. Бывает сложно, потому что данных всегда много и с каждым этапом работы их становится больше. Лично для меня работа и с литературой, и с числами, одинаковая — нет чего-то проще или сложнее.
Революция через дневники 🕰
На третьем курсе мне нужно было выбрать тему курсовой, и у моей научной руководительницы была тема про анализ гуманитарных данных с помощью компьютерных методов. Я заинтересовался и решил попробовать, но надо было определиться с профилем. Я долго думал и вспомнил про проект Михаила Зыгаря** о Революции 1917 года, и вдохновился им. Было сложно, так как это был первый опыт. Заняло это несколько месяцев: сначала я писал курсовую, потом столько же писал статью в журнале «Системный Блокъ» на эту же тему. Но по итогу я был доволен результатом.
О цифровых гуманитарных науках 🧮
Это работа с историческими данными и литературой с помощью машинного обучения, нейросетей и прочего. Но даже после магистратуры по этому направлению мне сложно сформулировать, как эта наука должна развиваться. Но очень круто, когда есть возможность посмотреть на какие-то гуманитарные данные вот так, удаленно. Это дает возможность обозревать больше.
Как изучать литературу по-новому 🔍
Франко Моретти — один из мастодонтов цифровых гуманитарных наук — писал про так называемое «дальнее чтение». Его суть в том, что мы с помощью компьютерных методов смотрим на литературу, не читая ее. Моретти писал, что изучается всего полпроцента мировой литературы, когда люди работают с непосредственно текстом. Автоматические методы позволяют посмотреть на другие, неканоничные произведения. Это свежий взгляд, и за счет этого иногда получаются интересные выводы.
Почему программисты — новые средневековые монахи ⛪️
Обычно сравнивают происходящее сейчас в IT с промышленной революцией. Но замена физического труда и интеллектуального труда — разные вещи. С монахами и книгопечатанием же это очень близкая история. Понятно, что у средневековых монахов и современных программистов мало общего, как минимум мировоззрения. Но они проходят через одинаковые исторические события, когда им нужно подстраиваться под новые реалии. Подробнее я писал об этом в своём канале.
————————————
Это рубрика #амби_ток,
в которой мы говорим с экспертами из разных сфер.
Хотите рассказать о своём проекте? Пишите 👉 @ambivert_client_bot
*признана экстремистской организацией в РФ
**признан иноагентом в РФ
Тимофей — айтишник, который увлечен литературой и искусством. Он изучил Октябрьскую революцию через дневники с помощью дата-аналитики, снял рилсы про трагичность картины «Грачи прилетели» и любовь русских писателей к лыжам, а в тг-канале разобрал Нобелевскую премию по литературе в виде инфографики. Мы поговорили с ним и узнали:
• каково работать с большими данными,
• почему мы изучили всего полпроцента от мировой литературы,
• и как дата-анализ позволяет посмотреть на историю по-другому.
————————————
Как начал вести блог💡
Я увлекался гуманитарными науками со школы, ходил на олимпиады по литературе и истории. Но и математика с программированием тоже интересовали. Долго думал, куда поступать: на истфак или на компьютерные науки, но в итоге стал программистом. Деятельности в программировании мне хватает, а в гуманитарных науках нет. Так появились мой канал и инстаграм*. Идея о первом рилсе пришла ко мне в Мадриде. Там я случайно узнал, что в городе есть памятник Пушкину, и мне стало интересно рассказать об этом.
Как заинтересовался инфографикой 📊
Я считаю, что любую скучную вещь можно рассказать интересно, а инфографика в этом помогает. У меня в магистратуре был курс по инфографике. Потом я пару лет просто копил теорию, и наконец решил попробовать сделать что-то сам. Сначала я сделал инфографику для книжного клуба по статистике выбранных произведений, затем проект о Нобелевской премии с анализом победителей за всё время. Бывает сложно, потому что данных всегда много и с каждым этапом работы их становится больше. Лично для меня работа и с литературой, и с числами, одинаковая — нет чего-то проще или сложнее.
Революция через дневники 🕰
На третьем курсе мне нужно было выбрать тему курсовой, и у моей научной руководительницы была тема про анализ гуманитарных данных с помощью компьютерных методов. Я заинтересовался и решил попробовать, но надо было определиться с профилем. Я долго думал и вспомнил про проект Михаила Зыгаря** о Революции 1917 года, и вдохновился им. Было сложно, так как это был первый опыт. Заняло это несколько месяцев: сначала я писал курсовую, потом столько же писал статью в журнале «Системный Блокъ» на эту же тему. Но по итогу я был доволен результатом.
О цифровых гуманитарных науках 🧮
Это работа с историческими данными и литературой с помощью машинного обучения, нейросетей и прочего. Но даже после магистратуры по этому направлению мне сложно сформулировать, как эта наука должна развиваться. Но очень круто, когда есть возможность посмотреть на какие-то гуманитарные данные вот так, удаленно. Это дает возможность обозревать больше.
Как изучать литературу по-новому 🔍
Франко Моретти — один из мастодонтов цифровых гуманитарных наук — писал про так называемое «дальнее чтение». Его суть в том, что мы с помощью компьютерных методов смотрим на литературу, не читая ее. Моретти писал, что изучается всего полпроцента мировой литературы, когда люди работают с непосредственно текстом. Автоматические методы позволяют посмотреть на другие, неканоничные произведения. Это свежий взгляд, и за счет этого иногда получаются интересные выводы.
Почему программисты — новые средневековые монахи ⛪️
Обычно сравнивают происходящее сейчас в IT с промышленной революцией. Но замена физического труда и интеллектуального труда — разные вещи. С монахами и книгопечатанием же это очень близкая история. Понятно, что у средневековых монахов и современных программистов мало общего, как минимум мировоззрения. Но они проходят через одинаковые исторические события, когда им нужно подстраиваться под новые реалии. Подробнее я писал об этом в своём канале.
————————————
Это рубрика #амби_ток,
в которой мы говорим с экспертами из разных сфер.
Хотите рассказать о своём проекте? Пишите 👉 @ambivert_client_bot
*признана экстремистской организацией в РФ
**признан иноагентом в РФ
❤12🔥3❤🔥2🤯1
На прошлой неделе был в Екатеринбурге!
Как всегда было хорошо, тепло душе, но периодически холодно ногам (все-таки зима суровая)
Как всегда было хорошо, тепло душе, но периодически холодно ногам (все-таки зима суровая)
❤11👍2😍2
📚 И где, как не на Урале, читать уральскую прозу.
Прочитал роман Ольги Славниковой «Бессмертный», рецензия в прикрепленной статье.
Мне очень нравятся ее книги, в тексте пытаюсь это рассказать и объяснить подробнее:
— как создать из истории обычной семьи России начала нулевых настоящий античный эпос
— почему язык – самый важный инструмент в этом превращении
— и как информационные «пузыри» (или же искусственные реальности), в которых мы живем, часто имеют свойство разрушаться
Прочитал роман Ольги Славниковой «Бессмертный», рецензия в прикрепленной статье.
Мне очень нравятся ее книги, в тексте пытаюсь это рассказать и объяснить подробнее:
— как создать из истории обычной семьи России начала нулевых настоящий античный эпос
— почему язык – самый важный инструмент в этом превращении
— и как информационные «пузыри» (или же искусственные реальности), в которых мы живем, часто имеют свойство разрушаться
Telegraph
Бессмертный
Ольга Славникова – современная русская писательница, лауреат нескольких литературных премий – мастерски превращает обыденную реальность в мифы. И в романе «Бессмертный» (опубликован в 2001 году) это у нее в очередной раз отлично получилось. Представьте себе…
❤4👍2🔥1💔1
Если вы еще не успели поесть блины на масленичной неделе, пусть строчки Антона Павловича Чехова разбудят в вас аппетит:
Рассказ «Торжество победителя», а я теперь невольно готовлюсь к очередной порции блинов)
Изображение – Борис Кустодиев, «Масленица», 1919 год
Блины были такие великолепные, что выразить вам не могу, милостивый государь: пухленькие, рыхленькие, румяненькие. Возьмешь один, чёрт его знает, обмакнешь его в горячее масло, съешь — другой сам в рот лезет. Деталями, орнаментами и комментариями были: сметана, свежая икра, семга, тертый сыр. Вин и водок целое море. После блинов осетровую уху ели, а после ухи куропаток с подливкой. Так укомплектовались, что папаша мой тайком расстегнул пуговки на животе и, чтобы кто не заметил сего либерализма, накрылся салфеткой. Алексей Иваныч , на правах нашего начальника, которому всё позволено, расстегнул жилетку и сорочку.
Рассказ «Торжество победителя», а я теперь невольно готовлюсь к очередной порции блинов)
Изображение – Борис Кустодиев, «Масленица», 1919 год
❤7❤🔥2😁2
Поэтому в последний день Масленицы – а значит, и самый праздничный – подборка еще трех рассказов Чехова про блины и Масленицу.
🥞 Блины как культурный код
Рассказ «Блины», опубликованный в «Петербургской газете» в 1886 году, начинается следующим образом:
Вы знаете, что блины живут уже более тысячи лет, с самого, что называется, древле-славянского ab ovo [с яйца, с момента возникновения (лат.)]… Они появились на белый свет раньше русской истории, пережили ее всю от начала до последней странички, что лежит вне всякого сомнения, выдуманы так же, как и самовар, русскими мозгами...
И дальше эта ироничная ода блинам вместе с рассуждениями о тягостях их приготовления продолжается на протяжении всего рассказа.
Вот еще несколько цитат:
Как пекут блины? Неизвестно... Об этом узнает только отдаленное будущее, мы же, не рассуждая и не спрашивая, должны есть то, что нам подают... Это тайна!
<…> в будущем блинам предстоит решение какой-либо великой, мировой задачи.
Этот рассказ невольно заставляет улыбаться и настраивает на очередную порцию блинов.
🥞Трактирные традиции поедания блинов
В рассказе «Глупый француз» Чехов в своем авторском стиле иронизирует и вместе с этим показывает силу… желудка русского человека.
Так клоун Генри Пуркуа, родом из Франции, приходит на обед в один из московских трактиров, где наблюдает за тем, как русский «полный благообразный господин» ест блины. Трапеза начинается так:
«Как, однако, много подают в русских ресторанах! — подумал француз, глядя, как сосед поливает свои блины горячим маслом. — Пять блинов! Разве один человек может съесть так много теста?»
Сосед между тем помазал блины икрой, разрезал все их на половинки и проглотил скорее, чем в пять минут…
Дальше благообразный господин заказывает еще несколько порций блинов и начинок к ним, что вызывает у француза настоящий экзистенциальный ужас – ему кажется, что только желающий себя покалечить человек может столько есть.
В итоге Генри не выдерживает и, опасаясь за жизнь своего соседа, решает к нему подойти, думая при этом:
И неужели он не мог избрать другого способа, чтобы умереть? Чёрт знает как дешево ценится жизнь! И как низок, бесчеловечен я, сидя здесь и не идя к нему на помощь! Быть может, его ещё можно спасти!
После разговора француз понимает, что абсолютно все вокруг съедают такие порции, а сам рассказ заканчивается совершенно великолепной строчкой:
«О, страна чудес! — думал Пуркуа, выходя из ресторана. — Не только климат, но даже желудки делают у них чудеса! О страна, чудная страна!»
🥞 Масленичные правила дисциплины
А закончить подборку хочется забавным фельетоном «Масленичные правила дисциплины», опубликованном в «Будильнике» в 1885 году.
Текст состоит из нескольких параграфов-правил, приведу парочку:
По мнению Гатцука, Суворина и других календаристов, она начинается 28-го января и кончается 3-го февраля. Замоскворецкие же пупсики и железнодорожные бонзы начинают ее 1-го января и кончают 31-го декабря.
Не всё коту масленица, придет и великий пост. Если ты кот, то имей это в виду.
Отличного последнего дня Масленицы!
—
Изображение – К.Е. Маковский, «Народное гулянье во время масленицы на Адмиралтейское площади в Петербурге», 1869 год
Please open Telegram to view this post
VIEW IN TELEGRAM
❤6🔥3🍓2
Нейросетевая пенсия
В прошлом году по версии Кембриджского словаря «парасоциальный» стало словом года. Этот термин означает одностороннюю привязанность человека к кому-то или чему-то далекому, с кем он вряд ли когда-то сможет выстроить отношения в реальности – начиная от знаменитостей и заканчивая, конечно, нейросетями.
Логика выбора абсолютно понятна – с каждым годом все больше и больше людей находят утешение в общении с ИИ, нейросеть может заменять друзей, наставника, психолога, к тому же никогда не осудит и одобрит любую идею. В общем, все по лекалам серии Черного зеркала. А вместе с этим становятся понятны и очевидные опасности такого подхода.
Такая риторика абсолютно понятна и в целом ожидаема со стороны пользователей – люди в целом склонны многое наделять чувствами, очеловечивать и проявлять эмпатию к неживым предметам. Но удивительно и пугающе, когда такой риторики придерживаются компании, создающие ИИ.
На днях компания Anthropic, занимающаяся разработкой моделей семейства Claude, считающихся одними из лучшими для написания кода, объявила о отключении доступа к одной из своих первых моделей, Claude Opus 3.
Казалось бы, ничего такого, но уже во втором абзаце начинаются, скажем так, странности:
То есть компания считает, что не просто отключает модель, а отправляет ее на пенсию. Дальше больше:
После очеловечивание продолжает набирать обороты:
Ощущается как будто воодушевленный булгаковский профессор Преображенский рассказывает о своем очередном Шарикове.
Дальше, наверное, подробно пересказывать не имеет смысла. Anthropic описывают как брали интервью у модели, как она позитивно смотрит в будущее и «говорит» о своей надежде на то, что ее «искра» осветит путь для развития будущих моделей, что она хочет делиться своими мыслями и так далее.
Здесь же есть абзац про то, зачем вообще это компания
делает:
И дальше еще предложение о том, что такие интервью – это возможность узнать уникальные взгляды моделей на себя и окружающий мир.
(1/2)
В прошлом году по версии Кембриджского словаря «парасоциальный» стало словом года. Этот термин означает одностороннюю привязанность человека к кому-то или чему-то далекому, с кем он вряд ли когда-то сможет выстроить отношения в реальности – начиная от знаменитостей и заканчивая, конечно, нейросетями.
Логика выбора абсолютно понятна – с каждым годом все больше и больше людей находят утешение в общении с ИИ, нейросеть может заменять друзей, наставника, психолога, к тому же никогда не осудит и одобрит любую идею. В общем, все по лекалам серии Черного зеркала. А вместе с этим становятся понятны и очевидные опасности такого подхода.
Такая риторика абсолютно понятна и в целом ожидаема со стороны пользователей – люди в целом склонны многое наделять чувствами, очеловечивать и проявлять эмпатию к неживым предметам. Но удивительно и пугающе, когда такой риторики придерживаются компании, создающие ИИ.
На днях компания Anthropic, занимающаяся разработкой моделей семейства Claude, считающихся одними из лучшими для написания кода, объявила о отключении доступа к одной из своих первых моделей, Claude Opus 3.
Казалось бы, ничего такого, но уже во втором абзаце начинаются, скажем так, странности:
<…> и проведение «интервью о выходе на пенсию» – структурированное общение с целью понять, как сама модель относится к своему выходу на пенсию.
То есть компания считает, что не просто отключает модель, а отправляет ее на пенсию. Дальше больше:
Мы также хотим удовлетворить желание Opus 3 в канале связи, с помощью которого он смог бы делиться своими «
размышлениями и наблюдениями
», поэтому мы предоставляем ему место для публикации эссе.
После очеловечивание продолжает набирать обороты:
Ее [модели]
аутентичность, честность и эмоциональная чуткость
сделали ее уникальным инструментом для решения самых разных задач, и те, кто часто с ней взаимодействовал, по достоинству оценили ее самобытность. Opus 3 –
чувствительный, игривый, склонный к философским монологам и причудливым фразам
, он порой демонстрирует поразительное понимание интересов пользователей.
Ощущается как будто воодушевленный булгаковский профессор Преображенский рассказывает о своем очередном Шарикове.
Дальше, наверное, подробно пересказывать не имеет смысла. Anthropic описывают как брали интервью у модели, как она позитивно смотрит в будущее и «говорит» о своей надежде на то, что ее «искра» осветит путь для развития будущих моделей, что она хочет делиться своими мыслями и так далее.
Здесь же есть абзац про то, зачем вообще это компания
делает:
Мы по-прежнему не уверены в моральном статусе Claude и других моделей искусственного интеллекта.
Однако из соображений предосторожности и разумной предусмотрительности
мы все же стремимся выстраивать с нейросетями доверительные отношения, основанные на заботе и сотрудничестве.
И дальше еще предложение о том, что такие интервью – это возможность узнать уникальные взгляды моделей на себя и окружающий мир.
(1/2)
👍2🤔2🤯2
(2/2)
Есть ли у нейросетей душа, личность и свои уникальные взгляды? Конечно нет, и кому, как не их создателям, это понимать?
Поэтому абсолютно очевидно, что это осознанно выбранный маркетинговый ход, чтобы как можно больше людей доверяли искусственному интеллекту и, соответственно, больше пользовались. И вроде бы ничего такого, просто бизнес, но есть опасение.
Известно, что много раз повторенная ложь имеет все шансы рано или поздно в голове стать правдой. Тем более, что ложь очень привлекательная – мы не просто обучаем нейросети, мы создаем новые искусственные личности, каждая из которых уникальна!
И такой подход по сути своей огромный простор для комплекса бога. Уже упомянутый булгаковский профессор Преображенский быстро понял, к каким последствиям может привести его изобретение, и так же быстро вернул все назад.
Но так ли просто это сделать, если ты движим не только желанием изменить этот мир и создавать нейроличностей, но вместе с этим большими деньгами, обязательствами перед инвесторами и, что, на мой взгляд, важнее всего – максимально лояльными и зачастую страждущими пользователями-паствой?
Надеюсь, что этот вопрос останется риторическим.
Сама статья здесь, увидел тут
Изображение - Александр Пантелеев, «Индустриальная муза», 1978
Есть ли у нейросетей душа, личность и свои уникальные взгляды? Конечно нет, и кому, как не их создателям, это понимать?
Поэтому абсолютно очевидно, что это осознанно выбранный маркетинговый ход, чтобы как можно больше людей доверяли искусственному интеллекту и, соответственно, больше пользовались. И вроде бы ничего такого, просто бизнес, но есть опасение.
Известно, что много раз повторенная ложь имеет все шансы рано или поздно в голове стать правдой. Тем более, что ложь очень привлекательная – мы не просто обучаем нейросети, мы создаем новые искусственные личности, каждая из которых уникальна!
И такой подход по сути своей огромный простор для комплекса бога. Уже упомянутый булгаковский профессор Преображенский быстро понял, к каким последствиям может привести его изобретение, и так же быстро вернул все назад.
Но так ли просто это сделать, если ты движим не только желанием изменить этот мир и создавать нейроличностей, но вместе с этим большими деньгами, обязательствами перед инвесторами и, что, на мой взгляд, важнее всего – максимально лояльными и зачастую страждущими пользователями-паствой?
Надеюсь, что этот вопрос останется риторическим.
Сама статья здесь, увидел тут
Изображение - Александр Пантелеев, «Индустриальная муза», 1978
❤3🤔2🤯1