Согласно преданию о Вавилонской башне, с начала времен люди говорили на всеобщем «естественном» языке, но после столпотворения забыли его. На протяжении веков не прекращались попытки найти этот язык, воссоздать его. Средневековые схоласты, например, считали, что на этом языке должен заговорить человек, с раннего детства отрезанный от общества и лишенный доступа к «обычным» языкам. Найти таких людей сложно, но иногда получается — например, история знает случаи детей-маугли, воспитанных животными. Удивительно, но поиски естественного языка не теряют актуальности и сейчас — в первую очередь в контексте реабилитации людей, переживших длительную социальную изоляцию.

Екатерина Молчанова проследила историю поисков всеобщего языка от древних времен до наших дней — и рассказала о результатах:

https://discours.io/articles/social/religioznyy-tupik-poisk-bozhestvennogo-yazyka-v-estestvennoy-rechi

Зловещие виды индустриальных мегаполисов будущего

Художник Поль Шадессон специализируется на концепт-артах фантастических городов в стилистике киберпанк. На них часто можно увидеть футуристические панорамы с огромными небоскребами, летающими машинами и вездесущими видеоэкранами. В представлении Шадессона через 100 лет Париж или Нью-Йорк будут лишены своих просторных бульваров и элегантного ар-деко, — вместо этого грязные темные улицы будут расчерчены рядами небоскребов, возвышающихся над уровнем атмосферы, а их обитатели — жить в крайне стесненных условиях:

https://designyoutrust.com/2017/11/concept-artist-paul-chadeisson-reveals-his-sinister-and-industrialised-vision-of-the-cities-futures/

21 ноября по заветам ООН отмечается всемирный день телевидения. Кстати, как давно вы включали «Первый канал» и с удовольствием проводили свой вечер перед экраном телевизора? Именно такой досуг был преобладающим в 1995 году, когда легендарный Влад Листьев был генеральным директором ОРТ. Тогда главный канал страны действительно стремился просвещать зрителей и давать им по возможности объективную и всестороннюю картину мира. Спустя четыре года после убийства Листьева Константин Эрнст стал бессменным руководителем телеканала и постепенно превратил его в то, что он представляет собой сейчас.

Корреспондент «Дискурса» изучила сетку передач «Первого канала» тогда и сегодня и выяснила, чем первый канал 1995 года отличается от того, чем он стал теперь — и в чем причины этой трансформации:

https://discours.io/articles/culture/strah-i-nenavist-v-efire-pochemu-na-pervom-kanale-stalo-tak-mnogo-tok-shou

Стрит-арт на стенах Медельина, Колумбия – в фотографиях

25 лет назад Медельин был самым опасным городом на Земле. Именно отсюда родом знаменитый Медельинский наркокартель, основанный Пабло Эскобаром. Теперь по городским трущобам водят экскурсии, показывая граффити, которыми покрыты стены. Район Сан Хавьер, также известный как Комунна 13, был возрожден в новом качестве – буквально на каждом углу начали появляться граффити и настенные росписи. Годами власти инвестировали в инфраструктуру района, транспорт и образование и способствовали формированию разных арт-проектов и низовых инициатив. Теперь Медельин – дом для уличного искусства, театра и поэзии; в нем построили несколько библиотек и разбили эко-парк. Мрачное прошлое города становится все более туманным – а ведь между 1990 и 1993 в городе совершалось более 6000 убийств ежегодно. Местные власти активно вкладывали в город деньги, в том числе нанимая художников, чтобы те создавали граффити. Кроме того, на части стен разрешили рисовать всем желающим. Тематика медельинского стрит-арта разнообразна: от серьезных политических зарисовок до сатиры и юмора. Стены Медельина стали холстом, на котором рассказаны истории из прошлого города, когда над улицами владели банды и наркотики. Конечно, в Комунне 13 до сих пор много проблем, однако местные жители говорят, что ситуация улучшается.

Борьба с коррупцией — не что-то сверхсложное и героическое. Существует набор конкретных мер, которые быстро превращают глубоко коррумпированное государство в нормальную страну. История знает много примеров такой трансформации: Сингапур, Грузия, некоторые страны Варшавского договора и т.д. Если кто-то говорит вам, что все бесполезно, у нас воровали, воруют и воровать будут, знайте: это так лишь из-за отсутствия политической воли покончить с повальным воровством.

Большое интервью Петра Филиппова — политика, экономиста, главы аналитического центра при администрации Бориса Ельцина — об эффективных способах противодействия коррупции при помощи государственных институтов:

https://discours.io/articles/social/glavnoe-izmenit-psihologiyu-lyudey-glava-analiticheskogo-tsentra-eltsina-o-borbe-s-korruptsiey

Многослойные time-lapse Нью-Йорка, вдохновленные теорией относительности

Обычные time-lapse (видео, которые снимаются несколько часов или дней, но проигрываются ускоренно, за несколько минут) предполагают, что для всех объектов в кадре существует общая шкала времени. Американский инженер и фотограф Джулиан Триба решил, что это скучно, и придумал новую технику: layer-lapse. В отличие от time-lapse, тут для каждого объекта в кадре время течет по-разному, с разной скоростью и даже в разных направлениях. Таким способом он снял лучшие виды Нью-Йорка — и наложил на это музыку:


https://vimeo.com/242564489

Давка, в которой погибли 1389 человек; массовая паника по поводу слуха, что государство собирается использовать головы и кости людей как строительный материал; целый монастырь, послушницы которого внезапно лишились дара речи и начали мяукать. Екатерина Молчанова обозревает самые яркие и трагические случаи массового психоза и истерии в человеческой истории, а также научные представления о них, и пытается найти ответ на вопрос: можем ли мы хотя бы понять, как возникает массовая истерия, если не предотвратить ее:

https://discours.io/articles/social/massovaya-isteriya-kak-zaschitnaya-reaktsiya-sumasshedshego-obschestva

Черно-белые снимки американского фотографа Джейсона Петерсона выглядят ярче многих цветных. Мастерски играя со светом и тенью, он создаёт монохромные фотографии, которые поражают воображение:

https://designyoutrust.com/2017/11/the-superb-black-and-white-photography-by-jason-m-peterson/

Стоит ли спасения искусство нацистов? Произведения пропаганды, созданные, чтобы заставить людей ненавидеть других, при этом снятые невероятно талантливо и оказавшие огромное виляние на дальнейшее развитие культуры? Это не праздный вопрос: сейчас в немецких архивах находится больше тысячи классических фильмов, многие из которых почти так же прекрасны с точки зрения формы, как омерзительны с точки зрения содержания. Эти архивы, более 70 лет защищенные копирайтом, недоступны для исследователей. Они взрывоопасны в прямом смысле, так как пленка, создававшаяся в те годы, содержит нитраты. Но еще более они взрывоопасны в переносном смысле: сложно представить, скандал каких масштабов получится, если обнародовать их.

Александра Свиридова, документалист и режиссер программы «Совершенно секретно» (в начале 90-х гг., когда она еще была совершенно бескомпромиссна) посмотрела несколько шедевров нацистской пропаганды и объяснила, почему, по ее мнению, эти фильмы должны быть обнародованы, несмотря ни на что:

https://discours.io/articles/culture/ubiystvennoe-iskusstvo

Фотограф Виктор Скиетти не волшебник — он просто очень терпеливый. Его авторская техника «рисования светом» основана на перемещении источника света перед камерой в темноте при очень долгой выдержке — благодаря чему ландшафты, которые он снимает, выглядят горящими и живыми. В этой серии, озаглавленной «Esculturas Impermanentes», он использовал фейерверки как кисть, которой обвел смутные очертания растений на плато Серрадо в Бразилии:

http://www.fubiz.net/2017/11/23/flamboyant-and-poetic-photos-of-nature

Восстание в Варшавском гетто в мае 1943 года — тот случай, когда люди отказались один за другим следовать на бойню и вместе дали отпор убийцам. Свидетелей этих событий в живых почти не осталось, но Александре Свиридовой удалось поговорить с Мареком Эдельманом — одним из организаторов восстания. Он вспомнил, как люди готовились к бунту, как потом было уничтожено гетто, и объяснил, почему так и не научился ненавидеть.

«Когда книга о Мареке вышла на немецком, первое письмо, которое он получил, было от солдата Вермахта. Солдат написал, что так же, как Марек, он помнит залитые кровью улочки Варшавского гетто. „Мы с тобой жертвы одной войны. Если сможешь, ответь мне“, — попросил враг.
— Ты ответил?!
— Конечно, — спокойно отвечает Марек.»

https://discours.io/articles/obschestvo/ya-staryy-zhid-marek-edelman