А вот в Министерстве Юстиции не спешили, зарегистрировали спустя месяц.

Ассоциация компаний розничной торговли (АКОРТ) обратилась в правительство с просьбой ограничить возможности маркетплейсов за свой счет устанавливать скидки на товары в 30–50%. Крупные розничные сети оценивают эту практику как «ценовой демпинг», который «приводит к неблагоприятным последствиям для продавцов, производителей, покупателей» и российской экономики в целом.

Розничные сети выкупают товары у поставщиков в собственность и реализуют их от своего имени. При таком подходе они не имеют возможности активно инвестировать в скидки, то есть значительно снижать стоимость продукции за свой счет — например, продавать товары по цене ниже себестоимости, — так как это «влечет соответствующие последствия с точки зрения антимонопольного и (или) налогового законодательства».

А вот онлайн-площадки работают с продавцами по договорам комиссии — ее платит продавец за использование ресурсов онлайн-витрины. В результате маркетплейсы имеют возможность участвовать в ценообразовании своих партнеров: онлайн-площадки вкладывают в снижение стоимости не своих товаров часть собственных средств. Суммарно вложения в снижение цен сопоставимы с годовой выручкой онлайн-площадок, указали в АКОРТ.

Как на практике происходит снижение цены за счет средств маркетплейсов, пояснил глава Института развития предпринимательства и экономики Артур Гафаров. Например, продавец выставляет свой товар на онлайн-площадку по цене 1000 рублей. Маркетплейс по своей инициативе ставит на него скидку 50%, то есть продает по 500 рублей. Покупатель приобретает товар по сниженной цене, при этом продавец получает от маркетплейса не сниженную, а полную стоимость товара, установленную им в личном кабинете (в нашем случае — 1000 рублей). Разницу между ценой, установленной продавцом, и ценой, уплаченной покупателем, маркетплейс компенсирует за свой счет в виде денежных средств или баллов.

— Скидки маркетплейсов снижают объем реализации товаров в остальных каналах продаж, которые становятся непривлекательными не только для покупателей, но и для поставщиков. Уже сейчас мы наблюдаем достаточно масштабные сокращения секторов офлайн-бизнеса: продажи детских товаров, книг, канцелярии, товаров для творчества. Участники рынка вынуждены сворачивать бизнес, сокращать сотрудников, отказываться от аренды и покупки помещений, — сказал «Известиям» председатель президиума АКОРТ Станислав Богданов.

В мире уже есть практика подобных ограничений, следует из письма АКОРТ. На такие меры пошли власти Китая, Турции и Франции. Так, в КНР действует антимонопольное законодательство, которое ограничивает платформы с доминирующим положением, им нельзя продавать товары ниже себестоимости без обоснованных причин. Торговый кодекс Франции запрещает продажи в убыток, исключения сделали лишь для скоропортящихся и сезонных товаров.

Как рассказали в антимонопольной службе, практика ведущих маркетплейсов, которые дают скидки на товары за счет собственных средств, уже изучается на предмет ее соответствия требованиям антимонопольного законодательства. Ранее антимонопольщикам поступили обращения от АКОРТ, производителей и продавцов электроники и бытовой техники РАТЭК.

Ценообразование на Wildberries определяет исключительно продавец маркетплейса, сказали в компании. Тогда как скидки от маркетплейса финансируются за счет средств платформы и позволяют делать товары привлекательнее и доступнее, это повышает спрос и помогает продавцам увеличивать продажи, сохраняя прибыль.

В пресс-службе Ozon напомнили, что в офлайн-ритейле тоже есть промоакции, желтые ценники в магазинах и так далее. «Мы делаем то же самое, только в онлайне», — констатировали представители маркетплейса. Если ограничить скидки, то россиянам придется платить за товары больше, а рост малого и среднего предпринимательства, в том числе тысяч отечественных производителей, замедлится, уверены в компании.

Глава Минпромторга Антон Алиханов рассказал, что «на бумаге» Москва — главный производитель обуви в стране, причем 200 с лишним фабрик в городе зарегистрировались вокруг рынка «Садовод». Всего в мегаполисе «работают» 450 предприятий. Это удалось выяснить в ходе проверок, которые проводили по поручению кабмина.

— У нас сейчас идет эксперимент, утвержденный на уровне правительств, в рамках которого проверяется наличие производства у предприятий легкой промышленности, изготовителей обуви, парфюмерии и других товаров, всего пять групп, — пояснил он. — Что же показали первые результаты? Мы их уже проанализировали: оказалось, что в России работает большое количество компаний, которые заявляют, что они производители, но по факту, видимо, незаконно или полузаконно ввозят товар в нашу страну. Здесь они регистрируют юридическое лицо с профилем «производство», но в реальности никаких фабрик нет.

В Минпромторге «Известиям» уточнили, что с 1 декабря 2024 года и по 31 августа 2025-го проводят эксперимент «мониторингу производителей», используя мощности государственной системы маркировки.
— Его цель — выявление компаний, которые декларируют производство продукции на территории РФ, но фактически его не осуществляют. А далее блокировка таких компаний в системе и остановка возможности заказа кодов на их продукцию, — пояснили в министерстве. — Предварительные данные подтверждают эффективность такого подхода. По результатам дистанционного анализа и полевых выездов на 83 российские компании с признаками нарушений, особенно в столичном регионе, в 91% случаев по адресам, где якобы размещено производство, обнаружены пустыри, жилые дома, заброшенные здания.

С высокой вероятностью такие компании пытались «легализовать» продукцию, не соответствующую заявленным документам, сказали в ведомстве. В ряде случаев есть основания полагать, что это импорт, оформляемый с нарушениями как продукция российского происхождения, чтобы уйти от таможенных пошлин и регуляторного контроля, «результаты выявления таких компаний — это доказательство того, что система маркировки работает», уточнили там.

Всего в России сейчас зарегистрировано 2,8 тыс. производителей обуви. Как напомнили «Известиям» в Российском союзе кожевников и обувщиков, власти не предусмотрели критерии, с помощью которых можно относить компании к российским изготовителям.

Как писали «Известия», общий объем продаж обуви в РФ ежегодно составляет около 550–580 млн пар, на отечественные предприятия приходится до 120 млн, оставшаяся часть — это импорт (до 340 млн). Всего около 120 млн пар на рынке эксперты оценивают как контрафакт и незаконный оборот. С них не уплачивается ввозная пошлина, а также НДС, потому что они попадают в РФ через страны ЕАЭС, объяснил один из участников рынка. Российские легальные предприятия теряют рынок, он уже на 80% состоит из импортной обуви, на этом фоне производство отечественной продукции притормаживает. Если на долю отечественных производителей в 2020 году приходилось 25%, то теперь она снизилась до 15–18%.

Предприятиям, которые выдавали импортную продукцию за отечественную, может грозить наказание по КоАП или по Уголовному кодексу за нелегальный оборот товаров. Так, в УК для таких организаций, если речь идет об обороте в особо крупном размере, предусмотрен штраф более 1,5 млрд рублей, отметила «Известиям» замглавы Роскачества Елена Саратцева.

По ее словам, одним из основных каналов сбыта продукции легпрома в РФ являются маркетплейсы. В целом на всевозможных интернет-площадках продается до 30% таких товаров. Поэтому Роскачество проводит мониторинг соблюдения онлайн-платформами требований законодательства о защите прав потребителей и о техрегулировании.