Бросайте все дела
И просто посмотрите на эту серию «комфортные условия»
Художницы Лилии Бородиной @LilyBorodina 🩵🩵🩵
https://www.instagram.com/borodinalilu?igsh=MWFpc3BjYWdmMWgyNA==
И просто посмотрите на эту серию «комфортные условия»
Художницы Лилии Бородиной @LilyBorodina 🩵🩵🩵
https://www.instagram.com/borodinalilu?igsh=MWFpc3BjYWdmMWgyNA==
Художник Евгения Ермакова
По моим ощущениям так писать тексты к своим проектам и так эстетически тонко чувствовать как расставить акценты это дар
Посмотрите проекты Жени
Я влюблена
https://evgenyaermakova.taplink.ws
В карусели проект изъятие
По моим ощущениям так писать тексты к своим проектам и так эстетически тонко чувствовать как расставить акценты это дар
Посмотрите проекты Жени
Я влюблена
https://evgenyaermakova.taplink.ws
В карусели проект изъятие
Серия работ называется «изъятие» и связана с таким понятием в юриспруденции,
как «документ с изъятием». В таком документе часть информации выборочно недоступна
для дешифровки.
Взяв за основу 1) принцип случайности, 2) аналоговую фотографию, являющейся носителем достоверной информации, 3) найденный объект, в данном случае, вслепую купленная пленка, и 4) график нормального распределения, я случайным образом изымаю часть фотографии или не изымаю, тем самым, деконструируя используемый медиум
и подрывая его основу.
Лиза Ноговицына @elizavetarn
Лиза Работает под псевдонимом tōnka
С Елизаветой мы проводили уже 2 концерта в реке в марте и в мае совместно с the darkest supernova в наших стенах в рамках фестиваля A-S-H
Елизавета Ноговицына пишет музыку в жанре эмбиент с фрагментами полевых записей, отголосками неоклассики в звучании фортепиано и классической гитары.
В данный момент Елизавета делает упор на живую импровизацию в рамках концертов и планирует начать писать альбом, сейчас находится в резиденции в Коломне ведет лабораторию по итогу которой будет выставка.
Посмотреть её канал
https://t.me/ttonnka
И Вк
https://vk.com/elizavetarn
https://vk.com/ttonnka
Лиза Работает под псевдонимом tōnka
С Елизаветой мы проводили уже 2 концерта в реке в марте и в мае совместно с the darkest supernova в наших стенах в рамках фестиваля A-S-H
Елизавета Ноговицына пишет музыку в жанре эмбиент с фрагментами полевых записей, отголосками неоклассики в звучании фортепиано и классической гитары.
В данный момент Елизавета делает упор на живую импровизацию в рамках концертов и планирует начать писать альбом, сейчас находится в резиденции в Коломне ведет лабораторию по итогу которой будет выставка.
Посмотреть её канал
https://t.me/ttonnka
И Вк
https://vk.com/elizavetarn
https://vk.com/ttonnka
Forwarded from Что делают монахи
Вчера была на пижамной выставке-вечеринке в Реке.
Смотрели фильм Луиза Буржуа. Паук, любовница и мандарин.
О женщине, которая к концу своего века (99 лет) дошла до андрогинности, познала себя, прошла две войны, последние 50 лет практики обращалась к детству, ненавидела любовницу отца и измеряла свое лицо, перенося его в камень.
Мудрая, жёсткая, без налета и в чистоте своих грехов и историй - Луиза - продолжает мой цикл сильных женщин, в которых я жадно ищу модель и разрешения быть такой.
Добавлю свои заметки по ходу просмотра в комментарии.
Приходите в Реку смотреть кино в компании художников
#сериал
Смотрели фильм Луиза Буржуа. Паук, любовница и мандарин.
О женщине, которая к концу своего века (99 лет) дошла до андрогинности, познала себя, прошла две войны, последние 50 лет практики обращалась к детству, ненавидела любовницу отца и измеряла свое лицо, перенося его в камень.
Мудрая, жёсткая, без налета и в чистоте своих грехов и историй - Луиза - продолжает мой цикл сильных женщин, в которых я жадно ищу модель и разрешения быть такой.
Добавлю свои заметки по ходу просмотра в комментарии.
Приходите в Реку смотреть кино в компании художников
#сериал
Натали Нищук
@natalikelife
Я черпаю вдохновение из своего личного опыта, стремясь показать свое внутреннее восприятие мира и себя. Я пытаюсь понять природу человека, который одновременно ощущает себя большим и маленьким, возвышенным и приземленным. Внутренний мир этого человека безграничен, он формируется и определяется его телом.
В своих работах я исследую противопоставление духовного и телесного опыта. Человек для меня — это великий дух, проявленная космическая сила жизни, которая постоянно решает повседневные задачи и стремится к равновесию между свободой и безграничностью.
Мои картины отражают стремление вырваться из ограничивающих убеждений и слиться с внутренним «я». Хотя эти внутренние преобразования кажутся значительными, часто они оказываются лишь «бурей в стакане», и мы вновь сталкиваемся с нашими ограничениями. Мои герои остаются привязанными к пространству холста. Как бы ни хотелось расширить свои границы или стать частью чего-то большего, мы снова и снова ощущаем себя по ту сторону стекла жизни, вместе с персонажами на моих работах.
@natalikelife
Ночью галерея, днём — кухня
Как в мастерской «Река» родилась «Тайная пижамная выставка»
Таня Дубинец — художница, архитектор, мама, основательница artist-run space «Река» в Москве
На третьем этаже бывшей дореволюционной ткацкой фабрики, с видом на реку Яузу, находится моя мастерская. 40 квадратных метров, где всё происходит: живопись, материнство, чай, грусть, разговоры. С февраля 2025 года это ещё и artist-run space «Река», в котором я провожу камерные выставки, встречи и художественные эксперименты. Мы провели уже пять проектов, и последняя выставка оказалась самой личной.
«Тайная пижамная выставка» случилась ночью. Это важно. Днём я мама в декрете — в рутине, с коляской, под звуки мультиков и голосов интеркома. А вечером, когда ребёнок засыпает, я открываю дверь мастерской — и она становится временной галереей, в которую можно попасть только по приглашению, без афиш и без расписания. Это была выставка про страхи. Про то, чего мы боимся, но не всегда готовы признать.
Формат признания
Участники приходили в пижамах. Это было почти правило. Не ради эстетики, а чтобы снять защиту. Каждый приносил с собой одну работу — живопись, текст, объект — и один страх, написанный от руки. Мы развешивали их рядом: картина и текст, изображение и признание. Мы пили чай, сидели на полу и смотрели интервью Луиз Буржуа «Любовница. Паук. Мандарин» — видео, где художница говорит о боли, теле, одиночестве и материнстве. После — слушали друг друга. И свои страхи.
Страх как высказывание
Это не был терапевтический круг. Это была форма художественного высказывания, где страх — полноценный медиум. Вот несколько фрагментов, оставленных участницами:
Никакой иерархии: страх художника мог оказаться сильнее самой работы. Или наоборот — работа была способом за него зацепиться.
Место, которое может дышать
Off-site — не просто метод, а условие. В Москве всё труднее найти пространство, где можно быть уязвимым, неоформленным, непродуктовым. Где можно проводить выставки не ради отчёта, а потому что невозможно не сделать.
В мастерской «Река» нет грантов, нет контракта, нет ассистента. Это 40 м² в доме без лифта, с сырой лестницей и великолепным светом. Я играю в галерею — но не в ту, что с расписанием и кураторским нарративом. А в ту, что может появиться только ночью, только на один раз, только с теми, кто придёт всерьёз.
Что остаётся
Мы не делали афиш. Не искали партнёров. Не делали документацию — только несколько фото на телефон. Всё прошло, как проходит бессонная ночь: с тихим напряжением, близостью и ощущением, что случилось что-то важное, пусть никто не заметил.
Возможно, именно так и работает независимое искусство сейчас — вне институций, в ускользающем, в мягком.
Где художник — это тот, кто делится, а не демонстрирует.
Где мастерская — это дом.
А страх — это не слабость, а форма разговора.
Как в мастерской «Река» родилась «Тайная пижамная выставка»
Таня Дубинец — художница, архитектор, мама, основательница artist-run space «Река» в Москве
На третьем этаже бывшей дореволюционной ткацкой фабрики, с видом на реку Яузу, находится моя мастерская. 40 квадратных метров, где всё происходит: живопись, материнство, чай, грусть, разговоры. С февраля 2025 года это ещё и artist-run space «Река», в котором я провожу камерные выставки, встречи и художественные эксперименты. Мы провели уже пять проектов, и последняя выставка оказалась самой личной.
«Тайная пижамная выставка» случилась ночью. Это важно. Днём я мама в декрете — в рутине, с коляской, под звуки мультиков и голосов интеркома. А вечером, когда ребёнок засыпает, я открываю дверь мастерской — и она становится временной галереей, в которую можно попасть только по приглашению, без афиш и без расписания. Это была выставка про страхи. Про то, чего мы боимся, но не всегда готовы признать.
Формат признания
Участники приходили в пижамах. Это было почти правило. Не ради эстетики, а чтобы снять защиту. Каждый приносил с собой одну работу — живопись, текст, объект — и один страх, написанный от руки. Мы развешивали их рядом: картина и текст, изображение и признание. Мы пили чай, сидели на полу и смотрели интервью Луиз Буржуа «Любовница. Паук. Мандарин» — видео, где художница говорит о боли, теле, одиночестве и материнстве. После — слушали друг друга. И свои страхи.
Страх как высказывание
Это не был терапевтический круг. Это была форма художественного высказывания, где страх — полноценный медиум. Вот несколько фрагментов, оставленных участницами:
«Боюсь, что мой проект украдут и реализуют без меня. Не смерть страшна, а гордыня.»
«Я потеряла машину — и вместе с ней устойчивость. Память стала треснувшей поверхностью.»
«Боюсь, что ночью кто-то войдёт в квартиру. Что я не смогу защитить себя.»
«Их так много… Думаю, с ними нужно как-то подружиться.»
Никакой иерархии: страх художника мог оказаться сильнее самой работы. Или наоборот — работа была способом за него зацепиться.
Место, которое может дышать
Off-site — не просто метод, а условие. В Москве всё труднее найти пространство, где можно быть уязвимым, неоформленным, непродуктовым. Где можно проводить выставки не ради отчёта, а потому что невозможно не сделать.
В мастерской «Река» нет грантов, нет контракта, нет ассистента. Это 40 м² в доме без лифта, с сырой лестницей и великолепным светом. Я играю в галерею — но не в ту, что с расписанием и кураторским нарративом. А в ту, что может появиться только ночью, только на один раз, только с теми, кто придёт всерьёз.
Что остаётся
Мы не делали афиш. Не искали партнёров. Не делали документацию — только несколько фото на телефон. Всё прошло, как проходит бессонная ночь: с тихим напряжением, близостью и ощущением, что случилось что-то важное, пусть никто не заметил.
Возможно, именно так и работает независимое искусство сейчас — вне институций, в ускользающем, в мягком.
Где художник — это тот, кто делится, а не демонстрирует.
Где мастерская — это дом.
А страх — это не слабость, а форма разговора.