Недавно познакомилась с творчеством одного молодого поэта. Зовут его Санёк, он 2010 года рождения и выкладывает свои работы в тикток (@kokakoiuks). Мне понравилось. Особенно второе.

ЛУЧШИЕ ГОДА

Проходят дни, проходят Имбовые года
И они сменяются ночами, счастливыми минутами что уплыли вдаль
2020-ый тогда мне было 10 лет
2020-ый один из лучших лет
2020-ый для меня он лучший год
Прошёл 2020-ый год, сменился 2021-ым он
2021-ый год уже 11 мне лет
2021-ый год значимый он мне
2021-ый год тогда я с начальной школы в среднюю перешёл
Случился первый в школе выпускной
И стоял я с ленточкой выпускник 2021 год
Вспоминая в 2025 году эти года
Появляется улыбка у меня на лице
И хранятся они у меня в сердце, в груди
Амонгас, бравл Старс, попыты, симпл димплы в это тогда играли
А кто то на стримах зависал
2020-ый год лучшее лето у него
2021-ый год лучшая зима у него
Люди цените время вы своё
Ведь 2025 год будете также вспоминать.

///

8 КЛАССНИК

Восьмиклассником трудно быть порою
А для других хорошо на первый взгляд
Шестиклассником я был
В 8 класс перейти я хотел
Думал всё легко и удастся мне
Во взрослую жизнь перейти с ногою
Но сейчас не такие мысли у меня.

Из канала Паши Пугачева узнала, что фильм «Улицы разбитых фонарей» можно теперь посмотреть!
Это классный фильм с классным режиссером Костей Сиденко. Фильм должны были показать на одном небезызвестном фестивале, а за пару недель до феста его сняли с программы :)

Это будут хорошие 7 минут, честно:
https://piligrim.fund/film/ulicy-razbityh-fonarey

***

В Москве повсюду лето, и, опуская все описания этого времени года, я только хочу сказать, что по вечерам и даже иногда днем, особенно в воскресенье, Москва кажется пустой. Принято считать, что в июле все порядочные люди кончают свои дела и сматываются кто куда и лишь бы подальше, чтобы где-то в конце августа приехать в осеннюю Москву очень загорелыми и красивыми с южными фруктами в корзинках. В общем, так оно и есть. Мои знакомые уехали, но не вместе, а по одному, по два, и это произошло незаметно. Я никого не провожал, и никто мне не звонил, чтобы я пришел помахать платочком на платформу Курского или Рижского вокзала или же поехал во Внуково: такие у меня сволочи знакомые. А сижу сейчас в пустой комнате на Арбате, дом 23, квартира 5, а еще вернее — я лежу на диване и читаю Флобера: «Госпожа Бовари», очень скучную, длинную книжку, которую, как мне сказала соседка, я опоздал прочитать, а теперь, конечно, она мне не может доставить того удовольствия. Но книжка правда скучная. Если бы у меня было полное собрание сочинений Флобера, как, например, у моей соседки, я бы его сегодня же отнес в букинистический магазин. Правда, сегодня — понедельник, но завтра я бы это точно сделал.

Г. Шпаликов

***

Хиппизм чистого калифорнийского образца был для нас, людей начала восьмидесятых годов рождения, чем-то родным, но в конечном счёте не соотносимым с самим собой, мы его берегли, как берегут родителей или детей. Иногда это вызывало бунт того же рода, как сейчас вызывает государственная политика, — бунт, состоящий из мгновенных ложных решений. Лучший мой институтский друг однажды забрал собственные немытые волосы в кулак и откусил большими ножницами как бы лишний конец этих волос. По геометрии он был троечник; из волос получилась вместо чего-нибудь хоть немножко приличного симметричная дуга, направленная внутрь себя: в середине коротко, по бокам к концам длинно. В кассетном плеере у него был Боб Марли; стереомузыку во времена Боба Марли писали, разводя инструменты тем же способом, как разводят людей в загсе — то есть когда вдвоём слушаешь, поделив наушники, получается вместо полноценной музыки какие-то две херни, но мы шли с этим чёрным плеером, глядя на газонную траву, и, как и в каждый собственный день, совершенно не знали, как жить.

В. Бородин