Фильм «Здесь был Юра» Сергея Малкина мне понравился настолько, что я сходила на него второй раз. Было ощущение, что это такой поколенческий фильм про околотридцатилетних (излюбленная тема в кинематографе), но сейчас думаю, что фильм безвозрастной («А ты знаешь, сколько лет твоему дяде?»), безвременный и бесконтекстный. В последнем, кстати, его упрекнул Меньшиков, но я не соглашаюсь. Все создается как раз этим отсутствием контекста, этим пустотами и несказанностью.

И хотя возраст у героев тут непростой (они все потеряны, это аксиома, мы видели это миллион раз), он прекрасен тем, что тут никто никого ничему не учит. Здесь нет бесед со старшими, нет советов, и, что еще важнее, здесь в принципе не получается присоединиться и вместе пострадать, провалиться в экзистенциальную дыру. Тридцать привычно ассоциировать с потерей смысла, с каким-то кризисом - и мы не проживаем этот кризис, и слава богу! Как хорошо выходить из зала без грусти. В чьей-то рецензии видела, что Юра приходит таким учителем, светом, а я все еще думаю, что никаких учителей тут нет. Тут даже и изменений-то особых нет. Здесь все учатся жить вместе, существовать вместе, будь то соседи («Соседи меня ненавидят!») или герои с самим Юрой. Они учатся жить друг с другом, доедая чужие сырники, и с миром вокруг, когда их выселяют. И Юра своим существованием тоже никого ничему не учит - он просто живет, вот такой вот взрослый мужик, а с ним живут другие люди.

Поэтому искренняя рекомендация сходить на него в кино. Он сейчас собирает полные залы, что абсолютно чудесно. А отзыв на Сидни Люмета у меня не собрался. Я могу написать, почему объективно это хороший фильм, но объективно что-то сейчас совсем не хочется.

Кстати о последнем фильме, мама напомнила мне о существовании этой выставки. В Музее Москвы сейчас проходит «Выставка про ПНИ», одним из организаторов которой является Нюта Федермессер. Название довольно исчерпывающее: это документальная выставка с фотографиями, документами и тестами на дееспособность (я прошла оба, ура!). На самом деле, текстов очень мало, поэтому хорошо будет поймать медиатора-фланера и поговорить с ним. Там не очень легко, но никакого гнетущего ощущения не возникает.

Выставка тут

Сегодня отвлекались от серьезного кино и смотрели фильм-концерт zoloto в Иллюзионе, хорошо было!

Недавно познакомилась с творчеством одного молодого поэта. Зовут его Санёк, он 2010 года рождения и выкладывает свои работы в тикток (@kokakoiuks). Мне понравилось. Особенно второе.

ЛУЧШИЕ ГОДА

Проходят дни, проходят Имбовые года
И они сменяются ночами, счастливыми минутами что уплыли вдаль
2020-ый тогда мне было 10 лет
2020-ый один из лучших лет
2020-ый для меня он лучший год
Прошёл 2020-ый год, сменился 2021-ым он
2021-ый год уже 11 мне лет
2021-ый год значимый он мне
2021-ый год тогда я с начальной школы в среднюю перешёл
Случился первый в школе выпускной
И стоял я с ленточкой выпускник 2021 год
Вспоминая в 2025 году эти года
Появляется улыбка у меня на лице
И хранятся они у меня в сердце, в груди
Амонгас, бравл Старс, попыты, симпл димплы в это тогда играли
А кто то на стримах зависал
2020-ый год лучшее лето у него
2021-ый год лучшая зима у него
Люди цените время вы своё
Ведь 2025 год будете также вспоминать.

///

8 КЛАССНИК

Восьмиклассником трудно быть порою
А для других хорошо на первый взгляд
Шестиклассником я был
В 8 класс перейти я хотел
Думал всё легко и удастся мне
Во взрослую жизнь перейти с ногою
Но сейчас не такие мысли у меня.

Из канала Паши Пугачева узнала, что фильм «Улицы разбитых фонарей» можно теперь посмотреть!
Это классный фильм с классным режиссером Костей Сиденко. Фильм должны были показать на одном небезызвестном фестивале, а за пару недель до феста его сняли с программы :)

Это будут хорошие 7 минут, честно:
https://piligrim.fund/film/ulicy-razbityh-fonarey

***

В Москве повсюду лето, и, опуская все описания этого времени года, я только хочу сказать, что по вечерам и даже иногда днем, особенно в воскресенье, Москва кажется пустой. Принято считать, что в июле все порядочные люди кончают свои дела и сматываются кто куда и лишь бы подальше, чтобы где-то в конце августа приехать в осеннюю Москву очень загорелыми и красивыми с южными фруктами в корзинках. В общем, так оно и есть. Мои знакомые уехали, но не вместе, а по одному, по два, и это произошло незаметно. Я никого не провожал, и никто мне не звонил, чтобы я пришел помахать платочком на платформу Курского или Рижского вокзала или же поехал во Внуково: такие у меня сволочи знакомые. А сижу сейчас в пустой комнате на Арбате, дом 23, квартира 5, а еще вернее — я лежу на диване и читаю Флобера: «Госпожа Бовари», очень скучную, длинную книжку, которую, как мне сказала соседка, я опоздал прочитать, а теперь, конечно, она мне не может доставить того удовольствия. Но книжка правда скучная. Если бы у меня было полное собрание сочинений Флобера, как, например, у моей соседки, я бы его сегодня же отнес в букинистический магазин. Правда, сегодня — понедельник, но завтра я бы это точно сделал.

Г. Шпаликов

***

Хиппизм чистого калифорнийского образца был для нас, людей начала восьмидесятых годов рождения, чем-то родным, но в конечном счёте не соотносимым с самим собой, мы его берегли, как берегут родителей или детей. Иногда это вызывало бунт того же рода, как сейчас вызывает государственная политика, — бунт, состоящий из мгновенных ложных решений. Лучший мой институтский друг однажды забрал собственные немытые волосы в кулак и откусил большими ножницами как бы лишний конец этих волос. По геометрии он был троечник; из волос получилась вместо чего-нибудь хоть немножко приличного симметричная дуга, направленная внутрь себя: в середине коротко, по бокам к концам длинно. В кассетном плеере у него был Боб Марли; стереомузыку во времена Боба Марли писали, разводя инструменты тем же способом, как разводят людей в загсе — то есть когда вдвоём слушаешь, поделив наушники, получается вместо полноценной музыки какие-то две херни, но мы шли с этим чёрным плеером, глядя на газонную траву, и, как и в каждый собственный день, совершенно не знали, как жить.

В. Бородин