​Нужна ли социальным наукам теория?

В прошлый четверг участвовал в проведении семинара, где мы с коллегами из DH-центра обсуждали предложенный Полиной Колозариди текст антрополога Дэниела Миллера. Автор обращается к тому, чем стала теория в социальных науках за последние десятилетия — фетишизированным феноменом, порождающим социальные различия.

Для Миллера неважно то, чем является теория — намного важнее то, как она будет представлена и распространена. И если антропологи обычно стремятся разоблачить асимметрию власти, значит они должны избегать и подобных последствий относительно своих теорий. Здесь неожиданно появляется опора на Бурдье, который полагал, что искусство и высшее образование порождают социальные различия: они создают символы, которые со временем начинают понимать только узкие группы, которые становятся «элитой».

Почему неожиданно? Потому что Миллер сводит свой аргумент к тому, что само развитие сложных и непонятных теорий в социальных науках делает то же самое. Якобы мы, академики, все понимаем об этом мире и заполучаем тем самым некоторое превосходство над теми, кто не в теме [рэпчик]. На самом деле, когда я увидел в тексте «ответственность за последствия теории», я ожидал увидеть дальше примеры, подобные STS-ным — когда техника и вложенная в нее версия мира оказывает (преднамеренно или нет) пагубное влияние на отдельные социальные группы. Или что-то из перформативности научного знания — как это отмечается в контексте экономики. Но нет… Бурдье.

Помимо различий, теория, по мнению Миллера, крайне фетишизирована. Это выражается тогда, когда преподаватель оставляет комментарий: «Твое эссе говно, потому что в нем недостаточно теории» — мало ссылок на литературу или упоминаний теоретиков. Вместо инструмента объяснения эмпирических данных — как это было во времена Малиновского и Салинза — теория становится самоцелью.

Довольно милый заход автора заключается в том, что теория должна быть инклюзивна, а не эксклюзивна: теоретические импликации должны быть доступны даже в тех регионах, в которых Миллер и его коллеги работают как антропологи – где низкие заработные платы и ограниченный доступ к высшему образованию. Добиться этого можно с помощью диалектического подхода, при котором теоретические суждения всегда подкрепляются ясными аналогиями и возвратами к нюансам – т.е. теория не де-контекстуализируется, не становится чем-то абстрактным и трудным для понимания. Миллер демонстрирует это на примере исследований смартфона.

Этот заход напомнил мне второй курс бакалавриата, когда я только начал погружение в теорию. И это было не очень успешно – мне было очень тяжело читать тексты классиков, а при виде слова «выхолощенный» мне становилось плохо морально и физически. Когда пришло время выбирать научного руководителя, я написал одной исследовательнице социологии науки в СПбГУ огромное письмо с посылом «давайте социологически изучим и искореним этот непонятный язык теоретиков» – потому что вдруг это не я тупой, а просто теория пошла не туда.

В этом письме я изливал душу, сокрушался, обращался к цитате Ортеги-и-Гассета [хз, склоняется ли]: «По моему мнению, исследуя и преследуя свои истины, философ должен соблюдать предельную строгость в методике, однако когда он их провозглашает, пускает в обращение, ему следует избегать циничного употребления терминов, дабы не уподобиться ученым, которым нравится, подобно силачу на ярмарке, хвастать перед публикой бицепсами терминологии». Ответ был даже короче этой цитаты: «Илья, проблема необходимости упрощения академического языка мне представляется несколько надуманной».

Тогда статья Миллера еще не была опубликована, а если бы и была, то вряд ли бы я о ней знал. Однако, в момент разговора с научницей эта работа могла бы позволить сделать проблему упрощения академического языка менее надуманной.

Новые DH-датасеты, подборка DH-видео и DH-подкастов, а еще конференция как сцена из романа воспитания: Вестник Digital Humanities № 21

После долгой пересборки кубика-рубика мы (DH CLOUD) перезапустили «Вестник Digital Humanities». В новом номере мы рассказываем:

— как прошла глобальная DH2023 (спойлер: после 4 лет ковидного онлайна все обнимались, доклады слушали вполуха)

— как прошла DH-конференция в Красноярске (стало разнообразнее, а еще показали книжку по DH)

— как цифровые гуманитарии исследуют генеративные языковые модели (спойлер: применяют не только цифровые инструменты, но и живых студентов)

— какие есть новые интересные статьи, видео и подкасты по цифровым методам в гуманитарных науках и вокруг них.

— какие новые данные опубликованы и где про все это читать.

📃 Новый номер «Вестника» доступен вот здесь на сайте DH CLOUD

В издательстве Сибирского федерального университета вышла монография «Цифровые гуманитарные исследования», впервые на русском языке комплексно рассматривающая направление digital humanities.

Авторы монографии — Александр Антопольский, Анастасия Бонч-Осмоловская, Леонид Бородкин, Андрей Володин, Динара Гагарина, Евгений Гришин, Инна Кижнер, Борис Орехов, Максим Румянцев и Андрей Сметанин —

◽️ анализируют примеры (само)определений направления,
◽️ описывают «цифровой поворот» в гуманитарных исследованиях и масштабные проекты оцифровки историко-культурного наследия в контексте датафикации и вызовов, стоящих перед большими данными и машинным обучением,
◽️ уделяют особое внимание культуромике — направлению исследований культуры и языка с помощью больших текстовых данных — и современным подходам к компьютерному анализу текстов,
◽️ характеризуют различные цифровые подходы, призванные находить решения насущных гуманитарных исследовательских задач: отдельные главы монографии посвящены базам данных, сетевому анализу, геоинформационным системам, виртуальным реконструкциям и дополненной реальности.

Сердечно поздравляем коллег с выходом книги и делимся ссылкой на нее.

Историки, педагоги, программисты — с каким бэкграундом студенты приходят в магистратуру Digital Humanities?

Мы любим говорить о преимуществах кросс-дисциплинарных команд, но как они появляются внутри одной программы? Студентка DH Оля Москвичева узнала у коллег, каким был их образовательный трек в бакалавриате, какие навыки они освоили и как применяют их в учебе в ИТМО.

После какого бакалавриата можно выбрать нашу магистратуру — читайте в тексте Оли Москвичевой на Мегабайт Медиа.

А что ещё?

На фестивале франкотипо­графики во Французском институте преподаватель DH-центра Трофим Попов прочитал лекцию о леттризме. Вот как это было!

Преподаватель центра Илья Смирнов, автор канала Versia, запустил канал на YouTube, где команда проекта показывает, как взаимосвязаны общество, технологии и наука. Также Илья прочитал доклад на конференции в НИУ ВШЭ и выступил в качестве спикера в рамках цикла дискуссий «Город на дрожжах» в Хлебозаводе.

Академический руководитель магистратуры Полина Колозариди выступила с докладом на научном семинаре в Российской национальной библиотеке и на конференции «Психотерапия нового времени» сервиса Ясно рассказала, как люди выстраивают отношения в собой и миром в интернете. Также Полина выступила в качестве дискутанта на семинаре о технологиях укрепления человека в НИУ ВШЭ.

Вместе с коллегами из центра полевых исследований Шанинки мы запустили цикл семинаров о том, как история литературы и чтения позволяет (или нет) проектировать интерфейсы в цифровых гуманитарных проектах. Следующий джем-сешн — онлайн во вторник, 12 декабря. Не пропустите!

Команда проекта «Пушкин Цифровой» презентовала в «Пушкинском доме» результаты первого блока работ. Поздравляем коллег!

Ну и последняя новость: у DH-центра новый директор! На должность назначена социолог Ольга Пинчук, поздравляем Ольгу и желаем успехов! Сейчас в магистратуре Ольга сокурирует курс «Текст, код, дизайн» и ведет исследовательский семинар.

Теперь можно и Новый год ждать 🪄