Печальные несколько мысли о времени и о себе приходят в голову, когда видишь на мемориальной доске изображение человека, с которым выпивал водку.
Это я вчера ехал по большой пушкарской в маршрутке, и заметил вдруг такую доску на стене дома, в котором жил драматург Володин.
Нельзя сказать, что я был "знаком" с Александром Моисеевичем, я просто пару раз видел его на каких-то мероприятиях в центре современной литературы на набережной макарова.
На одном из таких заседаний, посвящённом литературе в сети интернет, тогда этот вопрос почему-то всех занимал, Александр Моисеевич мирно дремал рядом с драматургом Штемлером. Драматурга Штемлера интернет впрочем тоже совершенно не интересовал. Оживился он только один раз во время выступления Житинского. "И сколько там платят, в этом вашем интернете?" - поинтересовался драматург Штемлер. "Нисколько" - развёл руками Житинский. "Ну, это... - драматург Штемлер возмущённо пожевал губами, - Это ну я не знаю что". И потерял всякий интерес к интернету уже навсегда.
После этого заседания состоялось как всегда небольшое распитие в бильярдной и там я подошёл к Александру Моисеевичу чокнуться с ним пластмассовым стаканчиком с водкой. Не знаю зачем я это сделал, это глупое довольно действие, но вот почему-то подошёл. Александр Моисеевич без всякого интереса посмотрел на меня пьяненькими своими глазами, и безропотно чокнулся. У него был очень растеряный и одинокий вид человека, который не понимает, зачем он здесь, почему и кто вообще эти люди. Со мной такое тоже иногда случается, впрочем, да и со всеми наверное.
Ну вот собственно и всё моё знакомство с драматургом Володиным. А потом он вскоре умер.
Хотя нет, я видел его ещё один раз на станции метро невский проспект. Александр Моисеевич, как обычно чуть-чуть выпивши, шёл с тем же растерянным и одиноким лицом против течения людей, вышедших из прибывшего поезда. Я не стал к нему подходить - он меня совершенно точно не помнил, да и про что нам в сущности с ним говорить.
2004-07-02 12:56:00
Это я вчера ехал по большой пушкарской в маршрутке, и заметил вдруг такую доску на стене дома, в котором жил драматург Володин.
Нельзя сказать, что я был "знаком" с Александром Моисеевичем, я просто пару раз видел его на каких-то мероприятиях в центре современной литературы на набережной макарова.
На одном из таких заседаний, посвящённом литературе в сети интернет, тогда этот вопрос почему-то всех занимал, Александр Моисеевич мирно дремал рядом с драматургом Штемлером. Драматурга Штемлера интернет впрочем тоже совершенно не интересовал. Оживился он только один раз во время выступления Житинского. "И сколько там платят, в этом вашем интернете?" - поинтересовался драматург Штемлер. "Нисколько" - развёл руками Житинский. "Ну, это... - драматург Штемлер возмущённо пожевал губами, - Это ну я не знаю что". И потерял всякий интерес к интернету уже навсегда.
После этого заседания состоялось как всегда небольшое распитие в бильярдной и там я подошёл к Александру Моисеевичу чокнуться с ним пластмассовым стаканчиком с водкой. Не знаю зачем я это сделал, это глупое довольно действие, но вот почему-то подошёл. Александр Моисеевич без всякого интереса посмотрел на меня пьяненькими своими глазами, и безропотно чокнулся. У него был очень растеряный и одинокий вид человека, который не понимает, зачем он здесь, почему и кто вообще эти люди. Со мной такое тоже иногда случается, впрочем, да и со всеми наверное.
Ну вот собственно и всё моё знакомство с драматургом Володиным. А потом он вскоре умер.
Хотя нет, я видел его ещё один раз на станции метро невский проспект. Александр Моисеевич, как обычно чуть-чуть выпивши, шёл с тем же растерянным и одиноким лицом против течения людей, вышедших из прибывшего поезда. Я не стал к нему подходить - он меня совершенно точно не помнил, да и про что нам в сущности с ним говорить.
2004-07-02 12:56:00
А вообще как там в мире? Ну, типа как наши сыграли? Что там Путин? Буш может быть? Матвиенко.
Я уже дней десять не смотрел телевизор, хотя вот он стоит слева и пульт лежит рядом. Почему-то мысль о том что его можно включить, вызывает страшное отвращение. Или пойти например на ленту-ру или на газету-ру, но тоже не хочется. В газете-ру правда иногда Мостовщиков смешное пишет, но очень длинно, потому что ему наверное платят за количество знаков или просто заставляют. Я ведь тоже иногда писал в газеты разные и журналы. Нужно четыре тысячи знаков, говорят, у нас такая колонка, вот и пишешь им эти четыре тысячи знаков. Можно и не писать конечно, но денег же нихуя ведь сроду нету.
Беседовали недавно с одной девушкой про то, что хорошо бы если бы была такая ежедневная газета, пускай не очень большая, пускай четыре полосы а-третьего формата, но чтобы там было всё только про интересное и важное и никаких, упаси Господи, новостей. А то даже в ЖЖ иногда новости прочитаешь.
2004-07-02 16:39:00
Я уже дней десять не смотрел телевизор, хотя вот он стоит слева и пульт лежит рядом. Почему-то мысль о том что его можно включить, вызывает страшное отвращение. Или пойти например на ленту-ру или на газету-ру, но тоже не хочется. В газете-ру правда иногда Мостовщиков смешное пишет, но очень длинно, потому что ему наверное платят за количество знаков или просто заставляют. Я ведь тоже иногда писал в газеты разные и журналы. Нужно четыре тысячи знаков, говорят, у нас такая колонка, вот и пишешь им эти четыре тысячи знаков. Можно и не писать конечно, но денег же нихуя ведь сроду нету.
Беседовали недавно с одной девушкой про то, что хорошо бы если бы была такая ежедневная газета, пускай не очень большая, пускай четыре полосы а-третьего формата, но чтобы там было всё только про интересное и важное и никаких, упаси Господи, новостей. А то даже в ЖЖ иногда новости прочитаешь.
2004-07-02 16:39:00
Включил всё же телевизор - решил посмотреть передачу про то что зенит-чемпион. Узнал, что в городе Ростов при просмотре этой передачи все люди вместо попкорна едят семечки, даже негры, которых в Ростове судя по всему очень много. Даже в составе их команды есть два уругвайских негра и всего один житель бывшего советского союза - узбек акопянц.
Только глядя съёмки футбола, сделанные областными телестудиями, вспоминаешь о том, что на самом деле это очень неказистая и скучная игра. Я когда-то тоже ходил на матч целиноградского целинника с шинником из павлодара - то же самое было впечатление.
Зато когда играет допустим реал с ливерпулем, там вся трава вымыта с шампунем и игрокам всем сделали укладки самые лучшие парикмахеры, и даже судье-калине натёрли лысину, чтобы блестела, зрителей привели весёлых, и будто бы праздник. А праздника на самом деле никакого нет: ну вот доиграли, покричали от радости или от горя, и игроки после этого уходят спать в сундук, тренера выключают, а настоящий хозяин всего этого дела жарит себе на дохлом каком-нибудь бэкхеме жаркое.
2004-07-03 21:24:00
Только глядя съёмки футбола, сделанные областными телестудиями, вспоминаешь о том, что на самом деле это очень неказистая и скучная игра. Я когда-то тоже ходил на матч целиноградского целинника с шинником из павлодара - то же самое было впечатление.
Зато когда играет допустим реал с ливерпулем, там вся трава вымыта с шампунем и игрокам всем сделали укладки самые лучшие парикмахеры, и даже судье-калине натёрли лысину, чтобы блестела, зрителей привели весёлых, и будто бы праздник. А праздника на самом деле никакого нет: ну вот доиграли, покричали от радости или от горя, и игроки после этого уходят спать в сундук, тренера выключают, а настоящий хозяин всего этого дела жарит себе на дохлом каком-нибудь бэкхеме жаркое.
2004-07-03 21:24:00
Ну вот, стоило только помянуть камень Гингемы, как я его тут же и увидел. Нельзя ничего называть по именам, потому что оно немедленно материализуется. Кстати и Медведь тот же - это же не настоящее имя, а всего лишь Тот Кто Ест Мёд, а настоящее имя к счастью навсегда забыто, потому что если его назвать, то он сразу и придёт.
А камень Гингемы расположен на Богословском кладбище - это от милиции перейти дорогу наискосок. Внутри Богословского кладбища можно идти налево или направо, прямо или как угодно, но куда ни пойдёшь, всё равно выйдешь к могиле Виктора Цоя. Мы к счастью не стали подходить к ней очень близко и поэтому не остались там навсегда, а вот несколько молодых людей этого не знали и поэтому теперь навеки вынуждены сидеть там на скамейке и слушать из кассетного магнитофона песню транквилизатор.
Этих молодых людей можно освободить, но только если самому занять их место. Их друзья так иногда и делают, чтобы те могли сходить домой помыться как-то, переодеться в чистое.
Вечерами перед могилой Цоя зажигают вечный огонь. Я всегда думал, что Огнь Вечный, горящий в центре пентаграммы - это довольно неудачное изобретение Коммунистов, но на самом деле вечный огонь - это просто такой костерок, на котором можно жарить сосиски или варить в котелке что-то неизвестное.
Сап, как человек очень практический, немедленно придумал очень хорошую идею: продавать напротив Богословского кладбища венки из алюминиевых огурцов. Утром эти венки можно было бы собирать и продавать снова. Таким образом можно было бы прокормить пять-семь старушек, которые сейчас безуспешно пытаются торговать никому не нужными пластмассовыми цветами.
2004-07-05 11:58:00
А камень Гингемы расположен на Богословском кладбище - это от милиции перейти дорогу наискосок. Внутри Богословского кладбища можно идти налево или направо, прямо или как угодно, но куда ни пойдёшь, всё равно выйдешь к могиле Виктора Цоя. Мы к счастью не стали подходить к ней очень близко и поэтому не остались там навсегда, а вот несколько молодых людей этого не знали и поэтому теперь навеки вынуждены сидеть там на скамейке и слушать из кассетного магнитофона песню транквилизатор.
Этих молодых людей можно освободить, но только если самому занять их место. Их друзья так иногда и делают, чтобы те могли сходить домой помыться как-то, переодеться в чистое.
Вечерами перед могилой Цоя зажигают вечный огонь. Я всегда думал, что Огнь Вечный, горящий в центре пентаграммы - это довольно неудачное изобретение Коммунистов, но на самом деле вечный огонь - это просто такой костерок, на котором можно жарить сосиски или варить в котелке что-то неизвестное.
Сап, как человек очень практический, немедленно придумал очень хорошую идею: продавать напротив Богословского кладбища венки из алюминиевых огурцов. Утром эти венки можно было бы собирать и продавать снова. Таким образом можно было бы прокормить пять-семь старушек, которые сейчас безуспешно пытаются торговать никому не нужными пластмассовыми цветами.
2004-07-05 11:58:00
Я вот за свою жизнь дал штук пять или может быть шесть интервью. Интервью эти печатались в заводской какой-нибудь газете или вообще нигде не печатались.
Но никто, никто из интервьюеров (так они кажется называются) ни разу не задал мне самого важного вопроса, который следовало бы задать (если бы я сам брал у себя интервью, конечно, в Идеальном Мире): "Дмитрий, а жалеете ли Вы о том, что однажды Вам пришлось служить в армии?"
Я бы с огромным наслаждением ответил на этот вопрос в том смысле, что я не только не жалею, я, хуже того, чрезвычайно благодарен за этот факт печальной и идиотской моей судьбе.
Да, меня забрали с первого курса института иностранных языков и за два года я так и не выучил ни одного нового английского слова. Да, это было в предсмертное время советской империи, где-то в архангельской области в стройбате, и было это всё чрезвычайно страшно и много лет после этого мне снились кошмары о том, что я обратно туда возвращаюсь, но я, если честно сказать, на них (на кого?) не обиделся.
Не за опыт (опыт - это хуйня), не за впечатления (впечатления тоже хуйня), а за некоторое представление о том, как я себя буду вести, если у меня отобрать вообще всё.
Именно там я совершил самый первый из немногочисленных моих подвигов. Ну и подлость самую гнусную совершил конечно там же. Там я наконец определил свои очертания - осадку, водоизмещение и вооружение, которые какие есть, такие и есть.
2004-07-06 00:27:00
Но никто, никто из интервьюеров (так они кажется называются) ни разу не задал мне самого важного вопроса, который следовало бы задать (если бы я сам брал у себя интервью, конечно, в Идеальном Мире): "Дмитрий, а жалеете ли Вы о том, что однажды Вам пришлось служить в армии?"
Я бы с огромным наслаждением ответил на этот вопрос в том смысле, что я не только не жалею, я, хуже того, чрезвычайно благодарен за этот факт печальной и идиотской моей судьбе.
Да, меня забрали с первого курса института иностранных языков и за два года я так и не выучил ни одного нового английского слова. Да, это было в предсмертное время советской империи, где-то в архангельской области в стройбате, и было это всё чрезвычайно страшно и много лет после этого мне снились кошмары о том, что я обратно туда возвращаюсь, но я, если честно сказать, на них (на кого?) не обиделся.
Не за опыт (опыт - это хуйня), не за впечатления (впечатления тоже хуйня), а за некоторое представление о том, как я себя буду вести, если у меня отобрать вообще всё.
Именно там я совершил самый первый из немногочисленных моих подвигов. Ну и подлость самую гнусную совершил конечно там же. Там я наконец определил свои очертания - осадку, водоизмещение и вооружение, которые какие есть, такие и есть.
2004-07-06 00:27:00
Не знаю, есть наверное какие-то люди, которые ненавидят город Москва по неким идеологическим соображениям, мне никак не понятным.
А я вот Москву люблю. Не ту, конечно, Москву, которую видишь выйдя из Ленинградского вокзала, и не ту безусловно омерзительную Москву с гадкими этими небоскрёбами из черного стекла, которая окружает тебя, когда ты тащишься неизвестно куда посреди душного полдня, а такую Москву, которую можно найти неподалёку от станции пражская, часов в десять утра, если присесть на скамеечку и достать из сумки небольшую очень бутылку коньяка, обязательно московского, другого коньяка в Москве пить нельзя, а то помрёшь и никогда не вернёшься в город Ленинград. Никто тебя особенно никуда не ждёт, и поэтому можно сидеть на этой скамеечке, читать стихотворения поэта Строчкова или даже рассказы Владимира Сорокина, и отпивать иногда из горлышка этот самый коньяк. И бабушки напротив будут на тебя смотреть и между собой обсуждать то, что возможно именно я, а вовсе не Николай Басков или Максим Галкин, повинен в том, что никакой на самом деле Москвы уже больше не существует.
А ведь даже я чего-то помню. Я однажды, когда возвращался в родную свою часть из краткосрочного отпуска, приобрёл в аптеке резиновую грелку и вливал в неё во дворике где-то, не знаю даже где, ну в общем неподалёку от магазина военторг, четыре бутылки водки. Несколько позже я понял свою ошибку, которая заключалась в том, что грелку всё же следовало бы предварительно прополоскать, чтобы смыть внутри неё тальк, но какая разница, всё равно её потом выпили с удовольствием – водка, она в любом виде вкусная. Это несущественно всё. Существенно то, что сидел я в таком дворике, который, если зажмуриться можно и сейчас представить, хотя нет, уже нельзя. Лезет немедленно в голову художник Поленов. Ненавижу художника Поленова – совершенно невозможно с ним разминуться, если хотя бы два слова соберёшься сказать про московский дворик, которого всё равно давно уже нету.
2004-07-07 17:52:00
А я вот Москву люблю. Не ту, конечно, Москву, которую видишь выйдя из Ленинградского вокзала, и не ту безусловно омерзительную Москву с гадкими этими небоскрёбами из черного стекла, которая окружает тебя, когда ты тащишься неизвестно куда посреди душного полдня, а такую Москву, которую можно найти неподалёку от станции пражская, часов в десять утра, если присесть на скамеечку и достать из сумки небольшую очень бутылку коньяка, обязательно московского, другого коньяка в Москве пить нельзя, а то помрёшь и никогда не вернёшься в город Ленинград. Никто тебя особенно никуда не ждёт, и поэтому можно сидеть на этой скамеечке, читать стихотворения поэта Строчкова или даже рассказы Владимира Сорокина, и отпивать иногда из горлышка этот самый коньяк. И бабушки напротив будут на тебя смотреть и между собой обсуждать то, что возможно именно я, а вовсе не Николай Басков или Максим Галкин, повинен в том, что никакой на самом деле Москвы уже больше не существует.
А ведь даже я чего-то помню. Я однажды, когда возвращался в родную свою часть из краткосрочного отпуска, приобрёл в аптеке резиновую грелку и вливал в неё во дворике где-то, не знаю даже где, ну в общем неподалёку от магазина военторг, четыре бутылки водки. Несколько позже я понял свою ошибку, которая заключалась в том, что грелку всё же следовало бы предварительно прополоскать, чтобы смыть внутри неё тальк, но какая разница, всё равно её потом выпили с удовольствием – водка, она в любом виде вкусная. Это несущественно всё. Существенно то, что сидел я в таком дворике, который, если зажмуриться можно и сейчас представить, хотя нет, уже нельзя. Лезет немедленно в голову художник Поленов. Ненавижу художника Поленова – совершенно невозможно с ним разминуться, если хотя бы два слова соберёшься сказать про московский дворик, которого всё равно давно уже нету.
2004-07-07 17:52:00
Навеяло вот этим переводом Коваленина.
Как-то пару раз в культурных компаниях я сказал, что перевод произведения "Над пропастью во ржи", сделанный Райт-Ковалёвой, это чрезвычайно скверный перевод. В обоих случаях на меня смотрели так, как если бы я на сборе пионерской дружины сказал бы вдруг, что Ленин тоже какал.
Вообще произведение зе кетчер ин зе рай я прочитал по необходимости курсе на третьем института иностранных языков - оно входило в обязательную программу изучения английского языка. В школе никогда не случалось, чтобы я взял и полюбил произведение, входящее в обязательную программу - Тургенева до сих пор ненавижу, а Гоголя смог перечитать лет только через десять после того, как мы подробно изучали тараса бульбу и мёртвые души, а вот тут случилось. Я потом перечитывал эту книжку в бумажной обложке издательства прогресс, на которой был нарисован Холден Колфилд в красной кепке, раз наверное десять. От этого она совершенно развалилась на части и постепенно потерялась, хотя некоторые куски видимо ещё можно найти где-нибудь у меня на родине.
А потом я однажды случайно взялся где-то в гостях почитать русский перевод этой книжки. Это была чудовищная наёбка - вместо Холдена Колфилда - мелкого мудака, чрезвычайно недовольного устройством окружающего мира и носящегося со своей тонкостью и ранимостью, как с писаной торбой, то есть практически меня, там под него косила немолодая женщина с высшим филологическим образованием. Ну, наподобие тех артисток-травести, которые играли в тюзах тимура и маленького принца, и ещё разговаривали счастливыми голосами в передаче пионерская зорька, которую я ненавидел более всего в мире, потому что окончание этой передачи означало, что нужно надевать шубу и валенки и хуячить в полной темноте в блядскую школу, где первый урок - это именно урок этой самой литературы.
Впрочем, про это гораздо лучше рассказывал Гришковец, он разбирается, мы с ним проживали тогда не очень далеко географически, хотя когда я был в пятом классе, он был ещё в четвёртом. Но это однако несущественно опять.
2004-07-11 13:58:00
Как-то пару раз в культурных компаниях я сказал, что перевод произведения "Над пропастью во ржи", сделанный Райт-Ковалёвой, это чрезвычайно скверный перевод. В обоих случаях на меня смотрели так, как если бы я на сборе пионерской дружины сказал бы вдруг, что Ленин тоже какал.
Вообще произведение зе кетчер ин зе рай я прочитал по необходимости курсе на третьем института иностранных языков - оно входило в обязательную программу изучения английского языка. В школе никогда не случалось, чтобы я взял и полюбил произведение, входящее в обязательную программу - Тургенева до сих пор ненавижу, а Гоголя смог перечитать лет только через десять после того, как мы подробно изучали тараса бульбу и мёртвые души, а вот тут случилось. Я потом перечитывал эту книжку в бумажной обложке издательства прогресс, на которой был нарисован Холден Колфилд в красной кепке, раз наверное десять. От этого она совершенно развалилась на части и постепенно потерялась, хотя некоторые куски видимо ещё можно найти где-нибудь у меня на родине.
А потом я однажды случайно взялся где-то в гостях почитать русский перевод этой книжки. Это была чудовищная наёбка - вместо Холдена Колфилда - мелкого мудака, чрезвычайно недовольного устройством окружающего мира и носящегося со своей тонкостью и ранимостью, как с писаной торбой, то есть практически меня, там под него косила немолодая женщина с высшим филологическим образованием. Ну, наподобие тех артисток-травести, которые играли в тюзах тимура и маленького принца, и ещё разговаривали счастливыми голосами в передаче пионерская зорька, которую я ненавидел более всего в мире, потому что окончание этой передачи означало, что нужно надевать шубу и валенки и хуячить в полной темноте в блядскую школу, где первый урок - это именно урок этой самой литературы.
Впрочем, про это гораздо лучше рассказывал Гришковец, он разбирается, мы с ним проживали тогда не очень далеко географически, хотя когда я был в пятом классе, он был ещё в четвёртом. Но это однако несущественно опять.
2004-07-11 13:58:00
О, печальная и безнадежная наша страна. Как жила в говне, да так и будет жить вовеки веков.
Как ебётся окружающий нас мир? При свечах, под музыку элвиса пресли "лав ми тендер, лав ми тру", в серебряных туфлях на высоких каблуках, в кружевном белье, слово даже для него есть специальное - линжери, то есть не трусы в цветочек и не лифчик на пластмассовых застёжках, а именно линжери, глядя на которое мы в лучшем случае можем выловить из мутной генетической памяти некие слова: супонь, подпруга и чересседельник. А мы как ебёмся? Вот так вот и ебёмся: среди окурков и малосольных огурцов, в носках, а иногда и в тапочках. У соседей гудит труба - они уже поебались.
А бывал ли кто на настоящей "парти"? Наверняка бывал. О, прекрасная парти! Кругом расставлены подносы с орешками, снаксами, канапе и кукисами и все вокруг приветливо беседуют. Все заботливо спрашивают друг друга как обстоят дела, говорят о банковском кризисе и о цене за баррель. В разгар веселья вносится сырная пицца, вкуснее которой ничего в мире нет и не будет. И никто, никто не бьёт друг другу рыло и не поёт песню ой цветёт калина.
Мы, помнится, с водителем Сашей очень любили такие мероприятия. Мы с ним обычно отправлялись прямо на кухню, поближе к холодильнику, доставали из этого холодильника бутылку текилы, садились на подоконник и пили её, не утруждаясь ритуалами с солью и лимоном, прямо из горла. Текила - довольно скверное пойло, но весьма зато нажористое. Потом говорили про баб. Про баб всегда есть о чём поговорить.
Сейчас говорят и у нас уже появились такие люди, которые годятся для прекрасного этого окружающего со всех сторон мира, но их видимо очень мало, я во всяком случае не видел их никогда.
2004-07-12 14:07:00
Как ебётся окружающий нас мир? При свечах, под музыку элвиса пресли "лав ми тендер, лав ми тру", в серебряных туфлях на высоких каблуках, в кружевном белье, слово даже для него есть специальное - линжери, то есть не трусы в цветочек и не лифчик на пластмассовых застёжках, а именно линжери, глядя на которое мы в лучшем случае можем выловить из мутной генетической памяти некие слова: супонь, подпруга и чересседельник. А мы как ебёмся? Вот так вот и ебёмся: среди окурков и малосольных огурцов, в носках, а иногда и в тапочках. У соседей гудит труба - они уже поебались.
А бывал ли кто на настоящей "парти"? Наверняка бывал. О, прекрасная парти! Кругом расставлены подносы с орешками, снаксами, канапе и кукисами и все вокруг приветливо беседуют. Все заботливо спрашивают друг друга как обстоят дела, говорят о банковском кризисе и о цене за баррель. В разгар веселья вносится сырная пицца, вкуснее которой ничего в мире нет и не будет. И никто, никто не бьёт друг другу рыло и не поёт песню ой цветёт калина.
Мы, помнится, с водителем Сашей очень любили такие мероприятия. Мы с ним обычно отправлялись прямо на кухню, поближе к холодильнику, доставали из этого холодильника бутылку текилы, садились на подоконник и пили её, не утруждаясь ритуалами с солью и лимоном, прямо из горла. Текила - довольно скверное пойло, но весьма зато нажористое. Потом говорили про баб. Про баб всегда есть о чём поговорить.
Сейчас говорят и у нас уже появились такие люди, которые годятся для прекрасного этого окружающего со всех сторон мира, но их видимо очень мало, я во всяком случае не видел их никогда.
2004-07-12 14:07:00
Пришлось написать в инфо дисклеймер. А то заебали уже.
================
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
Данный дневник является личным и частным дневником и содержит личные и частные мнения автора этого дневника. Дневник не имеет лицензии Министерства РФ по делам печати,телерадиовещания и средств массовых коммуникаций и никоим образом не является средством массовой информации, а потому автор этого дневника не обязуется предоставлять кому бы то ни было правдивую, непредвзятую и даже осмысленную информацию, равно как не обязуется публиковать в нём тексты высокой художественной и нравственной ценности, равно как не публиковать в нём тексты, призывающие к насилию, межнациональной розни и оскорбляющие личное достоинство отдельных граждан.
Сведения, содержащиеся в этом дневнике не имеют никакого юридического смысла и не могут быть использованы при разбирательствах в гражданских, военных или арбитражных судах, равно как вообще нигде, для доказательства или опровержения чего бы то ни было.
2004-07-13 14:42:00
================
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ
Данный дневник является личным и частным дневником и содержит личные и частные мнения автора этого дневника. Дневник не имеет лицензии Министерства РФ по делам печати,телерадиовещания и средств массовых коммуникаций и никоим образом не является средством массовой информации, а потому автор этого дневника не обязуется предоставлять кому бы то ни было правдивую, непредвзятую и даже осмысленную информацию, равно как не обязуется публиковать в нём тексты высокой художественной и нравственной ценности, равно как не публиковать в нём тексты, призывающие к насилию, межнациональной розни и оскорбляющие личное достоинство отдельных граждан.
Сведения, содержащиеся в этом дневнике не имеют никакого юридического смысла и не могут быть использованы при разбирательствах в гражданских, военных или арбитражных судах, равно как вообще нигде, для доказательства или опровержения чего бы то ни было.
2004-07-13 14:42:00
Поиск предназначения
Есть какие-то штуки, которые делашь просто так. Не для Вечности, не за деньги, ни для чего, просто нравится.
За эти штуки, как это ни удивительно, тоже однажды платят деньги. Помню своё изумление, когда ещё в прошлом веке получил вдруг по почте перевод от Игоря Моисеевича Иртеньева на четыреста рублей за рассказ про Гитлера, опубликованный в журнале магазин. Ну, приятно конечно. Типа ни за что, просто так дали.
То есть всё, что ты делаешь с удовольствием, неважно что - лапти плетёшь из бересты или лепишь из говна фигурки, всё оно рано или поздно так или иначе оплачивается. Но чаще поздно, то есть не сейчас. А за квартиру платить надо сейчас. И жрать чего-то надо прямо сейчас, и сигареты кончились.
И тогда ты делаешь такую работу, за которую деньги платят сейчас. Делаешь календарик с кошечкой, обложку для старушечьих мемуаров, переводишь про лоцманские буи в охотском море. Но делаешь ты это очень плохо и все тобой недовольные, и сам ты тоже страдаешь, и в общем все несчастные. И денег этих хватает ровно на то, чтобы как раз заплатить за квартиру, купить пищи и сигарет. А на то, чтобы купить себе хотя бы пару месяцев, не говоря уже про лет, свободы, чтобы заниматься тем, чем хочется - нихуя не хватает.
Поначалу кажется, что всё это можно совмещать: с девяти до шести сидеть в офисе, а потом плести прекрасные лапти, и какое-то время это даже получается, а потом вдруг нет. Потом вдруг оказывается, что после того, как ты наделал кошечек и собачек, единственное, что ты можешь сделать - это купить пива и тупо хуячить Фашыстов в игре вольфенштейн.
И тогда надо чего-то решать. Чего-то решать блядь надо.
Это я впрочем не к тому, что нуждаюсь в чьём-то мудром совете. Я сам в этом лучше всех разбираюсь. Это я так просто, попиздеть вышел.
2004-07-14 15:31:00
Есть какие-то штуки, которые делашь просто так. Не для Вечности, не за деньги, ни для чего, просто нравится.
За эти штуки, как это ни удивительно, тоже однажды платят деньги. Помню своё изумление, когда ещё в прошлом веке получил вдруг по почте перевод от Игоря Моисеевича Иртеньева на четыреста рублей за рассказ про Гитлера, опубликованный в журнале магазин. Ну, приятно конечно. Типа ни за что, просто так дали.
То есть всё, что ты делаешь с удовольствием, неважно что - лапти плетёшь из бересты или лепишь из говна фигурки, всё оно рано или поздно так или иначе оплачивается. Но чаще поздно, то есть не сейчас. А за квартиру платить надо сейчас. И жрать чего-то надо прямо сейчас, и сигареты кончились.
И тогда ты делаешь такую работу, за которую деньги платят сейчас. Делаешь календарик с кошечкой, обложку для старушечьих мемуаров, переводишь про лоцманские буи в охотском море. Но делаешь ты это очень плохо и все тобой недовольные, и сам ты тоже страдаешь, и в общем все несчастные. И денег этих хватает ровно на то, чтобы как раз заплатить за квартиру, купить пищи и сигарет. А на то, чтобы купить себе хотя бы пару месяцев, не говоря уже про лет, свободы, чтобы заниматься тем, чем хочется - нихуя не хватает.
Поначалу кажется, что всё это можно совмещать: с девяти до шести сидеть в офисе, а потом плести прекрасные лапти, и какое-то время это даже получается, а потом вдруг нет. Потом вдруг оказывается, что после того, как ты наделал кошечек и собачек, единственное, что ты можешь сделать - это купить пива и тупо хуячить Фашыстов в игре вольфенштейн.
И тогда надо чего-то решать. Чего-то решать блядь надо.
Это я впрочем не к тому, что нуждаюсь в чьём-то мудром совете. Я сам в этом лучше всех разбираюсь. Это я так просто, попиздеть вышел.
2004-07-14 15:31:00
Да, вот тоже к тому же
Однажды я очень сильно кинул одного заказчика. Было это конечно далеко не в первый раз, но этого я кинул особо жестоко. Ему нужно было за полтора часа слепить календарик с лицами депутатов одного муниципального округа и я под это дело подписался за баснословные какие-то деньги - долларов пятьдесят, что ли. Ну и очень смело взялся делать это всё в программе фрихенд, которую в общих чертах знаю, но не так хорошо как фотошоп допустим или индизайн. Но разобраться во всякой программе можно, кроме три-дэ-макс.
Однако, как выяснилось, разобраться всё же можно не во всём. Особенно когда у тебя сидят при этом за спиной и сопят. Я вообще не переношу когда мне смотрят в монитор. А предложения пойти погулять заказчик упорно игнорировал. Из-за этого картинки не желали никуда двигаться, шрифты все перекосились и чем дальше, тем всё становилось гаже.
Из-за этого я через некоторое время впал в кататонический ступор и сказал, что больше вообще ничего делать не буду. "Ладно, - сказал заказчик с ненавистью, потому что всё время уже кончилось, - выводи что есть". Я стал выводить и тут принтер сообщил, что в нём закончилась жёлтая краска, а без жёлтой краски он печатать отказывается, потому что будет некрасиво.
Расстались мы не то чтобы с неприязнью, а с такой неприязнью что до сих пор удивительно, как морды друг другу не набили.
Я вовсе не до такой степени лишён совести, как об этом рассказывает Масса, которого я тоже неоднократно кидал, и поэтому до самого тучкова моста очень сильно переживал. На тучковом мосту я выпил банку пива и подумал, что может быть всё оно не так уж и страшно. Потом прошёл ещё один пролёт, выпил там ещё одну банку пива и пришёл к такому выводу, что пошли они все нахуй, а я всё равно очень заебательский молодец. А к какому ещё выводу можно прийти? Осознать что я законченный мудак и спрыгнуть с моста? Не, таких дураков нету.
Да. А тут на днях вызвонил меня один человек и попросил у меня подписать книжку. "Кому подписывать? - спросил я. "Ты будешь смеяться, - сказал этот человек, которого я в вышеуказанной истории тоже сильно подставил, потому что это он меня рекомендовал, - но тому самому, которому ты делал календарик. Он тебя где-то прочитал и мечтает иметь твою книжку с подписью".
2004-07-14 16:37:00
Однажды я очень сильно кинул одного заказчика. Было это конечно далеко не в первый раз, но этого я кинул особо жестоко. Ему нужно было за полтора часа слепить календарик с лицами депутатов одного муниципального округа и я под это дело подписался за баснословные какие-то деньги - долларов пятьдесят, что ли. Ну и очень смело взялся делать это всё в программе фрихенд, которую в общих чертах знаю, но не так хорошо как фотошоп допустим или индизайн. Но разобраться во всякой программе можно, кроме три-дэ-макс.
Однако, как выяснилось, разобраться всё же можно не во всём. Особенно когда у тебя сидят при этом за спиной и сопят. Я вообще не переношу когда мне смотрят в монитор. А предложения пойти погулять заказчик упорно игнорировал. Из-за этого картинки не желали никуда двигаться, шрифты все перекосились и чем дальше, тем всё становилось гаже.
Из-за этого я через некоторое время впал в кататонический ступор и сказал, что больше вообще ничего делать не буду. "Ладно, - сказал заказчик с ненавистью, потому что всё время уже кончилось, - выводи что есть". Я стал выводить и тут принтер сообщил, что в нём закончилась жёлтая краска, а без жёлтой краски он печатать отказывается, потому что будет некрасиво.
Расстались мы не то чтобы с неприязнью, а с такой неприязнью что до сих пор удивительно, как морды друг другу не набили.
Я вовсе не до такой степени лишён совести, как об этом рассказывает Масса, которого я тоже неоднократно кидал, и поэтому до самого тучкова моста очень сильно переживал. На тучковом мосту я выпил банку пива и подумал, что может быть всё оно не так уж и страшно. Потом прошёл ещё один пролёт, выпил там ещё одну банку пива и пришёл к такому выводу, что пошли они все нахуй, а я всё равно очень заебательский молодец. А к какому ещё выводу можно прийти? Осознать что я законченный мудак и спрыгнуть с моста? Не, таких дураков нету.
Да. А тут на днях вызвонил меня один человек и попросил у меня подписать книжку. "Кому подписывать? - спросил я. "Ты будешь смеяться, - сказал этот человек, которого я в вышеуказанной истории тоже сильно подставил, потому что это он меня рекомендовал, - но тому самому, которому ты делал календарик. Он тебя где-то прочитал и мечтает иметь твою книжку с подписью".
2004-07-14 16:37:00
Я им говорю: "Ледник идёт". А они мне :"Глобальное потепление". Я им говорю: "В окошко выгляните". А они говорят: "А хули нам в окошко смотреть - вон пентагон сказал, что потепление, и советник какой-то президента путина тоже сказал, по телевизору показывали". "А пентагону кто сказал?" - спрашиваю. "Ему Учёные сказали - отвечают, - они со спутника видели тоже по телевизору".
Вот у меня от телевизора антенна как ёбнулась ещё в прошлом месяце за стол, да так там и лежит, потому что лень доставать, поэтому я смотрю в окошко и вижу, что ледник. А те, у кого не ёбнулась, те смотрят в телевизор и видят, что потепление.
Я так думаю, что все мы правы, всё это правда и каждому будет своё: тем, кто смотрит в окошко - им будут волосатые слоны, волосатые свиньи и волосатые женщины, а тех, кто смотрит в телевизор - их просто смоет нахуй, когда растает Антарктида.
2004-07-16 18:42:00
Вот у меня от телевизора антенна как ёбнулась ещё в прошлом месяце за стол, да так там и лежит, потому что лень доставать, поэтому я смотрю в окошко и вижу, что ледник. А те, у кого не ёбнулась, те смотрят в телевизор и видят, что потепление.
Я так думаю, что все мы правы, всё это правда и каждому будет своё: тем, кто смотрит в окошко - им будут волосатые слоны, волосатые свиньи и волосатые женщины, а тех, кто смотрит в телевизор - их просто смоет нахуй, когда растает Антарктида.
2004-07-16 18:42:00
Мечта
(фантастическая пьеса)
Я сижу в ванне, угрюмо курю. В комнате начитает звонить телефон.
Я: Блядь!
Телефон звонит долго и упорно, звонков пятьдесят. Затем замолкает и начинает звонить снова.
Я: Хуй!
Телефон звонит еще минут десять и останавливаться не собирается.
Я. Ёб твою мать!
Вылезаю из ванны, оставляя на полу мокрые следы иду в комнату. Злобно хватаю трубку.
Я: Да!
Незнакомый голос: Горчев?
Я: Да!
Незнакомый голос: Горчев, хотите десять тысяч долларов просто так, ни за что и прямо сейчас?
Я: Да!!!
Конец
2004-07-19 12:39:00
(фантастическая пьеса)
Я сижу в ванне, угрюмо курю. В комнате начитает звонить телефон.
Я: Блядь!
Телефон звонит долго и упорно, звонков пятьдесят. Затем замолкает и начинает звонить снова.
Я: Хуй!
Телефон звонит еще минут десять и останавливаться не собирается.
Я. Ёб твою мать!
Вылезаю из ванны, оставляя на полу мокрые следы иду в комнату. Злобно хватаю трубку.
Я: Да!
Незнакомый голос: Горчев?
Я: Да!
Незнакомый голос: Горчев, хотите десять тысяч долларов просто так, ни за что и прямо сейчас?
Я: Да!!!
Конец
2004-07-19 12:39:00
Вне контекста-7
Не знаю кто чего тут смотрит, а я вот посмотрел кинофильм матрица. Не матрица революшын и даже не матрица релоадед, которых я никогда не видел и не увижу, а настоящую исконную матрицу. То есть мне её конечно кто-то показывал года четыре назад раза два или даже три, но я всё время был то чрезмерно пьян, то были какие-то более интересные занятия, а тут сел и посмотрел вдумчиво.
Ну и говнище же эта матрица, доложу я вам. Нет, в самом начале там есть два неплохих момента. Во-первых, я узнал наконец, что случается с эльфами после того, как они уплывают за океан. В частности глава дома Элрондов постригся, надел пиджак и стал агентом смитом. Что по моему мнению глубоко логично и правильно. А кем ему ещё становиться, раз уж он такой весь волшебный.
И ещё там был довольно правильно показан процесс рождения этого самого нео в матрицу. Я не очень хорошо помню, как меня рожали сюда, но зато хорошо про это помнил, когда мне было месяцев восемь. А потом года в три помнил, как я помнил. А лет в семь помнил, что в три года помнил про то что помнил. Ну в общем какое-то смутное ощущение совершенной неприспособленности этого вашего пространства для жизни оно как-то где-то сохранилось.
А остальной весь кинофильм - унылейшая совершенно хуйня. Сосать этим братьям, не помню как их фамилия, и сосать даже до тарантины. Таблеточный такой дзен. в котором надо начистить кому-то ебало для того, чтобы доказать ему, что это он тебе снится, а не ты ему. Да какая в жопу разница, кто кому снится. Важно ведь только то, что подпрыгивай ты на десять метров или же на семьдесят, ешь ты красную таблетку или синюю - один хуй, все в землю пойдём.
Что между прочим глубоко жизнеутверждающе, в отличие от этих всех идиотских разборок.
2004-07-20 15:04:00
Не знаю кто чего тут смотрит, а я вот посмотрел кинофильм матрица. Не матрица революшын и даже не матрица релоадед, которых я никогда не видел и не увижу, а настоящую исконную матрицу. То есть мне её конечно кто-то показывал года четыре назад раза два или даже три, но я всё время был то чрезмерно пьян, то были какие-то более интересные занятия, а тут сел и посмотрел вдумчиво.
Ну и говнище же эта матрица, доложу я вам. Нет, в самом начале там есть два неплохих момента. Во-первых, я узнал наконец, что случается с эльфами после того, как они уплывают за океан. В частности глава дома Элрондов постригся, надел пиджак и стал агентом смитом. Что по моему мнению глубоко логично и правильно. А кем ему ещё становиться, раз уж он такой весь волшебный.
И ещё там был довольно правильно показан процесс рождения этого самого нео в матрицу. Я не очень хорошо помню, как меня рожали сюда, но зато хорошо про это помнил, когда мне было месяцев восемь. А потом года в три помнил, как я помнил. А лет в семь помнил, что в три года помнил про то что помнил. Ну в общем какое-то смутное ощущение совершенной неприспособленности этого вашего пространства для жизни оно как-то где-то сохранилось.
А остальной весь кинофильм - унылейшая совершенно хуйня. Сосать этим братьям, не помню как их фамилия, и сосать даже до тарантины. Таблеточный такой дзен. в котором надо начистить кому-то ебало для того, чтобы доказать ему, что это он тебе снится, а не ты ему. Да какая в жопу разница, кто кому снится. Важно ведь только то, что подпрыгивай ты на десять метров или же на семьдесят, ешь ты красную таблетку или синюю - один хуй, все в землю пойдём.
Что между прочим глубоко жизнеутверждающе, в отличие от этих всех идиотских разборок.
2004-07-20 15:04:00
Шёл домой по улице бестужевской. В пятиэтажке справа кто-то выставил в окошко колонку и оттуда очень громко пел высоцкий про ваню и зину. Посмотрел налево - продовольственный магазин "Горизонт". Возле входа алкаши считают копейки. На столике во дворе пенсионеры забивают козла. По разъёбаному кондратьевскому проспекту проползла разъёбаная шестёрка с привязанными к крыше досками.
Пришлось энергично потрясти головой, чтобы избавиться от чувства, что я провалился в какую-то щель и попал в восьмидесятый год. Помогла впрочем витрина продовольственного магазина, обклеенная кока-колой. Кока-колы при социализме не было, это точно. Пепси-кола была, а кока-колы - ни за что. Большие всё же изменения произошли в нашей стране за последние двадцать четыре года.
2004-07-20 21:59:00
Пришлось энергично потрясти головой, чтобы избавиться от чувства, что я провалился в какую-то щель и попал в восьмидесятый год. Помогла впрочем витрина продовольственного магазина, обклеенная кока-колой. Кока-колы при социализме не было, это точно. Пепси-кола была, а кока-колы - ни за что. Большие всё же изменения произошли в нашей стране за последние двадцать четыре года.
2004-07-20 21:59:00
А не поехать ли мне в город Омск? Определённо мне надо поехать в город Омск.
Никто не бывал в городе Омск, кроме меня. А я там не только бывал, я там даже научился пить, курить и ебаться.
Там наверняка всё по-прежнему. На четырнадцатой линии живёт баба Шура, читающая по утрам Мопассана, в институте инженеров железнодорожного транспорта стоит со своей ставкой прогрессивный адмирал Колчак. С секретного шинного завода по ночам взлетают бесшумные и невидимые истребители, которые умеют летать хвостом вперёд, а на биокомбинате творится вообще что-то страшное - видимо там выводят новую расу людей, потому что воняет очень уж сильно. Поплевать с моста в великую сибирскую реку Иртыш, по которой грязные баржи день и ночь везут куда-то в сторону северного полюса кривые брёвна, пеньку, квашеную капусту и другие предметы сибирского хозяйства. Походить по посёлку нефтяников, где в общежитии номер один сидит девушка Наташа и вяжет мне красный шарфик, нескончаемый, как вечность. Когда-то она навязала мне этого шарфика метров пять или может быть девять, а я, идиотский болван, так ничего и не понял.
Ехать. Сил уже нету смотреть на эту реку в мурашках простуды, на это выскакивающее из-под тучкова моста уёбище на подводных крыльях и на самую прекрасную в мире панораму стрелки васильевского острова. Надо иногда уезжать хотя бы на время.
Куплю себе билет на самое лучшее в вагоне тридцать восьмое место - боковое, верхнее, возле туалета и поеду. Буду курить в тамбуре папиросы беломор, беседовать с трактористом из челябинска про президента путина, виды на урожай и другие разные интересные штуки, проезжать Сарапул и Чебоксары, покупать там пиво и малосольные огурцы, смотреть в окошко на неказистую свою нечерноземную Родину и будет мне печально и охуительно.
2004-07-20 21:59:00
Никто не бывал в городе Омск, кроме меня. А я там не только бывал, я там даже научился пить, курить и ебаться.
Там наверняка всё по-прежнему. На четырнадцатой линии живёт баба Шура, читающая по утрам Мопассана, в институте инженеров железнодорожного транспорта стоит со своей ставкой прогрессивный адмирал Колчак. С секретного шинного завода по ночам взлетают бесшумные и невидимые истребители, которые умеют летать хвостом вперёд, а на биокомбинате творится вообще что-то страшное - видимо там выводят новую расу людей, потому что воняет очень уж сильно. Поплевать с моста в великую сибирскую реку Иртыш, по которой грязные баржи день и ночь везут куда-то в сторону северного полюса кривые брёвна, пеньку, квашеную капусту и другие предметы сибирского хозяйства. Походить по посёлку нефтяников, где в общежитии номер один сидит девушка Наташа и вяжет мне красный шарфик, нескончаемый, как вечность. Когда-то она навязала мне этого шарфика метров пять или может быть девять, а я, идиотский болван, так ничего и не понял.
Ехать. Сил уже нету смотреть на эту реку в мурашках простуды, на это выскакивающее из-под тучкова моста уёбище на подводных крыльях и на самую прекрасную в мире панораму стрелки васильевского острова. Надо иногда уезжать хотя бы на время.
Куплю себе билет на самое лучшее в вагоне тридцать восьмое место - боковое, верхнее, возле туалета и поеду. Буду курить в тамбуре папиросы беломор, беседовать с трактористом из челябинска про президента путина, виды на урожай и другие разные интересные штуки, проезжать Сарапул и Чебоксары, покупать там пиво и малосольные огурцы, смотреть в окошко на неказистую свою нечерноземную Родину и будет мне печально и охуительно.
2004-07-20 21:59:00
Трудности перевода
Лев Борисович Горелик мало того, что имел ярко выраженное косоглазие, блестящую лысину и вообще вид немолодого олигофрена, случайно забредшего в институт иностранных языков, он ещё и не умел ходить ни одним из присущих нормальному человечеству способом. Когда Лев Борисович был бодр и весел, он просто скакал по коридору, при помощи какой-то неразборчивой песенки, а когда он был грустен, он едва шёл, вяло шаркая ногами.
Лев Борисович вёл в нашей группе практику английского языка, и вёл, надо сказать, очень хорошо, у него на занятиях всегда было очень смешно, хотя, лично меня он почему-то недолюбливал. Именно с ним мы проходили произведение писателя Сэлинджера зе кетчер ин зе рай и мы нашли там много удивительных штук, и даже взялись тогда с Шурой Роговиным переводить это произведение на русский язык, не зная, что это давно уже сделала Райт-Ковалёва, и перевели страниц кажется двадцать.
Про Шуру Роговина, кстати, мне однажды открыл страшную тайну один казах по имени Айбол. На самом деле для казахов в институте иностранных языков было целое отдельное казахское отделение, но учиться на нём считалось не престижно, престижно считалось если казах учился на русском отделении. Вот Айбол был как раз такой казах и он рассказал мне про Шуру Роговина что он Жыд. "Как Жыд?" - испугался я. Для меня тогда Жыд был такой мифологический персонаж из детской считалки "Жыд-Жыд, по верёвочке бежыт, верёвочка лопнула, Жыда прихлопнула", такой же точно как Бабайка (тренди-бренди балалайка, под столом сидит Бабайка. У Бабайки на носу черти ели колбасу). А при чём тут, спрашивается, Шура Роговин? Я так до сих пор и не верю, что он был Жыд. "Типичная жыдовская морда", - сказал Айбол убеждённо и сплюнул. Он был вообще очень продвинутый казах. Я однажды по его просьбе вколол ему гидрохлорид морфия в жопу, потому что он никак не мог попасть себе в вену.
Да, впрочем я отвлёкся. У преподавателей института иностранных языков считалось хорошим тоном разговаривать друг с другом по-английски в присутствии студентов. Однажды на большой перемене декан нашего английского факультета Роза Альденовна - женщина с железными зубами и с офицерской выправкой, сделала Льву Борисовичу замечание. "Лев Борисович, - сказала Роза Альденовна раздражённо, - why are you always so stooping?" Лев Борисович, который действительно в этот день весьма сутулился, немедленно подпрыгнул метра на полтора, весь засиял и, подняв вверх указательный палец, сообщил: "Роза Альденовна! When I see you, I immediately erect!"
C тех пор прошло непредставимое количество лет. Буквально вчера мы выпивали пиво с ЖЖ-юзером который тоже помнит Льва Борисовича и других людей, носивших такие имена, какие сейчас носят только спамеры: Пётр Гурьянович, Арсений Викентиевич, Камиля Максутовна, Шифрина Израилевна, ну и другие разные, и поразились тому, что в последний раз мы с ним виделись ровно семнадцать лет назад. Да и Лев Борисович умер давно, ещё в прошлом тысячелетии от инфаркта.
Но до сих пор я так и не придумал, как можно было бы перевести ну хотя бы приблизительно ту его шутку на русский язык.
2004-07-22 20:17:00
Лев Борисович Горелик мало того, что имел ярко выраженное косоглазие, блестящую лысину и вообще вид немолодого олигофрена, случайно забредшего в институт иностранных языков, он ещё и не умел ходить ни одним из присущих нормальному человечеству способом. Когда Лев Борисович был бодр и весел, он просто скакал по коридору, при помощи какой-то неразборчивой песенки, а когда он был грустен, он едва шёл, вяло шаркая ногами.
Лев Борисович вёл в нашей группе практику английского языка, и вёл, надо сказать, очень хорошо, у него на занятиях всегда было очень смешно, хотя, лично меня он почему-то недолюбливал. Именно с ним мы проходили произведение писателя Сэлинджера зе кетчер ин зе рай и мы нашли там много удивительных штук, и даже взялись тогда с Шурой Роговиным переводить это произведение на русский язык, не зная, что это давно уже сделала Райт-Ковалёва, и перевели страниц кажется двадцать.
Про Шуру Роговина, кстати, мне однажды открыл страшную тайну один казах по имени Айбол. На самом деле для казахов в институте иностранных языков было целое отдельное казахское отделение, но учиться на нём считалось не престижно, престижно считалось если казах учился на русском отделении. Вот Айбол был как раз такой казах и он рассказал мне про Шуру Роговина что он Жыд. "Как Жыд?" - испугался я. Для меня тогда Жыд был такой мифологический персонаж из детской считалки "Жыд-Жыд, по верёвочке бежыт, верёвочка лопнула, Жыда прихлопнула", такой же точно как Бабайка (тренди-бренди балалайка, под столом сидит Бабайка. У Бабайки на носу черти ели колбасу). А при чём тут, спрашивается, Шура Роговин? Я так до сих пор и не верю, что он был Жыд. "Типичная жыдовская морда", - сказал Айбол убеждённо и сплюнул. Он был вообще очень продвинутый казах. Я однажды по его просьбе вколол ему гидрохлорид морфия в жопу, потому что он никак не мог попасть себе в вену.
Да, впрочем я отвлёкся. У преподавателей института иностранных языков считалось хорошим тоном разговаривать друг с другом по-английски в присутствии студентов. Однажды на большой перемене декан нашего английского факультета Роза Альденовна - женщина с железными зубами и с офицерской выправкой, сделала Льву Борисовичу замечание. "Лев Борисович, - сказала Роза Альденовна раздражённо, - why are you always so stooping?" Лев Борисович, который действительно в этот день весьма сутулился, немедленно подпрыгнул метра на полтора, весь засиял и, подняв вверх указательный палец, сообщил: "Роза Альденовна! When I see you, I immediately erect!"
C тех пор прошло непредставимое количество лет. Буквально вчера мы выпивали пиво с ЖЖ-юзером который тоже помнит Льва Борисовича и других людей, носивших такие имена, какие сейчас носят только спамеры: Пётр Гурьянович, Арсений Викентиевич, Камиля Максутовна, Шифрина Израилевна, ну и другие разные, и поразились тому, что в последний раз мы с ним виделись ровно семнадцать лет назад. Да и Лев Борисович умер давно, ещё в прошлом тысячелетии от инфаркта.
Но до сих пор я так и не придумал, как можно было бы перевести ну хотя бы приблизительно ту его шутку на русский язык.
2004-07-22 20:17:00
Про Шукшина (Пирогову посвящается)
Тётушка моя, Татьяна Ивановна, относилась к немногочисленной сельской интеллигенции - она преподавала математику в единственной деревенской школе. Муж её, Анатолий, без объяснений повесился в шестьдесят шестом году, так что хозяйство она держала самое минимальное: огород с картошкой, огурешник, кур да порося.
Тётя Таня выписывала множество газет и журналов: математический журнал "Квант", "Огонёк" разумеется, а также толстые литературные журналы - "Новый мир", "Наш современник", "Звезда", "Роман-газета" и ещё что-то. Кроме того Татьяна Ивановна была единственным посетителем деревенского книжного магазина, в котором, впрочем продавалась почему-то исключительно поэзия - видимо некто в областных планирующих органах считал, что именно поэзия особо необходима для деревенской жизни. В частности, кстати, там можно было купить такой чрезвычайно дефицитный в те времена продукт, как двухтомник поэта Евгения Евтушенко. Татьяна Ивановна была однако совершенно равнодушна к поэзии, но зато была большой поклонницей писателей Владимира Солоухина, Виля Липатова и Василия Шукшина.
Вечерами, после того как баба Дуня приносила двухлитровую банку тёплого молока и когда на завалинке сидеть становилось уже невозможно из-за комаров, мы все шли в избу (ударение на первом слоге) и там тётя Таня читала вслух какой-нибудь рассказ. Запомнились рассказы про Алёшу Бесконвойного, про то, как плясал поп и, прости Господи, про то как Владимир Солоухин собирал в лесу не то солёные рыжики, не то иконы. Потом прочитанный рассказ обсуждался. Ну в смысле как обсуждался - обсуждался исключительно с моей матушкой, которая единственная из всей семьи стала городская и более того, состояла в Коммунистической Партии. У бабы же Дуни вообще никогда не было никакого мнения ни по какому поводу, она всегда была всем совершенно довольная и ей всё вообще нравилось, а у меня мнений было очень дохуя, я к тому моменту прочитал все девятнадцать томов Диккенса, но эти мнения тогда ещё никого не интересовали, что меня чрезвычайно раздражало. Так что я тихо сидел в углу, натирал корку хлеба чесноком и ел его с тёплым молоком.
С тех пор (опять) прошло много-много лет. Я долго пытался найти где-нибудь ту зелёную толстую книжку "Беседы при ясной луне", но так и не нашёл, видимо она там в том времени и осталась. В прошлом году перечитал двухтомник Шукшина - что-то понравилось, что-то показалось слишком пафосным и как бы это сказать, сделанным. Я купил себе дивиди с кинофильмом калина красная и, когда напьюсь совсем пьяный, смотрю его и плачу, потому что этих людей больше никого нет и никогда уже не будет. Мой любимый там момент - это когда Егор Прокудин говорит прокурорше: "Нет, сапоги мне не жмут. У меня другая проблема - ноги очень потеют. А позвольте вам пепелок стряхнуть"
Я не знаю, был ли Шукшин гений или не был, да и какая в жопу разница.
2004-07-25 18:54:00
Тётушка моя, Татьяна Ивановна, относилась к немногочисленной сельской интеллигенции - она преподавала математику в единственной деревенской школе. Муж её, Анатолий, без объяснений повесился в шестьдесят шестом году, так что хозяйство она держала самое минимальное: огород с картошкой, огурешник, кур да порося.
Тётя Таня выписывала множество газет и журналов: математический журнал "Квант", "Огонёк" разумеется, а также толстые литературные журналы - "Новый мир", "Наш современник", "Звезда", "Роман-газета" и ещё что-то. Кроме того Татьяна Ивановна была единственным посетителем деревенского книжного магазина, в котором, впрочем продавалась почему-то исключительно поэзия - видимо некто в областных планирующих органах считал, что именно поэзия особо необходима для деревенской жизни. В частности, кстати, там можно было купить такой чрезвычайно дефицитный в те времена продукт, как двухтомник поэта Евгения Евтушенко. Татьяна Ивановна была однако совершенно равнодушна к поэзии, но зато была большой поклонницей писателей Владимира Солоухина, Виля Липатова и Василия Шукшина.
Вечерами, после того как баба Дуня приносила двухлитровую банку тёплого молока и когда на завалинке сидеть становилось уже невозможно из-за комаров, мы все шли в избу (ударение на первом слоге) и там тётя Таня читала вслух какой-нибудь рассказ. Запомнились рассказы про Алёшу Бесконвойного, про то, как плясал поп и, прости Господи, про то как Владимир Солоухин собирал в лесу не то солёные рыжики, не то иконы. Потом прочитанный рассказ обсуждался. Ну в смысле как обсуждался - обсуждался исключительно с моей матушкой, которая единственная из всей семьи стала городская и более того, состояла в Коммунистической Партии. У бабы же Дуни вообще никогда не было никакого мнения ни по какому поводу, она всегда была всем совершенно довольная и ей всё вообще нравилось, а у меня мнений было очень дохуя, я к тому моменту прочитал все девятнадцать томов Диккенса, но эти мнения тогда ещё никого не интересовали, что меня чрезвычайно раздражало. Так что я тихо сидел в углу, натирал корку хлеба чесноком и ел его с тёплым молоком.
С тех пор (опять) прошло много-много лет. Я долго пытался найти где-нибудь ту зелёную толстую книжку "Беседы при ясной луне", но так и не нашёл, видимо она там в том времени и осталась. В прошлом году перечитал двухтомник Шукшина - что-то понравилось, что-то показалось слишком пафосным и как бы это сказать, сделанным. Я купил себе дивиди с кинофильмом калина красная и, когда напьюсь совсем пьяный, смотрю его и плачу, потому что этих людей больше никого нет и никогда уже не будет. Мой любимый там момент - это когда Егор Прокудин говорит прокурорше: "Нет, сапоги мне не жмут. У меня другая проблема - ноги очень потеют. А позвольте вам пепелок стряхнуть"
Я не знаю, был ли Шукшин гений или не был, да и какая в жопу разница.
2004-07-25 18:54:00
Безотносительно ничего
ЖЖ-юзер массолит, то есть Житинский, иногда любит рассуждать про то, что творчество, извините за это слово Художника (певца, композитора, поэта, не важно) не может рассматриваться в отрыве от его судьбы или называя вещи своими именами, смерти. Ну, грубо говоря, стихи Пушкина не стали бы хуже, если бы его не убили на дуэли, но вряд ли их кто-нибудь помнил бы до сих пор, так же, как мало кто помнит стихи Жуковского, Кукольника или Баратынского.
Я так думаю, что он прав. Читатель (зритель) любит заглянуть на последнюю страницу и узнать, что автор совершенно честно повесился, застрелился или скакал голым по своей клетке. То есть, всё что он написал, нарисовал, спел - всё это была чистая правда. Читателю приятно знать, что Гоголь сошёл с ума, а Лев Толстой умер на безвестном полустанке, что Веня Ерофеев честно помер от рака горла, а Олег Григорьев - от цирроза печени. Настоящий артист обязан умереть на сцене, певец должен дать последнего петуха и рухнуть в зал, Цой должен умереть молодым, а Кобейн - сдохнуть от передоза, тогда все по-правде, по-настоящему. Потому что так правильно.
Ну вот взять писателя Сорокина. Он пишет всё время про говно, но дома у него вряд ли стоят везде тарелочки с этим самым говном. Скорее наоборот - писатель Сорокин наверняка ходит по дому в вишнёвом бархатном халате, курит сигары из деревянного футляра и увлажняет свою бородку не говном вовсе, а дорогостоящей какой-нибудь буржуазной притиркой. Вот если бы зрителю было наверняка известно, что писатель Сорокин поперхнулся ложкой жидкого говна и умер, он бы относился к нему совсем по-другому, а так - дрянь а не Сорокин, наёбка одна и пиздёж. Ну или главный наркоман и порнограф Баян Ширянов - он мало того, что не употребляет наркотиков, он ещё выходит курить на лестницу и не выпивает за один раз более поллитра пива.
Однажды в гостях у Житинского я беседовал с одной известной рок-музыканткой о творчестве певца и композитора Сергея Шнурова. "Да хули там Шнур, - сморщилась рок-музыкантка, - он везде ходит с бутылочкой виски и как-будто из неё всё время отхлёбывает, а на самом деле просто так - прикладывает к губам".
Я вот не понимаю, зачем это нужно делать. Нет, я всё хорошо понимаю про имидж там, хуимидж, бабло, всё такое, но всё равно не понимаю, вот хоть зарежьте.
2004-07-26 16:17:00
ЖЖ-юзер массолит, то есть Житинский, иногда любит рассуждать про то, что творчество, извините за это слово Художника (певца, композитора, поэта, не важно) не может рассматриваться в отрыве от его судьбы или называя вещи своими именами, смерти. Ну, грубо говоря, стихи Пушкина не стали бы хуже, если бы его не убили на дуэли, но вряд ли их кто-нибудь помнил бы до сих пор, так же, как мало кто помнит стихи Жуковского, Кукольника или Баратынского.
Я так думаю, что он прав. Читатель (зритель) любит заглянуть на последнюю страницу и узнать, что автор совершенно честно повесился, застрелился или скакал голым по своей клетке. То есть, всё что он написал, нарисовал, спел - всё это была чистая правда. Читателю приятно знать, что Гоголь сошёл с ума, а Лев Толстой умер на безвестном полустанке, что Веня Ерофеев честно помер от рака горла, а Олег Григорьев - от цирроза печени. Настоящий артист обязан умереть на сцене, певец должен дать последнего петуха и рухнуть в зал, Цой должен умереть молодым, а Кобейн - сдохнуть от передоза, тогда все по-правде, по-настоящему. Потому что так правильно.
Ну вот взять писателя Сорокина. Он пишет всё время про говно, но дома у него вряд ли стоят везде тарелочки с этим самым говном. Скорее наоборот - писатель Сорокин наверняка ходит по дому в вишнёвом бархатном халате, курит сигары из деревянного футляра и увлажняет свою бородку не говном вовсе, а дорогостоящей какой-нибудь буржуазной притиркой. Вот если бы зрителю было наверняка известно, что писатель Сорокин поперхнулся ложкой жидкого говна и умер, он бы относился к нему совсем по-другому, а так - дрянь а не Сорокин, наёбка одна и пиздёж. Ну или главный наркоман и порнограф Баян Ширянов - он мало того, что не употребляет наркотиков, он ещё выходит курить на лестницу и не выпивает за один раз более поллитра пива.
Однажды в гостях у Житинского я беседовал с одной известной рок-музыканткой о творчестве певца и композитора Сергея Шнурова. "Да хули там Шнур, - сморщилась рок-музыкантка, - он везде ходит с бутылочкой виски и как-будто из неё всё время отхлёбывает, а на самом деле просто так - прикладывает к губам".
Я вот не понимаю, зачем это нужно делать. Нет, я всё хорошо понимаю про имидж там, хуимидж, бабло, всё такое, но всё равно не понимаю, вот хоть зарежьте.
2004-07-26 16:17:00
Там говорят Быков избил Дарью Донцову и пытался её потом изнасиловать. Я верю что всё это чистая правда. Я даже подозреваю что добрая старушка решила обелить Быкова. Потому что сказать всего навсего "Вы -- вселенское зло!" и не сказать, что она старая сушёная пизда - это Быков должен был быть очень больной и печальный, а скорее всего старушка это утаила, потому что втайне ему видимо симпатизирует.
Ну а про то что Быков завидует литературной славе Донцовой - про это я даже и не сомневаюсь. Я совершенно уверен, что он мечтает написать роман не о глупой какой-нибудь реформе правописания, а про то, как запечь курицу в духовке при помощи повареной соли, и он иногда его пишет, но у него ничего не получается, потому что ему всё время мешают Пастернак с Мандельштамом, которые лезут ему в голову и галдят.
Кстати сказать, Осип Эмильевич в своей статье о прозе Чарльза Дарвина высказывался как раз в пользу Дарьи Донцовой. То есть он очень приветствовал то, что Чарльз Дарвин в своём сочинении о происхождении видов обращался скорее не к учёным коллегам, а к простому незатейливому читателю, относясь к нему со вниманием и без высокомерия, даже если он не читал Пастернака.
Если же говорить обо мне (а причём тут я? я всегда причём) то я мало того, что очень завидую Дарье Донцовой, но ещё хуже того завидую Быкову за неестественную его продуктивность и умение за один день успеть попасть во все места в которые нужно попасть. Да я вообще всем завидую. В своё время я даже завидовал Робинзону Крузо за то что у него есть такой попугай, который кричит утром: "Бедный, бедный Робин! Почему ты здесь? Как ты сюда попал?" А у меня такого попугая нет.
Впрочем про попугая я уже где-то писал.
2004-07-28 21:33:00
Ну а про то что Быков завидует литературной славе Донцовой - про это я даже и не сомневаюсь. Я совершенно уверен, что он мечтает написать роман не о глупой какой-нибудь реформе правописания, а про то, как запечь курицу в духовке при помощи повареной соли, и он иногда его пишет, но у него ничего не получается, потому что ему всё время мешают Пастернак с Мандельштамом, которые лезут ему в голову и галдят.
Кстати сказать, Осип Эмильевич в своей статье о прозе Чарльза Дарвина высказывался как раз в пользу Дарьи Донцовой. То есть он очень приветствовал то, что Чарльз Дарвин в своём сочинении о происхождении видов обращался скорее не к учёным коллегам, а к простому незатейливому читателю, относясь к нему со вниманием и без высокомерия, даже если он не читал Пастернака.
Если же говорить обо мне (а причём тут я? я всегда причём) то я мало того, что очень завидую Дарье Донцовой, но ещё хуже того завидую Быкову за неестественную его продуктивность и умение за один день успеть попасть во все места в которые нужно попасть. Да я вообще всем завидую. В своё время я даже завидовал Робинзону Крузо за то что у него есть такой попугай, который кричит утром: "Бедный, бедный Робин! Почему ты здесь? Как ты сюда попал?" А у меня такого попугая нет.
Впрочем про попугая я уже где-то писал.
2004-07-28 21:33:00
Банк лопнул
Затея моя с тем, чтобы торговать своими книжками и на этом озолотиться, естественным образом накрылась сами знаете чем. В конечном итоге я, разумеется совершенно запутался, кому чего послал, кому не послал, какие-то книжки вернулись - и что с ними делать? В общем, я впал в ступор и почувствовал себя мерзавцем и жуликом.
И следует честно признать, что идея изначально была совершенно идиотская. Экслера из меня не получилось.
Так что, увы, контора закрывается, все расходятся по домам.
В связи с этим:
ОЧЕНЬ ПРОШУ тех, кто мне отправлял деньги, но так до сих пор и не получил книг, написать мне на адрес, указанный у меня в юзеринфо или же непосредственно на димкин - жывотная - gmail - точка - com.
Я, по вашему выбору либо вышлю книжки, либо верну деньги. Остальные заказы, к сожалению, аннулируются.
Приношу всем глубочайшие извинения и готов ещё раз принести их каждому в отдельности.
Хотя с другой стороны, если кому-то нужно сразу книжек десять, там, сто или тысячу, то всегда можно как-то договориться. Но по одной - нет, это оказалось выше моих способностей.
2004-07-29 16:25:00
Затея моя с тем, чтобы торговать своими книжками и на этом озолотиться, естественным образом накрылась сами знаете чем. В конечном итоге я, разумеется совершенно запутался, кому чего послал, кому не послал, какие-то книжки вернулись - и что с ними делать? В общем, я впал в ступор и почувствовал себя мерзавцем и жуликом.
И следует честно признать, что идея изначально была совершенно идиотская. Экслера из меня не получилось.
Так что, увы, контора закрывается, все расходятся по домам.
В связи с этим:
ОЧЕНЬ ПРОШУ тех, кто мне отправлял деньги, но так до сих пор и не получил книг, написать мне на адрес, указанный у меня в юзеринфо или же непосредственно на димкин - жывотная - gmail - точка - com.
Я, по вашему выбору либо вышлю книжки, либо верну деньги. Остальные заказы, к сожалению, аннулируются.
Приношу всем глубочайшие извинения и готов ещё раз принести их каждому в отдельности.
Хотя с другой стороны, если кому-то нужно сразу книжек десять, там, сто или тысячу, то всегда можно как-то договориться. Но по одной - нет, это оказалось выше моих способностей.
2004-07-29 16:25:00