Боже, я ревную, ревную, ревную, я зла как черт, готова разорвать его на части, но я ревную, черт возьми, madre de Dios, God damn, and it’s quite obvious!
А если спокойнее, то случилось всего-навсего вот что: была дискотека, и во время последнего танца я оказалась рядом с Андреем, и вот, еще мгновение, и я ему скажу: «Андрей, ну пожалуйста, пошли потанцуем!» Но вот момент упущен и его уже за рукав тянет Женька О., и он идет, madre de Dios, идет!!!

Проклятье!

Я больше не могу без Оськи!!!!!!!!!!

1.11.91, Мария Коган, 14 лет, школьница

Были с Танькой на Gone with the wind. Это неподражаемо. Надо не забыть после каникул дать Таньке книжку. Да и самой надо прочитать очередной раз.
Поскорей бы пришло письмо от Оськи! О боже, боже!..

Завтра идем в театр Сатиры на некоего «Малыша и Карлсона». Что это за зверь — там видно будет.

2.11.91, Мария Коган, 14 лет, школьница

Что ни вечер, по телевизору непременная реклама: симпатичная девушка в халатике со словами: «Зачем мне брать два флакона, я просто беру ВИДАЛЬ-САССУН, мою голову и иду!» А следом – уже без девушки! – «ВИДАЛЬ-САССУН – салон-шампунь и кондиционер в одном флаконе».

И так каждый вечер между программой «Время» – как она теперь, кстати, называется? – и выпуском новостей «600 секунд». И никуда не спрячешься от этой рекламы, не выключишь телевизор, в каждой петербургской квартире гремит по вечерам: «САЛОН-ШАМПУНЬ И КОНДИЦИОНЕР В ОДНОМ ФЛАКОНЕ!»

Правда, противоядие сыскалось-таки…

Уже гуляет по городу анекдот: «Зачем мне шампунь и кондиционер в одном флаконе? Я просто беру шампунь, пью его и иду!»

Это к нашей убогой действительности ближе получается…

2 ноября 1991, Николай Коняев, 42 года, секретарь Правления Союза писателей России

Сегодня у булочной на Кутузов. пр. видел очередь — огромную, как за водкой. Такое я помню только в военные и первые послевоенные годы, когда женщинам ставили номера на ладони — так и сейчас. Подобное, говорят, происходит с маслом, молоком и т.д. Убеждали, что это от паники, а вовсе не от голода, но последствия могут быть жуткими.

2 ноября 1991, Сергей Семанов, 57 лет, историк, публицист, главный редактор журнала «Человек и закон»

Б.Н. Ельцин заявил о возможности создания Госбанка России на базе Госбанка СССР. При этом вся валюта, золото перейдут в собственность России. Если это произойдет, что вообще останется в ведении Союза?
Установили новую розничную цену на «ЗП» — 25 копеек. Это — вынужденная мера. Даже не верится, что еще два года назад наша газета в почтовых киосках стоила в розницу три копейки.

Булат Ахметов прислал заметку из Экибастуза — о том, как шахтеры штурмом брали сберкассу. Накануне уже с неделю люди занимали очередь в сберкассы, но многим денег всякий раз не хватало. Дело еще и в том, что несколько месяцев назад зарплату работникам «Экибастузугля» повысили в полтора раза, а 70 процентов ее они получают через сберкассу. «Налички» обычно хватало на два-три часа работы...

И вот в один из дней доведенная до отчаяния толпа в две сотни человек с криком «Давай деньги!» бросилась на кассиров. Сначала в них полетели старые фуфайки, ботинки и сапоги. Затем, поднатужившись, толпа смела на своем пути металлические барьеры, стала бить стекла, ломать двери... Бросившиеся на выручку кассирам инкассаторы были избиты разъяренными людьми. Ничего не смогли сделать и три наряда милиции, прибывшие на место погрома. Люди плотным кольцом окружили кассу и отказывались уходить без денег. Члены исполкома горсовета, приехавшие для того, чтобы разрядить обстановку, вынуждены были обмениваться записками с персоналом сберкассы. Снять напряжение удалось только после того, как привезли очередную партию наличности. Мешки с деньгами инкассаторы заносили в помещение, с трудом проталкиваясь сквозь толпу.

На этот раз деньги выдали всем.

24.10.1991, Юрий Поминов, 38 лет, главный редактор павлодарской областной газеты «Звезда Прииртышья»

Эти дни, наверное, наконец-то все-таки решающие. Проснувшийся и проспавшийся, как следует попивший в отпуску Ельцин показал себя в полном объеме. И этого следовало ожидать... Только М. С. не ожидал... все думал, на уговорах и «хорошем отношении» можно его «канализировать», как он любит выражаться.

Доклад Ельцина на Съезде РСФСР — это, конечно, прорыв к новой стране, к новому обществу. Хотя все идеи и все замыслы выхода именно «к этому» заложены в «философии» горбачевской перестройки. Но сам он не сумел вовремя порвать со своими привычками, хотя и не раз признавался: «все мы из прошлого»... Но увы! Не у всех хватило силы порвать с ним до конца, а главное — вовремя!

Ельцин, порвав, окружил себя людьми разных мотиваций — карьеристами, нахалами, прохвостами, искренними демократами, настоящими интеллигентами, умелыми администралами, новыми хозяйственниками и старыми тоже, но перестроившимися — и сумел их употребить на разрыв с эпохой 1917 года окончательно.

Его доклад это: грудь в крестах или голова в кустах. Но в России всегда так делались большие дела. М. С. дальше Мирабо не пошел. Этот выйдет в Наполеоны, перешагнув через дантонизм, робеспьеризм, барассизм и даже «бешеных»...

Он бросил народу надежду... Это признак харизмы, при всей примитивности его как личности... Как личность — он посредственность и серость, но как «вождь» в данной конкретной ситуации — он то, что надо.

3.11.1991, Анатолий Черняев, 70 лет, помощник Горбачева М.С.

В стране сложилась революционная ситуация – женщины в очереди говорят о политике. В Москве цены: 10 шт. яиц – 8 руб., лимон (на базаре) 1 шт. – 10 руб. Тетя Шура посылает в Москву родственникам продуктовую посылку.

3.11.1991, Аноним "Веткин", 21 год, Казань

Л.М. Леонов с большой тревогой рассматривает итоги V Внеочередного Съезда народных депутатов РСФСР, закончившегося вчера вечером. Б.Н. Ельцин получил от Съезда высшие полномочия. Теперь в его руках сосредоточена власть и Президента, и главы Совета министров РСФСР (пост Предсовмина РСФСР остался вакантным). Сумеет ли Ельцин быть столь же мудрым и дальновидным, сколь мужественным и решительным?

По мнению Леонова, Съезд не ответил на один из главных вопросов: как надежно защитить Россию и русских от рваческих тенденций бывших союзных республик, ставших суверенными государствами?

03.11.91, Владимир Десятников, 60 лет, художник, писатель

Были в театре Сатиры, этот «Малыш и Карлсон», извините за выражение, дерьмо. Комментариев не прилагаю.
После первого действия ушли в «Пингвин», я съела 5 мороженых, потом поехали к Кыре, смотрели «Европейские каникулы». Так, ничего, но я не привыкла к столь свободной американской речи, снабжаемой столь «изысканными» словечками.

Дома нашла кусок от папиного авиабилета до Copenhagen’а.

Все остальное — tristes, miserable et ordinarie.

Да, еще. Во вторник на музыку к 2:15.

3.11.91, Мария Коган, 14 лет, школьница

Имение Джаружа Буша попало в эпицентр наводнения, которое принес ураган. Всего в имении 3-хэтажном 26 комнат. 1-ый этаж смыло водой. Страховка 2,5 млн. Не хватит на ремонт.

Некоторые политики считают правительство Ельцина самоубийцами. Почему Верх. Совет дал согласие на расширение прав президента. Ответ: чтобы снять с себя ответственность.

04.11.91, Л. Лякишева, 53 года, москвичка, пенсионерка

Не время сейчас летать. Не время преодолевать пространства гигантской нищей страны за куском мокрой московской колбасы. Надо сидеть на месте и производить, производить, изворачиваться в местных условиях, из местных ресурсов, пусть хоть лапти плести — но свои, но плести!

Наш край отправляет брус на Украину за подсолнечное масло. Мы рубим кедр на брус, а кедровое масло в сто раз ценнее подсолнечного.

Страна тысячу раз дураков. Проклятая богом и людьми, и уже разваливающаяся на дымящиеся ненавистью обломки.

Страна пришла. Но это не Маркс и не Ленин виноваты, не-е-е. Это демократы и деструктивные элементы.

И партии, партии, партийки… Но ты сам мечтал об этом. Переживи. А чтоб стресс не заводился — в баньку.

4.11.91, Василий Ершов, 47 лет, пилот гражданской авиации, писатель

Dies ordinaries et tristes. Ездили по магазинам.

4.11.91, Мария Коган, 14 лет, школьница

Вчера был Госсовет. Взволнованная вводная речь Горбачева «о текущем, тяжелейшем моменте», но главы суверенных государств (бывших союзных республик) отказались ее обсуждать... Он их настойчиво призывал к обмену мнениями и к «совместной работе»... Отмалчивались... А Ельцин, опоздавший на 15 минут, грубо потребовал «идти по повестке дня».

Повестка дня включала вопрос об исполнении Экономического соглашения, по которому ничего не делается... Меморандум о внешних долгах, на который М. С. всем ссылался в Мадриде и в Латче, оказался подписанным лишь наполовину... Муталибов и Каримов заявили, что не они должны платить, а им еще Центр должен заплатить... И как Явлинский их ни призывал не следовать большевикам 1917 года, заявившим, что царь брал долги, пусть и платит, — не вняли...

Упразднено около 80-ти союзных министерств. Около 50 000 чиновников в одной только Москве к 15 ноября — на улице.

Геращенко сегодня закрыл счета (вслед за студентами и профессорами университетов) государственным чиновникам. Я, например, сегодня зарплаты уже не получил.

Горбачеву на закрытой части Госсовета удалось отстоять МИД (не в 10 раз сократить, по Ельцину, а на ⅓), МВД и единые Вооруженные силы. По МИДу, наверное, подействовала его информация о позиции Буша, Гонсалеса, Миттерана. Сегодня в этом же духе я дал сообщение в ТАСС о «желании Запада» иметь дело с Союзом и об ужасе перед требованием упразднить МИД.

Сегодня мы (я, Игнатенко, Грачев) уговорили, наконец, М. С. дать интервью Би-Би-Си Маше Слоним — к серии «Вторая русская революция». Он был великолепен. Говорил 1,5 часа... Ярок, определенен, красноречив, глубок, искренен, не сорвался ни в языке, ни в оценках — даже Лигачева и Ельцина. Поразительно. Мы потом его очень хвалили и даже выпили за это джину.

Но сразу после этого Турбин (генеральный прокурор) сообщил ему, что какой-то юрист из бывшего КГБ возбудил против него уголовное дело по статье 64 — за измену Родине: отторжение территорий (Латвия, Литва, Эстония). Он весь растерянный хватался за трубку, хотел звонить — одному, другому: остановить «Правду», где это собрались печатать, запретить, рассыпать набор, предупредить... Словом, — из него лез Генсек: как осмелились! Не будь нас втроем рядом — быть беде... Мы — в один голос: это же сюжет для раздела «рога и копыта» в юмористическом журнале. Он успокоился, поехал лечить зубы.

5.11.1991, Анатолий Черняев, 70 лет, помощник Горбачева М.С.

Торговали картинами из музеев, продавали их американским банкирам: Рокфеллеру, Хаммеру, Дюпону, еще кому-то в этом духе.
Сейчас торгуют людьми. В прямом смысле слова, без всякой аллегории. Специальные торговые агенты, под видом конкурсов красоты, собирают женщин (главным образом русских) для морганатических забав людей относительно богатых и среднего достатка. Так это афишируется. Для публичных домов, стриптиза и разнообразного разврата. От русских девиц — отбоя нет! Десятки, сотни охочих продаться. Тургеневские девушки.

Россия медленно зрела до рассвета, а погибает стремительно.

5 ноября 1991, Георгий Свиридов, 75 лет, композитор, пианист, общественный деятель

Все ждут либерализации цен правда они сами собой, без «добро» Верх. Совета «отпускаются».
Я привезла 6 кг. сахара. Отоварила Св. Тихонова в своей п-ке. Хлеба в магазинах нет. Стоят очереди, ожидая.

Ольга закончила «Пролог». Довольна. И вся в воспоминаниях! Бабулька с «Пролога» оказалась преподавателем ВУЗа, физ.химии Ольга аж ахнула там.

Все дни за Олей ездила Лиля и приезжали они вместе (с провожатыми) около часу ночи.

По 500 р дали п-ке всем — 1.XI

На повышение цен.

Зарплата 631 р (премия 250р из них)

05.11.91, Л. Лякишева, 53 года, москвичка

5 ноября. Телефонный звонок. Президент подписал указ: первый вице-премьер — Г.Бурбулис, вице-премьер, министр экономики и финансов — Е.Гайдар, вице-премьер, министр труда и социальной защиты — А.Шохин. То, что это должно было случиться, я чувствовал, и все же сообщение грянуло, как гром, разом отделив все, что было в жизни до того, от неведомого будущего. Из советника я превратился в человека, принимающего решения. И теперь тяжесть ответственности за страну, за спасение ее гибнущей экономики, а значит, и за жизнь и судьбы миллионов людей легла на мои плечи.Прежде чем отправиться в Архангельское, где меня ждала моя команда — будущие министры и их заместители, — заскочил домой. Маша была встревожена, у сына высокая температура, он тяжело дышит, почти задыхается, велено поставить банки, а медсестры нет. Первое, что мне довелось совершить, став министром и вице-премьером, — это поставить банки своему годовалому сыну.

1975, Егор Гайдар

Мама с мелюзгой уехала в деревню, папа с бабеттой в госпиталь, а я уехала на музыку.

5.11.91, Мария Коган, 14 лет, школьница

Вчера в Питер прибыл великий князь Владимир Кириллович (во какая фраза!). Но, как ни странно, TV почти не упомянули об этом. Только в вечернем ТСН показали отрывок длиной несколько секунд, как князь выходит из самолета. По TV: собираются продать на аукционе тело Ленина, начальная цена 15 млн. В магазинах в Казани пропал хлеб. Я успел купить буханку и насушить сухарей.

6.11.1991, Аноним "Веткин", 21 год, Казань

Тянутся по небу тучи тяжелые, Мрачно и сыро вокруг.
Плача, деревья качаются голые. Не просыпайся, мой друг!
Не разгоняй сновиденья веселые, Не размыкай своих глаз.
Сны беззаботные, Сны мимолетные Снятся лишь раз.
Счастлив, кто спит, кому в осень холодную Грезятся ласки весны.

Недельного «заказа» не обещали, так что я домой не поехала. Приехал Борис. Ходил за хлебом. Стоял в очереди за хлебом и за мукой. Кроме муки, Боря принес 4 банки сайры по 8 руб.

По всей Москве очереди за хлебом, люди стоят по два—три часа. После заявления мэра Москвы Гаврилы Попова о введении карточек с 1 декабря и об открытии коммерческих магазинов, и последующей «либерализации цен», все кинулись на приступ! А что уж взять—то было?! — Пусто. По карточкам и по твёрдым ценам будут давать хлеб, масло сливочное, масло растительное, сахар, мясо, яйца. Все обрадовались — мол, можно будет всё это получить теперь! Как же! На сахар давно талоны, а как его получают?

06.11.1991, Татьяна Коробьина, 80 лет, заслуженная учительница РСФСР

6.X1.91 г. президентом России Ельциным подписан указ о прекращении деятельности КПСС и КП РСФСР на территории РСФСР.
Не хочется верить всему, что творится. Идет все к возврату в капитализм. Похоже наша жизнь прошла вся даром: родились при капитализме и, очевидно, умереть придется при капитализме. За что же десятки миллионов человеческих жертв?

Про себя решил: больше ни в какую партию не вступать. Мне кажется вообще надо наживать жизнь без партий. Нужно строить жизнь законно-правовую, на основе избранного демократически народного парламента и создания институтов по разработке оптимально перспективной политики и социального развития, которые обсуждались бы и утверждались народным парламентом при широкой гласности.

Душевное состояние от всей сумятицы и хаоса в стране такое, что иногда хочется забыться.

Читаю Английского поэта Джона Китса, в переводе и вот одно из его стихотворений отражает такое настроение.

“Исчезну, растворюсь в лесной глуши
И позабуду в благодатной мгле
Усталость, скорбь, напрасный жар души-
Все, что томит живущих на земле,
Где пожинает смерть посев людской
И даже юным не дает пощады,
Где думать значит взоры отравлять
Свинцовою тоской,
Где красота– всего лишь миг сиять,
Любви, родившись, гибнуть без отрады".

6 ноября 1991, Рылов Зот, 77 лет, пенсионер

6 ноября, наконец, я дозвонился до президента СССР. Попросил разрешения зайти.
— Но я же подписал распоряжение о твоем назначении, — сказал Горбачев.

— Попрощаться хочу, — сказал я.

— Если успеешь в пять минут — заходи, а то у меня официальная встреча, — согласился Горбачев.

Через пять минут я был у него.

Он встретил меня, стоя посреди кабинета, где кроме нас был еще мой давний товарищ Андрей Грачев, пресс-секретарь президента. Я поблагодарил Горбачева за поддержку предложений «Известий» и без всяких дипломатических предисловий спросил, почему он не принимает Нишанова.

— А что я ему предложу? — недовольно спросил президент. — Куда его назначить? Ему 64 года, где я его пристрою?

— Ну, если вы считаете, что он должен пойти на пенсию, то примите его и прямо скажите. А может, он еще как-то пригодится. Ведь за ним — немалые связи в среднеазиатских республиках. Они могут не любить Нишанова, но обязательно обидятся за него.

— Да приму, приму я Нишанова, — сказал Горбачев. — А ты создай мне газету, чтобы хоть кто-то поддерживал президента, а то даже твои «Известия» перестали сообщать о самых принципиальных моих встречах.

Я обещал, что постараюсь сделать это.

Ни Горбачев, ни я не знали тогда, что скоро ему не потребуется газета, а у меня не будет возможности ничего серьезного в этом плане создать…

После этого я приезжал в Кремль только на заседания Верховного Совета. Все более отчетливо было видно, как на глазах тает власть президента СССР, уменьшается его влияние, все более призрачным становится сам институт союзного президентства. В Кремль все еще приезжали послы иностранных государств, мы спорили по поводу формулировок различных союзных законов, пять ЗИЛов президента регулярно тревожили седую тишину кремлевских соборов и площадей… Но… Союз ССР — странное образование, вместившее «двунадесять язык и народов», завершало свое существование, а человек, который больше всех сделал для этого, не узнавал плоды своих усилий.

06.11.91, Иван Лаптев, главный редактор «Известий», председатель Совета Союза Верховного Совета СССР