– Я никому не позволю обидеть
тебя, Ламботт, – шепчет он мне на ухо.
– Слышишь? – повторяет он напряженно. – Я хочу, чтобы ты запомнила. Я не позволю никому, никому, – обидеть тебя.
– Верь мне, – цедит Уильям. – Верь, Селин.
– Верю.

– Конечно, стипендиатки точно не в твоем вкусе, – вторю я его шепоту. – Тебе не нужно придумывать для меня глупые оправдания.
– Я не нужен тебе.
– Почему?
– Потому что я несу лишь смерть и боль, – произносит он, и отчаяние, с которым сказаны эти слова, леденит душу.

«Мы все живём под одним небом, но у всех нас разные горизонты»

Они встретились совсем случайно
Их общие друзья, Нью - Берн и
Ее невероятно изумрудные глаза
Все завертелось слишком быстро
Встречаясь каждый день,
Они стали совсем неразлучны.
Они учили новому друг друга,
То рыбку удить, то прогуляться в лес
Она ему основы вальса показала
Они вальсировали лучше всех.
Один из летних вечеров и тот заброшенный домишко
"Когда нибудь его куплю и будем жить мы там с тобой"
3 месяца иссякли быстро.
Лето закончилось и ей пришлось уехать.
Они расстались, думая что ещё встретится когда то но..
Прошло 13 лет. И он купил тот дом, что обещал.
Купил, но только он теперь один.
Она пропала. На письма ничего не отвечала.
Он столько ей писал, а она все молчала..

На самом деле ничто не потеряно,
Да и как может быть потеряно
Рождение, или душа, или мысль
Ничто не пропадает в этом мире,
Ни жизнь, ни сила, ни все остальное...
А тело старое, дряхлое, слабое, всего лишь угли давнегокостра...
когда-нибудь он запылает вновь

Если бы не мои дневники, я был бы готов поклясться, что прожил не больше половины моей реальной жизни. Огромные куски биографии просто испарились из памяти. Иногда, перелистывая страницы дневников, я гадаю, куда делся человек, который их написал, потому что совершенно не помню тех событий. Удивительно, куда они все исчезли?

Бывало, что первая любовь меняет всю твою жизнь. Ее не забудешь, как ни старайся. Та девушка стала твоей первой любовью и, что ни делай, останется с тобой навсегда