Глаза никогда не врут. Они покажут и расскажут, что у человека в душе, лучше, ярче всяких слов.

– Преподашь мне урок? – приникаю я к нему всем телом, утопая в исходящем от него жаре.
– А ты нуждаешься? – И вновь издевательский тон.
– Да… только не по истории.
– Какой предмет тебя сейчас интересует, Ламботт? – Его глаза сверкают темным блеском, мышцы под моими прикосновениями напряжены.
– Нежность, – шепчу я ему на ухо и целую мягкую кожу на шее.

Оставьте мечты для бесхребетных, себе ставьте лишь цель

Профессор непонимающе моргает и затем всматривается в первую парту. Мне интересно, насколько странно мы смотримся со стороны. Этьен Гойар, Бенджамин Шнайдер, Уильям Маунтбеттен и я – стипендиатка Селин Ламботт. Я здесь явно лишняя… Маленькая стипендиатка в списке аристократов.

– Ты боишься проиграть.
– Мы не играем, Ламботт.
– Тогда почему у меня ощущение, что я уже выиграла, Маунтбеттен? – приподнимаю я бровь и сладко улыбаюсь.
– Черт! – Он качает головой и нервным движением взъерошивает волосы.
– Что такое?
– Твоя улыбка. – Он кладет ладонь мне на лицо и большим пальцем аккуратно ведет вдоль нижней губы. – Кажется, ублюдок Шнайдер был прав. Я впервые ее вижу.
– Это всего лишь улыбка.
– Тогда почему у меня ощущение, что ты подарила мне нечто очень ценное?