Podlodka Soft Skills Crew — сезон про умение ошибаться. Ошибки бывают у всех — от джунов до CTO. Но мы редко задумываемся, что именно в них и есть потенциал для роста.

С 24 по 28 ноября Podlodka Crew проведёт новый сезон конференции Soft Skills Crew: о том, как перестать бояться ошибок, признавать их спокойно и использовать на пользу себе и команде.

📌 В программе:

• Баги в голове: когнитивные искажения, которые мешают учиться на ошибках (Никита Ульшин, Positive Technologies)

• Как решиться на изменения: страх ошибок и рациональное мышление (Ольга Чадулина)

• Факап в одну строку кода: реальный кейс Сбера и уроки из него (Георгий Рыпалов, Сбер)

• Мастерство обратной связи: как говорить о промахах, чтобы это развивало (Роман Галимов)

💡Все сессии насыщены практикой, советами и живыми историями.
🗓24–28 ноября — https://podlodka.io/softskillscrew

Что такое ментальные модели? Некоторые старые заметки

Пожалуй, ментальные модели - одна одной из наиболее широко обсуждаемых идей в интерфейсах и HCI. А вместе с обширной исследовательской литературой, даже дизайнерские руководства по стилю обращались к ментальным моделям.

Вопрос непростой: вообще понятие ментальной модели в когнитивной психологии традиционно использовалось в области теории аргументации или понимания текста. Немного истории: первым о ментальных моделях заговорил Кеннет Крейк в 1943 году в книге «Природа объяснения». Вскоре после этого Крейк погиб в аварии, и понятие на многие годы было забыто.

Основная идея заключается в том, что все содержание знаний людей, включая их теории и убеждения, может стать важной объяснительной концепцией для понимания поведения пользователей по отношению к компьютерным системам. Эта идея может показаться очевидной, но на самом деле она предлагает исследовательские вопросы, которые идут вразрез с самой современной когнитивной психологией. Когнитивисты были долгое время сосредоточены на архитектуре, но не над содержанием, что привело в 80-ые годы к буму работ о «фолксономиях» и «народных» науках, типа «народной физики» — наивным представлениям о механике или электричестве.

Я приведу одно очень простое, но элегантное исследование за авторством Пейна, которое, кажется, стало хрестоматийным. «A descriptive study of mental model» 1991 года.

Итак,респондентов-студентов опрашивают о устройстве банкоматов и, кроме основных вопросов, им задают вопросы «а что если», чтобы раскрыть их представления о технологиях и функционировании. Например, студентов спрашивают какую информацию хранит банковская карта или что произойдет, если они будут совершать операции быстрее, чем предусмотрено инструкциями на экране банкомата. Некоторые студенты говорили, карта записывает и считывает информацию во время транзакций и каждый раз кодирует информацию о счете заново. Другие полагали, что единственной информацией на карте был личный номер пользователя, позволяющий машине проверять личность пользователя.

Оба этих представления неверны(см. «процессинг» в Википедии). Вывод состоит в том, что пользователи стремятся формировать объяснительные модели и с готовностью перейдут за пределы данных, чтобы создать свое собственное представление о работе машины.

Важно: респонденты знали принцип работы той или иной части механизма, но в целом делали из знания деталей неверный общий вывод о работе целого. Почти все респонденты полагали, что банкомат не будет обрабатывать запрос, если печатать слишком быстро и обгонять инструкции на экране, что косвенно намекает на парадигмальную роль чтения и текстов в обработке информации.

И тут есть два фундаментальных вопроса: 1)Как приобретаются ментальные модели? и 2) Как мы можем обучать ментальным моделям пользователей?

Круто. Эргономика как проектирование политических процессов - в конечном итоге, речь идет о машинах для голосования, которые сильно распространены в последние электоральные циклы.

Из предисловия:

Свободные, честные и безопасные выборы – основа демократии. Однако идея голосования проста, а вот его реализация сложна. В США более 3000 округов, представляющих 10 000 избирательных юрисдикций с различными законами, демографическими показателями, логистикой и уровнями интеграции технологий. Существует множество нерешённых задач, которые эксперты в области человеческого фактора могут напрямую решить, например, проектирование с целью обеспечения максимальной доступности и безопасности, повышение уровня подготовки сотрудников избирательных комиссий и минимизация ошибок. Сейчас самое время включиться в эту динамичную и перспективную область прикладных исследований, поскольку обеспечение честности выборов никогда не было столь важным.

https://journals.sagepub.com/home/ERG

Набор оптических иллюзий от Michael Bach, специалиста в области иллюзий и зрительных образов

https://michaelbach.de/ot/

Интересно тут то, что реализована каждая иллюзия средствами хтмл, те можно в динамике посмотреть прямо в браузере, бегунки доступны для регуляции движения - достаточно редко такое видел. Прямое управление скоростью и потоком визуальных образов дает возможность прекратить или возобновить эффект визуальной иллюзии.

Большая часть коллекций и книг по иллюзиям это просто скриншоты, ну и книги типа Оксфордского комендиума не такие залипательные

Тем временем, прошел первый семинар CogErg+UX

Не знаю насколько он получился удачным или неудачным, тем не менее, есть несколько вещей на которые стоит обратить внимание из моей речи и обсуждений, краткое содержание

1. Историческое отделение Нормана и Нильсена от когнитивной инженерии, появление новых методов исследований и классификации знаний, стали частью того, что потом назовут юзабилити. Проблема в том, что начался новый цикл и темы юзабилити и эргономики опять сомкнулись - и из-за появление новых технологий, и из-за кризиса старых методов.
2. Эмпатии, персоны, JBTD и другие классические инструменты из ассортимента в описании вакансии UX-исследователя, скажу осторожно, возможно, утратили перформативную и аргументативную силу. Нет системы знаний.
3. Кстати, лакуны методов Нильсена никуда не делись - почему-то нет новых эвристик на основании нового факторного анализа ошибок, сам Норман уже чаще критикует себя в молодости.
4. UX-театр - деградация области знаний, иллюзия человекоориентированности в компаниях
5. Специфика русского бизнеса

Старые методы связанные с психотехниками СССР и Германии, военные исследования, исследования педагогики взрослых - инструкционный дизайн.
Возврат к тейлоризму - появление Development Experience
Проблема автоматизации - "ирония автоматизации" как методологическая проблема
Смещение фокуса на знания, навыки и экспертные скрытые знания респондентов в качественных глубинных интервью (сигналы)
Походя: а еще есть классификации human error

Разбор ACTA как прикладного метода когнитивного анализа задач - проблемы слишком эмерджентности ответов, к сожалению, но ключевой момент - фокус на tacit knowledge

Если хотите принять участие в следующем семинаре и/или выступить со своей темой по очерченному или иному кругу тем - пишите в личку для докладов @lilalogos, а для участия - https://forms.yandex.ru/cloud/68e54d2cd046883ca84c2d9e

Спасибо всем участникам! За презентацию и подготовку спасибо Ане

Исследования экспертного принятия решений: психологические, социологические и другие перспективы на природу экспертных знаний в Оксфордском руководстве по экспертным знаниям и экспертизе:
The Oxford Handbook of Expertise had its origins in conversations within and between the self-organizing community of scholars engaged in the development of the field of Naturalistic Decision Making and primarily as a response to a shared observation that our wealth of research on expertise needed to be creatively collated in one place.

Занятно выглядит последняя глава “War” on Expertise: Five Communities that Seek to Discredit Experts от Шнейдермана (он придумал, например, дизайн-системы): современная теория принятия решений, практики основанные на очевидности, социология, компьютер сцайнс и исследования искажений - подорвали саму концепцию экспертов

Визуализация звука

В 1777 году немецкий физик Эрнст Хладни, которого впоследствии назовут «отцом акустики», придумал эксперимент, который произвел революцию в нашем понимании звука. Поместив песчинки на тонкую металлическую пластину и проведя по одному краю смычком, Хладни с удивлением наблюдал, как песок плясал и колебался, образуя удивительные фигуры – все идеально ровные и симметричные, но меняющие свою форму в зависимости от того, как используется смычок.

В своей красоте и сложности эти фигуры (которые сам физик проницательно называл «фигурами Хладни»), казалось, были созданы невидимыми руками. В одном простом и изящном эксперименте звук стал видимым. Наконец-то было получено убедительное доказательство того, что звук возникает не из-за образования мельчайших частиц вещества в воздухе, как утверждали ведущие теоретики XVII и XVIII веков, а в результате колебаний волн. В то время как более ранние утверждения о волновых свойствах звука (которые, по сути, восходят к «Физике» Аристотеля) были по большей части проигнорированы, эксперимент Хладни предоставил неоспоримое доказательство того, что звук порождается волнами, способными распространяться как в воздухе, так и в веществе. Остроумная демонстрация Хладни также показала, что звук можно наблюдать множеством новых способов, и он больше не будет принадлежать невидимому эфиру.

Более того, этот эксперимент легко мог повторить любой, кто мог раздобыть медную пластину, смычок и немного песка. Более того, он был настолько широко воспроизводим, что в 1901 году Анни Безант и Чарльз Лидбеттер в своём замечательном (и совершенно странном) теософском исследовании «Мыслеформы» написали, что фигуры Хладни «уже знакомы каждому студенту, изучающему акустику», и «постоянно воспроизводятся в каждой физической лаборатории»

19 век во многом был веком звука и экспериментов со звуком
https://publicdomainreview.org/essay/science-of-sound/