⚡️В ходе вооруженного нападения на Дербент и Махачкалу погибли 5 сотрудников полиции, еще 9 получили ранения – источник 112.

В Дагестане введен план "Перехват", преступников ищут.

СКУЛЬПТУРА ОЛЕНЯ-ГИГАНТА ПОЯВИЛАСЬ В «ЛИМПОПО»!

Друзья, все помнят строчку из песни о том, как «осенью, в дождливый серый день, проскакал по городу олень»? Пусть не осенью, а ярким солнечным днем, в нижегородский зоопарк «прискакал» и благополучно остался на радость нашим посетителям самый настоящий олень-гигант!🦌
Новый арт-объект установлен на второй территории нижегородской страны птиц и зверей🤗 Уникальность скульптуры заключается в том, что сделана она из самых настоящих оленьих рогов!💯 Материалом для нового арт-объекта с нами с радостью поделились многочисленные представители семейства оленевых, проживающие в зоопарке «Лимпопо», а именно олень Давида, европейские лани, северные олени и марал, ежегодно сбрасывающие свои рога😉Высота нового арт-объекта превышает 2,5 метра, а вес равен 700 кг❗️
Так что теперь друзья, у вас есть еще один повод побывать в «Лимпопо» и сделать эффектное фото на память с символом нашего города👍
Ждем в гости!

80 лет, назад, 1 июля 1944 года, умерла Таня Савичева. Дневник двенадцатилетней девочки стал одним из самых ярких символов трагедии, которую пережил Ленинград в годы войны:

«В нем девять страничек. Напомним их
«Женя умерла 28 декабря в 12.30 часов утра. 1941 год».
«Бабушке умерла 25 января в 3 часа дня. 1942 год».
«Лека умер 17 марта в 5 часов утра. 1942 год».
«Дядя Ваня умер 13 апреля в 2 часа ночи. 1942 год».
«Дядя Леша – 10 мая в 4 дня. 1942».
«Мама – 13 мая в 7,30 часов утра. 1942 год».

И три последние странички:
«Савичевы умерли»,
«Умерли все».
«Осталась одна Таня».

Девять страничек. Четыре с половиной месяца, 137 суток между первой записью и последней. Сколько в них трагизма! Жизни шестерых самых дорогих людей, целой семьи оборвались на глазах двенадцатилетней Тани, самой младшей в семье…

Савичевы жили большой, дружной семьей. Отец, Николай Родионович, был пекарем и умер еще до войны от болезни. Мать, Мария Игнатьевна, белошвейка, как тогда говорили, считалась одной из лучших вышивальщиц в ателье мод. Она же управляла и домашним хозяйством. А заботы были немалые. Пятеро детей. Леонид (по-домашнему Лека), Женя, Нина, Михаил работали. Таня училась в школе. C ними же жили два брата отца – Леша и Вася – и бабушка. Обыкновенная трудовая семья…

Первой не вернулась с работы Нина. Она была срочно эвакуирована вместе с заводом и не успела предупредить домашних.
Потом, идя на завод, упала на улице и больше не пришла в себя Женя. Она не только стояла по две смены у станка, но и была донором, сдавала кровь раненым бойцам и рабочим. Затем умерли бабушка, Лека, дядя Вася и дядя Леша, мать...

У Тани и раньше был дневник, куда она аккуратно записывала свои детские впечатления. Она сожгла его, когда нечем стало топить печку и вся семья перебралась на кухню, экономя тепло каждого дыхания. Сжечь блокнотик Таня не посмела. Это была память о Нине. И когда в семью пришла первая смерть, этот блокнотик стал Таниным дневником…

Таню эвакуировали с одним из детских домов на «Большую землю». Среди 148 воспитанников ленинградского детского дома № 48 она попала в Горьковскую область, в село Красный Бор. Было это в июле 1942 года. Жители Красного Бора, как своих родных, встретили ленинградских детей. Многих из них они от дороги до села несли на руках – так плохи, истощены и больны были дети.

Но теплом и заботой, домашней надбавкой к детдомовской порции, лесными ягодами поднимали красноборцы на ноги маленьких ленинградцев. И подняли, выходили всех. Кроме одной. Таня поправлялась плохо. Она была слабее других детей. Чтобы подлечить, девочку направили в Понетаевский детский дом инвалидов, который находился в том же Шатковском районе. Но и там ничем не могли помочь. Два года в Красном Бору, в Понетаевке, в районном центре боролись люди за ее жизнь. Но тщетно. Умерла Таня 1 июля 1944 года…»
«Правда», 7 марта 1980 года.