С наступающим! Всегда рад подарить мои книги!

Как я провел новогоднюю ночь. 😀

НОВЫЙ ГОД У ВЕДИЙСКИХ АРИЕВ

Сейчас на дворе «самый любимый праздник миллионов» – Новый год, так что самое время поговорить о том, как отмечали этот праздник арии времен Ригведы. Ведийский Новый год был приурочен к зимнему солнцестоянию, то есть отстоит совсем недалеко от того, которым нам хорошо знаком  Заметим, что восприятие времени у древних людей носило циклический характер, и все события представлялись не как отметины на однонаправленной линии истории, а скорее как точки на ободе колеса, как бесконечное воспроизведение архаических прецендентов. Так и Новый год составлял важнейшую веху, когда в момент завершения годового цикла вновь, как в незапамятно далекие времена, воцарялось первобытное хаотическое состояние, и возникала необходимость в новом акте творения мира. Поэтому арии устраивали на Новый год особые ритуалы, призванные помочь силам божественного порядка одолеть хаос. На языке Ригведы это называлось «битвой за свет Солнца» (svārṣati-). Зажигались жертвенные костры, совершались возлияния, возносились гимны богам, а еще устраивались ритуальные состязания. Ведийские арии вообще любили состязаться, и эта агональность (любовь к разного рода соревнованиям) роднит их с древними греками и в тоже время отличает от позднейших индийцев, у которых не могло возникнуть чего-то напоминающего Олимпийские игры. Так, устраивался ритуальный поединок арии (вайшьи) и шудры: они боролись на белом куске кожи, представляющим Солнце. Затем, проходили гонки колесниц. Но наибольшее значение в ритуальном плане играли словесные поединки жрецов-поэтов, проходившие в виде вопросов и ответов, имевших форму космогонических закладок brahmodya. Примером служат строки из гимна I.164.34–35:
Я спрашиваю тебя о крайней границе земли.
Я спрашиваю, где пуп мироздания.
Я спрашиваю тебя о семени племенного жеребца.
Я спрашиваю о высшем небе речи.
Этот алтарь – крайняя граница земли.
Это жертвоприношение – пуп мироздания.
Этот сома – семя племенного жеребца.
Брахман этот – высшее небо речи.
Для жрецов-поэтов победа в таком поединке служила подтверждением знания ими сокровенных тайн мироздания. Согласно гипотезе Хиллебрандта и Кёйпера, древнейшее ядро Ригведы составили как раз гимны, предназначенные для новогодних состязаний, а равно и гимны богине зари Ушас, где воспевается не просто начало нового дня, но первая заря Нового года («тьму изгоняя, она сотворила свет»), несущая жизненные блага – богатство, долголетие и потомство – во вновь устроенной вселенной.

ТАНТРА И КАМАШАСТРЫ

Нередко приходится слышать о том, что Тантру подменяют камашастрами. Действительно, если тантризм является течением, преследующим мистические и магические цели, то камашастры представляют сугубо светское искусство любви, направленное на чувственное удовольствие (kāma). Однако это вовсе не значит, что это совершенно разные и никоим образом не пересекающиеся сферы.
Участие в самых сокровенных обрядах Тантры предусматривают и владение искусством Камы. Например, в Йони-тантре (5.13) сказано, что садхака должен почитать йони, следуя предписаниям камашастр. Шактисангама-тантра (II.15.14), описывая идеального тантрика, указывает, что он должен быть знатоком этих текстов, посвященных «науке страсти нежной» (kāmaśāstra-kalā-yukto). Кроме того, не будем забывать, что известная формула тантризма, бхукти-мукти, в своем первом элементе предусматривает удовольствие, в том числе и эротическое.
В свою очередь, Тантра оказала влияние на некоторые поздние камашастры. В частности, «Панча-саяка» («Пять стрел») Джьотиришвары (перв. пол. XIV в.) содержит описание обряда вашикарана, одного из шести обрядов (шаткарма) тантрической магии, который предназначен здесь для приворожения женщин четырех типов. Здесь дается целый ряд соответствующих тантрических мантр, например, oṃ mada mada mādaya mādaya krīṃ amukīṃ (имя женщины) vaśamānaya svāhā.

ЖЕНЩИНЫ-РИШИ В ВЕДАХ

Известно, что авторами или, с точки традиционной точки зрения, скорее передатчиками гимнов Ригведы были риши – провидцы. Среди них называются в том числе и женщины. Так, гимн V.28, посвященный Агни, приписывается Вишваваре Атрейи (viśvavārā ātreyī), гимны X.39–40, посвященные Ашвинам – Гхоше Какшивати (ghoṣā kākṣīvatī), а гимн X.109, обращенный ко всем богам – Джуху Брахмаджае (juhū brahmajāyā).
Особенный интерес вызывает фигура Гхоши Какшивати. По одной версии, она была дочерью знаменитого риши Какшиванта, по другой – дочерью царя. В центре гимна X.40 находится просьбы Гхоши о муже. Здесь после восхваления Ашвинов следует иносказательное описание свадьбы и, наконец, непосредственное обращение с просьбой о муже, которая то изображается как сбывшаяся (этот прием весьма характерен для заговоров), то снова сменяется просьбами.

Из книги: Женщина в индуистской Тантре

Мои книги пришли! Видео от моей прекрасной читательницы Ксении из Сочи. 💥✨

СУФИЗМ И ТАНТРА

Суфизм пользовался популярностью среди значительной части мусульманского населения Индии в средневековый период. Истоки суфизма можно отыскать в нескольких стихах Корана. Суфии придерживались неортодоксальных верований и практик, были безразличны к мирскому счастью и горю, и ведомы духовным чувством. Они полагались больше на свое сердце, нежели чем на установления писаний. Мусульманский суфизм возник в Аравии, но был более популярен в Иране.
Существуют разнообразные взгляды на происхождение суфизма. Некоторые ученые находят в нем следы влияния веданты. Другие приписывают его влиянию буддизма. Еще одна группа исследователей связывает его истоки с неоплатонизмом. В историческом отношении, однако, можно сказать, что повсюду и во все времена находились духовные искатели, которые не были удовлетворены существующими религиозными нормами, были свободны от всех этих видов ортодоксии и от ограниченности, считая, что человеческое сердце является обителью Бога и его отношение с человеком является по сути своей личным, а по этой причине установления писаний излишни и бесполезны. Они верили в самый легкий (сахаджа) метод и что человеческое тело это микрокосм вселенной. Подобно простодушным тантрикам или сахаджиям, последователи суфизма также имели склонность к этому течению мысли.
В суфизме самый значимый акцент делается на духовном существе человека. Нет Бога вне человеческой души. Каковы отношения Бога с индивидуальным и с материальным миром? Ответ представлен в двух категориях – тарикат, или путь, и марифат, или знание. Путь состоит из семи ступеней – служение, любовь, жертва, обдумывание, сосредоточение, союз и слияние. Знание — это то, что помогает постичь Бога. Подобно тантрикам и сахаджиям суфии верят в гуру или наставника, известного как пир или муршид. Знание бывает двух видов – илм, или то, что получено через признанные источники: восприятие, вывод и др., и марифат или то, что достигается благодаря милости Бога.
Суфизм пришел в Индию с мусульманами; его первым оплотом был Синд. Наставники суфизма активно общались с местными жителями, вот почему для них было нетрудно отыскать близкие по духу секты среди местного индуистского населения. В свою очередь, они также оказали огромное влияние на средневековые религиозные реформистские движения. Из суфийских сект, существующих в Индии, по крайней мере, четыре обрели большую значимость в позднейшие времена: чиштия, кадирия, сухравардия и накшбанди. Каждая из этих сект была представлена многими компетентными учителями. Интересно отметить, что точно также в тантризм брахманические элементы были привнесены разрядом учителей, так и в отношении суфизма предпринималась последовательная попытка привить ортодоксальные идеи и практики. В теоретическом отношении индийские суфии разделялись на две широкие категории – те, которые верили в абсолютный недуализм (юджудия) и те, у которых было некоторое ограничение (сухудия). Первые считали все манифестацией Бога, в то время как вторые полагали, что все происходит от Бога. Суфии ставили духовное знание (марифат) над установлениями писаний (шариат). Они строили многочисленные монастыри и учреждения, где под руководством пиров, муршидов или шейхов ученики двигались по пути самореализации (тарика).
К XIV в н.э. суфизм полностью укоренился на индийской земле. Он слился с господствующими идеями тантриков и сахаджиев. Насколько суфийские представления пришли по сердцу индийцам, может быть показано на примере баулов Бенгалии. Сердечные откровения в форме песен составляют важную часть религии баулов. В этой мы найдем, с одной стороны, влияние бенгальского вайшнавизма, с другой, суфийского сама. То, что суфии настойчиво говорили о гуру-вада – важности наставника в духовных упражнениях – и о человеческом теле как о микрокосме вселенной – разделялось тантриками, сахаджиями, баулами, байлами и большинством средневековых религиозных сект либерального характера. Учение о человеке сердца, содержащееся в песнях баулов, в действительности представляет смесь представлений о высшей истине, присущих тантрическим сахаджийским школам и суфизму.

СУФИЗМ И ТАНТРА (Окончание) Суфийские понятия творения, происходящего из любви, о вселенной, поддерживаемой любовью, о двойственной природе человека, конечной и бесконечной, человеческой и божественной, об образах любящего и возлюбленного в отношениях Бога с человеком и т.д. имеют близкое сходство со средневековыми индийскими религиозными идеями.
Среди части индийских мусульман присутствовала тенденция следовать тантрической рахасья-садхане. В этой связи мы можем упомянуть Гази Миана и Силах-Салара Масуд Гази, Последний был основателем религиозной секты, чья теория и практика напоминала буддизм сахаджаяна. Он был современником султана Махмуда, и основанная им секта была запрещена Сикандаром Лоди. Во время царствования Акбара её разрешили снова. Другая подобная секта была учреждена Шахом Марданом. Кроме знаменитого Яваны Харидасы, у Шри-Чайтаньи было несколько последователей-патанов, чьим лидером являлся Биджули Хан. То, что мусульман легко допускали в североиндийские общины вайшнавов, было упомянуто Мохсином Фани в его «Дабистане». У него самого было благословение от индуистского святого по имени Чатурвапа. В 1642 г. в Лахоре он встретил святого по имени Нараяна Дас, имевшего много учеников-мусульман. Среди них Мирза Салех и Мирза Хайдар позднее стали знаменитыми суфийскими учителями. Секта Парабрахма, основанная Даду (1544-1603), пыталась объединить идеи либерально мыслящих индуистов и мусульман. Прана Натха, индуистский святой, составил книгу под названием «Махитариял», в которой попытался показать точки соприкосновения между Ведами и Кораном. Он посвящал в свои ученики при условии, что посвященные, индуисты и мусульмане, будут принимать пищу вместе.
Одни из знаменитых суфийских святых, Шах Карим из Синда, живший в начале XVI в., заслуживает особого упоминания. Его источником вдохновения был гуру-вайшнав. Он и его последователи использовали Ом индуистов. Другой суфийский святой из этой же области был Шах Инаят, которого высоко чтили как мусульмане, так и индуисты. Но наибольшей популярностью пользовался Шах Латиф, возле гробницы которого в Бхите толпятся паломники как индуистского, так и мусульманского вероисповедания. Суфийская традиция породила целый ряд великих поэтов в области Синда, таких как Бедил, Бекош (Мухаммад Хусейн), Рохан, Кутуб и др., чьи религиозные песни популярны и в наши дни. Баори Сахеб из Дели был основателем духовной цепи суфиев, к которой принадлежали Биру Сахеб, Яри Сахеб, Гулал Сахеб и Джагдживан. В сочинениях Яри Сахеба Аллах отождествляется с Рамой и Хари. Дарья Сахеб был последователем Кабир-марг. Его ученики отвергали священные тексты, гимны, паломничество, поклонение образам и кастовую систему. Был и другой Дарья Сахеб, живший в Марваре в середине XVII в. Его взгляды напоминали взгляды Даду. Его богом был Рама Парабрахман, а также он разделял учение йоги. Его песни пользовались большой популярностью в Северной Индии. Расул-сахис из Агры практиковал тантрические ритуалы.
Следовательно, оказывается средневековые святые Северной Индии были способны достичь нечто вроде синтеза между тантрической сахаджией и идеями суфиев. В соответствии с духом тантриков, сантов, сахаджия и других нонконформистских и протестантских сект, суфии также присоединились к тому, что обычно известно, как традиция локаята. Приверженцы этих культов очень часто происходили из низших слоев общества, скорее небрежно относившихся к соблюдении норм брахманского индуизма и религиозных предписаний ортодоксального ислама. Локаята или народная традиция обладала некоторым важными принципами, обеспечивая идеологическую основу, на которой обычно индуисты и мусульмане находили общую платформу.

Из книги: Bhattacharyya N. N. History of the tantric religion. An historical, ritualistic and philosophical study. New Delhi: Manohar, 2005. P. 285 – 289.

ТЕЛО В ТАНТРЕ
 
Жить, «обретаться» в Тантре означает жить во вселенной, которая воспринимается как пронизанная божественной энергией или целым океаном энергии. В эту энергию погружено тело, составляя её часть и отражая её в своей структуре: тело, где присутствуют сверхъестественные силы, божества, одухотворяя его и связывая его с космосом, тело, чья структура и жизнь одновременно божественная и человеческая, при этом данное тело является, кроме того, йогическим телом.
Тантризм и йога в действительности неразделимы. Значение тела в мире тантр на самом деле столь велико, что можно было бы обсуждать любой аспект мира тантризма под углом тела . Впрочем, индийская культура с самого начала отводила телу особое место в своих взглядах на мир и человеческое существо: йога, в частности, служит подтверждением этого. Как гласит старинный текст, освобождение существует только для воплощенного существа. Тантризм, который допускает мирские средства для достижения освобождения, мог только акцентировать эту важность, доводя её до максимума.
В шиваитских школах кулы божества населяют тело и одушевляют чувства. И во всех школах различные уровни космоса, мистическая география присутствуют в теле. «Здесь, в моём теле, находятся Ганга и Ямуна <…> здесь все святые места. Я никогда не видел мест паломничества и блаженства, подобных моему телу», – утверждал таким образом Сараха в XII в. Конечно это был буддист-сахаджия, но тантрик-индуист мог бы сказать то же самое, так как именно почти всегда через аскезу, одновременно телесную и мыслительную и имеющую космическое измерение, он направляется к освобождению.
 
Андре Паду. Понять тантризм

Буду рад подарить эту книгу всем желающим! 💥 Фото от прелестной Марины из далёкого северного города.

С прекрасной тантрической наставницей Алсу на Фестивале Тантры, Петербург, апрель 2021 г.