Линга-cтотра ("Гимн лингаму")

О обладающий природой Шивы, чтимый всеми божествами,
Огромный, подобно горе Меру, твердый, как железо,
Жезл Камы, полный наслажденья,
Не знающий равных, внушающий соперникам ужас,
Пламенный столп, пронзающий пространство,
Входящий в лоно, извергающий лунный нектар,
О лингам, да будет тебе поклоненье!

śivarūpa sarvadevatāpūjita
mahākāya merugiririva dṛḍḥa loha iva
kāma-daṇda bhogamaya
asama sapatnabhayada
tejostambha vyomobhedaka
yoniveśaka candrāmṛtasarjana
liṅga namo ‘stu te

На фото: изображение лингама из Гудималлама (штат Андхра Прадеш, III в. до н. э. - IV в. н. э.).
 

Мой перевод Куларнава-тантры занял уже второе место в рейтинге "Религии мира" в интернет-магазине "Лабиринт"!
 

ТАНТРЫ И ВЕДЫ

Тантрики по-разному решают вопрос о соотношении авторитета вед и тантр. Те из них, кто использует в своей религиозной практике методы пути «правой руки» (dakṣiṇācara), всецело признают авторитет вед и признают авторитетными лишь же тантры, которые ни в малейшей степени не противоречат ведийским установлениям. Именно такова позиция Девибхагавата-пураны. Согласно этой пуране (VII.39.27–32), для членов трех высших варн (брахманов, кшатриев и вайшьев) можно следовать лишь тем предписаниям тантр, которые не противоречат ведам, а полностью принимать содержащиеся в тантрах учения могут лишь те, кто не имеет права изучать и читать ведийские тексты (т. е. женщины, шудры, неприкасаемые и иноверцы-млеччхи). Более протантрическую позицию занимает Махабхагавата-пурана (8.77–78), где сама Богиня заявляет: «Агамы и веды есть две мои руки, которыми я поддерживаю вселенную целиком <…> Если же кто-то из-за невежества нарушает [предписания] этих двух, он, несомненно, выпадает из моих рук». Тантрики же, придерживающиеся пути «левой руки» (vāmācara), отдают явное предпочтение авторитету тантр. Они вовсе не отвергают вед, но просто считают, что знание, содержащиеся в них, является низшим по отношению к мудрости тантр. Об этом прямо сказано в Куларнава-тантре (2.7–8), где путь вед (ведачара) оказывается низшим из семи ачар, а самым высоким из них представляется каула. В той же тантре утверждается, что в Крита-югу надлежит следовать шрути, в Трету – смрити, в Двапару – пуранам, а в Кали – агамам (тантрам). Ведийские мантры, эффективные в первую югу, в Кали-югу утрачивают свою действенность, подобно змеям, у которых вырвали ядовитые зубы, и на их место приходят тантрические мантры (Маханирвана-тантра 2.14–15).

В Светлогорске.

ТАНТРИЧЕСКИЙ ВЗГЛЯД НА МИР

Тантрик смотрит на вселенную как на нечто созданное, поддерживаемое и полностью пронизанное божественной энергией, шакти, присутствующей также в человеческом существе, которое может ее улавливать и использовать. Существует если не имманентность, то по крайней мере вездесущность, даже в дуалистических системах, божества (все-таки не следует отождествлять тантризм и недуализм). С другой стороны, божество почти всегда воспринимается как поляризованное на мужское и женское, при этом женский полюс представляет собой полюс энергии, который может быть благосклонным, но также, в особенности, если этот полюс выступает как богиня, он также грозен и опасен. Необъятность пантеона, его организация в мандалы, являются тантрической чертой. Не следует также забывать, что формы тантрической традиции являются инициатическими: тантрик это посвященный, что предполагает наличие инициирующего наставника, гуру, а затем передачу инициации от учителя к учителю. Это объясняет также то, что беспрерывно утверждается тайный характер тантрических учений. Эта тайна связана с другим важным элементом тантрической реальности: трансгрессией – простым обесцениванием или полным отбрасыванием брахманистских правил и в особенности правил чистоты: именно через участие, через погружение в запретное тантрик возносится вверх, обретает все виды могущества или освобождение, достижимое в этом мире.

Андре Паду

ШАШТХИ – КОШАЧЬЯ БОГИНЯ

Кошки – удивительные создания, и в сознании многих народов они издавна были окружены мистическим ореолом. Многие, я полагаю, слышали о древнеегипетской богине веселья Баст, которая изображалась женщиной с головой кошки. Но далеко не все знают, что в разных уголках Индии до сих пор почитается Шаштхи – богиня, чьим символом и спутницей является кошка.
В древности Шаштхи была грозным божеством, представляющим опасность для маленьких детей, а затем она, наоборот, стала благожелательной богиней-покровительницей беременных женщин и новорожденных. Когда-то Шаштхи представлялась с головой или мордой кошки, теперь же кошка (прежде всего, черная) выступает ваханой (ездовым животным) богини.
Богине Шаштхи посвящена 46-я глава девятой книги Девибхагавата-пураны. Имя богини, обозначающая «шестая», здесь толкуется как составляющая одну шестую часть полной Пракрити. Согласно излагаемому здесь преданию, Шаштхи воскресила ребенка царя Приявраты, сына Сваямбхувы Ману, и за это он учредил ее культ на земле. В Девибхагавате даются предписания почитания богини, включая ее мантру. Добавим еще, что здесь она выступает супругой Сканды (в более ранней версии она была одной из кормилиц этого воинственного божества).
Ныне поклонение Шаштхи совершается прежде всего на шестой и двадцать первый дни после рождения ребенка, а также на шестой день светлой половины каждого месяца. Богине преподносят вареный рис, бананы, сладости и прочее. Шаштхи умилостивляют, чтобы дети были крепкими и здоровыми. Кроме того, к этой богине обращаются бесплодные женщины, желающие иметь детей. Таким образом, Шаштхи это шакти в ее предельно материнском аспекте.
Культ Шаштхи имеет свои региональные особенности. Например, бенгальцы в честь нее на шестой день светлой половины месяца джьештха отмечают праздник Аранья-Шаштхи (Джамаи-Шаштхи). Кроме того, в Бенгалии культ Шаштхи сближается с культом богиней змей Манасы, о чем свидетельствует и Девибхагавата, где эти божества объединяются в одну группу.
В тантрах мне не доводилось встречать упоминание Шаштхи, зато кошачья тема здесь все же нашла свое проявление. Так, в Бриханнила-тантре Кали отождествляется с черным котом. Сказано, что, увидев кота или еще некоторых животных и птиц, следует совершить поклонение богине и прочитать указанную в тексте мантру.

ЧТО ПОЧИТАТЬ ОБ ИНДУИСТСКОЙ ТАНТРЕ

Ко мне часто обращаются с вопросом, какие хорошие книги по тантризму я могу порекомендовать. Сразу могу сказать, что к настоящему моменту на русском языке уже вышло немало серьезных изданий.
Рад огласить имеющийся у меня список, не считая моих собственных переводов тантрических текстов:
Авалон А. Принципы тантрической космогонии. Гирлянда букв: Речь, созидающая вселенную. М.: Амрита-Русь, Шечен, 2007 (А. Авалон, наст. имя Джон Вудрофф – пионер тантрологических исследований).
Игнатьев А. А. Азбука Тантры // Дупуис С. Храмы йогини в Индии. М.: Касталия, 2018. С. 97–148 (написанные мной своего рода пролегомены к изучению индуистского тантризма).
Игнатьев А. А. Роль женщины в индуистской Тантре // Дупуис С. Храмы йогини в Индии. М.: Касталия, 2018. С. 149–170.
Каула-тантра-санграха. Антология текстов индуистской тантры. Пер. с санскр. С. С. Федорова, С. В. Лобанова. М.: Старклайт, 2004 (сборник переводов фрагментов из тантр и небольших тантр, а также статьи, дающие представление о тантрическом мировоззрении и ритуальной практике).
Кинсли Д. Махавидьи в индийской тантре. Пер. с англ. В. Дмитриевой. СПб.: Академия исследования культуры, 2008 (превосходная работа, посвященная махавидьям).
Корни тантры. Сборник статей. Пер. с англ. М.: Касталия, 2019 (перевод сборника статей известных современных индологов).
Маханирвана-тантра. Пер. с англ. М.: Сфера, 2003 (перевод перевода А. Авалона, с его же введением).
Паду А. Понять тантризм. Пер. с фр. М.: Касталия, 2019 (лучшая на сей момент обобщающая работа по индуистскому тантризму).
Пахомов С. В. Индуизм: йога, тантризм, кришнаизм. Карманный словарь. СПб.: Амфора, 2002.
Пахомов С. В. Индуистская тантрическая литература // Восток. 2005. № 2. С. 16–27.
Пахомов С. В. Тантризм // Индийская философия: энциклопедия. М.: Восточная литература, 2009. С. 771–773.
Пахомов С. В. Тантры // Индийская философия: энциклопедия. М.: Восточная литература, 2009. С. 774–775.
Ферштайн Г. Тантра. Пер. с англ. М.: Гранд, 2002 (качество перевода этой замечательной книги, к сожалению, сильно хромает).
Ферштайн Г. Энциклопедия йоги. Пер. с англ. М.: ФАИР-ПРЕСС, 2002 (в книге есть раздел «Могущество и запредельное в тантре»).
Эвола Ю. Йога могущества. Пер. с англ. С. Жаринова. М.: Тотенбург, 2017 (обобщающий труд по индуистской Тантре знаменитого итальянского философа-традиционалиста).
Элиаде М. Йога: бессмертие и свобода. Пер. с англ. С. В. Пахомова. М.: Академический Проект, 2012 (в этой книге есть раздел «Йога и тантризм»).

ЖЕНЩИНЫ-ФИЛОСОФЫ В УПАНИШАДАХ
 
Как пишет А. Я. Сыркин, эти упанишады дают представление о положение женщин в древнеиндийском обществе. В Кена-упанишаде (3.12–4.1) богиня Ума, дочь Химавата, которая называется «женщиной великой красоты», оказывается единственной, кто оказывается в состоянии раскрыть богам знание о Брахмане. Впрочем, не только богини, но и простые земные женщины изображаются как обладательницы духовного знания.
Так, в Брихадараньяка-упанишаде рассказывается о мудреце Яджнявалкье и двух его женах: Майтрейи и Катьяяни. И если Катьяяни «была наделена лишь знанием, свойственным женщинам» (strī-prajñā, видимо, подразумевается ведение домашнего хозяйства и воспитание детей), то Майтрейи «была способна беседовать о Брахмане» (brahmavādinī babhūva), то есть обладала знанием о духовной первооснове мира. Когда Яджнявалкья собирается оставить состояние домохозяина (gṛhastha) и уйти отшельником в лес, между ним и Майтрейи завязывается диалог, где Атман трактуется как источник и носитель всего сущего. Таким образом, Майтрейи хоть и не изображается в образе гуру или риши, но она способна воспринимать священное знание.
В  Брихадараньяка-упанишаде встречается и другой женский персонаж – Гарги Вачакнави (gārgī vācaknavī). В третьем разделе упанишады рассказывается, что некогда царь Видехи Джанака пожелал узнать, кто из собравшихся к его двору брахманов самый ученый и обещал щедро наградить лучшего брахмана. На награду претендует мудрец Яджнявалкья, и другие брахманы задавали ему различные вопросы из областей метафизики, космологии и ритуала, желая поставить его в тупик. Одним из этих брахманов и оказывается мудрая женщина Гарги Вачакнави. Таким образом, если Майтрейи это ученица Яджнявалкьи, то Гарги выступает его оппонентом (III.6, 8).   
Cначала Гарги Вачакнави задает Яджнявалкье два вопроса об основе различных элементов и уровней мироздания (вода, ветер, миры воздушного пространства и т. д.). Когда же Гарги спрашивает об основе миров Брахмана, Яджнявалкья с иронией отвечает: «О Гарги, не спрашивай слишком много, чтобы у тебя не отвалилась голова. Ты слишком много спрашиваешь о божественном, о котором, поистине, нельзя спрашивать слишком много». И тогда брахманка умолкает (III.6).   
Затем Гарги задает мудрецу еще два вопроса, при этом она сравнивает себя с лучником, готовым пронзить врага двумя стрелами (III.8.2). В ответ Яджнявалкья рассказывает о Непреходящем, абсолюте, на котором и «выткано вдоль и поперек пространство» (III.8.8–11). Тогда Гарги признает его непобедимым в споре о Брахмане (III.8.12).
Впрочем, Э. Сенар считал, что образ Гарги Вачакнави вовсе не дает возможность делать заключение о реальном положении женщин в Древней Индии. Напротив, по мнению К. Печилиса, можно говорить о том, что в ведийские времена женщины имели доступ к образованию  (имеется в виду, конечно, традиционное духовное образование).
 
Из книги: Женщина в индуистской Тантре